Часть 1

Что это дело рук серийника, по сути, маньяка, первым сообразил Дэн. И очень долго старался донести эту мысль до коллег. Уверенные, знающие, матёрые, они не очень-то хотели слушать новенького, которого в качестве нагрузки по обязательному распределению пихнули к ним в убойный отдел. Ну, носится себе пчёлкой, собирает какие-то крошки нектара то там, то тут, ну да и Бог с ним. Лишь бы при деле был и не лез со своими идиотскими «соображениями», Шерлок Холмс доморощенный. – Ты хоть раз живого настоящего маньяка видел? – снизошёл однажды до Дэна начальник отдела, Саймон, по прозвищу Бруклинская колбаска. Звали его так за непроходящую, многолетнюю любовь, к этому чуду мясного производства, что готовила его жена, родом, соответственно, из Бруклина. Подчинённые добродушно подшучивали над начальником, что тот до сих пор не развёлся со своей благоверной, только из-за того, что никто больше такие колбаски готовить не умел. – Если они убивают сериями, значит, у жертв должно быть что-то общее! К примеру, все блондинки. Или все библиотекарши. Или все на правую ногу хромают. Но тут – ничего! – У них есть общее! – пытался пробиться через броню сарказма Дэн. – Вот, посмотрите! Все они встречались с одним и тем же парнем! Терри ГудНайтом… Наградил же Бог фамилией… – Да, – наверняка мысленно «Бруклинская колбаска» был уже дома, за ужином, перед телеком, с холодным пивом, и хотел побыстрее свернуть разговор. – Мы с ним работали, потому как ты настаивал! Все рекомендации исключительно положительные. В университете лучший на потоке. Типичный студент-ботаник в очках. При виде крови в обморок падает. И встречались с ним эти крали, хорошо, если не на спор. Совершенно не его уровня красотки. – Нужно его получше проверить, а ещё лучше – задержать! – настаивал Дэн. – И допросить, как следует! Желательно, с участием психолога. Или психиатра даже! Этот парень явно не тот, за кого себя выдаёт! – Малыш, если тебе делать нечего, так я найду. В кабинете штук пятнадцать дел, не оформленных должным образом. Иди и займись ими! Чтобы завтра к утру всё подшито-описано было. Живо! – Он убьёт снова, – пропыхтел Дэн, – и новая смерть будет на вашей совести! – Учить он меня будет. Психиатра ему подавай. На суд ты потом ходить будешь, когда этот ГудНайт на нас жалобу напишет и дело заведут? «Бруклинская колбаска» только отмахнулся, но Дэн оказался прав. Недели не прошло, как у них на руках оказался новый труп. И на сей раз от слов Дэна не отмахнулись, потому как убитой оказалась родная племянница «Бруклинской колбаски». Когда тело девушки извлекли из мусорного контейнера, тот сначала принялся проводить привычные процедуры, но вдруг начал спотыкаться на словах, бледнеть и бубнить про себя: – Как на Сару похожа… Нет, как же похожа… Бывает же. Быть не может… Затем отошёл и начал кому-то названивать. Дэн видел, как у начальника дрожат пальцы. – Да? Да, привет, братишка! Слушай, Сара дома? Что… Да нет, так просто… У неё же день рождения скоро, хотел узнать, может ты знаешь, что она хотела бы… Нет? До сих пор? А когда ушла? С какими подружками? Можешь позвонить ей, прямо сейчас. Не отвечает, ясно, девчонки, они такие. Набери, прошу. Дэн, да и наверняка вся их группа слышали разговор. И все увидели, как в кармане джинсов убитой зажужжал и засветился телефон. «Бруклинская колбаска» наклонился, и безо всяких перчаток, вытащил аппарат. Дэн, да и все остальные, увидели на мониторе фото мужчины, очень похожего на начальника. Звонил контакт «Папуля». Воздух резанул такой вопль, какого Дэну прежде слышать не доводилось. ­– Нужно срочно бежать домой к этому Терри ГудНайту! – гаркнул он прямо в ухо начальнику. – Тело ещё мягкое, кровь свежая, он был здесь вот только что! Не успеет уничтожить следы! Терри и правда не успел. Мельчайшие следы крови на одежде. И анализ потом подтвердил, что это кровь Сары. Частички её кожи под ногтями. Его взяли, можно сказать, «тёпленьким на горячем». Дэн сам придумал эту фразу и очень ею гордился. Правда, разделить это чувство с ним пока желающих не было. «Бруклинская колбаска» едва не задушил Терри прямо на месте. Подчинённым не под силу было оттащить мощную тушу начальника, но тот довольно сильно выдохся, пока бежал за Дэном переулками и закоулками по навигатору, игнорируя служебное авто, которое по расчётам Дэна добиралось бы куда дольше, да и сирена явно могла Терри спугнуть. Терри крепко повезло, что его шея выдержала те несколько секунд, что начальник ревел раненым бизоном, но потом свалился без чувств, и паковал преступника в наручники уже Дэн. Остальные хлопотали над «Бруклинской колбаской» и вызывали скорую. И вот теперь, Терри был под арестом, его водили на допросы, но тот говорить отказывался. Точнее, сказал каждому из пытавшихся, что говорить будет только «с тем пацаном, что меня повязал». Дэна несколько покоробило такое обращение, но что поделать. Да, ему было уже двадцать пять, но по лицу и сложению его до сих пор принимали за старшеклассника, а пиво и сигареты продавали только по паспорту. Вести допрос было ему не по чину и не по должности, но решили пойти на уступки. Кто именно это разрешил, Дэн не знал. Пока начальник лежал в больнице, пытаясь выкарабкаться после нервного срыва, они пока болтались как бы сами по себе. История с Терри заставила всё отделение гудеть, как растревоженный улей. Всё же, маньяки в их маленьком городке встречаются не каждый день. Тем более такие, что одним убийством умудряются уничтожить почти целую семью, не чужих полиции людей. «Сара была бы живая, если бы я послушал тебя. Если бы только послушал», – твердил «Бруклинская колбаска», когда Дэн с коллегами пришёл его навестить. Ничего другого от него добиться не удалось. Дэн не знал даже, в курсе ли начальник, что родители Сары лежат в соседних с ним палатах, и врачи пытаются не дать обоим в буквальном смысле умереть от горя. Дэн бы не удивился, если бы Терри просто придушили по-тихому, списав его смерть под каким-нибудь благовидным предлогом. Зато удивился, когда ему всё же велели провести допрос. Терри встретил его улыбкой. Именно такой улыбкой, какой встречают маньяки в детективных романах, которые Дэн читал запоем. Родня шутила, что поэтому он и пошёл в полицию. Не наигрался ещё. Дэн тихо сел по другую сторону железного стола. Посмотрел на Терри. Тот сейчас ничуть не походил на тихого ботаника, что крови боится. ­ – Терри ГудНайт, меня зовут инспектор Дэниел… – О, зачем такие церемонии! – прервал его Терри. – Я знаю, кто вы, Дэн. Вы ведь позволите называть вас так? – Нет. Обращайтесь ко мне инспектор Мол. – Как официально, – Терри снова улыбнулся. – Ну, а я разрешаю вам просто по имени. Мне очень нравится, как оно звучит. А вот фамилию свою терпеть не могу. – Придётся потерпеть. Итак, я здесь для того… – Для того, чтобы поболтать со мной, я знаю. Дэн, я оценил ваши потуги, честно. Так что давайте дальше без этого пафоса. Дэн положил между ними бланк для записи допросов и пару ручек. Терри с интересом посмотрел на них. Да, смешно. Это были личные ручки Дэна. С рисунком в виде рожиц Микки Мауса по всему корпусу у одной, и Мини, с её огромным розовым бантом, у другой. – О, а я больше по принцессам, знаете ли. Обожаю диснеевских принцесс. Но тех, что ещё из классической анимации. К три-дэ я не очень. – Принцесс, значит, любите, а реальных девушек убиваете? Так, мистер ГудНайт? – Терри. Только Терри. Иначе и с вами говорить не буду. Дэн понимал, что его прощупывают. Прогибают. И судя по всему, не его первого. Ладно. Главное, получить признание и упечь этого типа на пожизненное. А личное эго может и потерпеть. – Вы здесь только потому, что я согласился поговорить с вами. Иначе этим вашим друзьям и слова бы из меня не выбить. – Они и не начинали ещё, судя по вашим целым зубам и рёбрам. Выбивать они умеют. – И вы в растерянности, почему не стали? Дэн действительно был в растерянности. Почему дошло до этого фарса. Почему допустили его, вообще ничего не смыслящего в допросах, без малейшего опыта в этом деле, и совершенно одного. Хотя он опять упорно просил психиатра в компанию. Ну, или, на худой конец, штатного психолога. – Хорошо. Терри. И, правда, красивое имя. «Что я несу?! Да ещё таким дружелюбным тоном?! Передо мной маньяк-убийца, на счету которого не менее пяти жертв по моим же подозрениям. А может и куда больше! Племянница шефа, в конце концов! Да и он сам по сути…» – Так почему, Терри, расскажете? – О, так это было не так уж сложно, верно? Продолжайте, у вас хорошо получается. Почему? Они все… Как бы это сказать… Обижали моего брата. – Брата? У вас есть брат? – Дэн даже подскочил. Никакой информации о брате он не находил. – Близнец. Мы очень-очень близки, знаете ли. Настолько, насколько только это возможно. Всегда вместе, всегда вдвоём. У нас даже свой тайный язык есть. Он самый дорогой и любимый для меня человек. Ради его счастья я пойду на всё. – Я уж вижу. Даже на убийство. «Что за чушь? Какой брат? Если они так близки, как так вышло, что о нём нигде нет никакой информации???» – Все эти девушки, начинали «крутить хвостом» перед ним. Сами на него вешались. А когда он проникался, разбивали ему сердце. Практически уничтожали, убивали его… – Терри покачал головой. – Я едва-едва его вытаскивал. – Слушайте, ну это нормально для людей! Сходиться-расходиться! Это не повод для убийства! Нужно уважать чужое право прекратить отношения! И вообще, уважать девушек! Если вот моя решит меня бросить, уйти к другому, я же не стану её убивать! «Что я несу? Пытаюсь взывать к логике маньяка?» – Ну да… Скажите, Дэн. Вы, значит, свою девушку уважаете? Дэн замер. Вот зачем он вообще ляпнул про неё? – Почти уверен, что она знойная брюнетка. От вас духами пахнет, такими сильными, пряными. Такие обычно темноволосые дамы выбирают. С белой кожей. Этакие Белоснежки. Но есть и другой запах. Еды. Точно такой же, какой пахли все прочие ваши коллеги. Значит, из вашей общей столовой. И более тонкий аромат. Нежный. Конфеточки такой розовой. И… на вашей чёрной водолазке, прямо вот тут, у шеи, через грудь, – Терри на себе показал – где, – лежит длинный светлый волос этакой Авроры. Дэн провёл рукой и действительно снял с себя золотистый волосок. – Делаю вывод. Вы в отношениях. Наверняка говорите со своей Белоснежкой о любви, какая она особенная. А в обеденный перерыв шпёхаете блондинистую Аврору в розовом лифчике, где-то неподалёку от столовой. В кладовке, к примеру. Дэн вспотел. Всё это было правдой. От первого слова до последнего. Но… как??? – Да, вы не убиваете. Но ваша Белоснежка, когда узнает, не будет логично уходить. Яйца она вам отрежет. А Аврору вашу на лапшу покромсает. Дэн подскочил, в полном шоке глядя на Терри. – Перерыв, – выдохнул Дэн, пытаясь нащупать рукоятку двери. Стараясь не смотреть на улыбающегося Терри. Нащупал, наконец, и вылетел прочь. Да что б он туда вернулся, допрос продолжать?! Да ни в жизнь! Иначе психиатр понадобится уже ему.