Похититель молний: глава первая

      На следующий день, после окончания занятий, преподаватели, студенты и гости Хогвартса собрались в Большом зале.       Минерва попросила присутствующих встать и взмахнула палочкой — факультетские и преподавательский столы исчезли. На их месте появились удобные диваны и кресла, перед которыми возникли низкие столики с самым разным угощением.       Волшебники начали занимать места, рассаживаясь по диванам небольшими группами, а на креслах — по одному или вдвоём.       Когда все расселись и в зале воцарилась тишина, Рик Риордан достал из стопки первую книгу, раскрыл её на первой странице и начал читать.       Перси Джексон и похититель молний...       — Перси?! — жутко удивились близнецы Уизли.       — Это же книга... — начал Фред.       — Про нашего... — подхватил Джордж.       — «Персика»! — воскликнули оба.       — Клоуны, — улыбнулся Перси Уизли, тайком смахнув подступившие при взгляде на Фреда слёзы.       — А как вообще можно «похитить» молнии? — недоумённо почесал затылок Денис Криви.       — Увидим, — улыбнулся Рик и продолжил читать.       Глава первая Случайное исчезновение математички...       — «Математички»? — не поняли чистокровные и некоторые полукровки.       — Неприличная у маглов форма обращения к учителю математики, — объяснила им Гермиона. — Не люблю, когда так называют учителей.       — А, математика — это магловский урок, на котором учат считать, — на всякий случай пояснил Терри Бут.       — Грязнокровка в своём репертуаре, — пробурчал Гойл, бросив взгляд на Гермиону.       — Помолчи лучше, — холодно бросил ему Малфой.       — С каких это пор ты заступаешься за неё? — возмутилась Пэнси.       Драко незаметно показал друзьям то, что обвивало его запястье.       — Долг жизни, — ахнули подростки.       — Но перед кем? — ошарашенно спросила Дафна.       — Поттер, Уизли и Грейнджер, — пояснил Драко. — Во время битвы за Хогвартс они спасли мне и Гойлу жизнь… а мне — даже дважды.       — Но тебе не обязательно защищать её от простых оскорблений, — не поняла Паркинсон.       — Не обязательно, — согласился блондин. — Но в последнее время я понял, что они не такие уж и ужасные. Вдобавок Поттер защищал меня и маму на суде, и именно благодаря ему я сижу здесь.       Послушай, я не хотел быть полукровкой.       — Никто бы не захотел, — хихикнула Пэнси.       — Думаю, речь идёт не о тех полукровках, о которых ты подумала, — не согласилась Гермиона.       — Твоего мнения, грязнокровка, никто не спрашивал! — рявкнул Гойл.       — Что ты сказал?! — воскликнули Рон и Гарри, вскакивая с дивана и выхватывая палочки.       — Тихо! — крикнула Минерва. — Мистер Гойл, минус пятьдесят баллов со Слизерина. Поттер, Уизли, сядьте!       — Кто тебя за язык тянул? — прошипели Дафна и Трейси.       Грегори Гойл скривил губы и отвернулся.       — Между тем, — сказал вдруг Рик, — мисс Грейнджер права. Речь будет идти не о тех полукровках, кого вы привыкли так называть.       — А о каких же тогда? — не понял Гарри.       — Книга, — последовал лаконичный ответ.       Если ты взялся читать эту книжку, потому что решил, будто сам полукровка, то вот тебе мой совет: закрой ее, и немедленно.       — А мне тогда что делать? — хмыкнул Гарри.       — Вешаться, — брякнул Гойл.       — Мистер Гойл! — возмутился Гораций. — Отработка у мистера Филча.       — Спасибо за совет, мистер Гойл, — холодно произнёс Северус.       Гойл побледнел как полотно.       Поверь всему, что наврут тебе мамуля с папулей насчет твоего рождения, и живи нормально.       — Хороший совет, — улыбнулся Римус.       — Узнаешь ещё... — начал Сириус.       — О том, что ты приёмный... — подхватил Джеймс.       — Что твой отец — дракон... — продолжил Фред.       — А мама — русалка, — закончил Джордж.       «Мародёры» и близнецы Уизли засмеялись, их смех подхватили ещё несколько человек.       — "Идиоты", — закатил глаза Северус.       Быть полукровкой опасно. Страшное дело.       — Да что это за «полукровки» такие? — недоумевали присутствующие.       — Ну, если рассуждать логически, то они наполовину люди, а на другую половину... ну... ещё кто-то, — пожал плечами Римус.       — А может, они и вовсе не люди, а помесь каких-то других существ, — заметил Сириус.       Сознание, что ты такой, убийственно, больно и гадко.       — «Убийственно», «больно» и «гадко» — быть полукровкой, — пробурчала Пэнси.       — Сказали же, «тут говорится о других полукровках», — закатила глаза Трейси.       — В любом значении этого слова, — дополнила свои прежние слова Пэнси и обиженно отвернулась.       Если ты обычный парень и читаешь все это потому, что думаешь, будто это выдумки, — отлично. Читай дальше.       — Увы, Перси, не выдумки, — ответил главному герою Рик и продолжил читать.       Завидую, если ты веришь тому, что в жизни никогда ничего такого не было.       — Мы живём в волшебном мире, — зевнул Драко. — Нас ничем не удивишь.       — Не сказал бы, — без былой злобы возразил Гарри. — Я уже семь лет живу среди волшебников и до сих пор удивляюсь.       — Твоя правда, — пожал плечами Драко.       — Гарри, зачем ты с ним разговариваешь? — шёпотом возмутился Рон.       — Не пора ли забыть уже о старых обидах, Рон? — устало спросила Гермиона.       — Кстати, а это хорошая идея, Герм, — сказал вдруг Гарри.       Зеленоглазый встал с дивана и подошёл к Драко.       — Предлагаю забыть старые обиды, — с улыбкой сказал Гарри.       — Хорошо, Поттер, — после долгой паузы ответил Малфой и пожал протянутую руку.       — Ах да, — вспомнил ловец Слизерина. — Поттер, Грейнджер, Уизли, простите меня за все оскорбления. Я вёл себя ужасно.       — Простим, — кивнул Гарри. — Ведь простим же? — спросил он у друзей.       — Простим, — согласилась Гермиона.       — Простим, — вздохнув, сдался Рон.       Гарри, довольно улыбаясь, вернулся к друзьям.       Но если ты узнаешь себя на этих страницах, если хоть что-то заденет тебя за живое, — сейчас же брось читать.       — Ну хорошо, — пожали плечами ученики Хогвартса.       Ты можешь оказаться одним из нас.       — Было бы занятно, — отстранённо заметила Полумна.       — А слова «убийственно», «больно» и «гадко» тебя не смущают? — со скепсисом спросила Дафна.       — Быть волшебником тоже опасно, — пожала плечами Лавгуд.       А как только ты поймешь это, они рано или поздно тоже это учуют и явятся за тобой.       — Жуть какая, — поёжилась Гермиона.       — Кто это «они»?! — испугалась Лаванда Браун.       — Думаю, скоро узнаем, — вздохнул Альбус.       И не говори, что я тебя не предупреждал.       — Предупреждён, значит вооружён! — одобрительно гаркнул Грюм.       Все вздрогнули.       — Аластор, не надо так пугать! — возмутилась профессор Стебль, схватившись за сердце.       — Извиняюсь, — ничуть не смутившись, пробормотал бывший мракоборец.       Зовут меня Перси Джексон.       — Приятно познакомиться, — весело улыбнулась Лили.       — Лилс, ты с книгой разговариваешь, — напомнил ей Джеймс.       — Ой, отстань, Джим, — отмахнулась его супруга.       Мне двенадцать.       — Ещё совсем ребёнок! — ахнули женщины.       — А чего тут такого-то? — не понял Рон.       — А то, Рональд, что вряд ли Перси будет просто рассказывать о своём необычном мире. Уверена, он побывает во многих опасных передрягах. Поэтому мы и встревожились, — объяснила сыну Молли.       — Но Гарри же убил василиска на втором курсе, — возразил рыжик.       — Убил кого?! — в шоке спросили Карлус и Джеймс.       — На втором курсе?! — побелели Дория и Лили.       Незнающие о событиях, связанных с открытием Тайной комнаты на втором году обучения «золотого трио», побледнели, словно полотно.       — Альбус Дамблдор! — возмутилась Августа. — Не хочешь объясниться?       — Поговорим после прочтения главы, — вздохнув, пообещал победитель Гриндевальда.       — Будем ждать, — холодно бросила Дория Поттер.       Еще несколько месяцев назад я ходил в частную среднюю школу-интернат Йэнси...       — А что такое «школа-интернат»? — спросила Дафна.       — Школа, где ученики могут не только учиться, но и жить, — пояснила Гермиона.       Для трудновоспитуемых подростков штата Нью-Йорк.       — «Для трудновоспитуемых»? То есть для хулиганов? — поджала губы Минерва.       — «Трудновоспитуемые» и «хулиганы» — это разные вещи, — не согласилась с директрисой мадам Помфри.       — Скорее всего, речь о подростках, которым нужен особый подход, — предположила Дория.       — Вы правы, — подмигнул Рик матери Джеймса Поттера.       То есть я трудновоспитуемый?       — Прочтём книги и узнаем, — хохотнул Сириус.       Что ж, можно сказать и так.       — Ответил на свой же вопрос, — хмыкнул Кингсли Бруствер.       — А мне он не кажется плохим человеком, — высказался Гарри. — Плохой человек не стал бы предупреждать нас не читать книгу.       — Интуиция вас не обманывает, мистер Поттер, — улыбнулся Рик. — Перси — довольно интересный молодой человек.       Я мог бы начать с любого момента моей короткой, жалкой жизни, чтобы доказать это...       — Вот это самооценка! — удивились подростки.       — Прямо как у Гарри, — хихикнули Гермиона и Джинни.       — Нормально у меня с самооценкой! — возмутился Гарри.       — Неужели, «просто Гарри»? — улыбнулся в бороду Хагрид.       — Да ну вас! — наигранно обиделся юноша и отвернулся.       Но в прошлом мае все действительно пошло наперекосяк.       — Интересно, что случилось? — обеспокоенно спросила Лили.       — Надеюсь, с ним всё будет в порядке, — прошептала Дория.       — Про него написано пять книг, — с успокаивающей улыбкой напомнил им Карлус.       — Ну ладно, — немного расслабившись, кивнула Дория.       Карлус улыбнулся. Он прекрасно знал, как его жена любит детей. Дория Поттер умудрялась переживать за всех детей, что оказывались в её поле зрения. Мужчину не переставало удивлять это качество супруги.       В общем, наш шестой класс поехал на экскурсию в Манхэттен — двадцать восемь дефективных подростков и двое учителей...       — Всего два учителя на двадцать восемь детей? — недоверчиво спросили преподаватели. — Не маловато?       — Деканы Хогвартса же справляются, — пожал плечами Джеймс. — А ведь они несут ответственность за гораздо большее количество подопечных.       — Не забывай, что у них нет магии, — напомнила ему Дория.       — Ой! Точно! — хлопнул себя по лбу «Сохатый».       — Не стоит недооценивать маглов! — возмутилась Гермиона.       — Я знаю, милая. Я просто говорю, что им немного труднее, чем магам, вот и всё, — успокаивающе улыбнулась ей бабушка Избранного.       В желтом школьном автобусе...       — «Школьный автобус»? — спросил Эрни Макмиллан.       — Магловский аналог «Ночного Рыцаря», который перевозит школьников, — пояснил другу Джастин Финч-Флетчли.       — Только магловские автобусы не заставляют вещи отпрыгивать со своего пути, — добавил Дин Томас.       Который вез нас к музею искусств Метрополитен поглазеть на древнеримские и древнегреческие штуковины.       — Ух ты! — мечтательно протянули Когтевранцы, Гермиона и, к всеобщему удивлению, Дафна и Трейси.       — Звучит интересно, — задумчиво сказал Римус.       — Не знала, что тебя интересует эта тема, — удивилась Нимфадора.       — Мои родители увлекались, — пожал плечами оборотень. — Именно поэтому они назвали меня в честь Рима. К тому же, некоторые друзья называют меня «Рем», а это один из основателей Рима.       — А второго звали «Ромул», — вспомнил Гарри. — Ты под этим именем участвовал в «Поттеровском дозоре».       — Верно, Гарри, — одобрительно кивнул Люпин.       — «Поттеровский дозор»? — непонимающе переглядывались присутствующие здесь Поттеры... ну, кроме Гарри, разумеется.       — Я вам потом объясню, — с улыбкой пообещал Римус, весело подмигивая близнецам Уизли и Ли Джордану.       Понимаю — смахивает на настоящую пытку.       — «Пытку»?! — возмутились когтевранцы и Гермиона.       — Дыши, Герми, дыши, — засмеялся Гарри, глядя на Грейнджер, которая казалась вот-вот задохнётся от возмущения.       — Не смешно, Гарри! — буркнула Гермиона.       — Расслабься, Герми, — улыбнулся Рон, чмокнув её в щёку.       Близнецы засвистели, вгоняя младшего брата и его девушку в краску.       Большинство экскурсий в Йэнси такими и были.       — Эх, не умеет он ценить прекрасное, — вздохнули Когтевранцы.       — А я бы не отказалась от экскурсии, — мечтательно протянула Трейси.       — Зачем это тебе, Девис? — скривилась Пэнси.       — Во-первых, это интересно... — начала Трейси.       — А во-вторых, экскурсия не обязательно должна быть в мир маглов, — закончила за неё Дафна.       Но на этот раз экскурсию вел наш латинист мистер Браннер, поэтому я еще на что-то надеялся.       — Его любимый учитель, — уверенно заявили Гриффиндорцы.       — Ну, или один из любимых, — заметил кто-то из профессоров.       Мистер Браннер был одним из тех парней среднего возраста, которые разъезжают в инвалидных колясках с моторчиком.       — Бедняга, — посочувствовали представительницы прекрасного пола.       — Его бы ко мне, — вздохнула мадам Помфри. — Я бы его быстро поставила на ноги.       — Поверьте, ему не нужна помощь, — улыбнулся Рик.       — Почему? — не поняли присутствующие.       — Узнаете из книги, — ухмыльнулся предсказатель.       — Я уже ненавижу эту фразу! — одновременно воскликнули Гарри и Драко, после чего удивлённо уставились друг на друга.       Волосы у него жиденькие, борода нечесаная, и появлялся он всегда в поношенном твидовом пиджаке, от которого пахло чем-то вроде кофе.       — Какой «красавчик», — хихикнула Парвати Патил.       — Отвратительно, — сморщила носик Лаванда Браун.       — Не стоит судить о человеке, отталкиваясь лишь от его внешности, — осуждающе произнесла Андромеда. — Тем более, этот человек — инвалид.       — Прошу прощения, — смутилась Парвати.       — Извините, — покраснев, пролепетала Лаванда.       Крутым его, конечно, не назовешь, но он рассказывал нам разные истории, хохмил и разрешал гоняться друг за другом по классу.       Преподаватели неодобрительно глянули на книгу.       — Нельзя поощрять такое поведение, — возмущённо покачала головой миссис Долгопупс.       — Не забывайте, Августа, что к этим детям нужен особый подход, — напомнила ей       Дория.       — Тем не менее дисциплина должна быть всегда, — не сдавалась грозная леди.       — Помнится, у мистера Люпина на уроках тоже было что-то подобное, — вставил Снейп.       — Отнюдь, Северус. Я хоть и относился к ученикам с пониманием, но до такого на моих занятиях точно не доходило, — не согласился с зельеваром его бывший коллега.       — Да ну? — съязвил Северус.       — Да что ты к нему привязался! — воскликнули Джеймс и Сириус, вскакивая со своих мест.       — Хватит! — рявкнул вдруг Римус. — Джеймс, Сириус, сядьте!       «Бродяга» и «Сохатый» вздрогнули и решили не провоцировать друга. «Лунатик» был страшен в гневе.       — Испугались? — не удержался Снейп.       — Сев, прекрати! — рявкнула теперь уже Лили.       Северус замолчал. Ссориться с подругой детства ему явно не хотелось.       Джеймс и Сириус хотели было ещё что-то ляпнуть, но под гневными взглядами Дории и Лили тут же замолчали. Мужчины снова вздрогнули. В какой-то момент им даже показалось, что глаза бывшей Эванс полыхнули зелёным огнём — таким, каким вспыхивает смертоносное заклятие.       К тому же у него имелась потрясная коллекция римских доспехов и оружия, поэтому он был единственным учителем, на чьих уроках меня не клонило в сон.       — Спать на уроках, — сокрушалась Грейнджер.       — На таком уроке даже я бы не спал, — мечтательно протянул Рон.       — Посмотреть бы на эти доспехи и оружие, — согласился с другом Гарри.       — "Мальчишки", — закатила глаза Гермиона.       Я надеялся, что экскурсия получится о’кей.       — Надежда умирает последней! — радостно воскликнули члены Отряда Дамблдора.       По крайней мере — что хоть раз, в виде исключения, я ни во что не вляпаюсь.       — мои мысли в начале каждого учебного года, — хмыкнул Гарри.       — Вы же сами находите приключения на свою голову, — фыркнул Северус.       — Я их не ищу, сэр, это они сами меня находят, — беззлобно ответил Гарри.       Джеймс, Сириус и Лили не вмешивались. Они знали, что зельевар сделал для Гарри. Лили поблагодарила старого друга практически сразу после того, как сын поведал им об этом.       Джеймс и Сириус тоже выразили благодарность школьному недругу, попутно извинившись за обиды, нанесённые в те годы. Они перестали переругиваться с мастером зелий каждые пять минут, к огромному облегчению окружающих.       Лишь иногда «Мародёры» забывались и начинали перепалку со Снейпом, но, встретив грозный взгляд бывшей Эванс, сразу же успокаивались.       Но, дружище, я ошибался.       — Почему я не удивлена? — закатив глаза, спросила Гермиона.       — Потому что ты дружишь со мной, — ухмыльнулся Гарри.       Понимаешь, именно на экскурсиях со мной случаются всякие пакости.       — О, это уже интересно! — воскликнули хором близнецы Уизли и «Мародёры», потирая руки.       Взять хотя бы пятый класс, когда мы ездили осматривать поле сражения при Саратоге...       — «Саратога»? — не поняли многие в зале.       — Это из истории Америки. Не берите в голову, — махнул рукой Рик. — Те, кому интересно, могут прочитать об этом в магловских учебниках по истории Америки.       Когтевранцы, а также несколько учеников с других факультетов, сделали себе пометки.       — Делать нам больше нечего, — шепнула Пэнси своим одногруппникам.       — Я бы почитала, — таким же шёпотом возразила Дафна.       — И мы тоже, — согласились с ней Нотт и Забини.       — Предатели! — буркнула Пэнси.       — А это вообще нормально — водить детей по таким местам? — недовольно поинтересовалась Молли.       — Не вижу в этом ничего ужасного, — фыркнул Грозный Глаз.       — Но они же дети! — возмутилась мать рыжего семейства.       — Аластор прав, дорогая, — сказал до этого молчавший Артур. — Дети должны побывать в таких местах, чтобы хоть частично понять все ужасы войны.       И у меня вышла неприятность с пушкой повстанцев.       — Интересно, что он сделал с пушкой? — хмыкнул Сириус. — Выстрелил из неё, что ли?       — Всё может быть, — пожали плечами Римус и Джеймс.       Я и не собирался целиться в школьный автобус, но меня все равно поперли из школы.       Большой зал содрогнулся от смеха детей и некоторых взрослых.       — Во даёт, — хохотали близнецы Уизли, Рон, Гарри и Невилл.       — Истинный «мародёр», — смеялись «Сохатый» и «Бродяга», держась за животы от смеха.       — Между прочим, это очень опасно, — строгим голосом произнесла Лили, когда все успокоились. — Кто-то мог пострадать или даже погибнуть.       — Да ладно тебе, — ответил жене Джеймс. — Ничего страшного ведь не             произошло.       — А могло и произойти, — фыркнула бывшая староста Гриффиндора.       — Видите, Минерва, он не хулиган, он просто немного гиперактивный мальчуган, — улыбаясь, проговорила мадам Понфри. — Его бы энергию… да в мирные русла...       — Поняла уже, — улыбнулась Минерва.       — Хорошо, что у нас нет таких студентов, — засмеялся профессор Флитвик.       — Тьфу тебе на язык, Филиус! — возмутились профессора Макгонагалл и Стебль, под смех остальных преподавателей.       А еще раньше, в четвертом классе, когда нас возили сниматься на фоне самого крупного в мире бассейна для акул, я нажал какой-то не тот рычаг на подвесных лесах, и всему нашему классу незапланированным образом пришлось искупаться.       — Не с акулами, случайно? — смеялись студенты.       А еще раньше… Впрочем, думаю, ты меня понял.       — Ну нет, мы хотим ещё послушать, — запротестовали близнецы Уизли и «мародёры».       — В общем, мы тебя поняли, Перси, — тепло улыбнулась Дория.       Во время этой экскурсии я решил держаться паинькой.       — Удачи тебе, друг, — усмехнулся Гарри. — Я тоже пытался, пока жил с Дурслями.       — И получалось? — с интересом спросил Невилл.       — Нет, конечно! — воскликнул избранный и засмеялся.       — Что же с тобой стало, Питуния? — грустно прошептала Лили, которой Гарри уже рассказал об этом.       Всю дорогу до города я собачился...       — Эй, собак не трогай! — возмутился Сириус под смешки друзей.       С Нэнси Бобофит — конопатой, рыжеволосой девчонкой...       — Ещё одна Уизли, — шепнул Тео на ухо Драко, и оба фыркнули.       Со склонностью к клептомании...       — Клептомания — это когда человек не может удержаться от того, чтобы что-нибудь украсть, даже если ему это не нужно, — пояснила Гермиона.       — Как у Малфоя, — хмыкнул Невилл, намекая на случай с напоминалкой.       — И за тот случай тоже извиняюсь, — смутился Драко.       — О чём это вы? — нахмурилась Нарцисса.       — Потом расскажу, — вздохнул Малфой.       Которая пуляла в затылок моему лучшему другу Гроуверу объедки сэндвича с арахисовым маслом и кетчупом.       — Фу! — единодушно поморщились студенты.       — Что за воспитание! — возмутилась Молли.       — Ничего хорошего из этой девицы не вырастет, — покачала головой Минерва.       — Никаких манер, — скривилась миссис Малфой.       — Драко Малфой из другого мира, — усмехнулся Гарри.       — Ну спасибо, Поттер, — обиделся Драко.       — Всегда пожалуйста, Малфой, — широко улыбнулся избранный.       Гроувер вообще был легкой мишенью.       — Как я на первом курсе, — вспомнил Невилл.       — Но с тех пор ты изменился, — улыбнулся другу Гарри.       — Ты стал уверенным, — добавила Гермиона.       — И симпатичным, — произнесла Ханна Аббот, а, осознав, что сказала это вслух, густо покраснела.       Слабак, он плакал, когда у него что-нибудь не получалось.       — Бедняжка, — посочувствовала Джинни.       — Кажется, мы нашли меня из другого мира, — порадовался Невилл.       — Так ты же не плакал? — шёпотом спросил у него Рон.       — Тебе напомнить, что было на первом матче Гарри по «квиддичу»? — таким же шёпотом поинтересовался Невилл.       — А, точно, прости, — почесал затылок Уизли.       — Главное, моей бабушке не говори, — отмахнулся Долгопупс.       Похоже, он просидел в одном классе несколько лет, потому что все лицо у него уже пошло прыщами, а на подбородке курчавилась редкая бороденка.       — Бедный! — ахнули студенты и не только.       — Сколько же он просидел в несчастном шестом классе? — в шоке спросила Гермиона.       — Годика три-четыре, — предположила Падма Патил.       — Похоже на то, — с сочувствием произнесла Парвати.       Кроме того, Гроувер был инвалидом.       — Бедный мальчик! — охнули Дория, Лили, Молли и Менерва.       — Трудно ему, наверное, в школе, — сочувственно покачала головой Амелия Боунс.       — Ему повезло иметь такого друга, как Перси, — улыбнулась Гермиона.       У него имелась справка, что он до конца жизни освобождается от физкультуры из-за какого-то мышечного заболевания ног.       — Ещё один пациент, Поппи, — вздохнула Минерва и покачала головой. — Бедный ребёнок.       — Его бы я тоже с радостью вылечила, — грустно улыбнулась ей школьная медсестра.       — “Этому помощь тоже не нужна”, — тихо хмыкнул Рик.       Ходил он смешно, будто каждый шаг причинял ему страшную боль, но это только для отвода глаз.       — Как он может так говорить о своём друге! — возмутилась Лили.       — Может, ему и вправду больно! — присоединилась к ней Молли.       — Сказано же: «для отвода глаз», — закатил глаза Северус.       — Но зачем? — не поняла бывшая Эванс.       — Наверное, чтобы сверстники не докучали, — печально покачала головой Дория. — Дети бывают жестоки.       — Всё равно нельзя так говорить про друзей. — Гермиона недовольно скрестила руки на груди.       Посмотрели бы вы, как он со всех ног мчится в кафетерий, когда там пекут энчиладу.       — Перси его спалил, — смеялись близнецы Уизли.       — Кого-то он напоминает, — хихикнули Гарри и Гермиона, понявшие, что речь идёт о еде, и взглянули на Рона.       — А что это за «энчилада»? — не понял Рон.       — Политая острым соусом тонкая лепёшка из кукурузной муки, в которую завёрнута начинка; национальное мексиканское блюдо, — пояснил Рик.       — Вкуснятина, — облизнулся Рон.       Его желудок громко и жалобно заурчал.       — Рон! — возмутилась Грейнджер. — Ты только что пять сэндвичей съел. Тебе плохо не будет?       — Я растущий организм, — возразил шестой Уизли.       — Вам бы провериться, мистер Уизли, — покачала головой мадам Помфри. — Зайдите ко мне завтра утром.       — Хорошо, — без особого воодушевления согласился Рон.       Короче, Нэнси Бобофит швыряла кусочки сэндвича, застревавшие в курчавых каштановых волосах Гроувера...       — А заступиться за друга не судьба?! — возмутились пуффендуйцы.       — Может, наш главный герой вовсе и не герой? — съязвил Тео.       — Не делайте поспешных выводов, — сказал ему Гораций наставительным тоном.       Зная, что я ничего не могу ей сделать, потому что и так на заметке.       — А я бы заступился, несмотря ни на что, — гордо произнёс Джеймс.       — Не спеши, Джеймс, — проговорил Карлус, строго глядя на сына. — А вдруг родители Перси не смогут отправить его в другую школу?       — Да, отец, — понуро опустил голову «Сохатый».       Директор грозился, что я вылечу, как пробка, если во время этой экскурсии случится что-нибудь нехорошее, возникнут непредвиденные трудности или я учиню даже самое невинное озорство.       Гарри грустно вздохнул, вспоминая, как те же самые слова говорил ему дядя Вернон в тот день, когда они ездили отмечать одиннадцатый день рождения Дадли.       — Я ее убью, — пробормотал я.       — Давно пора! — хором воскликнули близнецы Уизли.       — Фред, Джордж! — возмутилась Молли.       — Молчим, мам, — синхронно сказали шутники, сделав жест, как будто застёгивают молнию на ртах друг друга.       — Все путем, — постарался успокоить меня Гроувер. — Мне нравится арахисовое масло.       — Это не повод позволять ей издеваться над собой! — возмутились Гарри и Джинни.       — А что ему ещё остаётся, бедняжке? — вздохнула Гермиона.       — Дать отпор, к примеру, — предложил Дин.       — Скорее всего, не хочет подставлять Перси, — предположила Падма. — Ведь если что, Перси придётся вмешаться, а он и так на заметке у директора.       — Трудно, наверное, наблюдать за страданиями друга, не в силах помочь, — сочувственно вздохнула Сьюзан Боунс.       Он увернулся от очередной порции ланча Нэнси.       — Хорошая реакция, — оценил Гарри.       — С такой одноклассницей не удивительно, — поморщившись, согласился Драко.       — Так, ну все, — я стал уже подниматься с места...       — Хорошо, что хотя бы Перси за него заступается, — вздохнула Молли.       — Для этого и нужны друзья, — улыбнулся Артур, приобняв жену за плечи.       Но Гроувер силой усадил меня обратно.       — Ну зачем?! — застонали Гарри и Рон.       — Гроувер умничка, — одобрительно кивнула Дория. — Не стоит вестись на провокации. Этой девочке рано или поздно надоест, и она сама отстанет.       — В этом я сомневаюсь, — не согласилась с ней Лили, переводя взгляд с мужа и его друга на Северуса и обратно.       — У тебя уже и так испытательный срок, — напомнил он мне. — Сам знаешь, на кого всю вину свалят, если что случится.       — Разумно, — кивнули взрослые маги.       — Ну раз у Перси испытательный срок, может, им действительно лучше не рисковать? — вслух рассуждала Гермиона.       — Полностью согласна, — кивнула Дафна. — Хотя проучить эту особу точно не помешает.       Оглядываясь назад, я жалею, что не прибил Нэнси Бобофит прямо тогда.       — Неужели его выгонят со школы? — встревожилась Дория.       — Интересно, что он выкинет на этот раз? — переглянулись близнецы Уизли и «Мародёры».       — Надеюсь, никто не пострадает, — вздохнула мадам Помфри.       Если б меня выгнали из школы, это уже не имело значения, поскольку вскоре я влип в такой маразм, по сравнению с которым все остальное — чепуха.       — Интересно, во что он ввязался? — встревожились женщины.       — Уверен, во что-то серьёзное, — покачал головой Карлус.       — Или опасное, — нахмурилась Минерва.       — Или мерзкое, — поморщилась Нарцисса.       — Или всё сразу, — пожал плечами Римус.       Экскурсию по музею вел мистер Браннер.       — Любимый учитель нашего «Персика», — усмехнулся Фред.       Перси Уизли закатил глаза.       Он ехал впереди в инвалидной коляске, ведя нас через большие галереи, отзывавшиеся на наши шаги гулким эхом, мимо мраморных статуй и застекленных витрин, битком набитых настоящей черно-оранжевой глиняной посудой.       — Как интересно, — восхитился Филиус.       — Наверняка, всему этому уже несколько веков, — улыбнулся Карлус, который с юности обожал древние артефакты и другие вещи из далёкого прошлого.       — Нам бы тоже хотелось там побывать, — кивнули Римус и Лили, не обращая внимания на закативших глаза Джеймса и Сириуса.       У меня пронеслась мысль, что всему этому уже две-три тысячи лет.       — Ого! — пронеслось по Большому залу.       — А ты оказался прав, пап, — удивился Джеймс.       — Твой отец редко ошибается, — улыбнулась ему Дория, с нежностью глядя на мужа.       Мистер Браннер собрал нас вокруг тринадцатифутовой каменной колонны с большим сфинксом наверху и стал рассказывать, что это был надгробный камень, или стела, на могиле девочки примерно наших лет.       — Погибнуть в таком юном возрасте, — печально вздохнул Дамблдор.       — Она же совсем ребёнок, — всхлипнула Дория.       — Не грусти, Дори, — Карлус успокаивающе приобнял её за плечи. — Думаю, девочка жила в опасные времена.       — Я это понимаю, но всё же как это печально, — шмыгнула носом женщина, постепенно успокаиваясь.       Объяснял нам про рисунки, высеченные по бокам надгробия.       — А мистер Браннер — хороший учитель, — улыбнулась Лили.       — Профессор Люпин всё равно лучше! — хором крикнули гриффиндорцы, пуффендуйцы, когтевранцы и даже несколько слизеринцев.       — Да ладно вам, ребята, — смутился Римус.       — Но это правда, — возразило ему «золотое трио».       — Не смущайся, «Лунатик», ты это заслужил, — подмигнули ему Джеймс и Сириус.       — Теперь, когда «Тот-Кого-Нельзя-Называть» мёртв, а проклятие с этой должности снято, не хотите ли вернуться к преподаванию, Римус? — спросила Минерва.       — Люди это не одобрят, — покачал головой оборотень.       — Зато мы одобрим! — закричали студенты Хогвартса.       Я старался слушать, что он говорит...       — Да ну, — недоверчиво фыркнул Драко.       — Любимый учитель как-никак, — пожала плечами Гермиона.        Потому что это было любопытно...       — Ну хоть один предмет ему интересен, — покачала головой Августа.       Но вокруг все болтали...       — Да как так можно? — негодовали Гермиона и Лили.       — Никакого воспитания, — презрительно фыркнула Нарцисса.       — дети, — качнула головой Дория.       И всякий раз, когда я их просил заткнуться...       — Сомневаюсь, что они будут тебя слушать, Перси, — покачал головой Римус.       Второй сопровождающий нас учитель, миссис Доддз, зло на меня поглядывала.       — А вот ей явно не нравится Джексон, — хмыкнул Кингсли.       Миссис Доддз была какой-то мелкой сошкой...       Минерва, Дория, Лили, Амелия, Андромеда и Молли укоризненно посмотрели на книгу.       Училкой математики из Джорджии...       — Из названия главы, — кивнул Римус.       — Любопытно, куда же она «исчезнет»? — улыбнулся в бороду Альбус, намекая на название главы.       — Может, Джексон её убьёт? — шёпотом спросил у друзей Теодор.       — Ага, а тело спрячет в чулан, — закатила глаза Дафна.       — Может, её похитят, а в пропаже обвинят Перси, и на протяжении всех книг Перси и Гроувер будут искать миссис Доддз, чтобы вернуть свою честь? — выдвинул свою теорию Сириус.       — С твоим воображением только книжки писать, — хихикнула Лили.       Которая даже в пятьдесят носила черную кожаную куртку.       — Не понимаю я её, — поморщилась Нарцисса.       — Лучше кожаная куртка, чем розовая кофточка Амбридж, — скривился от отвращения Гарри.       — Не напоминай, — застонали все, кто учился у упомянутой особы.       Видок у нее был тот еще: казалось, она может загнать «харлей» прямо на крыльцо школы.       — Ничего себе учитель! — присвистнул Джеймс.       — «Харлей»? — не поняли многие.       — Американская фирма, производящая мотоциклы, — пояснил Рик..       — А мотоцикл — это магловский транспорт, — добавил Энтони Гольдштейн, пока никто не успел задать этот вопрос.       — Откуда знаешь? — спросил у него Эрни.       — Ездил к родственникам в Штаты, — улыбнулся когтевранец. — У их соседей был такой.       Она появилась в Йэнси с полгода назад, когда у нашего бывшего математика случился нервный срыв.       — Бедный учитель, — пронеслось по залу.       — Наверное, трудно справляться с такими детьми, — сочувственно вздохнула Дория.       — Как только Минерва не получила нервный срыв со своими «львятами»? — хихикнув, спросила профессор Аврора Синистра у сидящей рядом Септимы Вектор.       — Не зря ведь её «железной леди» кличут, — улыбнувшись, ответила ей преподаватель нумерологии.       С первого же дня миссис Доддз возлюбила Нэнси Бобофит, а меня считала дьявольским отродьем.       — Но ведь Перси такой славный мальчик, — недоумевала Дория.       — Как ей может нравиться эта невоспитанная хулиганка?! — возмутилась Молли.       — Эта женщина мне определённо не нравится, — подозрительно прищурился Римус.       — Волчье чутьё заработало? — ухмыльнувшись, поинтересовался Сириус.       — Возможно, — не стал отнекиваться оборотень.       Она наставляла на меня свой скрюченный палец и ласково говорила: «Итак, дорогуша»...       Присутствующих в большом зале передёрнуло.       И мне становилось ясно, что еще месяц придется торчать в школе после уроков.       — Это возмутительно! — негодовал весь педагогический состав Хогвартса.       — Нельзя наказывать ученика только за то, что он тебе не нравится, — качала головой профессор Стебль.       — "Зато можно снимать баллы", — возмущённо думал Рон, косясь на Снейпа.       Как-то раз, когда она до полуночи задавала мне вопросы на засыпку из какого-то старого учебника математики...       — Дети в такое время должны спать, — недовольно поджала губы миссис Уизли.       — Из-за недосыпа могут начаться проблемы со здоровьем, — неодобрительно покачала головой мадам Помфри.       — Надеюсь, на следующий день мальчику дали как следует выспаться, — нахмурилась Дория.       Я сказал Гроуверу, что, по-моему, миссис Доддз — не человек.       — Определённо, Перси, — прыснули студенты.       — Я такого же мнения о нашем новом преподавателе трансфигурации, — шепнул друзьям Рон. — Целых два задания!       — Рональд, нам задавали всего одно задание. У тебя тоже было бы только одно, если бы ты сделал то, что задавали на вчерашний урок, вовремя, — шёпотом отчитывала своего парня Гермиона. — Вообще, если бы ты учился, а не валял дурака, ты бы не схлопотал плохие отметки в первую же неделю учёбы.       — Да понял я, — пробурчал шестой Уизли.       Он посмотрел на меня абсолютно серьезно и ответил: «Ты совершенно прав».       — А кто же тогда?! — испугались Парвати и Лаванда.       — Скорее всего, это просто сарказм, милые, — успокаивающе улыбнулась им Молли.       Мистер Браннер продолжал рассказывать о греческих надгробиях и памятниках искусства.       — Сдаётся мне, слушал его только Перси, — покачал головой Римус.       — И Гроувер, — напомнил Сириус.       — По крайней мере, Нэнси точно не слушала, — закатила глаза Дора.       Кончилось тем, что Нэнси Бобофит отпустила какую-то шуточку по поводу голого паренька на стеле...       — Ну куда же без этого! — фыркнула Гермиона.       И, повернувшись к ней, я огрызнулся:       — Может, ты все-таки заткнешься?       — И его, конечно же, спалили, — вздохнули Фред и Джордж.       И брякнул это громче, чем рассчитывал.       — Мы же говорили, — фыркнули владельцы «Всевозможных волшебных вредилок».       Все заржали.       — Ну что за дети! — возмутилась Августа.       — Никаких манер, — скривилась Нарцисса Малфой.       — Бедный мистер Браннер, — посочувствовала Дория.       Мистер Браннер вынужден был прерваться.       — Неудивительно! — сложила руки на груди Лили.       — У вас какие-то дополнения, мистер Джексон? — спросил он.       — Почему именно Перси? — непонимающе спросил Гарри.       — Ну, он же громко огрызнулся. И именно его голос услышал Браннер перед тем, как все заржали, — пожала плечами Гермиона.       — Может, Браннер подумал, что огрызаются с ним? — предположил Рон.       — Уизли думать умеет, — шепнул другу Тео.       — Сам в шоке, — шёпотом ответил ему Блейз и ухмыльнулся.       — Нет, сэр, — ответил я, покраснев как помидор.       — Милашка, — протянули девочки.       — Может быть, вы расскажете нам, что означает это изображение? — спросил он, указывая на один из рисунков.       — Парень влип, — хмыкнули Дин и Симус.       — А мне кажется, он ответит на вопрос, — отстранённо заметила Полумна.       Я поглядел на высеченную фигуру и почувствовал прилив облегчения, потому что действительно вспомнил, кто это.       — Значит, он действительно не спал на его уроках, — порадовалась за мальчика Дория.       — Это был единственный урок, на котором его не клонило в сон, — вспомнила Андромеда.       — Он вообще не должен был спать на занятиях, — поджала губы Минерва.       — Это Кронос...       — Кто? — не поняли многие сидящие в зале.       — Титан. Существо из древнегреческой мифологии. От него пошли все греческие боги, — пояснил Люпин.       — А мистер Люпин хорошо объясняет, — улыбнулась Августа.       — Поэтому я и хочу, чтобы он вернулся на пост преподавателя Хогвартса, — кивнула Минерва. — К тому же, детям он нравится.       — Но он же оборотень! — не выдержав, возмутилась Нарцисса.       — Он опасен только в полнолуние, — напомнила Дория.       — А в остальные дни обычный человек, — поддержала её Лили.       — Можно просто давать мистеру Люпину отгулы в дни полнолуния, а также выделить место, где он сможет спокойно пережидать свои метаморфозы, — предложила Амелия.       — Я позабочусь об этом, — кивнула директор Хогвартса.       — Было бы замечательно, — просиял профессор Флитвик, который, в связи с тем, что на пост преподавателя З.О.Т.И. пока никого не нашли, вёл этот предмет.       Пожирающий своих детей.       — О, Мерлин! — ахнули женщины.       — Зачем ему понадобилось пожирать своих детей? — недоумевали собравшиеся маги.       — Думаю, сейчас Перси нам ответит, — улыбнулся Римус. — Если не ответит, я сам объясню.       — Да, — сказал мистер Браннер, явно разочарованный.       — Но он же ответил на вопрос, — не понимал Гарри.       — Думаю, мистер Браннер хотел услышать более развёрнутый ответ, — пожал плечами Римус.       — И делал он это потому…       — Был каннибалом, — предположили близнецы Уизли.       — Если не ошибаюсь, было пророчество, что ребёнок Кроноса свергнет отца, — припомнил Римус.       — Опять эти пророчества! — застонал Гарри.       — Ну… — Я напряг память.       — Ну же, вспоминай, — подбадривала Гермиона.       — Кронос был верховным божеством и…       — Ты же сказал, что он был «титаном»? — удивился Сириус.       — Мальчик просто перепутал, — пожал плечами Римус.       — Божеством? — переспросил мистер Браннер.       — Титаном, — поправился я,       — Вот видишь? — усмехнулся Люпин.       — Ты, как всегда, прав! — простонал Блэк.       — И он не доверял своим детям, которые были богами.       — "И это недоверие его и погубило", — мрачно подумал Римус.       Хм… ну, Кронос и сожрал их.       — Да уж, — покачали головой волшебники.       Но его жена спрятала младенца Зевса, а вместо него дала Кроносу камень.       — И он не понял, что это камень?! — не поверил Рон.       — Если не ошибаюсь, она завернула камень в одеяло, а Кронос даже не разворачивал его. Он просто закинул свёрток в рот и сразу проглотил, — улыбнувшись, объяснил Римус.       А потом, когда Зевс вырос, он обманом заставил папашу, Кроноса то есть, выблевать обратно своих братьев и сестер…       — Фу! — поморщились все сидящие в большом зале маги.       — Ух ты! — высказалась какая-то девица позади.       — Это точно! — хихикнули Лаванда и Парвати.       Ну и возникла страшенная потасовка между богами и титанами, — продолжал я, — и боги победили.       — Воу! — только и смогли выдавить те, кто впервые слушал эти мифы.       — Ну и хорошо, что победили, — покачала головой Минерва.       — Даже представить страшно, что было бы, если бы они проиграли, — вздохнул Альбус.       В группе моих одноклассников послышались сдавленные смешки.       — Нечего смешного! — возмутилась Гермиона.       — Похоже, нам это сильно пригодится в жизни, — пробормотала стоявшая за мной Нэнси Бобофит своей подружке.       — Впервые я согласен с этой девчонкой, — удивлённо сказал Драко.       — Эти знания просто полезны для расширения кругозора, мистер Малфой, — пояснил ученику Гораций.       — Представь, ты приходишь устраиваться на работу, а тебе говорят: «Пожалуйста, объясните, почему Кронос проглотил своих детей».       — Никакого уважения к преподавателю! — возмущались Августа, Минерва, Дория, Амелия, а также ещё несколько преподавателей.       — Ну и что, что эти знания не понадобятся? Ума палата, дороже злата! — присоединились к возмущениям Когтевранцы.       Когда все успокоились, Рик продолжил читать.       — Ну, мистер Джексон, — подхватил Браннер, — и какое отношение, перефразируя превосходный вопрос мисс Бобофит, все это имеет к реальности?       — Даже не сделал замечание мисс Бобофит? — удивилась Минерва.       — Он очень требователен к Перси, — заметил Карлус.       — Он явно чего-то от него добивается, ну или намекает на что-то, — задумчиво сказал Альбус, приглаживая свою длинную бороду.       — Может, он намекает на то, что всё это было на самом деле? — предположил Римус.       — Ага, скажешь тоже! — засмеялись остальные «мародёры».       — Сказали два потомственных волшебника, — закатил глаза Лунатик.       — Съела? — пробормотал Гроувер.       — Смотрите, кто показал зубки, — хихикнула Трейси.       — Увереннее, Гроувер, — посоветовал мальчику Невилл.       — Заткнись, — прошипела Нэнси, лицо ее пылало даже ярче, чем волосы.       — Совсем как у вас, когда вы говорите неправду, — улыбнулся Гарри, с теплотой смотря на семейство Уизли.       — Ты хорошо подмечаешь детали, Поттер. Из тебя выйдет превосходный мракоборец! — одобрительно гаркнул Грюм.       — Спасибо, сэр, — смутился Гарри.       Наконец-то Нэнси тоже села в лужу.       — Так ей! — кричали студенты.       — Злорадствовать нехорошо, — улыбнувшись, покачала головой Дория.       Мистер Браннер был единственный, кто не пропускал ни одного постороннего слова, сказанного у него на уроке.       — Позволяет детям гоняться за друг другом по классу, шутит, но при этом не пропускает ни одного постороннего слова на своих уроках. Что ж, весьма оригинальная методика проведения занятий, — думала Минерва, наблюдая сквозь очки за студентами своей школы.       Не уши у него, а радары.       — Как у профессора Макгонагалл! — воскликнули студенты.       — А что такое «радары»? — спросил Блейз, тщательно проговаривая каждый слог.       — «Радар» — это магловское устройство для отслеживания. С его помощью, например, военные узнают о приближении врага ещё задолго до того, как тот появится в поле зрения, — объяснил профессор магловедения.       — Чего эти маглы только не придумают, — улыбнулся Артур.       Я подумал над его вопросом и пожал плечами.       — Не знаю, сэр.       — Мы тоже, — хором сказали маги.       — Понятно. — Мистер Браннер слегка расстроился.       — Почему? — недоумевал Рон.       — Наверное, надеялся получить от Перси более чёткий и развёрнутый ответ, — пожав плечами, ответил брату Билл.       — Придется снизить вам оценку вдвое, мистер Джексон.       — За что?! — возмутились Дин и Симус.       — Он же ответил на вопрос, — недоумевали Гарри и Рон.       — Вероятно, Браннер не добился того, чего хотел, — пожал плечами Карлус.       Зевс действительно уговорил Кроноса отведать смеси вина и горчицы...       — После такой смеси непременно вырвет! — встревожилась Помфри.       — В этом, как ни странно, и был замысел Зевса, — усмехнулся Рик.       Что заставило последнего исторгнуть остальных пятерых детей,       — Что-то у меня аппетит пропал, — пробормотала Лаванда.       — Не у тебя одной, — вздохнула Парвати.       — Прошу прощения за это, — виновато улыбнулся Рик.       Которые, разумеется, будучи бессмертными богами, жили и росли непереваренными в утробе титана.       — А я ещё думал, что у меня сложное детство, — подумали Гарри и Снейп, даже не подозревая, что их мысли сходятся.       — Зато твои дети всегда с тобой, — пошутили Джеймс и Сириус.       Присутствующие издали невесёлые смешки.       Победив отца, боги разрезали его на мелкие кусочки его же серпом...       — Какой кошмар! — прижала руки к рту Лили.       — Эти существа поражают своей жестокостью, — вздохнула Августа.       И разбросали его останки по Тартару, самой мрачной части преисподней.       — Какой ужас! — покачали головой взрослые.       — Жесть! — протянули студенты.       На этой оптимистичной ноте...       — «Очень оптимистичной», — хихикнули Лаванда и Парвати.       Позвольте объявить, что настало время ланча.       — А когда мы будем ужинать? — с надеждой спросил Рон.       — После этой главы, — тепло улыбнулась ему Минерва.       Не проводите ли вы нас обратно, миссис Доддз?       — Почему он попросил об этом её? — не понял Невилл.       — Наверное, потому что она лучше него ориентируется в этом музее, — пожал плечами Гарри.       — Думаю, он таким способом позволил теперь уже ей вести за собой всю группу, — улыбнулась двум Избранным Дория.       Класс потянулся из зала, девчонки хихикали...       Парни закатили глаза.       Мальчишки толкались и дурачились.       Теперь уже девочки закатили глаза.       — Манеры, как я полагаю, дома забыли? — недовольно поинтересовалась Августа, но ей некто не ответил.       Мы с Гроувером уже собирались последовать за ними, когда мистер Браннер обратился ко мне:       — Мистер Джексон.       — Кажется, у парня проблемы, — переглянулись близнецы Уизли.       Я понял, что сейчас будет.       — Выволочка от учителя, что же ещё? — вздохнули члены Отряда Дамблдора.       И сказал Гроуверу, чтобы меня не дожидался.       — Чувствуют, что разговор будет долгим, — усмехнулись «Мародёры».       Затем повернулся к мистеру Браннеру.       — Приготовившись к выволочке, — понимающе улыбнулись Фред, Джордж, Джеймс и Сириус.       — Сэр?       У мистера Браннера был такой вид… ясно, просто так он с меня не слезет…       — Удачи тебе, брат! — хмыкнул Гарри.        Его карие глаза глядели так пристально и пронзительно, будто ему было уже тысячу лет и он успел повидать все на свете.       — Такое бывает, — весело усмехнулся Альбус.       — Особенно с вами, — хором сказали члены Ордена Феникса.       — Этот мужчина явно повидал многое, — уважительно кивнул Карлус.       — Вам следовало бы знать ответ на мой вопрос, — сказал мистер Браннер.       — Про титанов?       — Про настоящую жизнь. И каким образом ваша учеба связана с нею.       — А…       — То, чему учу вас я, — продолжал мистер Браннер, — жизненно важно.       — Как эти древние истории могут быть жизненно важными? — недоумевал Драко.       — Если моя теория верна, очень просто, — хмыкнул Люпин.       — Какая теория?! — хором спросили все, кто не слышал выдвинутую Римусом теорию.       — Книги ответят, — прервал Рик Римуса, который только открыл рот, чтобы ответить.       И я жду, что вы отнесетесь к этому с полной ответственностью.       — То же самое я жду от всех, кто в этом году сдаёт С.О.В. и Ж.А.Б.А.! — строго сказала Минерва под обречённые стоны учеников.       Испытание пройдут только лучшие, Перси Джексон.       — Говорит загадками, — закатил глаза Аберфорт. — Прямо как Альбус.       — Испытание? — хором спросили братья Криви.       — Думаю, он так завуалированно назвал взрослую жизнь, — пожал плечами Карлус.       Я почти разозлился, удар был чувствительный.       — Похоже, для него это прозвучало довольно обидно, — сочувственно сказала Лили.       — Наверное, он подумал, что Браннер ругает его за то, что тот прилагает недостаточно усилий? — предположила Минерва.       — Ох, Перси, — грустно вздохнула Дория.       Конечно, здорово было в дни проведения так называемых турниров, когда, облачась в римские доспехи, мистер Браннер восклицал: «Да здравствует Цезарь!..» — и, острием меча указывая на мелок, заставлял нас мчаться к доске и писать имена всех известных римских героев, да кто были их матери, да каким богам они поклонялись.       — Вот это урок! — мечтательно протянули учащиеся.       — Не то, что наши уроки истории магии! — воскликнул Терри Бут.       — По-моему, старину Бинса ​​надо уже заменить, — задумчиво произнесла директриса Хогвартса.       — Давно уже пора, а то он вёл занятия ещё у меня, — недовольно заметила Августа.       — О чём тут говорить? Он преподавал этот предмет ещё, когда я учился в Хогвартсе, а мне, между прочим, 118 лет, — улыбнулся Альбус.       — Точно заменим, — кивнула Минерва.       Но мистер Браннер, оказывается, ожидал, что я не отстану от остальных, хотя я страдал дислексией и расстройством внимания...       — «Дислексия»? — непонимающе переспросили многие.       — «Дислексия» — это когда человек не может читать, потому что буквы как будто разбегаются перед глазами, хотя в реальности, конечно же, не двигаются, — объяснила незнающим мадам Помфри.       — У меня вот дислексия, — поморщился Карлус.       — Никогда не понимал, как ты с ней живёшь? — удивлённо протянул Джеймс.       — Живу как-то, — пожал плечами дедушка избранного.       — Ещё и расстройство внимания, — покачала головой Дория.       — А эта «дислексия» не лечится? — спросила Падма.       — Лечиться. Для этого необходимо особое зелье. Хотя, по правде, оно не может вылечить навсегда, и из-за этого его придётся пить всю жизнь, — ответила Гермиона.       — А ты-то откуда знаешь? — удивился Симус.       — Я же заучка, — улыбнулась Гренджер. — А если серьёзно, у моей мамы дислексия. Сколько себя помню, она постоянно на неё жаловалась. Но к счастью, когда я поступила в Хогвартс, я сразу же обратилась к мадам Помфри, и она дала мне рецепт — к слову, весьма простое зелье, которое вполне может приготовить даже магл, ну, в плане того, что оно не требует использования магии. Я отправила его маме, и теперь она может позволить себе читать всё что хочет. Кстати, ещё раз спасибо за это.       — Всегда пожалуйста, — улыбнулась девушке школьный целитель.        И никогда больше «тройки» в своей жизни не получал.       — Бедняга, — пожалели мальчика волшебники.       Нет — он ожидал, что я не просто не отстану; он надеялся, что я окажусь лучше!       — Он просто верит в тебя, — тепло улыбнулась Дория.       А я просто не мог выучить все эти имена и факты и уж тем более правильно их написать.       — С такими диагнозами неудивительно, — печально вздохнула мадам Понфри.       Я пробормотал, что постараюсь...       — Вот и молодец, — заулыбались женщины.       А мистер Браннер между тем долго и печально смотрел на стелу, будто лично присутствовал на похоронах этой девочки.       — Как я его понимаю, — грустно вздохнула Минерва. — Мысль о том, что когда-то дети могли умирать такими молодыми, весьма печальна.       — Он очень добрый человек, раз печалится из-за смерти девочки, которая умерла задолго до его рождения, — улыбнулась Молли и вытерла подступившие слёзы.       А потом сказал, чтобы я шел на ланч с остальными.       — Надеюсь, успеет поесть, — понадеялась Лили.       Класс расселся на ступенях перед входом в музей, откуда мы могли наблюдать толпу пешеходов на Пятой авеню.       — Они же на ланч собирались. Разве нет? — спросил Эрни.       — А они и так на ланче, наверное, — пожала плечами отличница Гриффиндора.       — Но они же сидят на ступеньках. У маглов что, нет столовых? — не понимал Макмиллан.       — Скорее всего, в музее не было буфета, а ребята просто купили еду в магазине, — объяснила однокурснику Гермиона.       В небе собиралась гроза, тучи были тяжелые, мрачные, чернее, чем я когда-либо видел.       — Ну и погодка! — поёжился Сириус.       — Не нравится мне это, ой как не нравится! — покачал головой Римус.       — Надеюсь, ребята благополучно доберутся до школы, — забеспокоилась мадам Помфри.       Я подумал: может, все дело в глобальном потеплении, потому что начиная с самого Рождества погода во всем штате Нью-Йорк была очень странная. На нас то обрушивались жуткие метели, то затопляло, то от удара молнии вспыхивали лесные пожары. Я не удивился бы, если б сейчас на нас надвигался торнадо.       — Действительно, с погодой происходит что-то странное, — задумчиво сказал Карлус, погружаясь в свои мысли.       — Если моя теория верна, это значит, что всё, о чём говорится в древних мифах, правда. Если судить по этой, мягко говоря, странной погоде, а также намёкам Браннера, боги существуют и явно на что-то гневаются. Но на что? — размышлял Римус, пока остальные обсуждали странности погоды, описанной Перси.       — Может, это волшебники? — предположил Гарри.       — Вряд ли. Мы же читаем о другом магическом сообществе. Наверное, это как-то связано с тем миром, — возразила Гермиона.       Остальные, казалось, ничего не замечали.       — Но как можно не замечать настолько странную погоду? — нахмурились взрослые.       — Может, они просто недостаточно внимательны? Дети в наше время ничем не интересуются, — пожав плечами, вздохнул Гораций.       — Осмелюсь предположить, — начал отец Джеймса, — что это как-то связано с миром, частью которого является юный Перси. Ведь он говорил вначале, что является неким «полукровкой».       — Вы правы, — вздохнул Рик. — Это касается мира, частью которого является наш главный герой. Подробности в книгах.       Мальчишки швырялись в голубей крекерами.       — Зачем швырять-то? — укоризненно покачала головой Гермиона.       — Бедные голуби! — вздохнула Лаванда.       Нэнси Бобофит пыталась прикарманить чего-то из сумочки некой дамы...       — Вот ворюга! — возмутились студенты.       — Ничего путного из этой девочки не вырастет! — качали головами взрослые.        И, конечно же, миссис Доддз делала вид, что ничего не происходит.       — И это преподаватель?! — возмутилась Минерва, неодобрительно глядя на книгу.       Мы с Гроувером сидели на краю фонтана, подальше от остальных.       — Ну и правильно, — одобрительно кивнула миссис Уизли.       — Подальше от неприятностей! — согласился Гарри.       — И это ты говоришь? — смеялись его друзья.       — Тоже мне, друзья называются! — притворно обиделся Избранный, но не выдержал и тоже засмеялся вместе с ними.       Мы подумали, тогда никто не догадается, что мы из этой школы...       Гарри вздохнул. Иногда он делал то же самое в те редкие дни, когда дядя и тётя брали его с собой куда-либо, если не находили, на кого его можно спихнуть. Парень прекрасно помнил, что тогда всё было по-другому, тогда он ощущал себя по-настоящему одиноким.       Парень благодарил всех известных ему богов, если те, конечно, существовали, за то, что его родители вернулись, за то, что все люди, которых он знал и которыми дорожил, снова рядом с ним. Он благодарил богов за таких верных друзей, которые всегда были готовы помочь. Он понял, что счастлив. Он решил, что защитит их, несмотря ни на что.       — Школы для чокнутых бедолаг, которым все равно суждена одна дорожка.       — Мне жаль этих детей, — печально выдохнула Дория.       — Даже таких? — спросил Драко.       — Даже таких, — кивнула женщина. — Ведь, возможно, многих из них бросили родители. Скорее всего, есть те, у кого есть родители, но те, не желая с ними возиться, сплавили их в эту школу для трудновоспитуемых. Это ещё не говоря о тех, кто вырос в приюте.       — реально «бедолаги», — пробормотали подростки.       — И как только Перси и Гроувер попали в такую школу? — грустно спросила Джинни.       — Ну, предположу, что Перси из‑за своих... не самых безобидных проделок, а Гроувер… ну, возможно, просто родители «сплавили», чтобы не возиться, — предположил Римус.       — Велел остаться после уроков? — спросил Гроувер.       — Хорошо, когда есть друзья, которые о тебе беспокоятся, — счастливо улыбнулся Гарри, с теплотой глядя на друзей.       — Не-а, — ответил я. — Чтобы Браннер?.. Просто хочется, чтобы он хоть на минутку от меня отстал.       — В смысле?! — не поняли маги.       То есть в том смысле — понял, что я не гений.       — Он просто верит в тебя, милый, — тепло улыбнулась Дория. — Он не считает тебя «гением», просто знает, что ты способен учиться гораздо лучше.       Какое-то время Гроувер сидел молча. Затем, когда я уже было решил, что сейчас он преподнесет мне какое-нибудь глубокое философское замечание, чтобы меня подбодрить, он сказал...       Студенты Хогвартса выпрямились, явно приготовившись услышать нечто великое.       — Можно мне откусить от твоего яблока?       Грустная атмосфера мгновенно рассеялась. Зал снова сотрясся от смеха обитателей древнего замка.       — А он полон сюрпризов, — смеялись «мародёры», Фред и Джордж.       — Однако откусывать от чужого яблока я всё же не стала бы, — поморщившись, шепнула друзьям Дафна, когда смех утих.       — Мы тоже, — хором согласились с ней Астория, Трейси и Драко.       Аппетит у меня был неважный, поэтому я отдал ему яблоко целиком.       — Похоже, он расстроился из‑за слов Браннера, — погрустнела Лили.       — Не грусти, Лилс, уверен, сейчас Гроувер его приободрит, — с улыбкой заверил её Джеймс.       Я следил за потоком такси, ехавших по Пятой авеню, и думал о маминой квартирке, что находится дальше от центра, всего в нескольких шагах от того места, где мы сидели.        — Значит, у него есть родители, — как-то облегчённо улыбнулся Гарри.       — Но тут говорится только о матери, вернее, о её квартире, — заметила Гермиона, грустно глядя на друга.       — Мне кажется, у него есть мама, — твёрдо сказал зеленоглазый, — а вот насчёт отца не уверен.       — Скорее всего, он тоже вскоре появится, — подключилась к разговору Джинни. — однако, я тоже думаю, что у него есть, по крайней мере, мама.       — Спасибо, Джин, — улыбнулся Гарри, приобняв свою девушку.       Я не видел маму с Рождества.       — Вот видишь, Гермиона?! — торжествующе воскликнул Гарри.       — Вижу, вижу, — улыбнулась в ответ девушка.       Мне ужасно хотелось сесть в такси и поехать домой.       — Как я его понимаю! — всхлипнула Гермиона.       — Ну-ну, Герм, твои родители в порядке. Ты вернула им память, они у себя дома.— успокаивающе шептал Рон, приобняв девушку за плечи.       — Знаю. Спасибо, Рон, — благодарно улыбнулась парню староста школы. — Но это не мешает мне скучать по ним.       — Никто тебя не осуждает, — тепло улыбнулся ей Гарри.       Она крепко обняла бы меня и была бы и рада, и разочарована.       — «Разочарована?!» — хором спросили подростки.       — Тем, что он сбежал из школы, — пояснила Дория.       Она немедленно отослала бы меня обратно в Йэнси, напомнив, чтобы я старался, пусть даже это моя шестая школа за шесть лет и меня, возможно, снова выпрут.       — Шестая?! — в шоке воскликнули волшебники.       — Не представляю, как ему трудно, — грустно опустила глаза Лили.       — Каждый год идти в новую школу, — печально сказала Дафна, которой почему-то стало жаль Перси.       Эх, я бы не вынес ее печального взгляда!       — А он хороший сын, — умилились Молли, Лили, Меда, Нарцисса и Дория.       Мистер Браннер на своей коляске остановился у основания пандуса для инвалидов.       Взрослые маги, особенно Артур Уизли, подивились предусмотрительности маглов.       Он жевал сельдерей...       Рон поморщился. Он не любил всякого рода зелень, предпочитая мясо.       Читая роман в бумажной обложке.       — Любовный? — хихикнули Парвати, Лаванда и Ромильда Вейн.       — Скорее философский или исторический, — устало закатила на них глаза Гермиона.       Над спинкой его коляски торчал красный зонтик, и это напоминало столик в кафе на колесах.       — А он хорошо устроился! — присвистнули близнецы Уизли.       Я уже собирался развернуть сэндвич, когда передо мной возникла Нэнси Бобофит со своими подружками-уродками       — Не стоит называть девочек «уродками». Даже таких невоспитанных, — неодобрительно покачала головой Дория.       — Думаю, ей надоело обворовывать туристов...       — Скорее всего, — хмыкнули взрослые.       — И вывалила свой наполовину недоеденный ланч прямо на колени Гроуверу.       — Ах ты су… — начала было Джинни, но замолчала из-за наложенного матерью заклинания немоты.       — Джиневра! — возмутилась миссис Уизли, сняв с дочери чары.       — Следите за языком, юная леди, — строго сказала Августа.       — Простите! — смутилась седьмая Уизли.       — Вот же мерзкая магла, — тем временем скривилась Пэнси.       — И не говори, — впервые за сегодня согласились с ней Дафна и Трейси.       — Упс! — Она нагло ухмыльнулась, глядя на меня и обнажив при этом щербатые зубы.        — Амбридж на неё не хватает! — рассердился Гарри.       — Или моей «маман»! — хохотнул Сириус.       — Я что, и в правду так выглядел со стороны? — в шоке спросил Драко.       — Поэтому мы и называем её «Драко Малфоем из другого мира», — хихикнули Гарри и Гермиона.       Парень спрятал лицо в ладонях.       Веснушки у нее были оранжевые, как если бы кто-то налепил ей на лицо крошки от «читос».       — Рон, а вы не родственники случайно? — хмыкнул Гарри.       — Да иди ты! — обиделся рыжик.       Я попытался сохранить спокойствие.       — У него не получится, — хихикнули Гермиона и Джинни.       Школьный воспитатель тыщу раз повторял мне: «Сосчитай до десяти и постарайся не выходить из себя».       — Хороший совет, — одобрительно кивнула мадам Помфри.       — Но не всегда работающий, — усмехнулся Флитвик.       Но на меня что-то нашло, я просто обезумел.       — Сейчас что-то будет, — радостно потирали руки близнецы.       В ушах у меня словно рев прибоя раздался.       — Не нравится мне это, — нахмурился Карлус.       Не помню, чтобы я хоть пальцем дотронулся до нее, но через мгновение Нэнси уже сидела на заднице в фонтане и вопила...       — Ого! — удивлённо протянули студенты и некоторые взрослые.       — Ничего себе! — присвистнули близнецы Уизли.       — Но что это было? — недоумевал Сириус, и нужно отметить, не только он.       — Полагаю, это что-то наподобие наших магических выбросов, — задумчиво сказал Альбус.       — Вы правы, — немного подумав, кивнул Рик.       — Нэнси получила по заслугам! — радовались гриффиндорцы.       — Нельзя радоваться такому! — прикрикнула на них Минерва.       — Перси явно ждут проблемы, — встревожилась Дория.       — И очень большие, — вздохнула Молли.       — Надеюсь, его не выгонят из школы, — забеспокоилась Лили.       — Это Перси меня толкнул!       — Ну кто бы сомневался? — закатила глаза Гермиона.       — Теперь Перси точно вылетит из школы, — с тревогой сказала Дория.       — Не переживай, Дори, — улыбнулся жене Карлус. — Уверен, ему найдут другую школу, гораздо лучше этой.       — Надеюсь, — вздохнула его супруга.       Миссис Доддз была уже тут как тут.       — И конечно же, она станет на сторону Нэнси, — недовольно фыркнула Лили.       Ребята перешептывались.       — Ты видел?...       — Представляю, как они удивились, — выдавил из себя усмешку всё ещё удивлённый Билл.       Ее будто кто-то затащил в воду…       Римус прищурился.       Я не понимал, о чем они.       — Похоже, он сам не понял, что сделал, — удивился Сириус.       — Совсем как я, когда у меня случались выбросы магии, — вздохнул Гарри.       — Это вполне естественно для выбросов магии, мистер Поттер, — ободряюще улыбнулся ему профессор Флитвик.       — А Петунья ведь понимала! — грустно покачала головой Лили.       Понимал только, что опять попал в переплет.       — Это уж точно, — грустно улыбнулся Гарри.       Удостоверившись, что бедная маленькая Нэнси в порядке...       Гермиона закатила глаза, как впрочем и многие сидящие в зале.       И пообещав купить ей новую рубашку в сувенирном отделе и т. д. и т. п....       — Вот ведь хитрюга, — подивились гриффиндорцы.       — Ей прямая дорога в Слизерин, — фыркнул Драко.       — Не дай Мерлин! — возмутились Пэнси, Дафна и Трейси, скривившись.       Миссис Доддз повернулась ко мне.        — Ему точно конец, — вздохнули Джеймс и Сириус.       — Земля тебе пухом, братишка! — близнецы Уизли обняли друг друга и наигранно зарыдали.       — Как дети малые, — покачала головой Молли, улыбнувшись.       Взгляд ее торжествующе полыхал, будто я сделал что-то, чего она ждала весь семестр.       — Видимо, очень хочет, чтобы его выгнали? — недоверчиво покачала головой Дория. — И чем только ей не угодил этот славный мальчуган?       — Итак, дорогуша…       Все вздрогнули.       — Знаю, — огрызнулся я.       — Перси! — застонали взрослые.       — Молчи лучше, — посоветовал Фред.       — Ещё хуже себе сделаешь, — согласно кивнул Джордж.       — Теперь целый месяц придется корпеть над вашими заморочными задачками.       — Не надо угадывать своё наказание! — застонали Фред и Джордж, обхватив головы руками.       — Не понаслышке знаете? — хихикнула Гермиона.       — Не спрашивай! — хором крикнули близнецы под общий смех.       Ох, не надо было этого говорить!       — Дошло наконец! — буркнули близнецы Уизли.       — Пошли со мной, — велела миссис Доддз.       — Что-то у меня плохое предчувствие, — поделился с друзьями Римус.       — У меня тоже, — согласился, услышавший бывшего учителя, Гарри.       — Да ладно вам, — отмахнулся Сириус. — Не убивать же она его собирается.                        — Постойте! — взвизгнул Гроувер.        — Неужели заступятся за Перси? — удивились мародёры.       — Умничка! — просияли Дория и Лили.       — Это я! Я толкнул ее.       — Наш человек! — просияли гриффиндорцы.       — Не ожидала от него такого! — расширила глаза от удивления Трейси.       — А с виду такой тихий! — присоединилась к ней Астория.       — В тихом омуте черти водятся! — философски заметила Дафна.       Я ошеломленно воззрился на него. Просто не верилось, что он пытается меня прикрыть!       — мы тоже в шоке! — согласились Джеймс и Сириус.       Миссис Доддз пугала Гроувера до смерти.       — Такая кого угодно напугает! — поёжились студенты и некоторые взрослые.       Она метнула на моего друга такой испепеляющий взгляд, что бороденка его задрожала.       Гриффиндорцы вздрогнули. Их бывший декан, а сейчас директриса Хогвартса, тоже умела метать такие взгляды.       — Я так не думаю, мистер Ундервуд, — заявила она.       — Но…       — Вы… останетесь… здесь!       — Даже не выслушала! — возмущались волшебники.       Гроувер в отчаянии посмотрел на меня.       — Ну, парень хотя бы пытался! — хмыкнул Гарри.       — Все в порядке, дружище, — отозвался я. — Спасибо за попытку.       — Хорошо, когда есть друзья! — тепло улыбнулся Римус, глядя на друзей, которые стали для него настоящей семьёй.       — Дорогуша, — пролаяла мне миссис Доддз, — ты слышал?       — Пролаяла?! — засмеялись мародёры, особенно Сириус.       Нэнси Бобофит самодовольно ухмыльнулась.       — Кто бы сомневался?! — закатили глаза студенты.       Я одарил ее своим фирменным взглядом «теперь-ты-покойница».       — Они с Гроувером ведь отомстят ей?! — с явной надеждой спросили Фред, Джордж, Рон и Джинни.       — Фред, Джордж, Рональд, Джиневра! — прикрикнули на них родители.       — Месть — грязная штука! — покачала головой Дория Поттер.       — Да и Перси будет не до этого! — буркнул Рик Риордан, но его никто не услышал из-за того, что миссис Уизли громко отчитывала своих детей.       Потом повернулся к миссис Доддз, но той уже не было рядом.       — Куда она делась?! — удивились подростки.       — Трансгрессировала?! — в шоке спросил Рон.       — Не говори глупости, Рональд! — возмутилась Гермиона.       Она стояла у входа в музей, на верху лестницы и жестами нетерпеливо подзывала меня.       — Резвая тётка! — присвистнул Бродяга.       — Не нравится мне эта женщина! — нахмурился Лунатик. — Ой, как не нравится!       Как она умудрилась так быстро подняться?       — Нам тоже интересно!       Мне сплошь и рядом приходилось переживать нечто подобное, когда я словно бы засыпал, а уже через мгновение видел, что кто-то или что-то пропало, словно из загадочной мозаики вселенной выпал кусочек и теперь мне остается только пялиться на пустое место.       — Кажется, нечто подобное испытывают люди, которым с помощью магии подчистили память, — задумчиво сказала Амелия Боунс.       — Видится мне, что мальчишке регулярно подтирают воспоминания, — пророкотал Грозный Глаз.       — Но кто?! — нахмурился Кингсли.       — Этого я не знаю, — качнул головой старик, — но без магии тут явно не обошлось.       — Волшебники?! — взволнованно предположила Нимфадора.       — Не думаю! — присоединился к ним Скримджер. — Мы же читаем о другом мире. Скорее всего, это кто-то из тамошних обитателей.       — Скорее всего! — пожали плечами мракоборцы.       Школьный воспитатель говорил, что это часть моего диагноза — нарушение внимания при гиперактивности.       — Интересно! — задумчиво протянула школьная медсестра.       — А дислексию можно вылечить? — наконец решившись, спросила Гермиона.       — Увы, даже при помощи магии можно лишь слегка ослабить её, — печально покачала головой Понфри. — Если не секрет, зачем вам это, мисс Грейнджер?       — У моей мамы дислексия, — вздохнула отличница. — Сколько себя помню, мама всё время на неё жалуется.       — Подойдите ко мне позже. Я дам вам специальное зелье. Оно немного ослабит особенность вашей матери. Отправите ей флакончик — и всё будет хорошо, — улыбнулась мадам Помфри.       — Спасибо большое! — просияла девушка.       Мой мозг неправильно истолковывал явления.       — Трудно учиться с таким диагнозом! — сочувствующе произнесла Дория.       — Но, к счастью, у меня есть моя обожаемая жёнушка, которая мне почитает что угодно! — улыбнулся Карлус Поттер, приобняв жену за плечи.       — ну хватит! — смутилась его супруга.       — Папа тоже помогает маме, когда ей надо что-то прочитать, — вспомнила Гермиона, погрустнев, но её утешил Рон, так же обнявший свою возлюбленную.       Я не был в этом так уж уверен.       —Если разум, зрение и слух обманывают тебя, верь своему сердцу, Перси, потому что оно никогда не ошибается, — с улыбкой посоветовал главному герою Римус Люпин.       Но пошел за миссис Доддз.       — А куда деваться-то?! — усмехнулись Сириус и Джеймс.       Дойдя до середины лестницы, я оглянулся на Гроувера.       —Даже в такой ситуации переживает за друга! — Умилились студентки Хогвартса.       Он был бледен       —Бедняга! — посочувствовала ему Дория. — Он ведь боится миссис Доддз.       — Он очень храбрый, — улыбнулась Джиневра, — раз нашёл в себе силы заступиться за друга!       и переводил глаза с меня на мистера Браннера, словно хотел, чтобы тот заметил, что происходит,       — Сомневаюсь, что он сможет на что-то повлиять! — вздохнув, покачал головой Сириус.       — Возможно, он бы помог смягчить наказание?! — с надеждой произнесла Лили.       — Ну или хотя бы выслушал! — скрестила руки на груди Гермиона.       — Чувствуется мне, что эти двое что-то скрывают, — шепотом поделился с бывшими коллегами Кингсли, имея в виду мистера Браннера и Гроувера.       Грозный Глаз кивнул. Он задумчиво глядел на книгу, обдумывая возможные варианты.       но мистер Браннер с головой погрузился в свой роман.       —Видимо, интересная книжка! — улыбнулась Гермиона, легонько пихнув в бок закатившего глаза Рона.       Я снова посмотрел вверх. Миссис Доддз опять исчезла.       — Опять?! — испугались Парвати и Лаванда.       Теперь она была уже внутри музея, в дальнем конце вестибюля.       — Да как она может быть такой быстрой?! — недоумевали подростки и взрослые.       — Эта женщина начинает пугать! — поёжилась Лили.       «Ладно, — подумал я. — Она хочет, чтобы я купил новую рубашку Нэнси в сувенирном отделе».       — Что-то мне подсказывает, что не в этом дело! — нахмурился Римус.       — Волчье чутьё? — снова ухмыльнулся Сириус.       — Оно… не даёт мне покоя с тех пор, как она велела Перси идти за собой поморщился бывший преподаватель защиты от тёмных искусств.       — Думаешь, Перси угрожает опасность?! — с удивлением расширил глаза Сахатый.       — Возможно! — напряжённо ответил ему Лунатик.       Однако план ее состоял явно не в этом.       — Я же говорил! — вздохнул Люпин.       Я последовал за ней в глубь музея.       — Не ходи за ней! — пискнула Ханна.       — Нельзя, будет только хуже! — покачала головой Сьюзан.        В конце концов, когда я догнал ее, мы снова оказались в греко-римском отделе.       — Надеюсь, они там не одни! — встревоженно произнесла Дория.       Кроме нас, в галерее никого не было.       — Это плохо! — рыкнул Грозный Глаз, чутьё мракоборца которого вопило из за всех сил.       Миссис Доддз, скрестив руки, стояла перед большим мраморным фризом с изображением греческих богов.       — Что она собирается делать?!” — перепугались девочки со всех четырёх факультетов.       — Это просто учитель! — закатил глаза Драко. — Не убивать же она его собралась.       — А кто её знает-то?! — хихикнули Тео и Блейз.       И производила такой странный горловой звук… похожий на рычание.       —Жуть! – вздрогнули подростки.       Тут было от чего разнервничаться.       —это точно!       Странная штука — находиться наедине с учителем, особенно с миссис Доддз.        — И не говори! – переглянулись близнецы Уизли.        Было что-то такое в ее взгляде, устремленном на фриз, будто она хотела стереть его в порошок…       — Так не любит древние мифы?! — усмехнулся Джеймс.       — Может, её заставили ехать с детьми на эту экскурсию? — предположила Лилс. — И тут она ловит на хулиганстве Перси.       — И теперь решила на нём сорваться?! — понял ход её мыслей Сахатый.       — Не педагогично! — покачала головой Минерва.       — У нас из-за тебя проблемы, дорогуша, — сказала она.       — Но он ничего не сделал? — возмутилась Дория, решившая заступиться за мальчика.       — Может, он привлёк к ним ненужное внимание? — выдвинула свою версию Гермиона.       — Вряд ли кто-то из прохожих или работников музея видел эту ссору, — покачал головой Скримджер.       Я постарался по возможности обезопасить себя и ответил:       — Да, мэм.       — Правильное решение! — хором сказали Дафна и Трейси.       Она потянула свою кожаную куртку за манжеты.       — Зачем?! — выпучили глаза Дин и Симус.       — Надеюсь, не бить его собралась?! — обеспокоенно прошептала Молли.       — Не думаю, что дело дойдёт до рукоприкладства, — покачал головой Артур, сняв и протерев очки в роговой оправе.       — Ты что, правда думаешь, что тебе это сойдет с рук?       — О чём это она?! — обменивались непонимающими взглядами студенты, преподаватели и остальные собравшиеся маги.       Миссис Доддз глядела на меня уже даже не как сумасшедшая.       — А как помешанная! — воскликнули юные волшебники.       Просто воплощение злобы.       — Неужто так озлобилась из-за своей Нэнси?! — поразился Сириус.       — Или всё-таки решила выплеснуть на нём всю свою злобу? — неодобрительно поджала губы Минерва.       «Она учительница, — нервно подумал я.        — И что?!       — Вряд ли она решится меня ударить».       — От этой женщины можно ждать чего угодно! — с тревогой качнула головой Лили.       — Хорошо, что в Хогвартсе отменили телесные наказания! — с явным облегчением вздохнули многие.       — И они никогда не вернутся! — решительно проговорила директор Макгонагалл.       — Я… я постараюсь, мэм… — пробормотал я.       — Вряд ли она поверит! — недоверчиво фыркнул Драко.       Здание потряс гром.       Римус и Карлус нахмурились. Римус — от того, что его теория начинала всё больше походить на правду, а Карлус — потому что знал, что или кто вызвало этот самый гром.       — Мы не дураки, Перси Джексон, — произнесла миссис Доддз, — Найти тебя было делом времени.       — Кто это «мы»?! — доносились вопросы со всех концов большого зала.       — Думаю, мы вплотную приблизились к миру, познание которого является целью нашего чтения, — улыбнулся Альбус Дамблдор.       Признайся, и тебе не придется сильно страдать.       — Непохоже, что она разозлилась из-за Нэнси! — испуганно воскликнула Лили.       — В чём же его обвиняют?! — побледнела Дория.       — Уж точно в чём-то ужасном, раз она так сильно обозлилась! — напряжённо ответил Карлус, сжав в руке трость, на которую опирался при ходьбе.       Я понятия не имел, о чем это она.       — Мы тоже! — согласились волшебники.       Единственное, что пришло мне в голову, — учителя нашли тайник со сладостями, которыми я приторговывал в своей комнате в общежитии.       Это предположение Перси немного разрядило обстановку в зале. Студенты смеялись, держась за животы. Преподаватели и другие взрослые лишь улыбнулись, хотя среди них тоже были исключения. Мародёры, например, смеялись со всеми, как и молодая часть Ордена Феникса.       — Наш человек! — хохотали близнецы Уизли.       Когда все закончили смеяться, чтение возобновилось.       А может, они догадались, что я скачал сочинение по «Тому Сойеру» из Интернета, даже не читая книги,       — Это нечестно! — возмутилась Гермиона, скрестив руки на груди и неодобрительно глядя на книгу.       — Мир сам по себе несправедлив, Гермиона! — засмеялся Гарри.       — А что значит «Тому Сойеру»? — не поняли чистокровные и некоторые полукровки.       — «Том Сойер» — это роман американского писателя Марка Твена, — объяснила Лили.       — А как это, скачать из интернета?! — задал интересующий его вопрос Артур.       — Интернет — это такая штука у маглов. В нём можно найти что угодно. Например, нужно тебе сочинение по зельеварению или трансфигурации — нашёл, записал на свой компьютер и отправил учителю. При этом почти ничего делать не надо! — пояснил Гарри, пока его подруга продолжала что-то бубнить себе под нос.       — Но это же неправильно! — возмущались волшебники, не знакомые с таким способом выполнения заданий.       — Это да, поэтому это и контролируется учителями, — сказала уже успокоившаяся Гермиона.       — И теперь собираются аннулировать мою оценку?       — Я бы точно аннулировала! — скрестила на груди руки Минерва.       — А я бы назначил отработку и отнял баллы, чтобы неповадно было, — согласился с бывшей коллегой Северус Снейп.       Или, того хуже, собираются заставить меня прочесть книгу.       — О нет! Только не это! — задрожали Джеймс и Сириус, но, не выдержав, расхохотались.       — Ну знаете! — возмущались Гермиона и когтевранцы, под общий смех.       — Ничего смешного, молодые люди! — строго сказала им Дория. — Если вы забыли, у этого мальчика дислексия, и ему по-настоящему трудно читать!       — Ой! — смутились все, кто смеялся. — Извините!       — Итак? — настойчиво спросила миссис Доддз.       — Мэм, я не…       — Твое время истекло, — прошипела она.       — Что она собралась делать?! — испуганно пискнули девочки.       — Убить его! — фыркнули Фред и Джордж.       — Мальчики!       — Молчим, мам!       И тут случилось нечто невероятное.       — Миссис Доддз поцеловала его? — предположили Парвати и Лаванда.       — Миссис Доддз достала дробовик? — выдвинули свою теорию Фред и Джордж.       — В музей вбежали Пожиратели смерти? — усмехнулся Джеймс.        Глаза ее загорелись, как угли для барбекю.       — Это же просто сравнение? — неуверенно спросил Гарри.       — Не думаю, — хмуро ответил Римус.       Пальцы вытянулись, и на них появились когти. Куртка превратилась в длинные кожистые крылья.       — Это уже не похоже на простые сравнения! — воскликнул Гарри.       — Что же она такое?! — испуганно пискнули девчонки.       Она перестала быть человеком,       Присутствующие побледнели.        обратившись в старую, сморщенную фурию       — Фурию?! — ахнули студенты и многие взрослые.       — О, Мерлин! — побелела Дория.       — Ужас какой! — прошептала Лили, покрепче прижавшись к Джеймсу.       — И эта тварь находилась с детьми полгода! — вздрогнули Молли, Минерва, Меда, Нарцисса, Амелия и другие женщины.       с крыльями как у летучей мыши, когтями, пастью, из которой торчал целый частокол желтых клыков…       Девчонки завизжали. Парни пытались их успокоить, хотя их самих била дрожь. Взрослые обменивались встревоженными взглядами.       и она явно собиралась разорвать меня на клочки.       — Мерлин! — ахнули женщины.       — Беги оттуда, пацан! — рявкнул Аластор.       — И чем быстрее, тем лучше! — согласилась с ним Нимфадора.       — Вряд ли он далеко убежит, — покачал головой Люпин, — учитывая её скорость.       — Будем надеяться, что кто-то придёт ему на помощь, — вздохнула всё ещё бледная Дория.       Потом началось нечто еще более странное.       — Куда ещё страннее?! — застонали взрослые маги.       Мистер Браннер, который за минуту до того сидел снаружи перед музеем, вкатился на своем кресле в дверь галереи,       — А он тут что делает?! — удивлённо воскликнули члены Отряда Дамблдора.       — Надеюсь, этот бедный мужчина не пострадает?! — заволновалась Молли.       зажав в пальцах шариковую ручку.       — Зачем она ему?! — недоумевали когтевранцы.       — Эй, Перси! — воскликнул он и подбросил ее в воздух.       — Лови! — крикнул Гарри, вскочив с дивана.       — Но как ему поможет обыкновенная шариковая ручка?! — не понимал Рон.       — Терпения, мой друг! — подмигнул ему Рик.       Миссис Доддз кинулась на меня. Пронзительно вскрикнув, я метнулся в сторону и почувствовал, как когти распороли воздух рядом с моим ухом.       — Мамочки! — взвизгнули девочки.       — О, боже! — прижала руки ко рту Лили.       — Беги же! — тихо шептала Дория.       — Хотя бы попытайся! — взмолилась Молли.       Я подхватил в воздухе шариковую ручку, но, оказавшись в моей ладони, она перестала быть ручкой.       все удивлённо замерли.       Это был меч — бронзовый меч мистера Браннера, которым он всегда вооружался в дни турниров.       — Ну ничего себе! — воскликнули гриффиндорцы, выпучив глаза от удивления.       — Похоже на трансфигурацию! — удивился новый преподаватель трансфигурации.       — Но вряд ли это она, — не согласилась с ним Минерва.       — Вряд ли меч сможет ему помочь! — покачали головами члены Ордена Феникса. — Ему же всего двенадцать, и он не умеет им владеть.       — Не сказал бы! — возразил Избранный, вспомнив, как в свои двенадцать вытянул меч Гриффиндора из шляпы. а ведь он совсем не умел владеть мечом, но всё же смог убить василиска.       Миссис Доддз развернулась ко мне, сверля смертоубийственным взглядом.       — Я бы на край света убежал! — поёжился Симус.       Коленки у меня стали как ватные. Руки так ужасно тряслись, что я чуть было не выронил меч.       — Прекрасно его понимаю! — вздохнул Невилл.       — Бедный ребёнок! — качали головами женщины.       — Умри, дорогуша! — хрипло прорычала миссис Доддз. И ринулась прямиком на меня.       Присутствующие на чтении волшебники были в ужасе. Побледнев как полотно, они продолжали слушать книгу.       По моему телу пробежала дрожь неописуемого ужаса. И я сделал то, что напрашивалось само собой: выпад мечом.       — Он что сделал?! — хватались за головы взрослые.       — Так держать, Перси! — вопили гриффиндорцы.       — Вот же гриффиндорец! — возмущались, качая головой, слизеринцы.       — Выпад? Серьёзно?! — поражались когтевранцы.       Металлическое лезвие пронзило плечо фурии и прошло сквозь ее тело, как нож сквозь масло.       — А он неплох! — одобрительно гаркнул Грюм. — В первый раз держит в руке меч, и тем не менее смог попасть в противника, да ещё и с первого выпада.       Миссис Доддз разлетелась, как песочный замок, в мощной струе воздуха. Она рассыпалась желтой пылью и будто испарилась на месте, оставив после себя только запах серы, предсмертный пронзительный визг и разлившийся в воздухе дьявольский холодок, такой, словно два ее пылающих красных глаза все еще следили за мной.       — Ужас какой! — вздрогнули Гермиона, Джинни, Дафна и Трейси.       — Просто разлетелась, не оставив никаких останков? — прищурился Руфус.       — Странно всё это! — нахмурился Римус.       — Может, все подобные монстры так умирают? — предположила Гермиона.       — Да кто их знает?! — вздохнули мракоборцы.       Я остался один.       — Жив! — облегчённо улыбнулась Дория.       — Пронесло! — вытирая лоб, сказал Джеймс.       — Хорошо, что он в порядке! — радовались многие студенты.       С зажатой в кулаке шариковой ручкой.       — Ого! — протянули подростки.       — Вот это ручка! — восхитились Гарри и Невилл.       — Удивительная вещица! — поражались взрослые.       Мистер Браннер куда-то подевался.       — Ещё один любитель быстро передвигаться! — закатил глаза Бродяга.       — Может, он из таких, как эта учительница?! — испуганно охнула Лили.       — Не думаю, что они на одной стороне, — покачал головой Римус. — Но то, что они из одного мира, это точно.       В галерее не было никого, кроме меня.       — Это странно! — нахмурился Тед Тонкс.       — Ты о чём? — спросила его дочь.       — Любой музей утыкан камерами видеонаблюдения. Странно, что на место событий не прибыли работники службы охраны, — пояснил девушке её отец.       — Может, эта Доддз что-то сделала?! — с тревогой поинтересовалась Андромеда, услышавшая их разговор.       — Возможно! — кивнул мужчина. — А может, это и вовсе Браннер сделал.       — Но зачем это ему? — нахмурилась Дора.       — Чтобы защитить невинных! — пожал плечами Тед.       Руки у меня все еще тряслись.       — Бедненький! — сочувственно протянула Лили.       Наверное, в мой ланч подмешали мухоморов… или от чего там бывают галлюцинации?       — От мухоморов! — печально кивнула Понфри. — Но боюсь, они тут не при чём.       Неужели все это плод моего воображения?       — Нет! — хором крикнули Гарри и Рон.       Я вышел из музея.       — правильно! — кивнул Карлус — вдруг там ещё чудовища остались.       Начался дождь.       — А им ещё в школу возвращаться! — вздохнули маги.       Гроувер сидел возле фонтана, как палатку раскинув над головой карту музея.       — Представляю, как он переживал за друга! — грустно улыбнулась Ханна.       Нэнси Бобофит стояла все там же, вымокнув до нитки после купания в фонтане, и жаловалась своим подружкам-уродинам.       — Такое купание она вряд ли скоро забудет! — хихикнули Парвати и Лаванда.       — Надеюсь, миссис Кэрр надрала тебе задницу, — сказала она, увидев меня.       — Кто?!       — Кто? — спросил я.       — Наша учительница, болван!       — А разве не Доддз? — не понял Гарри.       — Доддз, — кивнул Римус и задумался.       — Кажется, всем, кроме Джексона, подтерли память?! — нахмурился Скримджер.       — Похоже на то, — согласилась с ним Дора.       Я заморгал от удивления. У нас никогда не было учительницы по имени миссис Кэрр!        — Точно подтерли! — хмыкнул Грозный Глаз.       Я спросил Нэнси, о чем это она.       — Вряд ли она ответит! — фыркнула Джинни.       Она попросту выкатила на меня глаза и отвернулась.       Джинни торжествующе выпрямилась, задрав нос к потолку. Гарри усмехнулся и чмокнул её в щёчку, заставив покраснеть.       Я спросил Гроувера, где миссис Доддз.       — Боюсь, и ему подтерли память, — грустно улыбнулась Дория.       — Кто? — удивился он.       — Ну вот, об этом я и говорила! — вздохнула бабушка мальчика, который выжил.       После чего он замолчал и даже не взглянул на меня, так что я решил, что он меня дурачит.       — Я бы тоже так подумала! — сочувственно прошептала Гермиона.       — Не смешно, приятель, — сказал я ему. — Я на полном серьезе.       — Брось, Перси, всё равно ничего не докажешь! — покачав головой, посоветовал мальчику Невилл.       Над нами раздался раскат грома.       Римус всё больше убеждался в своей правоте.       Карлус хмурился. Происходящее в книгах сильно напрягало его.       Тут я увидел мистера Браннера: он сидел под своим красным зонтиком и читал книжку так, словно вообще не двигался с места.       — Интересно, помнит ли он о миссис Доддз? — пронеслось по залу.       Я подошел к нему.       Он посмотрел на меня несколько рассеянно.       — И ему переписали память?! — пронеслось по залу.       — Или это, или он сам переписал всем память, а сам теперь претворяется, чтобы отвести от себя подозрения, — вслух рассуждал Кингсли.       — Но зачем?! — спросила Дора.       — Не знаю! — хмуро ответил ей Брустлер.       — А, вот и моя ручка. Пожалуйста, впредь приносите собственные письменные принадлежности, мистер Джексон.       — Если он притворяется, он превосходный актёр! — поразились Джеймс и Сириус.       — А возможно, у Джексона просто разыгралось воображение! — хохотнул Теодор.       — И никакой фурии не было! — согласился с ним Блейз и усмехнулся.       Я даже не сразу понял, что по-прежнему держу ее. Я отдал мистеру Браннеру его ручку.       — Лучше бы оставил у себя! — возмутились Гарри и Невилл.       — Но мистер Браннер всё равно её заберёт! — не согласилась с мальчишками Гермиона.       — Можно просто сказать, что потерял, а позже купить такую же, — предложила Тонкс.       — Думаю, Браннер всё равно бы узнал, что ручка не его, — покачал головой Римус.       — Сэр, — спросил я, — где миссис Доддз?       — Кто? — Он непонимающе уставился на меня.       — Актёр! — фыркнул старый мракоборец, не сомневающийся, что Браннер притворяется.       — Ну, другой преподаватель. Миссис Доддз. Учительница математики.       — А он просто так не сдаётся! — усмехнулись Мародёры.       Мистер Браннер нахмурился и склонился ко мне, мягко и участливо глядя в глаза. — Перси, с нами нет никакой миссис Доддз. Насколько мне известно, в школе Йэнси никогда не было миссис Доддз. Ты хорошо себя чувствуешь?       — Театр по нему плачет! — хихикнула Тонкс, разделявшая мнение своего наставника.       — Это, кстати, конец главы! — громко объявил Рик, закрыв книгу.       — Интригующее начало! — хмыкнул Альбус.       — Ужин! — объявила Минерва, вернув факультетские столы, а также наколдовав столик для гостей.

***

      За ужином царила оживлённая обстановка. Все обсуждали прочитанное, попутно набивая животы самыми разными яствами. Многие были заинтригованы первой главой, и им не терпелось узнать, что будет дальше.       — Что думаете? — спросил Гарри у своих друзей.       — Думаю, нас определённо ждёт много всего интересного! — улыбнулся Невилл.       — А этот Перси мне определённо нравится! — воскликнула Гермиона, заставив Рона поперхнуться жареной курочкой. — Да не в этом смысле, Рональд!       — Рон как всегда! — хихикнули Джинни и Полумна.       — Перси чем-то напоминает мне Гарри, — задумчиво протянула Лавгуд.       — Способностью находить неприятности на свою голову! — прыснули Гермиона и Джинни.       — Эй! — возмутился зеленоглазый. — Я их не ищу, вообще-то, они сами меня ищут.       — Охотно верим! — воскликнули его друзья и засмеялись.

***

      — Ну как, продолжим слушать эту книгу? — спросил Драко друзей.       — Думаю, это может оказаться полезным, — задумчиво сказала Дафна.       — Чем нам понадобится информация о каком-то пареньке из другого мира?! — не поняла Панси.       — Ты же слышала о надвигающейся беде, — напомнила ей Трейси.       — Любая информация может пригодиться, — поддержала их Астория.       — Кстати, думаете, Джексону померещилось всё это? — спросил вдруг Тео.       — Возможно! — пожали плечами Драко и Блейз.       — А мне кажется, всё было на самом деле, — не согласилась с ними Дафна.       — И я так думаю! — хором сказали Астория и Трейси.

***

      — Карлус, неужели этот мальчик такой же, как ты?! — взволнованным шёпотом спросила Дория у мужа.       — Вероятно, это так! — вздохнул Карлус.       — Бедный мальчик! — охнула его жена. — Интересно, по матери или по отцу?       — Тут говорилось о его матери. Скорее всего, по отцу! — задумчиво протянул мужчина, раздумывая о том, кто же отец мальчика.       — А ты не можешь опознать по его странностям? — спросила женщина.       — К сожалению, мне не удалось пообщаться с детьми каждого из богов, чтобы точно ответить на твой вопрос! — печально покачал головой Карлус Поттер, сын одного из Олимпийцев.

***

      После ужина Директриса разрешила отдохнуть часок, а затем прочесть ещё главу. Студенты не спеша покидали Большой зал. Через несколько минут в зале повисла тишина.       В Большом зале остались преподаватели Хогвартса, члены Ордена Феникса и отряда Дамблдора, Карлус и Дория Поттеры, Августа Долгопупс, а также Рик Риордан. Драко, Дафна, Трейси, Теодор и Блейз тоже остались, продолжая сидеть возле Нарциссы.       — Ну, Альбус, мы тебя слушаем! — строго сказала Августа, когда двери закрылись за толпой хихикающих третьекурсниц.       Глубоко вздохнув, старик протёр свои очки-половинки и начал свой рассказ. Ничего не скрывая и не утаивая, он рассказал им о пророчестве, о роли Гарри, о времени, когда Гарри учился в Хогвартсе. Закончил он свой рассказ их с Поттером разговором у границ мира мёртвых, после того как парень поймал лбом Аваду.       Когда Альбус закончил говорить, все присутствующие уставились на него в шоке, непонимании и даже со злостью.       — Да как ты посмел растить моего внука как свинью на убой! — взревел Карлус, вскакивая с дивана и гневно сжимая в руке трость. — Я тебя сейчас обратно в мир мёртвых отправлю!       — А я помогу! — зашипела Дория, и свет вокруг неё стал каким-то приглушённым.       — Мы вам верили, а вы просто чокнутый манипулятор! — кричали на старика Джеймс, Лили, Сириус, Римус и другие присутствующие. — Он никогда мне не нравился! — рыкнул вдруг Драко, которому внезапно стало обидно за Избранного.       От такого большого скопления разгневанных волшебников даже воздух странно завибрировал.       — Тихо! — крикнул Гарри Поттер, усилив голос магией. — Я знаю, что вы злы, но позвольте профессору Дамблдору объясниться!       — Будешь защищать его?! — не поверил крёстный отец парня.       — Да, буду! — жёстко отрезал парень.       — Давай, Альбус, попробуй оправдаться! — скривил губы Карлус, скрестив руки на груди. — Почему ты воспитывал мальчика на убой, хотя мог просто найти способ извлечь из Гарри душу Тома?       — Увы! — печально вздохнул старик. — Мне так и не удалось найти безопасный способ извлечь душу Тома, не повредив душу самого Гарри. Информации об этом не нашлось ни в крупнейших библиотеках мира, ни у великих тёмных магов, ни в библиотеках чистокровных семей, в которые мне пришлось пробираться тайком.       — Но почему именно Том должен был убить Гарри?! — гневно спросил Сириус.       — В одной книге я узнал, что когда человек уничтожает собственный крестраж, он слабеет гораздо быстрее, чем если его крестраж уничтожит кто-то другой, — объяснил Дамблдор.       — Поверьте, если бы был способ, при котором Гарри не обязательно было умирать, я бы воспользовался им, клянусь! — На последних словах старика сверкнула молния.       И присутствующие маги поверили. Не все, конечно, но многие.