Глава 38

Когда Люциус вышел из камина в главный зал, его встретила обеспокоенная Нарцисса. — Дорогой, как всё прошло? Вы не подрались с моим кузеном? — спросила женщина взволнованным тоном. — Нет, я бы никогда так не поступил с твоим родственником, — фыркнул мужчина. — Люциус, прекрати делать вид, что во времена школы вы двое при любой встрече не вгрызались друг другу в глотки. Я тебя слишком долго знаю, как и все твои грехи. — Это было давно, и я уже давно все позабыл, а что я не помню, того и не было, — отмахнулся от жены Малфой. Память у представителей его семейства была исключительная, обиду они могли таить годами, но свои промахи забывали через минуту. Как говорил почивший Абраксас, когда Бог создал человека, он вручил ему дар — способность забывать, чтобы уменьшить нагрузку на его душу. Правда, в Бога тот никогда и не верил, но когда было удобно, то тоже очень ловко забывал и об этом факте. Вообще, отношение магов к вере было очень странным: они верили в магию и ее покровительство, но всей душой презирали богослужцев. Та же Англия настрадалась в свое время от крестовых походов и гонений ведьм. — Ну конечно, — разочарованно покачала головой Нарцисса, — так что вы решили? Ты ему поможешь? — Да, я же говорил, это и в моих интересах, прости, родная, я не буду посвящать тебя в тонкости. Как говорят наши русские подруги, меньше знаешь — крепче спишь. Женщина лишь недовольно промолчала. Она понимала, что так дорогой муж хочет уберечь её, но иногда её выводило из себя его отношение к ней, как будто бы она не потомок Блэков, а какая-то нежная фиалка. Но спорить было бесполезно. Они уже тысячу раз ругались на эту тему, но только в этом вопросе Люциус оставался непоколебимым. И когда темный Лорд свихнулся, то Нарцисса была искренне благодарна, что муж не дал ей влезть во всё это безумие. Тогда она носила под сердцем своего малыша. Кто знает, может быть, если бы она всё-таки стала бы пожирателем и была бы всё время под жутким давлением, то тоже потеряла бы ребёнка, как её бедная сестра. От таких мыслей становилось дурно. Она не могла представить жизни без своего единственного сына. Тот всегда был её лучиком света, её возможностью стать лучше. Видя хмурость жены, Люциус подошёл и обнял её. — Не волнуйся ни о чем, родная. Я всегда всё решу, ты же знаешь. Что бы ты не попросила, я сделаю это для тебя. Даже освобожу твоего придурошного кузена от несправедливого наказания. Хотя ты тоже должна для меня кое-что сделать. Убеди его заняться своим родом, пусть хоть раз подпитает родовой камень. Его, конечно, давно выжгли из гобелена, но сейчас, за неимением лучшего, думаю, даже такое сомнительное подношение улучшит ситуацию. Когда я пришел к нему, мне показалось, что я слышу, как его дом скулит. Хотя, может быть, это был сам Сириус, кто его поймет, пса плешивого. Женщина рассмеялась и ударила мужа руками о грудь. — Как я вообще умудрилась влюбится в такого грубияна? — У тебя не было выбора. Я же просто неотразим. Нарцисса ещё сильнее рассмеялась, как вдруг камин снова загорелся и в комнату вошла Вероника. — Ой простите, я вас, наверное, отвлекаю, — тут же смутилась девушка от вида обнимающихся супругов. — Ничего страшного, мне есть что рассказать. Зови Сашу, я буду ждать в своём кабинете, — отозвался Малфой. Девушка понятливо кивнула и поспешно удалилась. — Я пойду, у меня тоже дела. Хочу заняться живописью, — отпрянула от мужа Нарцисса. Она в последние дни пыталась себя занять чем угодно, лишь бы не думать о сестре и состоянии, в котором она пришла на суд. — Хорошо, родная. Вечером мы могли бы пойти прогуляться в ресторан, давно мы не проводили время только вдвоем. — Буду только рада. Тогда теперь мне нужно выбрать наряд. Столько дел. Всё, я побежала, не отвлекай меня, — поцеловав мужчину, Нарцисса выпорхнула из комнаты. Люциус же довольный направился в свой кабинет. Нужно было обсудить все детали разговора с Блэком, показать русским девушкам крестраж, а также поговорить о плане по поимке Петтигрю. В кабинете, когда Малфой зашёл, его встретили подруги. Ей богу, никакого личного пространства. А ведь сам же доступ и предоставил. — Ну что, дамы, могу вас обрадовать: первый крестраж у нас, — улыбнулся Люциус и продемонстрировал какую-то коробку. — Показывай, чё томишь, — цокнула Саша. Мужчина открыл коробку и чарами левитации достал оттуда медальон. Он слегка поблёскивал на свету. — От него прям фонит тёмной магией, — восхищенно сказала Ника. — Ну, посмотрели и хватит, — он убрал украшение обратно в коробку, а её — в потайной ящик стола, — записи тоже у меня. Я их детально ещё не изучал, — Малфой раздал девушкам по пергаменту, и они погрузились в чтение, передавая страницы друг другу. — Итак, получается, мы знаем о ещё двух крестражах помимо медальона: о диадеме и кольце, — подвела итог по прочитанному Саша. — Верно, ещё у нас почти в руках чаша, — заметила Ника. — Осталось понять, где это все искать, — тяжело вздохнул Люциус. — Ладно, не будем о грустном. Нам ещё надо определиться, как поймать Петтигрю, — решила увести тему в другое русло Вероника. — Ну конечно, самое интересное и без меня, я то уже завтра покидаю вас, — притворно обиделась Саша. — На самом деле это несложно. Нужно просто побеседовать с другими пожирателями. Этим я займусь в ближайшие дни, — уверенно сказал Малфой. — Отлично. Насколько мне известно, он же анимаг? Я знаю отличные чары, не дающие совершить переход. — Это замечательно. Ладно, юные леди, кажется, время ужина. Удачно вам отведать угощения от наших домовиков, а мы с Цисси отправляемся в ресторан, — довольно улыбнулся Люциус, как кот, который стащил сметану. — Ну естественно, идёт он с красавицей женой на свидание, а мы должны тут сидеть с этими длинноухими, — беззлобно проворчала Саша и вышла из кабинета. Ника тоже последовала её примеру и удалилась. Люциус же направился в гардеробную, чтобы принарядиться для шикарного вечера с его любимой женщиной.