Глава 19. «Гарант».

      Вплоть до глубокой ночи компания провела время за столом, сначала поедая вкусные стейки, а затем и попивая горячий ароматный чай, приготовленный по исключительному Аккерманскому рецепту.       Элдийская делегация наперебой рассказывала Скарлетт о событиях давно минувших дней, уделяя особое внимание службе в разведке и забавных историях о нагоняях, которые они получали еще будучи юнцами от излишне требовательного капитана.       Рид же, сжимая под столом руку любимого мужчины, с энтузиазмом слушала ребят, не прекращая искренне улыбаться и порой ехидно поглядывать на периодически закатывающего глаза Леви.       Утром следующего дня Леви, Габи и Фалько направились на работу в чайную лавку, а Армин, Райнер и Жан отправились вместе со Скарлетт в главное здание городского совета.       Брауну, как представителю марлийского посольства в Элдии, нужно было обсудить с господином Дюпоном и господином Леманом вопросы о волнениях среди йегеристов, Кирштейну предстояло переговорить с господином Хаслером о дальнейшем торговом сотрудничестве Марлии и Элдии, а Арлерт, решив готовиться к международной ярмарке, остался с Рид.       Несколько часов Скарлетт в мельчайших подробностях рассказывала Армину о том, как будет проходить ярмарка, какие товары будут представлены на ней, а так же показала ему список важных и высокопоставленных гостей.       — Масштабы международной ярмарки впечатляют, — вчитываясь в любезно предоставленные ему документы, поражено проговорил он.       — Верно, — кивнув, согласилась она, а затем с прищуром уставилась на Арлерта. — Смею предположить, что вы прибыли сюда не просто так. Вас что-то беспокоит, верно?       — Вы весьма проницательны, мисс Рид, — натянуто улыбнувшись, констатировал Армин.       — Леви как-то упоминал о том, что вы планируете посетить Марлию через пару месяцев, а на международной ярмарке, согласно протоколу, Элдию должно было представить доверенное лицо. Сейчас же вы прибыли в Марлию на пару месяцев раньше, да еще и делегацией из трех человек. Знаете ли… Подобное наталкивает на самые разные предположения и мысли.       — Признаться, существует угроза срыва международной ярмарки, — решив говорить с женщиной бывшего капитана на чистоту, как на духу выпалил он.       — Йегеристы, — изогнув левую бровь, догадалась она.       — Да, — тут же ответил он. — Волнения на Парадизе резко утихли и мы полагаем, что это связано с возможной диверсией, которая пройдет накануне или в самый разгар ярмарки.       — Считаете, что йегеристы перебросили все свои основные силы в Марлию, чтобы подорвать репутацию страны?       — Вполне вероятно, — кивнув, согласился он. — Именно по этой причине сейчас Жан и Райнер разговаривают с членами вашего совета.       — Командующий стражей и ответственный за безопасность на международной ярмарке навряд ли допустит подобное. В противном случае… Полетят головы, — скривившись, начала рассуждать вслух Рид. — К тому же, чтобы составить беспроигрышный план и провернуть диверсию такого масштаба, у йегеристов, как минимум, должен быть доступ к секретным документам, который имеется исключительно у членов городского совета. Никто в здравом уме не станет проворачивать такое за спинами остальных, если только…       В это мгновение ее пронзила страшная догадка и, Скарлетт, опустив голову вниз, от волнения прикусила нижнюю губу.       — Нужно быть полным идиотом или рьяным самоубийцей, чтобы на такое пойти, но… Разве не отчаяние толкает людей на самые отчаянные поступки? Черт…       — Поговорите с господином Тайгером, — сцепив руки в замок, вдруг предложила она. — Именно он будет отвечать за безопасность на международной ярмарке.       — Благодарю. Мы обязательно поговорим с ним, а также предложим ему свою помощь.       — Хотите привлечь элдийцев? О военных Элдии здесь не самого лучшего мнения.       — Не поймите меня неправильно, но я являюсь главнокомандующим разведки и хочу привлечь своих людей, в которых гарантировано уверен.       — Боюсь, что подобное станет весьма проблематичным. Такие решения принимаются путем голосования и многие могут быть против. Однако… Если вопрос поднимется на одном из заседаний, либо вы решите провернуть подобное через Морта, то я обязательно поддержу вашу инициативу.       — Я был бы вам очень благодарен, мисс Рид, — улыбнувшись, поблагодарил ее Армин. — Отношения между Марлией и Элдией до сих пор остаются натянутыми и мне не хотелось бы усугублять ситуацию.       — Понимаю, господин Арлерт, — кивнув, отрешенно проговорила она. — Я сделаю все, что будет в моих силах.       — Благодарю и… Не сочтите меня фамильярным, но я попрошу вас называть меня просто по имени, — неловко улыбнувшись, неожиданно попросил ее он. — Полагаю, у нас с вами не такая большая разница в возрасте.       — В таком случае, называйте меня просто Скарлетт. И можно просто на «ты», — мягко улыбнувшись, согласилась она.       — Договорились. Скарлетт, скажи… А ты и капитан… Как… — он слегка замялся, стараясь подобрать подходящие слова.       — Как это получилось? — усмехнувшись, продолжила за него она.       — Да… Сколько помню капитана, его всегда волновала служба, а личная жизнь… Нам казалось, что отношения и романтика вовсе не про него…       На мгновение Скарлетт представила, как краснеющий и взволнованный Аккерман с букетом сорванных с городской клумбы цветов стоит под ее окном и поет серенады или зачитывает ей лирические стихи, а затем девушка разразилась заливистым хохотом.       Отсмеявшись от души и вытерев выступившие в уголках глаз слезы, она откинулась на спинку кресла, а на ее губах заиграла мечтательная улыбка.       — Может быть Леви и далек от романтики, но это не значит, что высокие чувства ему чужды. Признаться, увидев его в первый раз я подумала, что мы навряд ли поладим. Тогда я даже представить не могла, чем обернется это знакомство, — с нежной улыбкой на губах вспоминала она.       — Я правда рад за капитана. Он… Он, как никто другой, заслуживает быть счастливым…

***

      Армин Арлерт не прогадал. Масштаб международной ярмарки действительно впечатлял: многочисленные и самые разнообразные товары, которые мог приобрести любой желающий по вкусной цене, были представлены на витринах в специализированных лавках, площадь пестрила самыми разношерстными гостями, а публику развлекали самые лучшие артисты Марлии и марлийского театра.       В целях безопасности марлийского населения и приезжих гостей вся центральная площадь и несколько соседних кварталов были оцеплены, каждый вошедший на ярмарку подвергался осмотру, а за правопорядком следила городская стража и специально подготовленные люди, отобранные исключительно Армином Арлертом.       Люди на площади пили шампанское, танцевали и веселились, но стоило только им услышать характерный звон стекла бокала, как в мгновение ока на площади воцарилась гробовая тишина, а все присутствующие обратили свой взор на сцену.       — Дамы и Господа, сегодня для каждого из нас наступил знаменательный день, — слегка задрав подбородок вверх, с гордостью начал вещать Леон Морт. — Целью международной ярмарки является не только сплочение наших народов, обмен знаниями, товарами и разработками, но также и построение лучшего мира. Позволю себе напомнить вам о том, что все средства, полученные с приобретенных вами товаров, пойдут на благотворительность, а также помощь и улучшение жизни нуждающихся людей, будь то дети или взрослые. Я выражаю искреннюю благодарность каждому из вас. Ваш вклад в лучшее будущее бесценен. Я надеюсь, что эта самая масштабная ярмарка произведет на вас только самые положительные впечатления. Отдыхайте, веселитесь и не забывайте, какой вклад в развитие прочного мира вносите именно вы.       Под бурные аплодисменты Морт спустился со сцены и скрылся в толпе, а стоящий рядом со Скарлетт Аккерман недоверчиво фыркнул.       — Скажи, вырученные средства действительно пойдут на благие дела? — нахмурившись, вдруг обратился он к ней.       — Да, — кивнув, без промедления ответила Скарлетт. — Вряд ли кто-то рискнет извлечь из всего личную выгоду. Слишком масштабное мероприятие. Сумма полученных средств будет объявлена публично, так же как и дальнейшее распределение этих средств.       — Что-то слабо верится в то, что совет решил подумать о народе, — изогнув левую бровь, скептически произнес он.       — Имея за спиной одобрение от общества, в дальнейшем совет получит куда больше. К тому же на фоне волнений йегеристов поддержка народа совету очень важна. Если люди будут недовольны действующей властью, то это породит еще больший хаос. Найдутся диверсанты внутри страны и тогда будет риск, что действующая власть пошатнется.       — Решили воздействовать на населения пряником, а не кнутом, чтобы потом заручиться их поддержкой? — вспомнив поговорку, которую как-то озвучила Скарлетт, предположил он.       — Верно. Впрочем, действовать они решили самым верным способом. Стадо куда охотнее идет за участливым пастухом, даже если в конце их ожидает убой.       Сощурившись, он настороженно посмотрел на нее.       — Ты начинаешь мыслить как они. Мне это не нравится, — не сводя с нее глаз, открыто заявил он.       — Нет, Леви. Я говорю лишь правду. Горькую, но правду, — глухо выдохнув, парировала она. — Не важно, где и в какие времена, но власть всегда может воздействовать на население двумя способами: либо на языке силы, что чревато революцией, либо на языке благородства. Лучше пустить пыль в глаза и продолжать восседать на своем месте, чем воздействовать силой, нажить себе врагов и в конечном итоге лишится драгоценного трона. А сейчас я прошу меня извинить, мне нужно присоединиться к членам совета.       Незаметно для всех, она ласково сжала его правую руку и кротко улыбнулась, а затем направилась к шатрам, где должны были находиться остальные члены совета. Леви же провожал ее силуэт напряженным взглядом, периодически сжимая и разжимая тонкие пальцы.       Минуя толпы довольных и беззаботных людей, Скарлетт с улыбкой на лице скользила по ним взглядом. Дети шумно смеясь, бегали друг за другом, держа в руках что-то наподобие сахарной ваты, взрослые увлеченно общались между собой, а среди толпы то и дело слышалось одобрение о благих делах и намерениях городского совета.       — План совета действует в совершенстве. Люди довольны, — подумала про себя она, а затем ее взгляд зацепился за стоящего в стороне Отиса Барнса.       На его лице не было прежде безупречной улыбки, а вместо привычно изящного и дорогого костюма на нем было надето невзрачное пальто. Сам же Барнс то и дело растерянно косился по сторонам и напряженно вглядывался в циферблат наручных часов, будто ища или ожидая кого-то.       Не придав внешнему виду и поведению Барнса большого смысла, она молча продвинулась вперед.       Когда Скарлетт вошла в шатер, она не увидела внутри столпившихся и бурно обсуждающих что-то членов городского совета. В центре шатра стоял лишь непоколебимый Леон Морт, а напротив него — сосредоточенный Армин Арлерт.       — Что-то случилось? — нахмурившись, прямо спросила Скарлетт.       — Час назад через соседний квартал на ярмарку пытались прорваться вооруженные до зубов йегеристы, — повернувшись к ней, ответил Армин.       — Что? — вскинув брови вверх, ошарашено спросила она. — Их удалось остановить?       — Да, — кивнув, снова ответил ей Арлерт. — Большей части диверсантов удалось скрыться, часть пала в бою и только нескольких нам удалось задержать.       — Йегеристам был известен план размещения международной ярмарки и места, где были сосредоточены посты городской охраны. Только вот им было неизвестно, что люди Арлерта также прочесывали площадь и несколько соседних кварталов, — переведя на Скарлетт кристально светлые глаза, добавил Морт.       — Задержанных допросили?       — Да, только толку от этого нет. Все как один твердят, что исполняли приказ, а подробности им неизвестны.       — Якобы мелкие сошки? — сощурившись, предположила Скарлетт.       В подтверждение ее слов Армин кивнул.       — В любом случае, допрос не окончен. Мои люди продолжат наблюдение, и если мне что-то станет известно, то я непременно вам сообщу, — с твердой уверенностью заявил Арлерт, а затем, получив от Леона благодарный кивок, покинул шатер.       — Это значит, что…       — В наших рядах затесалась крыса, — закончил за нее Морт, сложив руки на груди. — План размещения и передвижения городской стражи был известен только членам совета.       — А о том, что здесь будут рассредоточены группы Арлерта знали лишь мы и элдийская делегация, — опустившись на рядом стоящий стул, продолжила за него Скарлетт.       — Верно, — кивнув, согласился Морт. — Круг подозрений сузился до пяти человек.       — Пяти? — округлив глаза, недоуменно переспросила Скарлетт. — Леман, Дюпон, Хаслер и Тайгер… Кто пятый?       — Барнс, — прикурив сигарету, сухо ответил Морт.       — Он ведь не появлялся ни на одном заседании, да и в здании городского совета я его не видела, откуда он мог…       — Не смотря на то, что он временно отстранен, да и в дела совета вникать не рвался, он все же является членом городского совета и имеет полный доступ ко всем документам. Он мог обо всем узнать самостоятельно, либо… Ему могли помочь.       На мгновение в шатре воцарилась напряженная тишина, а затем в голове Рид начал складываться пазл.       — Я видела Барнса на площади около десяти минут назад, — нарушив тишину, подала голос она. — Я не придала этому значение в самом начале, но сейчас его поведение мне кажется действительно странным.       — Что именно? — поддавшись корпусом вперед, заинтересованно спросил Морт.       — Армин сказал, что час назад йегеристы пытались прорваться на ярмарку через соседний квартал, верно? — спросила она, а затем, получив от Морта уверенный кивок, продолжила. — Я не так хорошо знаю Барнса, но предположить, что он всегда любит находится в центре внимания не сложно. Сейчас же он находился в стороне, словно пытался слиться с толпой. Да, можно было бы предположить, что так выражается его скорбь по сестре, если бы он не оглядывался каждый раз по сторонам и не смотрел бы на время, будто…       — Знал, что что-то должно произойти, но не понимал, почему не происходит, — почесав подбородок, понял Морт. — В любом случае, чтобы выдвинуть какие-либо обвинения в сторону Барнса нам нужны неопровержимые доказательства, Скарлетт. К тому же, выносить на общественность сорвавшуюся диверсию со стороны йегеристов я не намерен. Это породит еще большие волнений и поставит под вопрос легитимность совета. Никто в народе не согласится на то, чтобы городом управляли те, кто не способен его защитить.       — Значит, нужны неопровержимые доказательства причастности Барнса… — вновь опустившись на стул, удрученно произнесла она. — Прижать этого прихвостня будет не так просто…       — В открытую идти против него нельзя, Скарлетт. Барнс пусть и идиот, но имеет неплохое влияние, а нужной поддержкой он заручился еще несколько лет назад. Нужно действовать изощреннее…       — Через тех, кому он доверяет? — подняв глаза, спросила у него Скарлетт.       — Через…       Договорить Морт не успел. В шатер, подобно фурии, неожиданно для всех влетела запыхавшаяся и взволнованная Браун.       — Скарлетт! Вот ты где… — схватившись за живот, тяжело дыша выпалила она.       — Габи? Что…       — Лавка капитана горит! Райнер с капитаном и ребятами уже отправились на место!       Вскочив со стула, она сначала уставилась на Габи, а затем перевела растерянный взгляд на Морта.

***

      Сидя поздним вечером за большим дубовым столом, Отис Барнс заливал в себя элитный виски, а вокруг него царил беспорядок и полумрак.       Отпустив слуг домой раньше назначенного времени, он принялся крушить все вокруг. Под горячую руку Барнса попала и дорогая заморская мебель, и коллекционные статуэтки его покойной сестры, и изысканный хрусталь, что достался Барнсам от их покойных родителей.       Только когда разбивать в комнате стало нечего, Барнс остановился и принялся заливать в себя алкоголь. Впрочем, стоило только янтарному содержимому в бутылке закончится, как и последняя полетела в стену, а затем, разбившись в дребезги, разлетелась осколками по комнате, падая на мраморный пол.       — Чертовы недоумки! — разозлившись, крикнул он, ударяя кулаком по столу. — Имея все карты на руках, не смогли ничего сделать! — взвыл он, а затем устало прикрыл глаза руками.       — Неужто ваш вечер не задался, господин Барнс? — хитро улыбнувшись, отозвалась тень в углу.       — Вы? — уставившись на стоящий в углу силуэт, не веря спросил он, а затем покосился на покоившийся на тумбе нож.       — Оставьте, — подняв ладони вверх, оборвала тень поток его мыслей. — Я здесь не как враг и даже не как друг, а как будущий возможный союзник. И позволю себе сказать, достаточно неплохой.       — Что вы от меня хотите? — насторожившись, вдруг спросил он.       — Хм… Дайте подумать… — смело пройдя вглубь комнаты, задумчиво произнес незваный гость. — Я хочу предложить вам союз.       — Вы? Мне? — Барнс тут же рокочуще рассмеялся. — И позвольте спросить, зачем мне это?       Опустив стеклянную бутылку с горячительным напитком на столешницу, гость по-хозяйски опустился за стол.       — Я, как весьма благородный человек, оставлю ваши грязные дела в тайне от остальных, а взамен мы с вами объединимся и достигнем таких высот, которых прежде никому не удавалось.       — Грязные дела? — усмехнувшись, повторил слова гостя он. — Мои руки чисты. Не интересно.       — Конечно чисты, ведь куда интереснее действовать чужими руками, а затем, как подобает истинному наблюдателю, созерцать результат со стороны. Ведь результат всегда оправдывает средства. Правда, не всегда мы получаем тот результат, который хотелось бы.       Сощурившись, Барнс вдруг заметно напрягся, а его до этого расслабленное тело будто налилось свинцом.       — О чем вы?       — День назад в городской тюрьме якобы от голода и обезвоживания скончался господин Бейкер. Казалось бы, чему удивляться, ведь старик самовольно отказывался от пищи и воды… Только вот стоило едва надавить на стражу, как несколько из них дали показания о том, что одним из членов городского совета было выдвинуто распоряжение не кормить и не поить бывшего заслуженного врача. Думаю, не трудно догадаться, кому была на руку смерть старика. Особенно если учитывать, что именно этот врач и свел в могилу сестру этого человека.       — Вы хоть понимаете, кому сейчас это говорите? — ощетинившись, угрожающе начал Барнс.       — Подождите, ведь это еще не все, — усмехнувшись, ровным тоном ответил человек, совершенно не обращая внимание на неприкрытую угрозу. — Признаться, план с господином Бейкером был практически идеальным, за исключением того, что вы не учли, какой болтливой бывает стража. А вот с поджогом лавки Аккермана и неудавшейся диверсией на международной ярмарке вы сильно облажались. Пожар быстро удалось ликвидировать, пострадала лишь небольшая пристройка к складу, а вот диверсию удалось полностью нейтрализовать. Мало того, несколько йегеристов были взяты в плен, а они, думаю, в обмен на свою собственную свободу с удовольствием сдадут вас, — отстукивая по столу барабанную дробь, спокойно продолжал человек. — Вы в заднице, господин Барнс.       Когда незваный гость закончил, Барнса прошиб ледяной пот. Руки, не желая подчиняться воле хозяина, стали заметно дрожать, а в горле образовался несоизмеримых размеров ком.       — Что вы предлагаете? — тяжело сглотнув, едва слышно спросил он.       — Как и говорилось ранее — союз. Я помогу вам замести ваши следы, дам вам неопровержимое алиби, а взамен мы с вами объединимся.       — Для чего вам это? У вас достаточно влиятельных людей в близком кругу.       — Проблема в том, Отис, что влияния никогда не бывает достаточно. Чем оно больше, тем шире круг моих возможностей. Ваше право мне отказать, сдавать я вас, конечно, не собираюсь. До этого дойдут без меня. Но если вы все же согласитесь, то я помогу вам выйти из уж больно затруднительного положения.       Всего несколько секунд понадобилось Отису Барнсу, чтобы принять, как ему тогда казалось, наиболее верное решение. Откинувшись на спинку стула, он кивнул.       — Хорошо, я согласен.       — В таком случае, я прошу подписать вас это.       Гость в мгновение ока выудил из внутреннего кармана пиджака лист бумаги, развернул его, а затем протянул его хозяину поместья.       Взяв бумагу, он быстро пробежался по строчкам глазами, а затем криво усмехнулся.       — Гарант, — понял он, доставая из-за пазухи ручку.       — Верно. Эта бумага станет свидетельством нашей с вами сделки, а также гарантом моей безопасности на случай, если вы все же решите играть грязно. В случае моей неожиданной кончины один доверенный человек получит доступ к этому документу, а после всем станет известно о нашей связи и ваших делах.       — Вы умны и сообразительны. Не делаете что-либо бездумно и просчитываете все на несколько шагов вперед… Такой союзник мне действительно не помешает…       Бегло подписав бумагу, он отодвинул ее в сторону, а затем подошел к серванту и выудил оттуда единственный уцелевший стакан. Поставив его на стол, он кивнул на покоившуюся на столе бутылку.       — Отпразднуем начало нашего союза?       — С удовольствием, — сдержанно улыбнувшись, согласился гость. — Однако я предпочитаю пить элитный алкоголь, закусывая его добротной закуской.       — Сию минуту.       Засуетившись, Барнс тут же достал отборные куски копченого мяса и сыр, а затем принялся нарезать закуску. Гость же, пододвинув к себе два стакана, принялся неторопливо разливать виски.       Через пять минут на столе стояла закуска, а в руках двух людей были стаканы, наполненные практически до самых краев. И пока Барнс расплывался в улыбке, предвкушая их дальнейшее сотрудничество, в его бокале растворялся яд.