7. - кокон

Прошло более двух полных лун. Держа факел, он слышал собственное эхо шагов. Чуть замедлившись, остановился у дверей, опуская взор на стражника. — Ваше… величество, мой принц!? Полусонный стражник подскочил на ноги, гремя доспехами. — Ты спишь на посту. Открой ворота. Тупой идиот Поспешно выполняя просьбу, рыцарь отворил ворота драконьего логова, провожая Таргариена взглядом. Тьма поглощала тусклый свет огня возле входа. Он чувствовал его. Солнечный Огонь был самый восхитительным драконом по красоте в Вестеросе. У него была золотая чешуя, которая блестела на солнце, розовые крылья и чувствительные глаза янтарного цвета. Слабый ветер растормошил волосы Эйгона, и дракон показал свою морду на свету, пробираясь сквозь мрак. Он был пугающе красив, но только не для принца. Таргариен и он были единым целым. Оба чувствовали и понимали друг друга. - Солнечный Огонь..., здравствуй, друг. Санфаер опустил морду к наезднику, встречая юношу. Проводя рукой по его оранжевой оборке на шее, Эйгон искренне улыбнулся в ответ, чувствуя дыхание зверя. Острая броня дракона соприкоснулась с ним. Дракон выдохнул, тряся мордой, после чего развернулся, удаляясь прочь в темноту. Провожая взглядом своего дракона, юный принц скрестил руки на груди. Завтра я оседлаю тебя, мой друг. ____ Сильный ветер разгонял громовые тучи, дав месяцу пробиться сквозь перистые облака. В Королевской Гавани было как никогда прохладно. Пригубив вино, Эйгон откинулся на спинку кресла, всматриваясь в пламя огня. В ярко — голубых глазах читалось легкое опьянение. Алкоголь, медленно разливаясь по венам, дарив чувство спокойствия и безмятежности. — Принц, к вам Королева... Не успел закончить фразу белый плащ, как в двери показалась Алисента. Оставив бокал на столе, парень недоверчиво уставился на нее. Женщина было явно на взводе. Следом за ней в покои принца вошел Отто. — Надо поговорить. Начала она, наливая в пустой бокал вино из графина, усаживая напротив сына. — И тебе добрый вечер, мама. Ехидно обращаясь к ней, не замечая деда. — Хелейна до сих пор не беременна. Выпячивая глаза на сына, встревожено произнесла она, растирая рукой скопившиеся морщины на лбу. — Люди начинаю говорить. Отто продолжил фразу, рукой опираясь на кресло, в котором сидел его внук. — Рейнира посадит на трон своих бастардов, если у тебя не родится законный наследник. Он говорил осторожно, стараясь избирать тональность речи. В его холодной речи слышался лишь только расчет. Хайтауэр выпрямившись, взял в руки каменного дракона. Единственная вещь Эйгона, которую тот хранил с детства. Белый дракон был похож на Солнечного Огня. Визерис иногда играл с сыном, виделись они не часто, но тот маленький мальчик помнил каждый миг, проведенный вместе со своим отцом. А затем король изменился. С каждым годом на его теле появлялись новые язвы, а прежние не заживали. Дом Хайтауэров подчинялись власть себе. И тогда король слег, лишь изредка садясь на трон. Эйгон не навещал отца, принц знал, что был не любим им. Порой иногда он путался — называя его Эймондом. Вскоре и вовсе позабыл о существовании своего законного наследника. — Отец желает видеть наследницей ее, не меня. Неуверенно ответил юноша, метая взгляд по комнате, пытаясь уйти от ответа. Задержав дыхание, выдавил, вопросительно смотря на мать: -Мама? Алисента одобрительно кивнула, потянувшись рукой к лицу сына. Заправляя его вьющуюся прядь волос за ухо, задержала ладонь на его щеке, пытаясь быть более убедительной: — Он одумается. — А пока, сделай то, что от тебя требуется. Сказал старик, растягивая фразу. Было видно, как тот неодобрительно посмотрел на дочь. Он видел в ней нерешительность, слабость и порой наказывал себя мысленно, спрашивая себя: сделал ли он правильный выбор в пользу Алисенты? Быть может Гвейн справился бы лучше, будь он в Гавани и убедил бы мальчишку без лишних вольностей. Эйгон стиснул зубы, морща лоб. Не смотря в след уходящим родственникам, юноша опустошил бокал, поднимаясь с кресла. Ускорившись, чуть не переходя на бег, поднялся по лестнице, заворачивая за угол. Белые плащи еле поспевали за ним в след. Дойдя до покоев Хелейны, принц поправил черный плащ, на груди которого был вышит ярко — золотой дракон, извергавший пламя. Его сестра сделала вышивку сама, проводя бессонные ночи в одиночестве с собой. Открыв двери принцу, тот не сбавляя темп — направился к супруге. Хелейна, сидя на полу вырисовывала на пергаменте загадочные рисунки и кажется что-то пела себе под нос. Служанки оставив свои поручения, переглянулись, опуская глаза. Не часто можно было увидеть принца в покоях сестры. Хелейна подняв глаза на брата, тут же опустила их, откладывая рисунок в сторону. Эйгон остановился рядом с ней, попутно рассматривая комнату. От странных рисунках на стене веяло ужасом: драконы, заколотые стрелами, дети с крестами позади колыбели, волки, вцепившиеся в пасть оленям… Ощутив волну мурашек по шее, шагнул вперед, видя перед собой сундук, наполненный десятками коконов бабочек и жуков. Протянув руку к сундуку, дотронулся до крыльев бабочки, словно не веря, что те настоящие. Обернувшись, принц подошел к столику, не спеша наливая из графина в бокал красное вино. Слуги принцессы неуверенно перешептываясь, все еще стоя, словно статуи, боясь шевельнуться. — Оставьте нас. Глотнув вина, обратился Эйгон, смотря на Хелейну. Последняя служанка, поклонившись, вышла из покоев принцессы, дверь наглухо закрылась, оставив в комнате неловкое молчание двоих. Опустошив бокал, принц сжал зубы, приблизившись к сестре. Было видно, что Хелейна дрожала, нервно царапая ногтями пальцы рук. Брат подошел к ее спине, обхватывая плечи, заставляя ту приподняться на ноги. Когда принцесса послушно поднялась, Эйгон дотронулся до ее волос, проводя рукой по длинной, вьющейся косе. Найдя пуговицу ее платья — ловким движением дернул ее, оголяя спину супруги. Дыша ей в затылок, осмотрел ожерелье, которое подарил ей перед свадьбой. Двумя руками резко дернув за пуговицы на спине, оторвал их, после чего платье упало на пол. Сестру не переставая потряхивало, вспоминая брачную ночь. Принцесса закрыла руками оголившуюся грудь, прикусывая нижнюю губу до крови. Брат сдавил рукой ее шею, подчиняя себе. Другой рукой прогибая ее спину опустил сестру на колени. Принцесса не сопротивлялась, она покорно встала в позу, ощущая холод каменного пола. В глазах застыли слезы отчаяния. Его дыхание чувствовалось на шее сестры. Прогибаясь сильнее, ощутила знакомое чувство боли в промежности. Стараясь двигаться в такт брату, незаметно плача. Руки затекли от боли и она опустила голову, щекой дотрагиваясь до пола. Эйгон, сжимая ее бедра сильнее, притянул к себе, входя в нее каждый раз мощным толчком. Принц старался не смотреть на нее, представляя себе в голове образ какой-то шлюхи. Усиливаясь, массой прижал сестру к полу, заставляя ту лишь вздернуть бедра вверх. В какой-то момент он поймал себя на мысли, что ему даже начинает казаться это нормальным. Каждый играет свою роль и выполняет свой долг перед семьей… Возвращаясь к реальности, юноша закончил, оставшись в ней. Чувствуя свой ритм сердца в ушах, он поправил прядь волос назад, все еще удерживая ее бедра другой рукой. Восстанавливая дыхание, Эйгон посмотрел той в затылок, не видя ее лица. Хелейна, закрыв ладонью лицо вытирала слезы, чувствуя как семя брата заполняет ее. Подождав еще немного, парень поднялся с колен, застегивая штаны. Сев в кресло, разлил вино по бокалам, переводя дух. Хелейна поднявшись на локти, протерла пальцами по губам, убирая остатки сгустившей крови. Неуклюже встав, девушка схватилась за платье, закрывая тело от глаз мужа. — Выпей. Покосившись на бокал вглядом, Хелейна неуверенно помотала головой в знак отказа. Сжимая платье руками до синевы, она боязливо посмотрела на брата. — С этого дня я буду приходить каждый день. В наши общие покои. Эйгон приподнял брови, еще раз оглядывая комнату. Чувство брезгливости и отвращение нахлынуло его, находясь тут. Встав, принц накинул плащ, и не оборачиваясь на свою сестру — покинул ее покои.