7. Ханами

— Это какой-то пиздец, — тоскливо протянул Сатору, оглядываясь по сторонам в поиске свободного места. — Чего им всем не спится? — А ты думал, что один такой умный пришел пораньше? — хмыкнул Сугуру, идя по мощенной дорожке. — Парк вообще-то с пяти часов утра открыт. — Если бы пришлось настолько рано вставать, поехали бы без меня, — отозвалась Секо и широко зевнула. — Это уже и так похоже на пытку — просыпаться в выходной настолько рано и тащиться куда-то, чтобы просто посмотреть на цветущие деревья. — И где ваш дух авантюризма? Какой пример вы подаете кохаям? Несмотря на непривычно ранний подъем, Сатору чувствовал себя отлично и был серьезно настроен на то, чтобы найти идеальное место для пикника. Он давно не мог себе позволить такие простые вещи, как любование сакурой в компании друзей — работа отнимала слишком много времени, а чтобы выдернуть куда-то учеников вне занятий, сначала приходилось их по одному выловить, а потом еще и следить, чтобы не разбежались. Да и у подростков тоже должно было быть время на себя, так что Сатору по возможности не навязывался. Уж кем, а курицей-наседкой становиться он точно не собирался. Чтобы добраться до парка Уэно, им всем пришлось встать в половину шестого, поэтому Секо отчаянно зевала, Сугуру и первогодки благополучно продрыхли всю дорогу в метро, а Макото… Что ж, из всей их большой компании только Макото была так же бодрячком, как и Сатору. Более того, она еще и встала раньше всех, чтобы успеть приготовить два больших общих бенто на пикник. Серьезно, эта девчонка ужасала. Она вообще уставала когда-нибудь? — Вон, хорошее место, — Макото свернула с дорожки и направилась вглубь парка прямо по газону, лавируя между уже расстеленными пледами и компаниями, успевшими занять места до них. Парк открылся всего каких-то пару часов назад, а народа уже было полно. Сатору не ожидал такого ажиотажа. Может, им стоило найти не столь популярное место, чтобы не вставать в такую рань? Но жалеть было поздно, да и здесь, если надоест сидеть на одном месте, можно будет сходить в художественный музей или на пруд. Правда, для этого придется спускаться с холма, но ничего, переживут. — Здесь много туристов, — заметил Хайбара. Действительно, если хорошо прислушаться, можно было различить иностранную речь. Парк Уэно пользовался большой популярностью не только у местных, но и у туристов, особенно в период цветения сакуры. Кроме того, на ханами в Токио часто приезжали из соседних городов. — Сейчас самый сезон, — отозвался Сугуру. — Зачем иностранцы приезжают в Японию? Чтобы посмотреть на цветущую сакуру, конечно же. — А как же Акихабара? — удивилась Макото, доставая из рюкзака клетчатый плед. — Это уже совсем для отаку, — вздохнула Секо. — Хотя у нас по стране полно интересных мест. Даже в самом Токио… Давай, помогу. Когда девушки аккуратно расстелили на траве плед, Сатору окинул его скептическим взглядом из-под темных очков, качнул головой и полез в свой рюкзак за вторым. Хотелось, чтобы все уместились с комфортом, а не ютились друг на друге. Все-таки компания собралась большая, даже ворчун Нанами не стал в кои-то веки отказываться от приглашения. — А что есть в Киото, Макото-сан? — спросил Хайбара. — Вы ведь оттуда. — Есть бамбуковая роща, парк обезьян… Да много чего, — отозвалась та. — Если поискать — найти, куда сходить, можно. Город-то большой. Конечно, не такой, как Токио, но все же. Вы лучше у Утахиме спросите при следующей встрече. Парк обезьян звучал заманчиво. Сатору задумчиво потер подбородок, делая мысленно пометку о том, что в следующую поездку в Киото надо будет всем вместе сходить. Хотя Макото и говорила с безразличным тоном обо всем, что касалось ее родного города, и ей должно быть интересно отправиться куда-нибудь, особенно с друзьями. — Нам, деревенским, везде будет интересно, — посмеиваясь, произнес Сугуру и уселся на плед, скрестив ноги по-турецки. — Я хоть и из пригорода Токио, но все равно жизнь здесь разительно отличается от моей прошлой. — Просто в средней школе ты проклятия не изгонял, — фыркнул Сатору. — Ну да. Приходилось делать вид, что я обычный, — не стал спорить Гето. — Лишние неприятности мне были ни к чему, но совсем уж драк избегать не получалось. Поэтому, когда родители узнали, что я решил пойти в религиозную школу, они были, мягко сказать, удивлены. — Я бы тоже удивилась, — хохотнула Макото, на что Секо согласно что-то промычала. — Не представляю тебя синтоистским монахом. Сатору вот прекрасно представлял и даже видел. Тот Гето Сугуру из его прошлого-будущего еще и лидером чертовой секты был. Пудрил мозги простым людям и магам одновременно, а в итоге умер в одиночестве, пожалев своих товарищей. Да, тот Гето Сугуру был тем еще дураком. Жаль, что их пути в итоге разошлись, ведь все могло сложиться иначе. Из него вышел бы прекрасный учитель или маг, а не чертов мастер проклятий. Кто вообще вбил ему в голову ту паршивую идею с геноцидом простых людей? — Да я тоже себя не представляю, — весело отозвался Сугуру. — Но так и наш колледж не религиозный. Хотя было бы интересно посмотреть на вас, девчонки, в одеждах мико. Утахиме они идут, к примеру. Сатору вопросительно изогнул бровь. У его друга был фетиш на мико? Нет, учитывая, кем в будущем мог стать и этот Сугуру, заинтересованность в религиозной тематике была вполне объяснимой, но все равно немного ужасала. Да и монах из Гето вышел паршивый, откровенно говоря. — Обойдешься, — коротко за всех ответила Секо, раскладывая ланч-боксы с закусками на пледе. — Нет, если на спор, и только если проиграем, то почему бы и нет? — несмотря на свой характер, Макото оказалась куда лояльней настроена. — Давай кто в следующий раз больше проклятий уничтожит, тот и победил? — предложил Сугуру. Нанами тяжело вздохнул, помогая Секо и Хайбаре аккуратно расположить все коробочки. Даже в столь юном возрасте он был приверженцем порядка во всем, и с годами эта черта только усугубилась. Сатору цокнул языком. И чего его друг так загорелся этой идеей? Он бы еще понял, попроси Сугуру надеть девчонок купальники, а то наряды мико… Какой в этом смысл? — Это будет нечестно, — заметил Нанами. — Макото-сан плохо видит проклятия, а ты, Гето-сан, их запросто подчиняешь. Получится игра в одни ворота. — Да и наряд мико скучный, — добавил Сатору. — Сам же столько раз видел Утахиме. Вот чего в ней такого, чтобы дух захватывало? Ну, кроме ее ударов под дых, когда она в бешенстве. — Фантазия у тебя скучная, — парировал Сугуру. — Мало вас Утахиме била, — проворчала Секо, смерив их недовольным взглядом. — Ран, не иди у них на поводу! Особенно на таких условиях. Где твоя женская гордость? — Так, когда я выиграю у Сугуру, будет куда круче какой-то там женской гордости, — Макото удивленно хлопнула глазами. Она не сказала «если», а уверенно произнесла «когда», словно была полностью уверена в своей победе. Даже Сатору немного опешил от такой наглости и хлопнул Сугуру по плечу. Нет, такой откровенный вызов он просто обязан был принять. Да и поставить на место зарвавшуюся девчонку тоже хотелось, чего уж скрывать. — А я тогда тоже участвую, — насмешливо заявил Сатору. — Раз Макото так уверена в своих силах, то не побоится же против нас двоих сразиться? Тем более, ты сама предлагала устроить общий спарринг. — Макото-сан, если надо, я могу быть твоим партнером, чтобы уравновесить шансы, — предложил Нанами и, поймав удивленные взгляды парней, невозмутимо добавил: — Предпочитаю сохранять нейтралитет, но вы уже переходите все грани. Хайбара, не желаю ничего слышать от тебя, раз ты с ними заодно. Секо тяжело вздохнула и принялась разливать горячий чай из термоса по стаканчикам. С утра все еще было прохладно, пусть они предусмотрительно и надели легкие ветровки. Да и повисшую тишину стоило как-то разбавить. По тому, как притихла Макото, Сатору уже было решил, что она пойдет на попятную, и подумывал перевести все в очередную дурацкую шутку, но, видимо, удача отвернулась от него в этот раз. — Спасибо, Нанамин, — поблагодарила Макото и улыбнулась. Ее улыбка, правда, никогда не сулила ничего хорошего. — Но уж в спарринге я смогу завалить их обоих. Можете прийти и просто поболеть за меня после занятий. — Я не буду отдуваться, если ты проиграешь, — предупредила Секо. — И не приходи потом ко мне залечивать синяки и ушибы, поняла? — А и не придется, потому что я выиграю. — Ты говоришь так уверенно, что я хочу проверить прямо сейчас, — Сатору подался вперед, почти что ложась на колени Сугуру, чтобы быть ближе к Макото, сидевшей по другую сторону от друга. — Готовь костюм медсестры. — Это ты готовь свою тощую задницу к костюму горничной. — Эй, мне тоже это грозит? — усмехнулся Сугуру, похлопав Сатору по макушке, чтобы тот немного успокоился и сбавил обороты. Жест был настолько знакомым и привычным, что у Сатору защемило сердце. Когда последний раз Гето делал что-то подобное в том мире? — Прошу, придумай что-нибудь другое: я буду настолько ужасно смотреться в мини-юбке, что вас потом всю жизнь будут мучить кошмары. — Нет уж, если мне придется напялить костюм горничной, то и тебе тоже, — запротестовал Сатору. — Позориться, так вместе. — У вас это девиз по жизни, похоже, — вздохнула Секо и протянула им по стаканчику чая. Спорить с ней было сложно. Тему закрыли и приступили к завтраку, потому что в животах уже предательски урчало. Сатору сразу схватил сладкие разноцветные данго, приготовленные еще вечером. Хоть он и говорил Макото, чтобы та не парилась о еде, она все равно поступила по-своему и потратила время на приготовление закусок для всех. Сатору такого рвения не особо понимал. Он считал, что все это, начиная от бенто и заканчивая десертами, можно было купить в любом магазине по дороге в парк и не тратить свое время и силы. Но приличия ради покрутился вечером рядом. Предложил помощь, от которой Макото вежливо отказалась, но зато отдала ему лишние шарики данго в качестве благодарности за моральную поддержку. — Задница не слипнется? — вкрадчиво поинтересовался Сугуру. — Не завидуй, — парировал Сатору. — Умным людям надо потреблять больше сладкого, чтобы мозги лучше работали. — При чем здесь ты?

***

С каждым часом людей становилось все больше. Воздух постепенно прогревался, но в тени раскидостой сакуры было вполне комфортно. Хайбара, наевшись, бессовестно дрых, Нанами читал скучный детектив, Макото и Секо отошли немного прогуляться, пообещав скоро вернуться. Сатору потянулся и ткнул скучающего Сугуру в бок. — Так тебе нравятся мико? — громким шепотом спросил он. — Медсестры тоже ничего, — совершенно серьезно ответил тот. — Да и учительницы тоже, если уж быть совсем честным… Если ты задумался насчет костюма для Макото, то лучше брать два разных. — Вы сначала победите, — не отрываясь от книги, проворчал Нанами. — И вообще, обсуждать такое… — Нанамин, мы — подростки, что нам еще обсуждать? — надулся Сатору. — Ты ворчишь, как старый дед, честное слово. Лучше скажи, тебе-то что больше нравится? Медсестры или учительницы? — Работа без сверхурочных, — припечатал тот. — И хватит меня так называть. Макото-сан уже переняла от тебя эту идиотскую привычку. Сатору не выдержал и рассмеялся. Уж он-то прекрасно знал, каким Нанами Кенто станет в будущем. Бывший офисный клерк, попытавшийся сбежать от собственного дара, в итоге все равно вернется в магический мир. Вечно недовольный, ворчливый, но для Итадори Юджи отличный пример для подражания. Интересно, что с Нанами будет дальше в том мире? Было бы неплохо, замени он его на посту учителя, потому что Сатору понятия не имел, как ему выбраться отсюда. И сможет ли он вообще это сделать. С одной стороны, возвращаться не хотелось: здесь были живые Сугуру и Хайбара, которых еще можно спасти, а совсем скоро он мог попытаться помочь и Аманай Рико. Да и в целом изменить столько всего, чего не сумел сделать однажды. Такой шанс был настоящим чудом в его жизни, от которого отказываться — настоящее преступление. А с другой стороны, как можно было бросить своих учеников? Тот мир, тот опыт, нажитый огромными жертвами. Сатору не мог просто взять и махнуть на все рукой. Да и этот он… У него здесь тоже ведь имелись какие-то свои планы, надежды. Вон, с Макото, похоже, все было совсем неоднозначно. Нет, серьезно, о чем этот паршивец Годжо вообще думал? И думал ли? — Так вот, вернемся к теме, пока девчонок нет, — Сатору снял очки и покрутил их за дужку, прежде чем вернуть на нос. — Я не хочу наряжаться в костюм медсестры, поэтому мы обязаны победить. Ты меня понял, Сугуру? — Если это будет бой без техник, то Ран тебя завалит, — вздохнул Гето. — Ты всегда забываешь, что Небесное проклятие дает ей огромное преимущество в физической силе и выносливости. Это как пытаться голыми руками остановить несущийся на тебя бульдозер. — Гето. — Ну, что еще? — Ты только что назвал Макото бульдозером, я не ослышался? — искренне удивился Сатору, на что получил затрещину от друга. — Да чего сразу драться лезешь?! Я к тому, что обычно ты более обходителен. С девчонками, так уж точно! Сугуру пожал плечами и снял бежевую ветровку, оставшись в черной футболке. Потянулся, будто специально демонстрируя накаченные сильные руки. Сатору завистливо потыкал друга в плечо, а напоследок еще и ущипнул. Будь Гето в обтягивающей футболке, так легко не отделался бы. — Я говорю как есть, — Сугуру ущипнул Сатору в ответ за бок. — Ну, или не знаю, как проклятие особого уровня против первогодки четвертого ранга? Как еще сравнить, чтобы ты понял? Да, со временем ты тоже нагонишь и перегонишь ее в физическом плане — в конце концов, физиологию никто не отменял. Хотя, уверен, что к тому времени Ран наберется опыта и все равно продолжит заваливать тебя уже не только грубой силой… — А тебя будто нет? — Да и меня тоже, — не стал спорить Сугуру, потерев большим пальцем место между бровями. — Но мы говорим про сейчас. Потому что я тоже не хочу примерять костюм горничной, знаешь ли. — Есть идеи? — вздохнул Сатору, задирая голову и рассматривая цветущую сакуру. Один цветок упал ему на нос, заставив фыркнуть. — Ты постоянно с ней тренируешься. Неужели не успел выучить приемы там какие-нибудь? — Успел. Но, хм… — Гето задумался. — Вот когда мы с тобой деремся, как мой удар ощущается? Сатору зажмурился, вспоминая. Они регулярно мяли друг другу бока, пожалуй, даже чаще, чем Сугуру и Макото устраивали свои тренировки. Если не брать во внимание техники, а только грубую силу, то у Гето был хорошо поставлен удар. Но они дрались не в полную силу: цель была не покалечить друг друга, а просто выпустить пар. — Ну… ощутимо, — уклончиво ответил Сатору. — Из-за Небесного проклятия у Ран удары еще сильнее, — пояснил Сугуру. — Она, конечно, сдерживается, как и мы, но иногда нет-нет, да теряет контроль, забываясь. У вас с ней не так часто дело до драк доходит, да и ты пользуешься техниками, поэтому мог и не замечать такого. Но затяжной спарринг с Ран всегда чреват последствиями. — Погоди-погоди, — Сатору взмахнул руками, — то есть, Макото буквально как кошка, которая может заиграться и нечаянно выпустить когти? — Как поэтично, — хмыкнул Нанами. — Не думал, что ты видишь в Макото-сан кошку. Жаль, что она этого не слышит. — И хорошо, что не слышит! Потому что объясняться еще и перед Макото за то, почему он назвал ее кошкой, Сатору не собирался. Сравнение просто пришлось к слову, уж больно живописно описал ее Сугуру, который теперь демонстративно замолчал, предатель! Что, сказать было нечего? Если бы не первогодки, Сатору ему бы такой допрос тут устроил, что точно выпытал бы все, вытряс всю правду с потрохами. — Короче, измотать и победить? — он снова вернулся к теме. — Нет, скорее, измотают и победят нас, — вздохнул Сугуру, всматриваясь куда-то поверх головы Сатору. — Ты видел Ран когда-нибудь уставшей? Если бы она не засыпала со мной под телевизор… — Ты хвастаешься что ли? — насупился недовольно Сатору. — Решил променять почти что брата на девчонку? Я был о тебе лучшего мнения. Гето не выдержал и весело фыркнул. Похоже, его откровенно забавляли терзания друга. Потому что иначе он бы уже давно все рассказал и расставил все точки над «i», а не томил ожиданием и не подогревал интерес туманными ответами. Ну, Сатору всегда был уверен, что Сугуру — чертов садист. Он мог быть учтивым и обходительным с девушками, но свою настоящую натуру демонстрировал только ему. Это, конечно, льстило, но чаще все-таки жутко бесило. Сейчас, правда, раздражение даже было приятным: Сатору и не мог мечтать о том, что спустя столько лет вновь обретет возможность беситься с характера Сугуру, будто ничего и не произошло. Девушки задерживались. Вряд ли с ними могло что-то случиться в столь оживленном месте, но мало ли. Идиотов всегда хватало, а уж среди туристов — тем более. Судя по тому, как Сугуру все чаще бросал взгляд в сторону прогулочной дорожки, он тоже волновался. Сатору лишь надеялся на сознательность Секо — случись что, она обязательно позвонила бы им. — Вон они, — облегченно выдохнул Сугуру, заметив две приближающиеся девичьи фигуры. — Долго вы. — Ран решила, что нам просто необходимо печенье, — проворчала Секо. — Пришлось в очереди стоять… Будто мало она наготовила! — Так сезонное же, — возразила Макото, держащая в руках две большие коробки. — Ну, просто возьмем с собой и с чаем потом съедим. Что такого-то? И вообще нам повезло забрать последние. — Это продавцу повезло всучить их тебе по бешеной цене, подруга. То есть на одежду тебе денег жалко, а на печенье — нет? Глядя на спорящих девушек, Сатору не смог сдержать улыбки. Секо всегда была самой спокойной, даже флегматичной из их трио. Она старалась избегать прямых конфликтов и вовремя успевала унести ноги, когда пахло жареным. Никто из них не обижался, прекрасно понимая, что в бою от нее толку никакого не будет. Но, будучи единственной девушкой на их потоке, Секо, наверное, ощущала себя одинокой. Да, она общалась с Утахиме, но та была в Киото, и виделись они не часто. Сатору не знал, что на самом деле чувствовала Иэйри, но предполагал, что постоянное общение только с парнями утомляло ее, хоть она этого никогда не показывала. Однако сейчас он видел, как рядом с Макото Секо оживала: спорила, обсуждала прочитанное и просмотренное, больше принимала участие в их авантюрах, проводила время с ними вместе — и это не могло не радовать. — О, ты прям весь в цветах сидишь, погоди, — Макото склонилась и убрала несколько упавших розовых цветков с головы Сатору, улыбнувшись. — Хотя смотрелось неплохо. Прямо как в романтической манге, ха-ха. — Ты же говорила, что такое не читаешь, — насмешливо вскинул бровь Сугуру. — Ну, иногда хочется чего-нибудь сопливого и приторно-сладкого, знаешь ли. Макото уселась рядом с Гето и налила себе чай. Рядом с Нанами завозился Хайбара, разбуженный разговором. Секо отодвинула подальше ланч-боксы, чтобы он их не перевернул — это было бы большой потерей, стараний в них было вложено. Сатору взял одну из коробок с печеньем у Макото. Нарядный глянцевый картон в бело-розовых тонах и с выбитыми золотым тиснением мелкими цветами сакуры прямо-таки просился в руки к туристам. Так что стоило печенье прилично, и можно было бы вполне обойтись хотя бы одной коробкой, но Макото, которая вечно экономила на себе, не пожалела денег на такую ерунду и выглядела вполне довольной. Женская логика для Сатору даже в зрелом возрасте оставалась самой большой загадкой. — Ладно, я сдаюсь, — пробормотал он, рассматривая коробку, тронутый таким вниманием.