Глава 24

Драко был в ужасе. Этот придурок Поттер подписал ему смертный приговор. Теперь нет ни малейшего сомнения, что отец все узнает. Если он уже не знает. Какой же кошмар. — Да, что с тобой, приятель? —ударил его по плечу Блейз, сверкая, как всегда, безупречной улыбкой, — ты, что же, расстроен, что Поттер выжил? — тут же от всех окружающих его слизеринцев послышался дружный смех. По завершении первого турнира всех юных волшебников отпустили праздновать в Хогсмид, поэтому все, как один, были в приподнятом настроении, но только не Драко, у которого всё внутри обмерло с того момента, как Поттер попал под прямой огонь рептилии. Правда, испугаться он толком и не успел: тот вылетел из столпа пламени целёхонький. Вот тогда-то Драко и увидел, как прищурились глаза его крёстного, а руки задрожали от осознания бедственности ситуации. Как же он мог так глупо подставиться? О чем он думал? Позор ему, как слизеринцу. Как наследнику семьи Малфой тоже. — Отстань, Забини. Просто болит голова, а от их шума так вообще раскалывается, — блондин недовольным кивком указал на стайку гриффиндорцев, которые праздновали победу Поттера. Увидев довольное лицо своего бывшего врага, Драко весь передернулся от злости. Значит, как праздновать, так он сразу бежит к своим предателям-дружкам. Гриффиндорцы действительно по природе своей были неотёсанными грубиянами. Вот и Поттер даже не подошел извиниться за то, что так открыто спалил своего тайного помощника. Какой же всё-таки болван. С этими мыслями Малфой вскочил со своего места. — Я пойду на свежий воздух, не ждите меня, — бросил он своей компании, а те в ответ лишь понятливо кивнули. Не было принято в Слизерине лезть друг другу в душу, и хоть все поняли, что слова Драко — просто-напросто оправдание, но дали ему спокойно уйти. Уже выйдя на улицу, он направился в самое отдалённое место, чтобы обдумать, какое оправдание он скажет отцу. Туда, где никто не будет его видеть. Но его плану не суждено было сбыться, так как сзади его окликнули. «Мерлин, будь милосерден», — прошипел про себя блондин, но всё-таки остановился и повернулся к окликнувшему его парню, — чего тебе, Поттер? — Просто хотел вернуть тебе эту вещь, — с улыбкой до ушей проговорил герой, протягивая браслет. Драко тут же затянул его в закоулок рядом с пабом, подальше от любопытных глаз. Поттер теперь, что ли, всем собрался рассказать о его нелепом поступке? Вот же дубина. — Ты что творишь? — прошипел Драко, а Поттер лишь уставился на него своими невозможно зелёными глазами. Блондин тяжело вздохнул и пояснил: — Я бы не хотел, чтобы весь Хогвартс знал, кто тебе помог. Думаю, ты этого не хочешь тоже, иначе что подумают твои дружки? — Да, действительно, не подумал… — А ты разве умеешь? — съязвил Малфой, пряча браслет в карман, — всё, проехали, иди дальше праздновать, — перебил он Гарри, который уже хотел ему ответить, и ушёл восвояси. А Гарри остался стоять в недоумении и хлопать глазами. Как это, Драко не захотел с ним позубоскалить?

***

Тем временем в Хогвартс вернулся Северус и притащил с собой Нику, чтобы нормально обсудить зелье. Но, пока они вместе шли по подземельям, около Снейпа вдруг резко появился сноп красных искр. — Попался, — прошептал брюнет, — сворачиваем, — резко крутанулся он и направился в противоположном направлении, заворачивая за угол. Вероника только и поспевала за мужчиной с его размашистой походкой, но, нагнав его, она не успела ничего спросить: из кладовой с ингредиентами вышел тот стрёмный преподаватель по ЗОТИ, а Снейп направил на него свою палочку. — Так-так, и зачем же тебе, Грюм, понадобились сушёные златоглазки? — своим вкрадчивым тоном начал Северус. А девушка, быстро смекнув, что к чему, уже начала читать катрен на древнерусском, тот самый, который ей помог развоплотить Альбуса. Спустя пару секунд перед ними стоял не маг со шрамами на лице, а молодой мужчина. — Барти?! — удивился Снейп, — Синки, — позвал мужчина эльфийку, которая работала в Хогвартсе, — сообщи директору, чтобы срочно пришёл к кладовой ингредиентов. Пока ждали директора, Северус обездвижил Барти, но палочку не опустил. — Скоро он вернётся, и ты поплатишься, Снейп, — сказал Крауч младший, смотря безумными глазами на брюнета. Ника только хмыкнула. Это кто ещё поплатится? Тут из-за поворота появился Дамблдор. — Что случилось? Как он здесь оказался? — спросил седоволосый мужчина. — Он все это время находился в личине Грюма, — произнес Снейп, — думаю, стоит пройти в его кабинет, может, там найдём оригинал. Под прицелом двух палочек и взором русской волшебницы они повели Барти в класс ЗОТИ. Зайдя в его комнату, маги обратили внимание на внушительных размеров сундук. Отперев его, они действительно обнаружили там настоящего Аластора. — Я вызову авроров через камин, Северус, не спускай с него глаз, — сказал Альбус и вышел из комнаты. После разбирательства с аврорами Альбус пригласил их двоих в свой кабинет. — И снова мы с Вами встретились, Вероника, — улыбнулся Дамблдор. — Да, и, прошу заметить, при очень интересных обстоятельствах. — Верно подмечено. Это Вы его расколдовали, ведь так? — он цепким взглядом вцепился в лицо девушки. Может, хоть сейчас выйдет узнать хоть что-то о её способностях. — Да, — кивнула она. — Это невероятно. Даже я не знаю способа снять эффект оборотного зелья. Ника, благодаря общению с Сашей, а в особенности с её папой, знала, что такое еврейский ход, поэтому не купилась на провокацию, а лишь произнесла: — Приятно слышать. Альбус хотел рвать и метать, но это, конечно же, никак не отразилось на его поведении. — А как Вы оказались в Хогвартсе? — тут взгляд Дамблдора упал на Северуса. — Вероника помогает мне с моей разработкой, прости, совсем забегался, не успел предупредить, — ответил Альбусу Снейп. — И что же это за разработка? — не терял надежды узнать хоть что-то Дамблдор. — Усовершенствованная версия зелья сна без сновидений. Думаю, если удастся завершить, колдомедики оценят, поэтому и пригласил Веронику. — А Вы и в зельеварении разбираетесь, — притворно удивился Альбус, переведя взгляд обратно на девушку. — Как целительнице, было бы некомпетентно с моей стороны не разбираться в данной науке, — Нику уже уморили вопросы деда, и она хотела уйти отсюда поскорее, — господин директор, мы можем идти? У меня ещё есть дела. — Конечно-конечно, всего доброго. Когда дверь закрылась, Дамблдор устало плюхнулся в кресло. Действительно, как он мог не заметить странности в поведении друга? Стареет, хватка уже не та. Но тут же отбросил эти мысли. Хотя бы убедился, что эта русская целительница действительно на их стороне, и на том спасибо.