Часть 10

– Мистер Саймон, это бред! Дэн был вынужден признать, что знакомая комната для допросов, со стороны преступника, выглядит совершенно иначе. И совершенно иначе ощущается. Как в театре абсурда, к примеру. Он сидел на том же месте, где совсем недавно сидел Терри ГудНайт, в виновности которого Дэн не сомневался. Но теперь, этот самый Терри, совершенно спокойно стоял за плечом Бруклинской колбаски… то есть, начальника, мистера Саймона, чуть потирал запястья и смотрел на самого Дэна едва ли не сочувствующе. – Увы, это не бред, Дэн, – в голосе Бруклинской колбаски сквозила горечь. Будто ему и правда было жаль подчинённого. – Терри только что признался! Во всех убийствах! Подозреваемый и его шеф переглянулись. – Ты же знаешь, что у тебя провалы в памяти, Дэн? – осторожно начал Бруклинская колбаска. – С раннего детства. – Это не то чтобы провалы… просто моя память так работает… – Блокируя неприятные тебе вещи, – понимающе кивнул шеф. – Убийства, к примеру. – Нет! – Дэн… Я покопался в твоей биографии. Сожалею, что не сделал этого раньше, когда ты только пришёл ко мне в отдел. Но у нас тут захолустье, желающих работать за такие деньги и с такой нагрузкой немного, а у тебя были такие прекрасные рекомендации… – Когда это вы в ней копались? – спросил Дэн, чуть откидываясь на стуле. Какой же он неудобный, даже в сравнении со стулом, на котором сейчас сидел шеф. – Пока в больнице лежал, – охотно ответил Бруклинская колбаска. – Сердечный приступ оказался довольно лёгким, и я не мог бездействовать, когда беда коснулась семьи моего брата. Бедная племянница… Бедная девочка… – Как они, кстати? Её родители? – Дэна это правда интересовало. И не только для дела, а чисто по человечески. – Сам как думаешь? Когда единственную дочь нашли убитой в мусорке?! А убийца… – Бруклинская колбаска вперил взгляд в Дэна. – Я поклялся брату и его жене, что тот не уйдёт от возмездия. Дэн кивнул. – Здесь наши с вами цели совпадают, но я… – Дэн. Послушай. Я всё знаю. И что на самом деле твоё имя Кристофер Джонс. И что в школе ты избил свою одноклассницу, а вину взял на тебя твой лучший друг, – шеф взглянул на Терри, – с которым судьба свела тебя снова. Хотя ты его и не помнишь. Как я полагаю, стресс практически убил в тебе ту личность, что зверела на раз, но не до конца. Возможно, ты действительно не помнишь, как убиваешь этих девушек. И это не твоя вина, а… твоей второй личности, что ли. Этого, Кристофера, что просыпается в тебе. Мы это выясним. Психологическая экспертиза… – Терри признался! – Дэн так крикнул это, что сам себя оглушил на секунду. – Он вот только что объяснял мне, как ненавидит всех этих девушек, начиная с Сирены Дэвиз. Той самой нашей одноклассницы. Моей первой… Первой любви Кристофера. Шеф снова переглянулся с Терри, а Дэн пытался понять, почему его так волнуют все эти переглядывания. И почему они до сих пор одни в комнате для допросов. – Дэн… Он не признавался. Это была…. Провокация. Когда я во всём разобрался, я уговорил врачей меня отпустить, приехал сюда, и освободил Терри. Извинился за своё поведение на задержании, твои неправомерные действия, и попросил о помощи. Все эти его слова… Это была попытка всколыхнуть твою память. Я надеялся, что ты или вспомнишь, что это всё твоя работа, или в тебе проснётся вторая личность, этот Кристофер. Терри как бы изображал тебя. Его. Говорил твоими словами. Словами тебя прежнего. И озвучивал твои мысли. – Я согласился помочь, – кивнул Терри. – Я понимаю, что значит потерять близкого человека. – Ведь я потерял лучшего друга. Которого так и не смог никем заменить. Дэн помотал головой. – Вы ошибаетесь! Мистер Саймон, я… – Дэн наткнулся на его взгляд, и понял, что любые доводы бесполезны. – Ладно. Ладно, давайте так. Начнём сначала. С избиения. Мы не можем узнать, кто её избил. Я не помню, а Терри не признаётся. Мы ненадёжные рассказчики. Но есть человек, кто точно знает виновного. – Сама Сирена Дэвиз, – понимающе кивнул шеф. – Я пытался её найти, но пока безуспешно. – Тут искать нужно в другом месте. Барби считает, что моя Лола и Сирена Дэвиз, одно лицо. И Терри, как понимаю, считает также. Эти двое снова переглянулись. Да что такое-то? Будто это Терри работает в полиции и заслужил всяческое доверие, и такие вот переглядки сообщников. – Где Барби, кстати? – С ней всё хорошо. Ею тоже занимаются, но она будет, скорее, свидетелем. Поможет определить твою вменяемость. – Кто ей занимается, если в отделении никого нет? – Это я всех удалил, когда понял, что ты идёшь сюда! – с нотками нетерпения рыкнул шеф. – Всё же не каждый день в нашем тихом городке ловят маньяка. Дэн на секунду закрыл глаза и снова их открыл. Шеф и Терри в упор смотрели на него. – Нужно найти Лолу. И расспросить её. – Мы бы рады, – шеф чуть пожал плечами. – Да только пока поиски безуспешны. Как на нее напали около клуба, так больше и никаких следов. – И вы полагаете, что это тоже я? – Терри был здесь. Сначала запертый в камере, потом я с него глаз не сводил. А ты… ты, прежде чем пошёл домой к Барби, вполне мог нейтрализовать её. – Но зачем мне это?! – Чтобы она не рассказала, что это именно ты избил её. Точнее, Кристофер Джонс. Думаю я, Лола не знала, что ты и он – одно и то же лицо. Иначе, не стала бы с тобой жить. – И спать, – вклинился Терри. – Шеф, её нужно найти. Мне нужно попасть на место преступления. Ладно, может во мне живёт маньяк-убийца Кристофер Джонс, но во мне же есть и детектив Дэниел Мол! – Дэн встал и Бруклинская колбаска сделал то же самое. – Позвольте мне поехать туда. Осмотреть место. Поговорить со свидетелями… Сейчас Дэн всей душой жалел, что не сделал этого сразу, а поехал к Барби. Тогда, возможно, всё сложилось бы совершенно иначе. И он не оказался бы здесь. – Это исключено, Дэн, – категорично заявил шеф. – Речь идёт о жизни девушки! – Будто тебе есть дело до её жизни! – хмыкнул Терри. – Будто тебе когда-то было до них дело. – Терри! – Бруклинская колбаска сделал движение чтобы взять того за плечо, но Терри досадливо увернулся. – Её отпиздили по её рожальне, а она как ни в чём не бывало трахается! – Терри, замолчи! – Все они такие, правда, Дэн? Правда, Саймон? Сколько ты мне рассказывал дел об изнасилованиях? Бруклинская колбаска пытался заставить Терри замолчать, но того несло. – Как они сидят тут, плачут, и пиздят, как их обидели. Трахнули их дырочку без их согласия, беда какая! Да их дырки для того и существуют! Подумаешь! Десять минут полежали, раздвинув ножки, и ревут! – Терри! – Нажалуются на парня, которому сами дали, сломают тому жизнь… А потом ебутся безо всяких проблем! Вруньи, притворщицы! Если тебя изнасиловали, ты в жизни больше свою пизду никому не покажешь! – Терри уже орал, а Бруклинская колбаска пытался заломить ему руки. – А раз снова трахаешься, значит, невелика трагедия! Зачем тогда жаловаться? Шеф, наконец, скрутил Терри, приложил его грудью на стол для допросов, пытаясь защёлкнуть на его запястьях наручники, но тот продолжал кричать: – Как и Сара эта! Вертела жопой своей шлюшьей, юбочку задирала, на шею вешалась, а как до дело дошло ¬– на попятную! «Я девственница, я не могу… Помогите, насилуют! Папе расскажу! Дяде пожалуюсь, он…» Бруклинская колбаска рывком поднял Терри и от души врезал ему по зубам, заставив, наконец, замолчать. Дэн смотрел на них. На одного, на второго. На Терри, что сплёвывал кровь, на шефа, что тащил его к выходу. – Дяде пожалуюсь. Потому что дядя в полиции работает. И любил племянницу. Но кое-кого он любит сильнее. Кого всеми силами пытается спасти. Бруклинская колбаска остановился. Обернулся. Согнутый в три погибели Терри обернулся тоже. Их лица были рядом. Впервые Дэн увидел их рядом. И отметил, как они похожи. Выражением глаз. Некоторыми деталями. – Сына, видимо? Сына, чьи наклонности и ненависть к девушкам пытались направить в русло садо-мазо. Но этого не хватило. Он всё равно начал убивать. Но папа-полицейский отважно закрывал дела. – Он убивал никому не нужных пиздашлюх, – спокойно сказал шеф, а Дэн ужаснулся, как его голос на этой фразе стал похож на голос Терри. Как и выражение глаз. Шеф решил больше не прятаться. – Мы вместе отбирали их. Приводили в клуб. Кто откажется от перчинки, когда это так модно? – И никто ничего… – Никто ничего, – кивнул шеф. – Пока ты не свалился на мою голову. Вот от кого не ждал проблем. Специально отбирал кретинов, которым лишь бы штаны просиживать, да проституток щупать. Ты был идеальный кандидат, с твоими провалами в памяти. А такую деятельность развёл. – Пусти уже! – Терри дёрнулся, и шеф отпустил его. – Лола твоя, или Сирена Дэвиз, как хочешь, никому ничего не расскажет уже. А из тебя я выбью признание. Получишь вышку, а… – А Терри продолжит убивать? Шеф, ему лечение нужно… Дэн сглотнул, глядя, как шеф идёт на него. Как за его спиной стоит Терри. Всё ещё в наручниках, и струйка крови бежит из угла его рта. – Барби тоже придётся замолчать. Смешно. Её уход к тебе от Терри спас ей жизнь. Точнее, немного продлил её. Девочка прониклась к тебе симпатией и даже просила пощадить… Притащилась с тобой, хотя должна была оставаться дома и только сообщить мне, когда ты поедешь. Соглашалась снова вернуться к Терри и слушаться его во всём, если мы не тронем тебя. Шеф остановился на расстоянии шага. – У вас ничего не выйдет, – Дэн пытался говорить смело и уверенно, отчётливо понимая, что его сейчас начнут избивать. Сильно и без жалости, выбивая признательные показания. – Исчезновение Лолы будут расследовать… Она… Она не вышла покурить, как все думают! Она не курит, и это знают всё её друзья! Близнецы Карл и Глен, и Дэбби с Долли. Обе любят Карла, но Долли безответно. У неё слишком большая грудь и пышные бёдра. Карл любит изящных девушек, почти без форм… Дэн понятия не имел, откуда в его голове берутся все эти подробности. – Лола носит с собой сигареты, но сама бережёт кожу. Шеф продолжал смотреть на него. – Они все любят Лолу! Они дадут показания и не позволят спустить её дело на тормозах! Шеф вздохнул – Нет, всё же, ты идеален для нашего городка. Конченый дебил. Кому они показания дадут? Мне? Так я ими подотрусь. Напиши признание, Дэн, и доживёшь последние дни без переломов и разбитого лица. Сердце билось где-то в горле. Умирать не хотелось. Умирать за чужие грехи – тем более. Как и оставлять на этой земле маньяка убийцу и его защитника. – С одним условием, шеф. Если вы поклянётесь жизнью сына, что не тронете Барби. И выпустите Лолу, где вы там её запрятали. – Сказал же, она уже… Шеф не договорив, нанёс удар. Точно также, как делал уже не раз, ловя собеседника врасплох. Но Дэн знал этот приём шефа. И был готов.