История одного спасения

*** Октябрьский ливень барабанил по крышам многоэтажек, превращая асфальт в чёрное зеркало. Уличные фонари мерцали в водяной пелене, их отражения дрожали в лужах, будто живые существа. Иккинг прижимал к груди потрёпанную папку с чертежами — нельзя было допустить, чтобы его драконы, тщательно вычерченные тушью, растворились в дожде. Он спотыкался о невидимые под водой выбоины, очки запотели, превращая мир в размытое пятно. «Если Гоббер увидит эти мокрые чертежи, он меня прибьёт», — подумал Иккинг, чувствуя, как ледяные струи затекают за воротник. «Мяу!» Резкий звук заставил его остановиться. Из-под покорёженной картонной коробки на него смотрели два светящихся глаза. Котёнок был настолько мал, что мог уместиться на ладони, но его зеленые глаза горели такой первобытной злобой, что Иккинг невольно отпрянул. — Э-эй... — Иккинг медленно присел, протягивая руку. — Ты как тут оказался? Котёнок шипел, как крошечный дракон, но когда капля с подбородка Иккинга упала ему на нос, внезапно замолчал. — Тихо, малыш... — он протянул руку, но маленькое создание цапнуло его за палец. Капля крови смешалась с дождевой водой. Котёнок дрожал — от холода или ярости, было непонятно. Его чёрная шерсть слипалась, обнажая рёбра. Иккинг осторожно подхватил его. Существо снова зашипело, но вдруг... носом ткнулось в его ладонь. — Ладно, дружок... — Иккинг прижал котёнка к груди, чувствуя, как тощее тельце согревается. Тот тут же вцепился когтями в его промокший свитер, будто боялся, что его бросят обратно в холод. Небо ответило новым ливнем. Иккинг зажмурился, готовясь к очередной ледяной атаке, но вдруг... Тишина. Точнее, шум дождя остался, но над ним больше не лилось. Над головой раскинулся ярко-красный зонтик, а за его ручку держалась... — Иккинг? – голос прозвучал так неожиданно, что он дёрнулся. Астрид Хофферсон. Она стояла перед ним, держа зонтик с грацией королевы. Её светлые волосы были собраны в небрежную косу, а капли дождя всё равно цеплялись за ресницы. — Ты чего тут мокнешь? Астрид Хофферсон. Самая популярная девушка в школе. Капитан футбольной команды, обладательница идеальных косичек и такого же идеального среднего балла. Девушка, чьи фотографии висели на доске почёта три года подряд. Та самая Астрид, которая на прошлой неделе спасла матч на последней минуте, а вчера разнесла в пух и прах Ингермана на дебатах. Она смотрела на него с лёгкой насмешкой, но в глазах читалось любопытство. И она знала его имя. Иккинг почувствовал, как кровь приливает к лицу. — Ты... — он попытался стряхнуть воду с очков, но только размазал. — Ты знаешь моё имя? – выпалил Иккинг. Астрид скривила губы. — Мы учимся в одном классе с пятого, Хэддок. — Но ты никогда... — Никогда не разговаривала с тобой? — она покачала головой. — Ты сам всегда сбегаешь после уроков. — Ну, я... — Иккинг почувствовал, как тепло разливается по щекам. Она вообще когда-нибудь смотрела в его сторону? Его мысли прервало лёгкое движение в руках. Котёнок, почуяв новую теплоту, потянулся к Астрид, тычась мокрым носом в её рукав. — Ого, — она улыбнулась. — А это кто? — Нашёл в коробке. Думаю, его бросили... — Мерзавцы, — её голос внезапно стал твёрдым. Она провела пальцем по голове котёнка, и тот, к удивлению Иккинга, тут же замурлыкал. — Только что он был готов разорвать меня на части... — начал Иккинг, но котёнок зевнул, открыв пасть с явно сколотыми нижними клыками. — О, — Астрид рассмеялась. — Да он вообще без зубов! — Беззубик, — вырвалось у Иккинга. — Что? — Я... Я назову его Беззубик. Астрид посмотрела на него, потом на котёнка, потом снова на него. — Ты серьёзно? — Ну, смотри! — Он осторожно приподнял губу котёнку. — Видишь? Никаких клыков. — Бедняга, — Астрид склонилась ближе. Её дыхание пахло мятной жвачкой. Она почесала Беззубика за ухом, и тот тут же перевернулся на спину, требуя больше ласки. — Он милый. — Ты... тоже, — Иккинг тут же закусил губу. Идиот. Совершенный идиот. Астрид замерла. Потом медленно подняла бровь. — Это комплимент или констатация факта? — Комплимент! То есть... — он запнулся, чувствуя, как горит всё лицо. — Я просто... — Расслабься, — она толкнула его плечом, но в её глазах не было насмешки. — Я не укушу. — Зато он может, — Иккинг кивнул на Беззубика, который теперь грыз её палец беззубыми дёснами. Астрид рассмеялась — звонко, искренне. Дождь вокруг будто стих, и Иккинг вдруг осознал, как близко они стоят. Её волосы пахли смородиной и чем-то ещё... ванилью? — Ладно, — она вдруг сказала, поправляя зонт. — Идём. — Куда? — Ну, ты же не хочешь, чтобы Беззубик снова промок? Котёнок, словно понимая, о чём речь, жалобно мяукнул. — Вот видишь, — Астрид подвинулась ближе, их плечи почти соприкоснулись. — Пошли. Дождь превратился в мелкую изморось, когда они вышли на центральную улицу. Фонари, теперь уже не размытые, а чёткие и яркие, рисовали на мокром асфальте золотые круги. Беззубик, свернувшись калачиком на руках у Иккинга, наконец перестал дрожать. — Так куда мы идём? — спросил Иккинг, осторожно переступая через особенно глубокую лужу. Астрид слегка наклонила зонт в его сторону: — Ну, ты же сказал, что берёшь его домой. Разве нет? Иккинг почувствовал, как в груди что-то ёкнуло. Отец... Стоик не особо жаловал животных в доме. Последний их кот сбежал ровно через неделю после того, как перевернул банку с краской на документы отца. — Эм... — он потёр затылок, чувствуя, как капли дождя скатываются под воротник. — На самом деле... Астрид остановилась. В свете фонаря её глаза казались почти прозрачными. — Ты ведь не собирался его бросать? — в её голосе появились стальные нотки. — Нет! То есть... — Иккинг вздохнул. — Мой отец... Он не очень... Беззубик выбрал этот момент, чтобы громко мяукнуть и вцепиться когтями в его свитер, как будто понимая суть разговора. Астрид рассмеялась: — Похоже, у тебя теперь нет выбора. Он тебя выбрал. Они прошли ещё квартал в комфортном молчании. Вдруг Астрид неожиданно свернула к ярко освещённой витрине зоомагазина. — Подожди здесь, — бросила она, исчезая за стеклянной дверью. Иккинг остался стоять под навесом, чувствуя себя неловко с мокрым котёнком на руках. Беззубик, однако, казался вполне довольным — он устроился в сгибе его локтя и начал вылизывать лапу с видом полного самодовольства. Через пять минут Астрид вышла с пакетом в руках. — Вот, — она протянула ему покупки. — Корм, лоток, наполнитель... и вот это. Она достала маленький красный ошейник с крошечным колокольчиком. — Чтобы не терялся, — пояснила она, пристёгивая его вокруг шеи Беззубика. Котёнок тут же попытался поймать звенящий предмет лапой. Иккинг почувствовал странное тепло в груди: — Спасибо, но... зачем? Астрид пожала плечами, но не смогла скрыть лёгкий румянец: — Ну, раз уж ты дал ему такое дурацкое имя... Это как бы обязывает. Они снова зашагали по улице, но теперь между ними висело неловкое молчание. Дождь почти прекратился, оставив после себя только лёгкую влажность в воздухе. — Эй, — неожиданно сказала Астрид, — а покажешь мне свои чертежи? Иккинг чуть не выронил Беззубика: — Что? — Ну, те, что ты так героически спасал от дождя, — она улыбнулась. — Если, конечно, они не совсем уж размокли. Он осторожно раскрыл папку. Чернила действительно немного расплылись, но драконы, нарисованные с любовью и вниманием к каждой чешуйке, всё ещё были узнаваемы. — Вау, — прошептала Астрид, действительно впечатлённая. — Это... потрясающе. Иккинг почувствовал, как кровь приливает к лицу: — Это просто наброски... — Бред, — парировала блондинка. — Ты должен был участвовать в прошлогоднем конкурсе. Почему не подал заявку? Он опустил глаза: — Гоббер сказал, что мои проекты «слишком фантастические»... Астрид внезапно остановилась и повернулась к нему лицом: — Вот что. Завтра ты идёшь к директору и просишь продлить срок подачи. А я... — она замялась, — я могу помочь с презентацией. Если хочешь. Беззубик громко мяукнул, как будто ставя точку в разговоре. Иккинг посмотрел на котёнка, потом на Астрид, потом снова на котёнка. Вдруг он осознал, что этот вечер, начавшийся так неудачно, стал, пожалуй, лучшим за последние годы. — Давай, — просто сказал он. Астрид улыбнулась, и в свете фонарей её глаза сверкали, как два голубых драгоценных камня: — Тогда пошли. Провожу тебя до дома. И они шли вперёд — под почти уже не нужным зонтом, с котёнком, что теперь нежился на руках парня, в город, который вдруг перестал казаться таким холодным и безразличным. Когда они подошли к дому Хэддоков, в окнах горел свет. Иккинг замер на пороге, нерешительно переминаясь с ноги на ногу. Беззубик, почувствовав его напряжение, беспокойно заёрзал в руках. — Э-это мой дом... — пробормотал он, сжимая пакет с кошачьими принадлежностями. Астрид мягко толкнула его локтем: — Ну? Вперёд, храбрец. Или тебе нужна моральная поддержка? Она не успела закончить, как дверь распахнулась. На пороге стоял Стоик, его массивная фигура заполнила весь дверной проём. — Где тебя носило? — начал он, но тут заметил Астрид. Его брови поползли вверх. — И... это кто? Беззубик выбрал этот момент, чтобы громко мяукнуть и вывернуться из рук Иккинга прямо на плечо отца. Котёнок устроился там, как на троне, и начал вылизывать лапу, словно демонстрируя, кто теперь хозяин положения. — Пап, это... — Иккинг глубоко вдохнул. — Это Беззубик. Он теперь живёт с нами. Стоик открыл рот, чтобы возразить, но котёнок вдруг потянулся и ткнулся мокрым носом в его щёку. На лице гиганта появилось странное выражение. — Он... э-э... беззубый? — неожиданно спросил Стоик, осторожно касаясь пальцем кошачьей морды. — Да! — оживился Иккинг. — Смотри, у него даже... Астрид ловко подхватила момент: — Мистер Хэддок, это очень редкая порода. Они специально выводят таких для... э-э... астрономических исследований. Чувствительные усы, понимаете ли. Иккинг посмотрел на неё с восхищённым ужасом. Астрид невозмутимо подмигнула. Стоик медленно кивнул, всё ещё находясь под гипнозом котёнка, который теперь мурлыкал у него на плече, как маленький моторчик. — Ну... раз для науки... — пробормотал он. — Но чтобы не портил мебель! — Он будет самым воспитанным котом в мире! — поспешно заверил Иккинг. Астрид незаметно протолкнула в его руку пакет с лотком: — Я, пожалуй, пойду... — Подожди! — вырвалось у Иккинга громче, чем он планировал. — Ты... не хочешь посмотреть чертежи? Те, что не промокли? И... может быть, выпить какао? В её глазах вспыхнули весёлые искорки: — Ты умеешь готовить какао, Хэддок? — Лучшее в городе! — неожиданно заявил Стоик, всё ещё с котёнком на плече. — С корицей и зефиром. Заходи, девочка, простудишься ещё. Беззубик громко мяукнул в знак согласия. На кухне пахло корицей и шоколадом. Иккинг осторожно размешивал пенку в трёх кружках, украдкой поглядывая на Астрид. Она сидела за кухонным столом, полностью поглощённая его чертежами, иногда делая пометки на полях своим аккуратным почерком. Беззубик устроился у неё на коленях, с важным видом наблюдая за процессом. — Вот здесь, — она вдруг ткнула пальцем в чертёж, — нужно добавить шарнир. Иначе крылья не выдержат нагрузки при таком размахе. Иккинг ахнул: — Ты разбираешься в инженерии? — Мой дед был корабельным мастером, — пожала плечами Астрид, принимая кружку. — Он меня всему научил. Они замолчали, наслаждаясь теплом напитка. За окном дождь снова усилился, но теперь его стук по крыше казался уютным, а не угрожающим. — Знаешь, — неожиданно сказала Астрид, — завтра после школы мы можем зайти к Гобберу и... Беззубик вдруг подпрыгнул у неё на коленях, опрокинув кружку. Тёмное пятно расползлось по её розовой кофте. — О нет! — вскочил Иккинг. — Я сейчас принесу... Но Астрид уже смеялась, пытаясь удержать котёнка, который с энтузиазмом вылизывал пролитое какао с её рукава. — Кажется, он сладкоежка! — сквозь смех произнесла она. Стоик, наблюдавший эту сцену из дверного проёма, неожиданно фыркнул: — Хороший кот. Чутьё на сладкое — признак ума. Иккинг поймал взгляд Астрид. В её глазах читалось что-то тёплое и понимающее. Внезапно он осознал, что больше не чувствует привычной неловкости в её присутствии. — Значит, завтра после школы? — тихо спросил он. — Завтра, — кивнула Астрид, осторожно отцепляя Беззубика от своего рукава. — Но при одном условии. — Каком? — Ты научишь меня рисовать драконов. А я научу тебя не убегать после уроков. Они улыбнулись друг другу, а Беззубик, словно одобряя это соглашение, громко замурлыкал, устроившись между ними. За окном дождь постепенно стихал, уступая место тишине ночи, наполненной обещаниями новых начал. *** Три месяца спустя. На школьной выставке проектов модель механического дракона с подвижными крыльями заняла первое место. В разделе «Авторы» значились два имени. А на самой модели, если приглядеться, можно было заметить крошечный красный ошейник с колокольчиком, аккуратно закреплённый вокруг шеи дракона. Как талисман. Как напоминание. Как начало чего-то большого.