1. - сын или дочь

Сериальные персонажи, действия происходят сразу после того, как Рейнира предложила Джейкериса - Хелейне. Эйгону 15, Хелейна младше на 3 года. В ночном небе, сквозь тучи проявился молодой месяц. В Королевской гавани было как никогда темно и сыро, и даже алые огни улиц, казались сегодня тусклыми. — Это твой долг перед семьей, это не обсуждается. Алисента была напряжена до предела. От тусклого света камина, лицо казалось более худощавым, бледным и несчастным. — Неужели ты не можешь понять! На лице королевы заиграли желваки, а вена на лбу казалась, вот — вот лопнет. Брезгливо подняв глаза, она посмотрела сквозь него, пытаясь выделить каждое слово значимостью. — Я лучше сгорю в пламени Вхагар, чем отдам свою единственную дочь этому бастарду. Выплюнув слова, женщина резко отвела взгляд к камину. Пальцы руки произвольно потянулись ко рту, и старая привычка вспомнилась вновь. Ее девочка. Милая Хелейна, беззащитное, невинное дитя. — Матушка, … Начал, запинаясь, он. Мысли путались, сознание отказывалось верить в реальность. Этот момент настал. Он знал, ждал, но чтобы так скоро, почему именно сейчас? Он не готов, и никогда не был готов жениться на собственной сестре. Не смея поднимать глаза на нее, тело съежилось в бархатном кресле. Может я еще смогу что-то исправить? Словно щенок с поджатым хвостом. За тебя уже сделан выбор, и твое мнение здесь никогда ничего не значило. Ты просто пешка на шахматной доске, во главе с Отто. Хайтауэр подскочила к сыну, опустившись на колени перед ним. Сжимая рукой его нижнюю часть подбородка, словно говоря про себя: — заткнись и слушай. Теперь ее взор был устремлен внимательно на него. — Ты должен, Эйгон! Ты женишься на ней, и вы продолжите род Таргариен, исполняя свой долг! Шипя, сквозь зубы выкрикнула она. Опомнившись, через мгновение ее пальцы разжали подбородок сына, оставляя красные следы. В собственном недоумении, она будто опешила, резко поднимаясь с колен. Каждый раз она ненавидела себя за это. Вспыльчивость так же передалась в наследство и ее старшему сыну. Где-то отдаленно послышались шаги, Алисента перевела взгляд на дверь, указав стражнику: — Кто — бы там не был, дай нам пару минут. Не впускай никого. Более спокойным тоном произнесла она, переводя дух. Мельком взглянув на сына, женщина тут же наполнила бокал красным вином, делая жадные глотки один за другим. — У нас нет ничего общего... Донесся вялый шепот юноши в кресле. Боль от острых пальцев матери уже начала потухать. Эйгон привык к рукоприкладству со стороны своей матери. Ему было десять, когда хлесткий удар пощечины матери впервые осел на детскую щеку. Тогда это казалось ему несправедливым, гадким поступком со стороны его матушки. Принц слышал ее тяжелое дыхание, которое разъедало на части его душу. Юноша, подняв бокал, быстро осушил его, поморщившись от терпкого, но до боли знакомого вкуса. Это прекрасное ощущение, единственное, что ты можешь контролировать в своей никчемной жизни. Он не мог больше находиться здесь, не мог и не хотел более видеть ее. Наследник прекрасно понимал, что отец был против их с Хелейной брака и только ОНА могла настоять на своем, нежно нашептывая своему королю о прекрасной партии Хелейны и Эйгона. — Государыня, принцесса Хелейна хочет Вас видеть. Протараторил рыцарь в доспехах, ожидая указаний. — Пусть войдет. Опустив бокал на стол, королева украдкой посмотрела на сына, пытаясь не поймать его ответный взгляд. — Мама? Ты хотела видеть меня? Нежно, словно ангел прошептала еле слышно Хелейна. Ее пышные белокурые волосы были убраны в легкую косу, от неяркого пламени камина, даже издалека виднелись пестрые, расписные символы золотистой вышивки на изумрудном платье. Брат сделал глубокий вздох, поднимаясь с кресла. Взяв графин с вином, он тут же наполнил бокал до краев, делая пару глотков. Он не мог смотреть на сестру. Эйгон стал питать смешанные чувства к ней, когда впервые услышал от матери про их помолвку. Тогда это казалось злой шуткой, а сейчас это уже реальность. Прежнее волнение и невидимая забота брата к сестре превратились в недоумение. Юноша стал задавать себе вопросы и не найдя ответы стал погружаться в хмельной бред изо дня в день. Пытаясь забыться, не смея даже вообразить себе, как они будут делить холодную постель вместе. Брат отвернулся к камину, не желая случайно встретиться взглядами с сестрой. Разглядывая догорающие дрова, он сжал кулак до предела, чувствуя, что бокал вот — вот лопнет в его руке. — Моя дорогая… Женщина привстала, опуская свои ладони на хрупкие пальчики своей дочери, заставляя ее сесть рядом с собой. Алисента почувствовала, как руки ее дочери дрожат от волнения, будто чувствуя напряжение. Лицо королевы приобрело прежнее спокойствие. — Скоро ты выйдешь замуж, у тебя будет лучшая свадьба, о которой будут говорить даже в Дорне. Пытаясь спокойно проговаривать слова, Алисента гладила руку дочери, забыв о сыне. Женщина знала, что ее дочь особенная. Дав себе немного вольности, она забывала, что та ненавидела близость. Тут же осознав, Хайтауэр убрала свои тонкие пальцы с ладони Хелейны. — Прости. Я… Начала оправдываться мать за свои действа. — Не надо. Я знаю про свадьбу… и всегда знала. Нейтрально произнесла принцесса, незаметно отдаляясь от матери. Достигнув необходимого расстояния для своего комфорта, девочка боязливо приподняла глаза, смотря в сторону камина. Давно он знает? Эйгон знал о помолвке с самого начала, но не спешил рассказывать кому-то кроме Эймонда, здесь нечем было гордиться. — Придется выбирать, сын или дочь, вот только кто различит близнецов, если не собственная мать… — Хелейна… Алисента нахмурила брови, боязливо взглянув на дочь. Мать всегда переживала в такие моменты, но осознавала, что не может ничем помочь ей. Бред ее дочери иногда достигал своего предела. Оставалось только ждать и потом успокаивать принцессу, наблюдая, как той тошно и неприятно от собственных слов. — Сумасшедшая. Послышался пьяный голос за спиной Алисенты. Старший сын, чуть пошатнувшись наконец-то повернулся к ним. Хелейна, находясь в своем состоянии, закрыла уши ладонями, резко встала и быстрым шагом направилась к выходу. Эйгон, одним большим глотком опустошил бокал, вытирая рубахой остатки по губам. Легкая ухмылка накрыла его лицо. Он был охмелен, а значит, весь этот бред просто не запомнится ему. Завтра будет новый день, где возможно все это было лишь кошмаром. — Проводите принцессу в ее покои. Алисента встав, указала рыцарю на входе, а затем повернулась к сыну, который уже спешил покинуть ее. — Не говори про нее так, она твоя сестра. Ты делаешь ей больно, ты же знаешь… Лепетала она умоляя, глядя на пьяную походку Эйгона. — Эйгон! Вырвалось полукриком снова, задерживая дыхания на слове. — Я знаю, матушка, ты хотела сказать моя суженная… Посмотрев с отвращением на собственную мать, уверенно сообщил он, словно выпитый литр вина и не был распит часом ранее. — Я сам провожу принцессу в ее покои. Еле слышно прошептал он. Он сказал это вслух? Боковым зрением увидев, как после него закрылись двери зала, юный Таргариен направился к лестнице наверх. Пройдя несколько ступенек, заметил, как вдали мелькнули белоснежные волосы его сестры. Чуть прибавив шагу, дракон оставил лестницу позади, приближаясь к покоям сестры. — Стойте. Отчетливо произнес он стражнику. Хелейна держа рукой дверь своей комнаты, вопросительно взглянула на брата. Ее заплаканное лицо выражало лишь негодование. — Мой принц? Удивленно подметил рыцарь у входа. — Принцесса Хелейна собирается отходить ко сну. Не отступая от двери, чуть ли не загораживая доспехами, промолвил тот. — Я знаю, идиот, отвали, мне надо поговорить. Нервно протянул принц, объясняясь. — Пусть войдет. Тихо велела Хелейна, глядя на стражника. Эйгон медленно растянув губы в улыбке, направляясь в покои принцессы. Он был здесь пару раз в детстве. Тогда они с Эймондом дрались на деревянным мечах, он случайно забежал в комнату сестры. Тот был крайне удивлен, увидев возле кровати десятки мертвых насекомых. Хорошо оглядевшись, он рассмотрел картины: бабочки, птицы, огонь, вода. Его сестра хорошо рисовала. Уже в возрасте четырех лет девочка вырисовала отчетливые фигуры. Отложив деревянный меч на пол, Эйгон взял в руки книгу, пройдясь пальцами по страницам. Книги никогда не интересовали его, история, летопись, чтение, словно не были созданы для него. Ему хорошо запомнилась ткань, на которой был вышит золотой дракон. Взяв вещицу в руки, юный принц внимательно оглядел вышивку. Достойно… с чувством гордости подумал он, увидев на вышивке букву «А» — Что ты хотел? Медленно начала Хелейна, проходя от двери к креслу с зеркалом, не оборачиваясь на брата. Эйгон словно вернулся на восемь лет назад, вновь хорошо оглядел комнату, увидев новые расписные рисунки на стенах. Он не спешил с ответом. В голове не было понимая, как общаться с ней. Если раньше полное игнорирование и отрешенность из-за ее бреда было в приоритете, то сейчас его чувства были опустошенными. Заострив внимание на рисунках, разбросанных на полу, он сложил руки на груди, все еще не желая смотреть ей в глаза: — Что теперь… как… Язык и разум сопротивлялись понимать произошедшее. Спутанное сознание после крепкого вина не давало ясности выражаться более трезво. Скорее это было привычно. — Я стану твоей суженной. Я рожу тебе наследников. Буду делать все,… что ты велишь мне... Все еще не глядя на него, покорно произнесла она, дрожащим голосом, словно видя будущее. Смахнув слезу с щеки, принцесса опустила голову, медленно поворачиваясь к будущему супругу. Одно целое, одна судьба, одна игра. Загадочная принцесса была не многословна, но она умела слушать, зная, что это воля ее матери женить своих детей между собой. Хелейна с Эйгон лишь пешки, у которых нет собственного мнения и желаний. Есть только долг перед семьей. Он станет королем. Она будет покорно рожать наследников. Он, зная о воли своего отца, никогда не был готов к короне. Она, до последнего мечтая о прекрасном принце, который заберет ее из Гавани. Но их судьбу предрешили Семеро. Эйгон поморщился от услышанного. По телу пронеслась волна холода, окутывая руки тонкими мурашками. Принц поднял взгляд, лишь убедившись для себя, что сказанное сейчас сестрой было правдой. — Ты можешь делать все,… что хочешь. Начал он, запинаясь. Пройдя вдоль комнаты, тот опустил руку на занавес окна, вглядываясь в кромешную тьму ночи. — Я не … сделаю тебе больно. Нервно сжимая занавес рукой, протянул он. Он мог поклясться, что слышал, как Солнечный Огонь зовет его. А может его разум пытается убежать от реальности и ответственности? — Не говори то, что не знаешь наверняка. Добавила угрюмо принцесса, наблюдая за братом. Кого она видела перед собой? Пятнадцатилетнего мальчишку, на которого возложили непосильную ношу. Тот, вскоре, чья голова будет украшена короной Завоевателя, тот, который не готов стать отцом так рано. Тот, кто не сможет воспитать своих детей достойно, потому что Визерис не дал своему наследнику немного любви? Жалела ли она его? Да. Нервно выдохнув, Эйгон направился к выходу, пытаясь не смотреть на будущую супругу. — Я боюсь… Остановив брата словами, заставила его обернуться. Хелейна с надеждой посмотрела в его голубые глаза, полные страха и отчаяния. — Не бойся. Растерянно проговорил брат, оглядывая комнату будущей супруги в последний раз, а затем встретился с ней взглядом. — Мои покои рядом. Дав какую-то надежду на поддержку, то ли неверно истолковав слова сестры, он поспешно удалился из комнаты.