Часть 1. Наследница

Прим: ух, куда меня понесло... наслаждайтесь)) - Выше! Еще выше! Нее, ну не так же, не убилась? Приземлившись филейной частью на тренировочный мат, девушка потирала ушибленный локоть, глядя исподлобья на инструктора. Ярко-синие глаза метали молнии. Она уже много дней отрабатывала этот несчастный удар ногой, а он никак не хотел получаться. Хотя упорства ей было не занимать. Хоуп вообще была очень целеустремленной, и её физическая подготовка впечатляла даже в сравнении с ребятами постарше, что уж говорить о ровесниках. Но стоящий перед ней мужчина был настоящим профессионалом. Дверь в спортзал распахнулась, и в проёме показалась белокурая голова: - Кей, вы тут в «догони меня кирпич» играете? Рывком поднявшись с мата и отряхнув штаны, Хоуп устремилась навстречу вошедшей женщине: - вы когда вернулись? Маам, ну тебе же отдыхать надо - пойдем домой, мы соскучились, - улыбающаяся Лу прижала её к себе – Кей, ты с нами? Подобрав валявшуюся в углу спортивную сумку, мужчина кивнул и пошел следом, выключая по дороге свет. Путь до здания Инквизиции был недолгим, но никто никуда не спешил. Зайдя в апартаменты, Хоуп, не разуваясь, побежала через всю гостиную прямо в распростертые объятия отца. Иво смотрел на неё, бегущую, и никак не мог насмотреться. К своим семнадцати годам Хоуп Мартен превратилась в настоящую красавицу. Длинные черные волосы, спадающие тяжелым водопадом до поясницы, пронзительные синие глаза, белоснежная кожа с едва заметными родинками над пупком, гибкое тренированное тело. Девушка определенно сорвала джек-пот в генетической лотерее, взяв от обоих родителей всё самое лучшее. В интернате для псиоников, откуда она не так давно выпустилась, внимания к её персоне хватало от представителей обоих полов, но дальше флирта дело обычно не шло – дочь Приора всё-таки, на кривой кобыле не подъедешь. В придачу к эффектной внешности, Хоуп в качестве пси досталась довольно редкая штука – телеэмпатия. Эмпаты сами по себе были большой редкостью, особенно с хорошими способностями, у мадемуазель Мартен же к улавливанию эмоций добавилось умение улавливать обрывки мыслей. Способности проявились рано, в десятилетнем возрасте, когда девочка вдруг начала заканчивать за отцом предложения, слова в которых были ей неизвестны. Подтвердив пси-статус дочери, Иво с Лу определили её во второй интернат, из стен которого когда-то выпустилась сама мадам Мартен и который сейчас представлял собой элитное учебное заведение комфорт-класса с собственным живописным парком и индивидуальной программой обучения. Хоуп, названная так в честь Дня великой Надежды, обладала как дерзкой прямолинейностью матери, так и холодной рассудительностью отца, невероятным образом сочетая в себе эти две характеристики. Родители по праву гордились ей. Запрыгнув на отца, который с трудом удержался на ногах, Хоуп игриво цапнула его за шею: - попался! И ничего я не грязная! А Иво только и рад был попасться. Сняв с себя своего великовозрастного мамонтёнка, удрученно посмотрел вниз на инквизиторскую форму, которую теперь украшал свежий песок: - ну нет, с меня пока песок не сыплется, так что марш в душ, юная леди Показав отцу язык, девушка умчалась по указанному направлению. Отряхнувшись, Иво подошел к вошедшим следом за девушкой Лу и Кею, мужчины крепко пожали друг другу руки. Последние четыре года Кей занимал должность начальника охраны Приора, сменив на этом посту ушедшего на покой Гектора Баретти. Лу до недавнего времени, несмотря на статус, официально продолжала исполнять обязанности охраны сопровождения своего супруга, не пожелав доверить жизнь любимого человека никому. И о строгости псионички в высшем обществе ходили легенды, больше никто не смел подойти к Иво Мартену, минуя его жену. Но не так давно всё изменилось. После появления на свет Хоуп супруги надолго поставили вопрос с детьми на паузу. Времена были неспокойные, да и беременность псиоников – штука непредсказуемая. Хоуп Мартен официально была первым ребенком, рожденным женщиной-псионичкой от чистого мужчины, хотя неофициально были и другие дети (взять ту же «приемную» дочь Жонсьера). Девочка росла очень социальной, общительной, а после проявления у неё телеэмпатии родители всерьез задумались о том, что надо бы где-то добывать второго ребенка. У ближайших друзей – Йонаса с Даниэль – детей не было в силу нестабильности генома молодой женщины и последствий того самого отравления. Хоуп росла единственным ребенком в тесном кругу очень взрослых людей, каждый из которых готов был отдать за неё жизнь, но не мог заменить ей друзей. В итоге, на долгие годы самым близким другом девочки стал Кей, превратившийся после интерната еще и в наставника. И тут Лу – неожиданно для самой себя и для Иво – забеременела. Сейчас шел пятый месяц её «интересного» положения. В начале беременности прогнозы врачей были очень осторожными - приближающийся к сорока возраст, третья ступень телекинеза, многочисленные профессиональные травмы. Но Лу чувствовала себя прекрасно.   Сидя на широком кожаном диване с травяным чаем в кружке, Кей докладывал последние новости: - новая охранная система тестируется, Даниэль там всё проверяет. Молодых кандидатов в охрану я отсмотрел. И – да, завтра юбилей Викария, вы приглашены Поглаживая волосы мужа, Лу задумчиво произнесла: - это ж сколько Юналу лет, черт возьми… Передай Даниэль, что мы примем приглашение. Пойдешь с нами? Последняя фраза была адресована вышедшей из душа Хоуп. Плюхнувшись на диван между отцом и Кеем, она подмигнула эмпатику: - ха, ну если месье Стоун завтра не будет гонять меня по спортзалу, то пойду. Сплетни хоть пособираю Юбилей Викария праздновался в его резиденции, в одном из закрытых залов. Гостей было немного, и само мероприятие больше напоминало унылый стоячий банкет, чем веселый праздник. Мартены в сопровождении Кея моментально перетянули на себя всё внимание, едва появившись в зале. Иво вел под руку Лу, надевшую сегодня в меру закрытое синее платье и уложившую волосы в аккуратную высокую прическу. Хоуп шла чуть позади рядом с Кеем. Расталкивая гостей, к ним приближался сам виновник торжества: - Иво, друг мой! Как я рад, как рад! Ты почему редко навещаешь старика? Взгляд Юнала упал на Лу, а точнее, на её округлившуюся фигуру: - ах вы проказники, и молчали! Мадам Мартен, мои поздравления! Второй ребенок у псионика… Какая удача! Все взгляды тут же устремились на супругов. К ним начали подходить, поздравлять, желать здоровья. Стоящая в сторонке Хоуп шепнула Кею: - как же, рада она. Спит и видит, как бы самой на отца запрыгнуть. А вон та вообще считает, что больше бы подошла на роль матери его ребенка. Гадость Кей ласково посмотрел на не в меру проницательную девушку: - ну во-первых, точно мы знать не можем, ты же их не трогала. Это только догадки. А во-вторых, как бы они своими расшаркиваниями твою маму не утомили К беседующим псионикам осторожно приблизился молодой дьякон. Было видно, что он сильно нервничает. Теребя в руках чётки, он негромко заговорил: - мадемуазель Мартен, позвольте представиться. Дьякон Лагард, чистый, служу при канцелярии в главном храме Хоуп ответила в свойственной ей манере: - очень приятно, месье Лагард. Хоуп Мартен, псионик, сижу на шее у папы Кей закашлялся, сдерживая смех. Скромный служитель церкви очень смутился и поспешил отойти в сторонку, а Хоуп с невозмутимым видом принялась разглядывать люстру. Примерно через час Лу начала ощутимо уставать. Она молчала, но закрытое помещение и большое количество народу её утомило. Иво почувствовал состояние любимой и принял решение ехать домой. Подозвав Кея, он попросил приготовить машину. Лу, держась за руку мужа и оглядываясь по сторонам, испуганно спросила: - Кей, а где Хоуп?