Глава 1

Когда это произошло, она находилась в замечательном месте. Теплый приглушенный свет лампочек укрывает помещение тонкой вуалью, а в воздухе отчетливо слышатся дорогие пудровые духи вперемешку с игристым шампанским, их венчают прозрачные вазы с чайными розами в чистой воде. Удобные бархатные кресла с забавными кисточками помогают расслабить уставшее от жестких стульев и высоких каблуков тело, вместе с усталостью она отпускает и плечи. Перед ней стоит мартини из груши и нектара агавы, она иногда вспоминает о нем, когда отвлекается от картины на стене – экспрессионизм далек от её вкусов, этот череп и синий цвет на картине делают что-то страшное с её душой, царапают старые шрамы и ей это точно не нравится. Как у любого взрослого человека у неё есть свой чемодан, или вернее, маленькая сумочка вредных привычек. Одна из них, горько-сладкая на вкус и ощущение – не позволять себе думать о прошлом слишком долго, поэтому её личная драма тонет в рюмке с напитком и пропадает до следующего раза. «Человеческий череп в пространстве» Дэмьена Хёрста остается без внимания до конца вечера. Тем временем клавиши, будто хрустальные капельки росы, разбивают тишину зала, вслед за ними на сцену бесшумно выходит вокалистка, с целью разбить ей сердце своим глубоким голосом:       Поцелуй меня один раз, поцелуй меня дважды, Трепетная игра музыкальных инструментов обволакивает, погружает в транс и ей впервые хочется, чтобы кто-нибудь оказал ей любезность и пригласил на танец. И хотя данное заведение не рассчитано для таких действий (оглянитесь вокруг, эти люди не знают, что такое веселье!), но ведь для чего еще нужна живая музыка? Чтобы танцевать! Прямо сейчас она бросит всё и…       А потом поцелуй меня ещё.       Это было так давно... Эмоциональный порыв рассеивается в воздухе, вместо него появляется раздражение, оно так долго было придавлено чередой суматошных дней, что прорывается наружу и проскальзывает на лице, но она не позволяет ему задержаться надолго, потому за ним следует стыд. Стыдно за трусость, за собственное малодушие. В надежде вернуть прежнее умиротворение, она едва заметно качает головой под ритм. Утешительный приз для бедного сердечка, когда последний кусочек красной рыбы оказывается на языке. Словно довольная кошка, она жмурит глаза от потрясающего вкуса закусок и вермута. В руках оказывается салфетка. Она легким движением поправляет губную помаду, из-за чего на бумаге остается розовый отпечаток в форме губ, он откладывается в левую сторону стола. Рядом появляется официант.        Я не испытывала таких чувств, дорогой,       Уже не помню сколько времени.       Это было так давно.. Хотя он кажется навязчивым, она повторяет себе, что умение персонала вовремя исчезать и появляться, это качества, за которые им платят хорошие деньги, поэтому впечатление не испорчено. Боковым зрением она отмечает его большие руки в тонких белых перчатках, которые тихо протягивают расчетницу. Не поднимая головы, она «стреляет» в молодого человека глазами. Ей хочется мурлыкать от того, какой вид ей представился. Крепкое тело и опрятная униформа ласкают взор, она позволяет захватить себя этому любопытству, легкому интересу. Нельзя отказывать себе в удовольствии, делать маленькие шалости, поэтому вместе с рукой Мисс плавно приподнимает плечо. Игра духовых инструментов усиливается, они как зеркало отражают от себя игривость этого жеста и локоны волос, чистое жидкое золото, изящно падают за спину. Парнишке открывается вид на хрупкую тонкую шею и декольте. Его грудь замерла, уши заложило, глаза сначала остановились на ложбинке ключиц, затем рвано прыгнули на красивый вырез темного платья, а после снова выше, на украшения, камни которого плотно обхватывают кожу подобно ошейнику. И тут он чувствует дразнящее прикосновение ногтей на тыльной стороне своей ладони, из-за чего волна жара охватывает его нутро, пальцы рук разгибаются от потрясения и он роняет папку прямо в раскрытую ладонь гостьи. Осознание ситуации приходит быстро и он слегка наклоняется корпусом вперед, вслед упорхнувшему жесту, когда реальный мир неожиданно падает на его широкие плечи. Волнение проявляется себя через покрасневшие уши, он смущен. Ничего из этого не удается скрыть в полумраке комнаты, но ему кажется, что это маленькая жертва ради огромной победы: лицо гостьи озаряет девичья улыбка, щечки слегка румянятся и глаза мнимого синего цвета снова приобретают огонёк веселья. У него хватает храбрости признаться самому себе, что это огромная удача, увидеть подлинную эмоцию на лице этой необыкновенной женщины.       Ты никогда не узнаешь, сколько снов       Мне снилось о тебе,       Или какими пустыми все они кажется без тебя. Леди бегло открывает вещицу, чтобы положить карту для расчета, когда ещё одна цель его присутствия снова ударяет в голову: - В-ваш стол уже о-оплачен, – заикнулся официант. Тонкая бровь приподнимается с вопросом и официант без слов переводит взор на другой, неприметный столик, где сидит такой же одинокий гость. Мужчина неприятной наружности, в черном шелковом смокинге от Кима Джонса, чью красоту умудряется испортить сам обладатель этой одежды. Ей знаком этот тип людей, способны раскошелиться на дорогие вещи, но не способны их правильно носить. Больная бледность кожи и впалые глазные яблоки выдают своего обладателя с головой, но все становится более отвратительным, когда благодетель замечает чужое внимание и ухмылка перерастает в пошлый оскал. - Господин выражает вам п-признательность за вклад в-вашей с-семьи, - продолжает жужжать над ухом официант. – Он х-хочет лично отблагодарить вас и приглашает присоединиться к н-нему. Чек играючи мелькает между тонких пальцев, порхает между ними как шальная игральная карта. О, эти голые руки без единого колечка! Они щедро кормят незнакомцев ложной надеждой, подают себя с такой любовью! Особенно это блюдо по душе желтой прессе, они иногда копаются в её грязном белье.       Ах, поцелуй меня один раз, поцелуй меня дважды,       А потом поцелуй меня ещё.       Это было так давно... Бумажонка безжалостно рвется на маленькие кусочки и падает кучкой обратно в книжку. Жалкое зрелище. - Верни это отправителю, я буду тебе очень благодарна. После рассчитайте меня, как всегда, пожалуйста. Папка вновь у официанта, он немного неуклюже разворачивается на пятках и видит перекошенную морду мужчины, чья кожа успела расцвести красными пятнами. Что делать? Горящие глаза обещают ему все муки ада, а чек уже закрыт. Что делать!? На помощь летит администратор. Он слышит слегка прерывистый шаг даже сквозь музыку и громкие удары своего сердца в ушах. Молча смотрит на стремительное приближение к столику, где его ноги приросли к полу, а ключ от его голоса лежит где-то в папке вместе с этими проклятыми бесполезными огрызками. Взять выходной, что ли?        Рыжеволосый мужчина приятной наружности в красном брючном костюме возвращает его в душу в тело, в обмен на расчетницу и шипит (а парни не верили, что он змей), что его ждут обязанности у бара. Да хоть полы мыть, дайте только от этого мужика скрыться! Леди безразлично смотрит на знакомое лицо администратора этого бара, у неё отличная память на всяких обманщиков. Его слова были достаточно убедительны, чтобы довериться ему! Это же он уверял её, что ничего подобного больше не произойдет и что теперь?        Вечер становится всё более утомительным. В такие моменты ей кажется, что ничего в её жизни не изменилось и не изменится, раз она позволяет себе оставаться такой наивной дурой.       Я не испытывала таких чувств, дорогой,       Уже не помню сколько времени.       Это было так давно... Это не первый раз, когда её узнают, вопрос в том, какой «амплуа» интересуют посторонних людей, когда они делают такие жесты и что последует за такими подачками. Ответ прост, ни-че-го хо-ро-ше-го. Женщина смотрит в упор на этого неудавшегося «покровителя», пока другой мужчина жужжит над её ухом очередную кисло-сладкую ложь. Отмечает неаккуратные бакенбарды черного цвета и лысину, что тянется от краев лба к затылку, это явно не прибавляет ему очков привлекательности, но её слегка забавляет его милая белая галстук-бабочка. Гость тем ведет беседу на повышенных тонах с другим официантом, тоже требует к себе администратора. Что же, придется подождать, пока он не примет у неё оплату. Музыка идет к своему логическому концу, когда обрывается выстрелом лопнувшей струны контрабаса и помещение погружается в тишину. Медленно она заполняется шепотом, он как волна растекается от одного стола к другому, пока не накрывает её с головой: - … Неужели это правда? ... Не верю… Сэр Реджинальд Харгривз… - …Из достоверных источников… Сэр Реджинальд Харгривз… - ... Сэр Реджинальд Харгривз… Уже в машине она продолжала гадать, что же испортило ей настроение раньше: она сама, очередной поклонник или новость о смерти м-ра Монокля?       

***

- Старик всю жизнь был затворником, а его последняя воля – устроить вечеринку!? Пого упрямо поджимает губы и старается не реагировать на крик Диего. Не сказать, что он сам рад этому развитию событий, но он уважает последнюю волю своего дорогого друга. Эти дети.… Уже совсем взрослые люди, смотрят на него, ждут ответов. Такие большие, а непонимание логики отца в глазах осталось прежним. Если бы он мог хоть что-то сказать.… Если бы он хоть что-то знал. - М-р Диего, это прощальный вечер в честь вашего отца, а не «вечеринка». Сэр Реджинальд настоял пригласить в академию несколько важных для него людей, чтобы они проводили его в последний путь. Вечером состоится прощальный ужин… - …Где мы все дружно станцуем ча-ча-ча и поплачем вместе с такими же снобами как наш папуля над его прахом. – Подхватывает голос из-под стола. - Клаус! – Лютер строго смотрит на их головную боль и дергает мужчину, чтобы поднять его с пола. - …Утром будет озвучено завещание. – Заканчивает свою мысль Пого. В комнате слышно пронзительное тиканье часов. Дети не знают, как реагировать на такое заявление, что может оставить им этот осколок гранита? Кроме боли и разбитых надежд? Диего больше интересует, каким местом думал этот человек перед самой смертью. О чем или о ком он думал? Ведь после того, как м-р Монокль открыл эту проклятую академию, мужчина пропал с радаров общественности и появлялся там только для того, чтобы контролировать их миссии. О каком блядском ужине может идти речь!? - Что мы должны сделать? – низкий голос Виктора разрушает затянувшееся молчание. Он держится подальше от семьи, угрюмо стоит, подперев стенку, смотрит только на него. Но шимпанзе все равно отмечает про себя, что м-р Виктор остался таким же милым юношей, каким он знал его прежде и это радует его старое сердце. - На этот случай уже составлен план мероприятий. Сегодня мы ожидаем портного, он должен снять ваши мерки…. - Я не согласен, – Диего снова грубо перебивает дворецкого. – Я не собираюсь участвовать в этом цирке, чтобы повеселить старого ублюдка на том свете! – и решительно идет в сторону выхода. Атмосфера дома итак не сахар, но своей выходкой он забивает последний гвоздь в гроб их обманчивого перемирия. Терпение Первого похоронено вместе с ним же. Он резко поднимается с целью встать на пути Диего, грозной скалой возвыситься над ним. Их молчание говорит громче слов. Космобой кладет руку на плечо Второго, придавливая не только морально, но и физически. Наступает очередное молчание. Как же Пого ненавидит такие моменты. - Не смей так говорить. – прожигающий взгляд из под лба обещает все неприятности мира, но могучий лидер наклоняется чуть вперед и смотрит прямо в душу, надеясь увидеть брата, но видит только злобу. - А то что, здоровяк? Папочке пожалуешься? – глумливо спрашивают в ответ. – Так хочу напомнить тебе, он сдох. Никто так и не понял, кто первый нанес удар. Клаус только успел театрально взмахнуть рукой, словно дал им зеленый свет для битвы и они тут же вцепились друг в друга как две бешеные собаки. С переменным успехом избегая тяжелых кулаков, мужчины закружились в потоке агрессии и обид, пока Диего не сделал подлую подсечку, и они оба не упали на пол, видимо чтобы помочь Мамочке собрать своими тушами налетевшую пыль с пола. - Прекратите этот балаган! – повышает голос Пого. Он не решается вклиниться между ними, но пытается заменить им голос разума. Как же безнадежно. - Давай Диего! Покажи, кто тут настоящий мужик! – кричит Четвертый и оборачивается к темному углу, где стоит Виктор, - ставлю пять баксов на нашего "модника" в черном! - Да откуда у тебя могут быть деньги? – со вздохом спрашивает Эллисон в пустоту. Клаус делает демонстративно-грустное лицо, но оно быстро озаряется насмешкой и он не успевает ей ответить что-то такое же едкое, когда теряет к ней интерес из-за смачного кровавого плевка на пол. Ну вот, уже кровь пошла! Чего-то подобного стоило ожидать, если в одной комнате собирается команда несостоявшихся супер-героев, драка неизбежна. Но это всегда так разочаровывает, думает про себя Дива. – Диего, знаешь, до меня тут слух дошел… Звуки грома прерывают фразу. Шум с улицы сердито стучит по земле очень близко к дому, а затем неизвестного рода синий свет бьет прямо в окна. Где-то разбивается стекло и воздух в комнате густеет, пока его в буквальном смысле не прорезают летящие острые предметы из железа. Примечательно, летят они в одну сторону стен и окон, откуда идет ужасный грохот. Первый приходит в себя. Он как щенка откидывает обезумевшего Диего с себя, его слегка качает в сторону, но он надеется, что это не так заметно и поднимается с пола. Разбитая губа немного больно жжет, но не это важно. Летящие железные предметы в стены (не смотрите на Диего, он ещё не подобрал своё достоинство с пола) и звук разбившихся окон на первом этаже интересуют его сейчас гораздо больше. Лидер разворачивается и идет к ближайшему выходу на улицу, за ним подтягиваются остальные. Они спускаются вниз и следуют вибрации воздуха. Посуда, скрепки, портсигар… Интересно, откуда он тут? Точно гвоздями к стенам приколоты вещи, из них строится дорожка, она ведет их к заднему двору дома. Там они видят, как яркий голубой свет прорезается сквозь щели тяжелых дверей, Лютер решительно толкает её своей большой рукой их и несется в гущу событий. Когда короли возвращались после тяжелого боя домой, на родину, их поход сопровождался пением родной земли. Когда горы, почва, воздух – всё помогало им вернуться, найти дорогу в свой край. Этот путь всегда был легче и слаще, особенно, если на своих плечах они несли бреда победы. Когда он вернулся домой, он не чувствовал ничего. Высокий мужчина падает прямо на колени, упирается руками в сухие листья, но не позволяет себе перевести дух и резко поднимается. Взмахом головы откидывает темную? Не седую? Челку с глаз и смотрит прямо на такие незнакомо-знакомые лица. У него получилось? Мысль шокирует, он слегка отступает назад, но продолжает упорно стоять на слабых ногах. Голубая воронка рассеивается в воздухе, и солнце вновь освещает землю. Будто это естественное явление, когда на лужайке вашего дома херня неизвестного происхождения выплевывает человека. Все молчат. - Кто-нибудь ещё видит этого мужика упавшего с неба или это опять только меня накрыло? – спрашивает в пустоту Клаус и слегка нервно улыбается. Необычный гость реагирует на голос и выплывает из своих мыслей, чтобы оглядеть себя. Серый костюм слегка висит на нем (не критично, хмыкает он про себя), замечает свои помолодевшие сильные руки и не ощущает привычной боли в коленях. Неужели… У него правда получилось?! - Какое сегодня число? – нетерпеливый, но очень важный вопрос. Лицо человека не расслабляется, жестко смотрит вперед, на свою семью. - 24 марта, – мгновенно подает голос Виктор. Он не может оторвать себя от того, чтобы разглядывать этого незнакомца, находить знакомые и изменившиеся черты. Отмечает про себя, что его брат стал настоящим красавцем. Если, конечно, это правда тот, о ком он думает. Слабая надежда всё еще надежда. Высокий человек средних лет в слегка большом сером костюме внимательно оглядывает группу людей (и шимпанзе) хищными зелеными глазами. Он свободно расправляет широкие плечи и прячет аккуратные кисти рук в карманы, чтобы облокотиться на одну ногу. Мгновение и его суровое лицо озаряет слабая улыбка, маленькие морщинки на лбу разглаживаются и это делает его лицо по-настоящему красивым. Он выдыхает. Эллисон видит эти знакомые ямочки на щеках, догадка ошеломляет её. - М-р Пятый?– опережает её Пого. Конечно, только верный друг их семьи может узнать в этом опасно-привлекательном мужчине их маленького пропавшего братца. Не кто-то из его близких, а разумное шимпанзе. Горечь этой мысли отравляет сознание женщины, она пытается незаметно смахнуть злые слезы.        - Я… Вернулся, - мужчина изнуренно выталкивает из себя эти важные слова, но после высоко поднимает волевой подбородок, словно не было слабости в голосе, - Надеюсь, за это время дома появился кофе? Готов убить за чашку черного молотого. И тут все отмирают, начинается привычный шум и балаган. Точно ничего не изменилось, хмыкает Пятый про себя. Он наконец дома.