Зачем и почему?

Ночь. Воскресенье подошёл к пункту назначения. Он тихо вошёл в подъезд здания, где жил некто по имени Аргенти. Подойдя к квартире, Сандей постучал. Красноволосый мужчина, уставши, открыл дверь, в ответ на что он получил удар. Аргенти тут же упал без сознания, распластавшись на полу. В тот же миг Воскресенье поднял свой топор, и нанёс удар прямо в сердце юноши. Кровь брызнула, и растеклась по пижаме рыцаря, и по всей квартире. Бедный юноша даже не успел совершить последний вздох, ведь уже был мёртв. Ангел же посмотрел окинул его холодным взглядом, совершенно ни о чём не сожалея. В последний раз он посмотрел в уже безжизненные глаза Аргенти, надел пальто, спрятал топор, и быстро пошёл назад к машине. Приехав домой, он тщательно отмыл кровь с себя, а всю одежду, которую надевал при убийстве, сжёг. Сейчас ему хотелось лишь одного, прилечь рядом с Зарянкой, обнять её за талию, расцеловать перед сном, и заснуть вместе под тёплым одеялом. Именно ради такого счастья он и убивал. POV: Воскресенье/Сандей Я открыл дверь в комнату моей милой. Она спала безмятежно, словно ребёнок, и это было для меня раем. Когда человек спит, он так беззащитен, а в её случае, ещё и красив. Я знаю, она не будет на меня злиться, если вдруг я проснусь рядом с ней, она слишком добра для того, чтобы меня ругать. Но спать мне сейчас не хотелось, скорее наоборот. Мне хотелось рассматривать мою сестричку, гладить её, и целовать. Сначала я аккуратно повернул её голову к себе. Её веки томно лежали, а длинные ресницы касались лица. Но больше всего меня манили её губы. Как говорится-«Сложно смотреть на губы, которые не можешь поцеловать». Хотя, я вполне могу. Да, прямо сейчас, стоит лишь чуть ближе наклониться… Я почти прилёг на неё, подхватил сзади её шею, и…Поцеловал. Это был наш с ней первый поцелуй. Ни у неё, ни у меня до этого никого не было. Ах, как я рад, что первым поцеловал её именно я! И от этой радости мой член встал моментально. Так как я был в одних трусах, это было видно, ну а в прочем неважно! Моей любви к ней ничто и никто не может помешать. Чтобы убедиться в том, что я подвластен над ситуацией, я ещё раз поцеловал её, но дольше, и прямо-таки взасос. Как жаль, что мы сейчас не можем поцеловаться по-французски, ведь она сейчас так мирно спит. Потом я начал её гладить пальцем между грудей. Затем совершал круговые обороты на животике, и дошёл до её причинного места. Тут мой член прямо таки требовал выбраться наружу, и я решил его послушать. Медленно стянув трусы, я оголил всего себя. Ещё раз посмотрев на Зарянку, я понял, что нужно тоже её освободить. Так же медленно я снял с неё майку и шорты, а затем и её кружевные трусики. И вот, прямо передо мной то, чего я желал все эти годы. Вся она была гола и чиста. Все её части тела были открыты. Я хотел разглядывать её вечно. Я трогал её всю, мял две её пышных груди, и целовал соски. В тот момент не было приятнее ощущения, чем это. Я был весь во власти над ней, а она тихо постанывала. Никогда не слышал ничего лучше! Но потом, я решил перейти к главному. Немного раздвинув её половые губы, я начал аккуратно их лизать. Как же стонала моя птичка! Потом, наконец приготовив свой вставший член, я еле до коснулся её вагины, как она тут же застонала так, что мне стало не по себе. Что ж, до финального акта не дошло, а жаль. Я с трудом надел трусы, и протёр свой пенис, и на всякий случай, её вагину. Затем я аккуратно одел Зарянку, в последний раз поцеловал в лоб, помял то самое место, и решил пойти. Не сегодня я буду с ней спать, не сегодня. Я и так получил слишком большое удовольствие. Но когда я уходил, ещё раз окинул взглядом свою милую. Её лицо не было таким безмятежным, уже скорее немного обеспокоенным. Ну ничего, однажды, она полностью станет моей.