3. эйгон

Ноги Эйгона свисали с кровати, а руки прикрывали лицо, морщась от лучей яркого солнца, слепившего в глаза. Зажмурившись, он несколько раз потер глаза, причмокивая. Резко выдохнув, принц приподнялся, разглядывая себя в кровати: грязные сапоги свисали на ногах, штаны, потертые грязью и пылью так же имели отвратительный запах. Рубашка принца была почему — то в кровоподтеках. Резкий гул в ушах заставил юношу снова упасть головой на подушку. Похмелье. Изо дня в день. Почему он делал это? Просыпаясь, каждое утро с головной болью, он спрашивал себя. А вечером снова напивался до потери координации. Дверной проем открылся, и в комнату вошли служанки, кланяясь принцу. — Почему так рано? Приподнимая голову, прошептал он, глядя на них с недовольством на лице. — Вставай! Послышался мужской голос недалеко от него. От такого тембра голова разболелась сильнее. Эйгон знал этот голос. Отто Хайтауэр. Десница короля не был частым гостем в покоях принца. Обычно его сопровождала его дочь, но сегодня он появился один. — Ну же,… Начал Отто, сменяя отвращение к внуку, на спокойный тон, веля служанкам: — Приведите его в порядок, накройте стол в его покоях… замедлив речь, он, продолжил, подходя ближе к постели наследника, наблюдая за беспорядком вокруг. — Отмойте… это дерьмо с его рук. Мерзко выплюнул старик, таращась на руки Эйгона, которые были в кровоподтеках, смешавшись с грязью. Сир Отто посмотрел ему в глаза, медленно продолжая: — Не опозорь меня и мою внучку. Она невинное дитя и не заслуживает тебя. Сморщив лицо, Хайтауэр был как всегда прав, продолжил: — Если я увижу синяки или что — то в этом роде на ее теле, я оторву тебе голову, клянусь. Более сердито истолковал мужчина, отворачиваясь от внука. — Наденьте на него это. Отто указал рукой на вещь в гардеробе, не желая более находиться в покоях внука, ушел прочь. Услышав через раз слова своего деда, Эйгон заострил внимание на пестрой вышивке золотого дракона. Ручная роспись, до боли знакомая ему еще с детства красовалась на черном плаще. — Ваше высочество, позвольте… Опустив глаза, служанка встала на колени, поворачиваясь лицом к Эйгону. Молодой принц позволил снять с него утонувшие в грязи сапоги. Через пару мгновений он расслабился в горячей ванне, запрокидывая голову назад. Слуги аккуратно дотрагивались до его кожи, боясь поднимать взгляд. — Я хочу расслабиться. Медленно протянул он, не открывая глаз. Две молодые девушки переглянулись между собой и та, что по старше нервно кивнула другой, медленно поднимаясь с колен. — Да, мой принц. Голос молодой девицы кажется вот — вот померкнет в этой тишине. Одна из служанок покинула покои принца, плотно закрывая двери за собой. — Начинай. Проговорил Эйгон, все еще не открывая глаз. — Простите, ваше … высочество…я…я. Молодая дева покорно смотрела в пол, сжимая мокрую тряпку в руках. Брат Хелейны приподнял взгляд на ту, что стояла рядом. Такая маленькая, худенькая, с прекрасными рыжими кудрями, спрятанными на половину в платок. Поджав губу от возбуждения, юный принц приподнялся из ванны, полностью показывая свое оголенное тело служанке. Далее, натренированным движением схватив ее за запястье руки, намеренно отбросил на каменный пол. Тряпка в руке девушки упала рядом с ее лицом, после чего она почувствовала, как тот, приподнимая низ ее туники, лапая ее тело. А после крик молодой девицы, который было слышно даже за дверью его покоев. Застегивая ремень на плаще, Эйгон оглядел себя в зеркале. Кто смотрит на него сейчас? Насильник, пьяница, будущий король Семи Королевств? Немного поправив ворот, оглянулся назад, говоря, будто в никуда: — Проваливай из моих покоев. ____ Карета не спеша пробиралась сквозь толпу простолюдин. Народ праздновал, радуясь за будущего короля, и каждый мечтал дотронуться до кареты, ведь это было хорошей приметой для них. Опустив голову, принц нервно перебирал пальцы, пытаясь сгрызть остатки ногтей на пальцах. Переведя взгляд на маленькую щелочку внутри кареты он увидел, что они уже добрались до септы Бейлора. Он был один. Мать узнавшая про служанку отказалась ехать с ним в одной карете, призирая отпрыска. Дверь распахнулась, и резкий гул улицы переместился в уши наследнику. Быстро преодолел толпу, Эйгон направился к септону, не замечая никого вокруг. — Вот она… смотри, какая она красивая… Послышались голоса позади него. Хелейна, окутанная в темно — зеленое платье медленно передвигалась к септону. Аккуратно заплетенные косы, белокурые волосы, нежный румянец и грусть на лице. А в глазах застыли слезы. Эйгон почувствовал резкую, нахлынувшую головную боль, заставив юношу прикрыть глаза на пару мгновений. Она была уже близко. Стараясь не смотреть на сестру, молодой принц встревожил свои волосы, нервно поправляя плащ. Хелейна на мгновение подарила улыбку окружающим, увидев уже вблизи плащ брата с ее вышивкой. Но осознание боли внутри нее вернуло в реальность. Она стоит рядом с ним, видя, как дрожат его покусанные пальцы. Лицо брата не выражало никаких эмоций, словно статуя, которую заставляют что — то делать. Я хочу вернуться в покои. Прошу, мама… Эйгон не смотрит на сестру. Ему противно и тошно. Хочется закричать от боли и позвать Солнечного Огня, единственное живое существо, которое разделяет его эмоции. Ты могла выбрать любого. Но мать выбрала меня. Септон возвращает обоих к реальности. Эйгон снимает плащ и покрывает плечи Хелейны, после чего их руки обматывают лентой: Отец, Кузнец, Воин, Мать, Дева, Старица, Неведомый. Я его, а он мой. Я ее, а она моя. С этого дня и до конца моих дней. Уже слышны крики довольного народа, после чего слышатся аплодисменты. Эйгон старается из-за всех сил и до последнего не думать о ней, дотрагиваясь до ее девственных губ своими, покрывая в поцелуе. Резко прекращая, оба поворачиваются к публике, стараясь изобразить улыбку. ___ — Эйгон… позвала его Алисента, отдаляясь подальше от толпы — Прошу… не сделай то, о чем будешь жалеть снова. Она твоя сестра и жена, подумай и о ней тоже. Сын неохотно посмотрел в сторону матери, не разделяя ее взглядов. Алисента подошла почти вплотную к сыну, наклоняться к уху: — Не опозорь ее. Явно намекая сыну про инцидент сегодняшним утром. Сделав пару глотков вина, супруг Хелейны сел за свое место. По правую руку сидел Эймонд. Тот недовольно ковырял вилкой мясо кабана, даже не пытаясь заметить старшего брата. Он прекрасно знал, что одноглазый мечтал породниться с сестрой еще в детстве. Поставив локти на стол, Эйгон закрыл ладонями лицо, спуская руки к губам. Когда кончится этот цирк? Залпом осушив бокал, он тут же потянулся за графином, не дожидаясь слуг. — Хелейна, хвала Семерым, я благославляю тебя… Воскнула Алисента, натягивая нервную улыбку. Принцесса, ничего не ответив, лишь слегка кивнула матери, обходя стороной незнакомых ею людей. Медленно присев рядом с новоиспеченным супругом она впервые за весь вечер заговорила с ним: — Я устала. Хочу к себе… Почти шепотом, наклонившись к нему, сказала принцесса. Эйгон желал того же, скорее скрыться от всех и напиться до потери памяти, чтобы забыть весь этот бред. А еще хорошенько оттрахать опытную шлюху, а то на сегодня ему узких дырок девственниц достаточно. Как она визжала... Вспомнив утро, принц слегка приободрился. А может крепкое вино уже подействовало? Может у него получится? Что, если он все — таки сможет обрюхатеть ее? Вопросительно посмотрел он в сторону Хелейны, прогоняя тут же свои мысли прочь. Придется потушить все свечи в комнате, чтобы не видеть ее блаженное и вечно напряженное лицо — Я пойду к себе Чуть ли не умоляюще проговорила сестра. Надо больше вина и быть может тогда я смогу. Мать не отстанет от меня, пока сестра не родит наследника. Хелейна, не дождавшись ответа повернулась, собираясь уходить. — Стой. Вцепившись в запястье сестры, он уже не контролируя свою хватку, сдавил ее руку сильнее. Принцесса, поморщившись, пыталась освободить руку, привлекая за собой внимание гостей — Отпусти, прошу Прошипела она сквозь зубы, чувствуя свою беззащитность. Эйгон усмехнулся в ответ, ничего не ответив. Второй рукой захватив с собой бокал с вином, он резко встал из-за стола и направился к выходу. — Что ты делаешь? Уже в дверях их встретил Эймонд, придерживая дверь рукой. — То, что ждут от меня, отвали… Ударив плечом в грудь, он оттолкнул брата, волоча за собой истерично плачущую Хелейну. Сжимая от злости бокал он сдавил его так, что тот лопнул в руке, перемешиваешь в единое целое с вином и кровью. Словно обезумевший от собственного бессилия, Эйгон встряхнул руку, облизнув окровавленный палец. — Блять! К выходу подтянулись гости, отреагировав на звон разбившейся посуды. Служанки тут же принялись за работу. — Принц Эйгон и принцесса Хелейна уединились, чтобы консуммировать брак. Не будем мешать молодым, продолжайте пиршество, музыка! Ну же! Пробормотал старик, сидя в удобном кресле. Визерис с каждым днем усыхал от своей болезни, превращаясь в живую мумию. Рыдая от бессилия, сестра торопилась за братом, который то и дело дергал ее за руку. — Мне больно… я пойду сама, отпусти плача, раздался ее вопль. Брат открыл двери их общих покоев, заставляя сестру войти во внутрь. Тебе будет больно… Это будет продолжаться каждый день, пока ты не забеременеешь, а потом я съебусь из Королевской Гавани. — Нет… Повторяла принцесса, когда старший брат уже начал рвать подол ее свадебного платья, не имея понятия как то снимается, — Прошу, Эйгон... я не ... я не готова! Захлебываясь от собственных слез, Хелейна закрыла лицо руками, больше не смея видеть его пьяное лицо возле своего. Кровь из пальца продолжала течь, пачкая белоснежную кровать. — Повернись, ну же.. переворачивая ее тело, пыхтя от злости он снял последнюю одежду -... ложись на живот... управляя ее телом, брат сжал ее белоснежную кожу, оставляя синяки после себя. Молодая жена покорно встав на колени, опустила голову, закрывая одной рукой глаза. Не открывай лицо, отвернись… Резко войдя в нее, он прикрыл ее рот своей ладонью, закусив собственную губу. Сквозь потную ладонь Эйгона, он услышал вопль супруги. Девушка больше не сопротивлялась. С каждым толчком брата - ее разум покидал это место. Она покорно легла на живот, уставившись в одну точку. Все закончилось быстро. Очень странные чувства, я ощущая себя единым целым, когда нахожусь в ней… издав мягкий стон с мужских губ, Эйгон остался лежать поверх ее, придавливая членом глубже, не давая семени вылиться наружу. Полежав небольшое мгновение, супруг вышел из нее, переворачиваясь на другой бок кровати, попутно накрывая свое тело легким, шелковым бельем. Хелейна, с заплаканными глазами от боли, дотронулась до промежности, ощущая, как семя ее брата, перемешанное с собственной кровью струится на белоснежную кровать. Внутри нее больше не было борьбы, лишь смирение и покорность. Она чувствовала его тепло рядом. Брат быстро уснул, издавая лишь легкое сопение я буду испытывать это унижения каждый день? Наступил рассвет, Таргариен просидела в кресле их совместной комнаты всю ночь, размышляя о своей жизни. Укрытая в золотистый халат, она положила руку на лоб, чувствуя жар. Ей было плевать. Ее тело больше не принадлежало ей. Теперь этот сосуд собственность брата, который может делать что хочет. Обхватив руками колени, она закусила губу, тревожно наблюдая за сном супруга.