Часть 8

Сукуна лежал на спине, глядя на потолок. Торо тихо мурчал рядом. Пальцы Сукуны мягко и осторожно поглаживали шерсть кота. Сукуна почти засыпал, чувствуя, как на него наваливается усталость. После того, как Юри ушла, ему пришлось съездить к Бруно по делам и он почти весь оставшийся день провёл вне дома. К тому же ему очень не хотелось встречаться наедине с Рей, поэтому он не поужинал, а сразу пошёл к себе в комнату. Сейчас сил почти не осталось, но голод преодолеть было сложнее, чем усталость, поэтому он встал с кровати и тихо направился на первый этаж. Торо пошёл вместе с ним. Было уже около часа ночи, поэтому он был уверен, что Рей уже спит. Однако, когда он открыл дверь на кухню, Рей сидела там, забравшись с ногами на стул и что-то ела. Увидев его, она сначала несколько секунд смотрела молча, а потом улыбнулась. (Fantastize) -Ты наконец-то пришёл – мягко сказала она и Сукуна вздрогнул от того, как звучал её голос. Сердце внезапно забилось быстрее. -Наконец-то? Что ты имеешь ввиду? – он взял хлеб и колбасу и сел напротив неё. -Ну... Ты не пришёл на ужин. Я подумала, что ты избегаешь меня и решила подождать, когда ты прийдёшь – Рей взглянула на него. Её изумрудные глаза странно сверкнули и Сукуна насторожился – милый Рёмен... Ты что, действительно в меня влюбился? -Что? – Сукуна нервно выдохнул – нет. С чего ты взяла? -Юри сказала... Она много чего рассказала о том, как ты смотрел на меня. Я подумала, вдруг это правда? -Нет. Всего лишь её глупые догадки – Сукуна отвернулся, пытаясь скрыть волнение. -Правда? Тогда... – Рей внезапно наклонилась к нему через стол и приблизилась к его лицу. Он почувствовал, как дыхание перехватило. В один момент вспомнился прекрасный вкус её губ. Её глаза как будто светились в полумраке. Он упорно смотрел в сторону, так как знал, что если их взгляды сейчас встретятся, он просто сойдёт с ума. Щёки в один момент начали гореть. В комнате словно сразу стало очень жарко. Сукуна с силой сжал рукой ткань халата. -Даже не посмотришь мне в глаза? – её голос прозвучал мелодично и нежно и в то же время в нём скрывалась невероятная опасность. -Что ты делаешь? – произнёс он, сделав над собой усилие. -Просто хочу увидеть твой взгляд. Ты не смотрел мне в глаза, с тех пор как зашёл... -Я... Рей... Я не могу – измученно прошептал он. -Посмотри – в её голосе прозвучали властные нотки. Сукуна медленно, но решительно перевёл на неё взгляд. В её глазах... Чёрт, её глаза. Они были так близко и были такими красивыми. В них отражался весь мир. В этом изумрудном свете каждая её эмоция обретала особенный смысл. Они некоторое время просто смотрели в глаза друг другу. Взгляд Рей был спокойным и сосредоточенным, но в нём отражалась эмоция, которую он никак не мог понять. Взгляд Сукуны был прямым и решительным. Он изо всех сил пытался смотреть на неё как обычно, немного мрачно и безразлично. Однако кровь по-прежнему пульсировала в венах. От каждой секунды их зрительного контакта в комнате становилось всё жарче, а его рука сжимала ткань халата всё крепче, как будто это действие могло как-то успокоить его и привести в себя. Рей вдруг нарушила зрительный контакт, скосив глаза чуть ниже, на его губы. Она кончиком языка слегка облизнула свою нижнюю губу. Сукуна нервно сглотнул. Он знал, что она собирается сделать и, как бы ни хотел, не мог противится. Рей приблизилась и Сукуна закрыл глаза, чувствуя, что скоро произойдет неизбежное и непоправимое. Это было совсем непохоже на ту ночь. И на их прежние поцелуи. Они оба чувствовали это. Этот поцелуй будет отличаться. И он не будет просто обычным поцелуем. Это будет их первый поцелуй. Рей приблизилась ещё и их губы коснулись друг друга. Поцелуй был мягким и нежным. Они оба чувствовали себя так, будто были подростками, которые впервые целуются втайне от родителей в запертой комнате. По их спинам побежали мурашки. Никто из них не хотел разрывать этот поцелуй, они слишком хорошо знали, что как только сделают это неловкость достигнет пиковой точки и они не смогут её вынести. Поэтому только спустя несколько минут Рей отстранилась. Они смотрели друг на друга, как будто надеясь что кто-то из них что-то скажет или сделает и эта атмосфера, из-за которой хотелось провалится под землю, исчезнет. Сукуна был благодарен, что сейчас ночь и кухню освещают только свечи. Если бы это произошло при дневном свете, он, казалось, умер бы от стыда. Рей нервно теребила в пальцах какую-то верёвочку. Они сидели некоторое время, не смотря друг на друга. Хотелось прямо сейчас встать и уйти, но никто не решался сделать это первым, как будто это означало бы, что один из них сбегает, принимая поражение. Внезапно раздалось громкое мяуканье, от которого оба вздрогнули. Торо тёрся о ногу Сукуны, видимо прося еды. Сукуна встрепенулся и тут же поднялся. -Я покормлю его – произнёс он, стараясь, чтобы это прозвучало как можно более естественно. -Хорошо – Рей по-прежнему не смотрела на него. Она тоже встала и направилась к выходу – я пойду спать. Спокойной ночи. Она проскользнула за дверь и Сукуна облегчённо выдохнул. Он опустился на пол рядом с Торо, как будто напряжение в один момент сконцентрировалось в его ногах. -Чёрт подери... – прошептал он, закрывая лицо руками – я ещё никогда так не позорился. Какого я чувствую себя, как будто мне восемнадцать и я впервые поцеловался с девушкой. Это безумие, мы ведь ещё вчера провели с ней ночь – он взглянул на Торо. Кот сидел рядом и больше не мяукал. Казалось, он сделал это только чтобы выручить своего хозяина из неловнкой ситуации – спасибо, Торо. Ты спас меня. Думаешь, я веду себя, как идиот, да? – Кот коротко мяукнул, как будто подтверждая его слова. – согласен... Я знаю это. Я знаю, что я идиот. Рей зашла в свою комнату и положила руку себе на грудь. Так сильно стучит. Почему? Куда в один момент делась вся её уверенность? Откуда, чёрт возьми, появилось это дурацкое неловкое чувство. Она уже давно не подросток и не ребёнок, но этот момент, который, казалось, длился так нескончаемо долго, как будто превратил её в неловкую юную девушку, которая даже парня ни разу за руку не держала. «Вот это я попала – подумала она обречённо – это конец. Я чувствую, что это конец. Больше я уже точно не смогу жить, как прежде. Может написать Джиро? Когда он рассказывал о том, как они впервые поцеловались с Ханой, я мысленно умилилась его невинности. Он выглядел взволнованным, рассказывая о ней, а я всегда считала себя более опытной. Нет. Я ничего не знаю. Я ничего не знаю об этом дурацком чувстве. Его называют... «влюблённость». Чёрт, нет! Только не это! Умоляю, не надо! Я не хочу. Я должна это остановить. Как можно скорее. Мы с Рёменом слишком заигрались. Эта невинная интрижка зашла слишком далеко. Я собиралась просто повеселиться, а сейчас... О нет... Я окончательно свихнулась... Какая же дура, попалась в собственную ловушку...» Сукуна подошёл к окну в своей комнате и открыл его. Он почувствовал, как лицо охладил прохладный ветер. Лето постепенно заканчивалось, природу начинала охватывать осенняя меланхолия. Звёзды стали ярче, дожди становились чаще, а солнце появлялось реже. Только вот для Сукуны это не было особо значимо. Всё, что его волновало сейчас – это его отношения с Хосино. Как бы он не пытался игнорировать это, он знал, что скоро всё изменится. Если бы он мог остановить это глупое, ужасное чувство... Если бы он хотя бы смог его признать... На следующий день Рей долго не решалась выйти из комнаты. Ей ужасно не хотелось видеть Сукуну сейчас. Однако есть всё таки хотелось и она вышла из комнаты, озираясь по сторонам. На кухонном столе она заметила записку. Оказалось, что Сукуна уехал и предупреждал Рей, что пробудет вне дома до завтра. Рей облегчённо выдохнула. «Ну вот... Значит мы не встретимся до завтра. Меня это радует, но в то же время... как будто ощущаю небольшое разочарование. Только вот из-за чего? Неужели из-за того что он избегает меня? Но чего же я хочу? Чтобы он пришёл и признался мне в любви? Ладно, во всяком случае, мне прийдётся с ним увидеться завтра. Глупо отрицать, что я чувствую к нему что-то большее, чем простое сексуальное влечение. Итак, кажется теперь моя задача изменилась. Если раньше моей целью было затащить его в постель, теперь я должна заставить его влюбиться в меня, а это гораздо сложнее. Только вот... Юри сказала, что он уже в меня влюблён. Нужно это выяснить». Сукуна уехал из замка ранним утром не потому что хотел избежать встречи с Рей. У него действительно появились неотложные дела. Он понимал, что это будет выглядеть так, будто он её избегает после вчерашнего, но выбора у него не было. Да и если быть честным, он и сам радовался возможности оставить неловкую встречу на потом. На следующий день к вечеру, когда он вернулся Рей встретила его и в её взгляде он заметил пугающую решимость. -Привет – сказала она, пристально глядя на него, как будто пыталась проникнуть в его мысли. -Привет – Сукуна почувствовал, что ему стало некомфортно от этого взгляда – что-нибудь случилось? Почему ты так странно смотришь? -О чём ты, милый Рёмен? – Рей тут же невинно улыбнулась - пойдём ужинать. Кстати, спасибо за то, что оставил записку. Ты запомнил, то я тебе сказала в прошлый раз, да? -Конечно. Как я мог не запомнить, ведь мы после этого... – он кашлянул и замолчал. -Переспали? Ну да... – Рей внезапно взяла его за руку и повела к столу – садись. -Ч-что? – Сукуна вздрогнул от внезапного прикосновения. -Милый Рёмен – Рей улыбнулась, её голос звучал мягко и очень чувственно – сегодня у меня день рождения. И я подумала, что хочу отпраздновать его с тобой. С этими словами она поставила на стол две бутылки вина и, сверкнув глазами, произнесла уже совсем другим голосом, в котором не было и намёка на нежность: -Поэтому давай напьёмся! Я безумно хочу алкоголя. -Хочешь напиться? – Сукуна в недоумении взглянул на неё, а затем облегчённо выдохнул и улыбнулся – вот теперь я вижу настоящую Рей. Я испугался, что тебя подменили, пока меня не было... Но я не хочу пить... -Боишься, что сотворишь какую-нибудь глупость? – Рей, не обращая внимания на его слова, открыла первую бутылку. -Нет... Хотя, да... И почему ты так спокойно и легко обо всём этом говоришь? – негромко проговорил Сукуна. -Ну, я не вижу смысла в том, чтоб обходить неловкие темы стороной. От этого становится ещё более неловко. -Вот как... – Сукуна задумался, а потом, будто опомнившись, сказал – а, с днём рождения, Рей. -Спасибо! – Рей улыбнулась, разливая вино по бокалам. -Что ты хочешь в качестве подарка? Сегодня я ничего не купил, но завтра... -Ничего на надо. Просто выпей со мной – Рей протянула ему бокал. -Ладно... Тогда выпьем за тебя! Они пили какое-то время молча. Каждый думал о чём-то своём. Потом Рей сонным голосом произнесла: -Вот знаешь, милый Рёмен... Я за всю жизнь пила только с двумя людьми. Второй из них – это ты. -А первый кто? -А что? Ревнуешь к моему неизвестному собутыльнику? -Да нет... Просто интересно – Сукуна отвернулся, глядя в пустоту. -Первым человеком была я сама. Я частенько выпивала раньше сама с собой. Раньше я попросту не умела пить с кем-то. Даже с Джиро. Как будто в такие моменты я становилась беззащитной. Я не хотела, чтобы кто-то видел такую мою сторону. -Бедняжа Рей... – Сукуна посмотрел на неё с нежной улыбкой, но потом встрепенулся, будто испугавшись собственных слов. -А вот с тобой... Почему то мне комфортно. Наверное, ты создаёшь ощущение надёжного человека и я почему-то готова обнажить перед тобой свою душу... – Рей уронила голову на стол. Сукуна задумчиво посмотрел на неё. Он поднёс руку к её волосам и осторожно погладил. В голове тут же возник неясный вопрос. Зачем он это делает? Но он быстро отмахнулся от него. Пусть это будет просто жест поддержки или жалости. Не важно. Главное, что найти оправдание для себя оказалось очень просто, даже если оно было глупым и он сам в него не верил. Потом Сукуна поднял Рей на руки и отнёс в её комнату. Он сел на корточки рядом с кроватью и несколько секунд просто смотрел на её лицо. Он опустил взгляд на её губы и сразу же появилось желание к ним прикоснуться. Он закусил нижнюю губу, пытаясь унять это желание и встал, чтобы выйти из комнаты. Кровь приливала к щекам и он понял, что начинает привыкать к такой реакции своего тела на свои желания, связанные с Рей. Только вот скрывать это от неё у него не получалось. «Я самый настоящий слабак. Не могу даже признаться самому себе в собственных чувствах...» – подумал он с досадой и направился на кухню, чтобы прибраться там, пока сонливость ещё не взяла над ним верх.