Часть 1.

Девиз такой – (М-м)

Выпиваем рюмку без закуски без всяких проблем. (М-м)

Мы открываем Moët,малыш, давай сделаем так, чтобы появились пузырьки. (М-м)

Я курю травку,хочу, чтобы у меня в глазах двоилось.

Ты должен делать то, что должен (с)

- А вот и я! – толкнув дверь плечом, я оказалась внутри просторной светлой квартиры и невольно огляделась по сторонам, покрутив головой.       Руки были заняты, и я до сих пор толком не понимала, как мне удалось дотащить все в целости и сохранности и не выронить что-то по пути. Но, вывалившись из такси с кучей всякого барахла, когда недовольный пожилой водитель пробурчал мне вслед что-то не очень-то приятное, я лишь бодро крикнула ему в ответ "хорошего дня, сэр!". Сбросив все свои сумки прямо на тротуар, я уперла руки в бока и, задрав голову, широко улыбнулась, глубоко вздохнув полной грудью.       Вокруг меня меня шумел огромный город. Сигналили машины, со всех сторон доносились голоса прохожих, бурлила жизнь...       Ничто не способно сломить меня в этот день. И никто не способен испортить мне настроение. Даже чертов старый ублюдок, брюзжащий всю дорогу из-за количества моих сумок с личными шмотками. Я переезжаю, и мне плевать на его недовольство. Да пошел он, урод!       Сощурив глаза от яркого оранжевого-золотого света закатного солнца, который тут же ослепил меня, я запрокинула голову, приложив руку ко лбу, и с довольной улыбкой окинула взглядом огромное крыльцо высокого многоквартирного дома, в котором мне теперь предстояло жить.       Впервые за долгое время я вдруг явственно ощутила легкость, как будто крылья расправились у меня за спиной, и освобождение. Тот самый, неизвестный мне до этой минуты, но такой пьянящий вкус свободы на языке... В этот момент мне вдруг почему-то показалось, что возможно здесь, точнее, именно здесь я смогу быть настолько счастлива, насколько никогда не была в своей жизни.       Полная решимости и плохо скрываемой радости, я еле смогла сдержать смех, рвущийся наружу. Наконец-то! Наконец-то я смогла вырваться из-под гнета своих семейных устоев. Теперь долой запреты, и к черту условности! Эй, я что не ясно выразилась?!       Думая об этом, я счастливо хихикнула, но потом резко нахмурилась. - Так, – спустя миг, буркнула я сама себе под нос, хлопнув себя ладонями по ляжках. – Соберись, Чарли, давай, камон, ты все сможешь, тебе не впервой... – и, зажав подмышкой, подхватила доверху набитый продуктами пластиковый пакет, стопку книг, перевязанных веревкой, закинула на плечо пузатый черный рюкзак, затем еле-еле подняла с асфальта огромный чемодан с вещами, вытащила длинную ручку и, подпинывая его ногой, поволокла за собой в сторону исполинских ступеней.       Это был тот еще квест втащить всю эту тяжесть в холл огромного здания. Кое-как поднявшись, я, наконец, оказалась внутри, и вновь стала озираться по сторонам, когда за спиной услышала сонный голос портье, дремавшего за стойкой. Видимо, он как раз проснулся, когда я с грохотом вломилась в фойе, не удержав тяжелые двери: - Вы наверное на двенадцатый этаж, мисс? – спросил он, и я обернулась, когда мужчина добавил. – К Адамсам, верно?       Я только широко улыбнулась в ответ и положительно кивнула, а тот пробубнил, лениво указывая мне куда-то в неопределенном направлении: – Лифты налево... - Спасибо, сэр! – отозвалась я и, кряхтя, поковыляла туда, куда мне сказали.       Налево, значит, налево.       Когда я поднялась на нужный этаж, дверь квартиры как раз напротив шахты лифтов была не заперта. И почти сразу я услышала орущую оттуда музыку. - Ну, наконец-то! – раздраженно закатывая глаза, недовольно проворчал Чонхо и обернулся, когда я все-таки умудрилась проникнуть в холл, со всего маху ввалившись в дверь и бросив все свои пожитки прямо на пол. - Вообще-то, мог бы помочь... – немного обиженно протянула я, надувая губы, на что парень кривовато усмехнулся: - Сама справишься, – а я в ответ на это только нервно цокнула.       С Чонхо мы дружили почти с пеленок. Вместе ходили в начальную школу, потом в среднюю, катались на роликах по улице, строили домики на деревьях, ловили рыбу на озере, и так и выросли бок о бок, почти никогда не расставаясь надолго. Поэтому сколько себя помню, он всегда так или иначе присутствовал в моей жизни. Мы были с ним практически неразлучны с самого раннего детства. Не разлей вода, чёрное и белое, Инь и Ян, свет и тьма, нитка с иголкой - как нас только не называли.       Две абсолютные противоположности, что внутренне, что внешне, мы находили общий язык и интересы совершенно во всем, даже несмотря на разницу характеров и культур, в которых воспитывались в семье. Чонхо был этническим корейцем, но всю жизнь прожил в Штатах. И он всегда, ещё с детского сада был для меня лучшим другом, братом, да почти сестрой... только он всегда жутко бесился, когда я так над ним подшучивала. Несмотря на это, я понимала и поддерживала его во всех его начинаниях, а он – меня, и о большем нам обоим не стоило даже мечтать.       Дома наши стояли напротив друг друга на тихой улице, поросшей каштанами, в одном из мирных спальных районов Статен Айленда, и наши родители тоже близко дружили, ходя друг к другу в гости на все возможные и невозможные праздники. Иногда казалось, что они сами нарочно придумывают повод для очередной семейной вечеринки.       Поэтому, когда мы с Чонхо сочинили вдвоем снимать квартиру во Флашинге, в Куинсе, недалеко от колледжа, в который мы тоже к слову поступили вместе, но на разные факультеты, его и мои предки только рады были поскорее выпиннуть нас обоих из дома и отправить-таки во взрослую жизнь. - Я вообще-то тащилась сюда больше двух часов... Чёртовы пробки... Ты думаешь, у меня сто рук?.. – недовольно буркнула я, собираясь обидеться на лучшего друга, но вовремя притормозила... потому что оглядевшись, вдруг неожиданно просияла, тут же забыла о наших с ним терках, и осмотрелась вокруг. – Нет, погоди-ка! – сказала я и хитрым взглядом окинула окрашенные светлой краской стены квартиры. - Дай-ка взглянуть! - я сделала несколько шагов вперед, все еще озираясь, а потом понизив голос, заговорщически прошептала. - Эй... это что, теперь наше? – не веря своему счастью пролепетала я, и парень, делая вид, что все еще дуется и пытаясь скрыть улыбку, в ответ часто закивал, а я заорала. – Что, серьезно? Поверить не могу! С ума сойти! - Да, прикинь?! – вдруг ожил Чонхо, подключаясь к моему восторгу, а я засмеялась и захлопала в ладоши, запрыгала на месте, а потом бросилась к нему, раскинув руки: - Уау, просто уау! – я обняла парня за шею, а он, чуть оторвав меня от пола, приподнял и легко закружил. И мы заорали в два горла так, что задребезжали стекла.       А когда Чонхо, наконец, поставил меня обратно на пол, я, резко посерьезнев, нахмурилась, сложила руки на груди и недоверчиво уточнила: - Типа, все, типа, мы взрослые, да? - Ага, – ответил парень, улыбаясь, эмоции так и перли через край и счастью не было предела, а я, запрокинув голову и раскинув руки в стороны, закружилась по комнате, выкрикивая: - Свобода! Свобода! - а потом на миг замерла, глянув на Чонхо. - Знаешь, чего я теперь хочу? – спросила я и продолжила наворачивать круги. - И чего же? - парень вопросительно изогнул черные брови, приподнимая их, а я в свою очередь совершенно серьезно ответила: – Напиваться в сопли каждые выходные... танцевать до утра в клубах и барах весь уикенд напролет, чтобы кто-то наливал мне в рот текилу на спор, а потом слизывал ее с моей шеи... - я мечтательно закатила глаза, блаженно улыбаясь. - Я хочу жалеть о дурацких поступках, совершать то, от чего мне потом будет стыдно, а в понедельник волочь свою задницу на пары с жутким похмельем... Я столько лет была паинькой, я хочу отрываться! Мы ведь теперь студенты... - О да! – согласно закивал Чонхо, цокнув языком и засовывая руки в карманы. – Тут не поспоришь. Мы с тобой, детка, заслужили все похмелья в этом мире! Будем пить, как не в себя! - Да, черт возьми! Бухать в дрова! – крикнула я в ответ и захлопала в ладоши, громко смеясь. - Нажираться в слюни! – добавил он. - В точку! - щелкнула я пальцами и уставилась на парня, когда он сказал: - Эй, а знаешь что? - я вопросительно глянула на лучшего друга, когда он, не задумываясь, добавил. - Предлагаю начать прямо сегодня, – потом подмигнул мне, заговорщически сощурился, и продолжил. - Да прямо сейчас! - и я только согласно захохотала в ответ.       Ну здравствуй, новый дом! Здравствуй, свобода и взрослая жизнь! И привет, дурацкие поступки, о которых я потом пожалею...

***

- Эта комната моя! – крикнула я, сделав несколько больших глотков пива прямо из банки. - Ну уж нет, – тут же возразил мне Чонхо, тоже отпивая свое пиво. - А вот и да! - А вот и нет! Потому что я пришел раньше, и тут уже давно все мои шмотки...       Цокнув, я в ответ захныкала: - Господи, когда ты успел стать таким занудой, братишка? Мог бы и уступить своей старшей сестре... - С чего это ты старше? На две недели? – фыркнул Чонхо и, закатив глаза, обиженно отвернулся, а я тут же сдалась.       Я просто до ужаса ненавидела, когда он начинал дуться, потому что дулся он целую вечность. И эта черта его характера бесила меня больше остальных. Да, порой я могла ляпнуть лишнего, но не всегда же... Поэтому мне самой было гораздо проще извиниться перед ним первой, даже за то, в чем я чаще всего не была виновата.       Еще секунду я мерила его спину скептическим взглядом, после чего подошла ближе и, положив руку на плечо, чуть сжала его и примирительно сказала: - Ну, ладно, брось... - буркнула я, заглядывая парню в глаза. - Идет, по рукам, та комната моя, хоть она и меньше... - Окей, – равнодушно согласился Чонхо, но его глаза при этом хитро загорелись. – Ты сама так сказала... А то я почти сдался, – и ехидно мне улыбнулся, подмигивая. - Вот же... – возмущенно задохнулась я, хотела было что-то добавить, но тут же замолчала, потому что не нашлась что и закрыла рот.       После чего просто поставила свою полупустую банку на стол и зашла в соседнюю спальню, чтобы немного оглядеться, раз уж это должна была быть моя новая комната. И ахнула, прикрыв губы рукой, как только оказалась внутри, а потом растерянно засмеялась: - Стоп, что? – удивленно захлопала я глазами. - Мои окна выходят прямо на чью-то квартиру? - Получается, так, – пожал плечами Чонхо, следом за мной входя в комнату и тихонько присвистнул. - О, нет... – я скривила губы и нервно захихикала. – Как-то неудобно что ли... - Да забей, – отмахнулся мой лучший друг. – Расслабься, это не наши проблемы. - Да, – скептически скривившись, едва слышно пробубнила я. – Не твои уж точно... – потом уставилась в темное окно напротив, руками оперевшись о подоконник и негромко задумчиво пробормотала. – Интересно, кто там живет...       Как вдруг от этих мыслей меня отвлек резкий звонок в домофон. - Доставку привезли! – крикнул Чонхо, открывая текилу. - Иду! – крикнула я в ответ.       Мы заказали лапшу, бургеры и жаренную курицу еще минут двадцать назад, как раз перед тем, как открыть пиво. На секунду замешкавшись и еще раз неуверенно глянув в незанавешенное окно, я пошла отпирать.

***

- На, попробуй, – зацепив палочками немного рамена из своей коробки, Чонхо протянул их мне. - Как ты такое ешь... – едва успев проглотить, я почувствовала, что во рту разгорается пламя от остроты, и хватнула губами воздух. - Не нравится? – удивился парень, вскидывая брови. - Не особо... Я уж лучше буду есть свой бургер... - Ну как хочешь... – он затянул полный рот лапши и, все еще жуя, сказал. – Знаешь, я тут подумал, раз уж мы стали такими самостоятельными, то наверное стоит решить, чем заниматься в свободное время... - Я сейчас услышу какую-нибудь дурость? – недоверчиво хмыкнула я и иронично скривила губы в подобие улыбки. - Нет, почему... – усмехнулся парень. - Ну, может, конечно, ты скажешь, что я сдурел, но я, например, хочу записаться на вокал... - На вокал?! – изумилась я, хотя чему тут удивляться.       С самого раннего детства парень неплохо пел, да что там, у него был прекрасный голос, но его родители почему-то всегда скептически к этому относились, так что он уделял больше внимания тому, чему хотели именно они – радиотехнике и математике. А теперь, когда мы повзрослели и съехали от них, можно было начинать новую жизнь. - Ну? – через секунду спросил Чонхо. - А ты? - А я... – на миг я замялась, после шутливо добавляя. – Я просто буду бухать... и наслаждаться, – и засмеялась в ответ, протягивая ему свою банку пива. – За удовольствие, о котором мы пожалеем? - Ага, – поддакнул парень, и весело спросил. – Текила? - Текила!..       Но не успела я договорить, как вдруг мы оба резко дрогнули и замерли на полуслове, потому что нашу полутемную комнату, освещенную лишь небольшой лампадкой, стоящей на письменном столе, буквально озарило потоком яркого света, как днем. Огромные панорамные окна квартиры напротив зажглись неоновым блеском встроенных ламп. Кто-то вернулся домой и включил верхнее освещение. - Ого... – скосив туда взгляд, протянул Чонхо. – Ничего себе... – и потянулся было, чтобы тоже включить свет, но я перехватила его руку, поморщившись, и пожала плечами: - Подожди... не надо... как-то неудобно... - Окей, как скажешь... – отозвался он, пожав плечами, и мы почему-то оба затихли, повернувшись в ту сторону и ожидая того, что будет дальше.       Яркий свет, огромные незанавешенные окна в пол почему-то очень привлекали наше внимание. И на миг отвлекшись друг от друга, мы оба принялись рассматривать обстановку большой просторной студии с высокими потолками и кованой лестницей, явно ведущей к люку на крыше. - Квартирка - зачет... – присвистнув, сказал Чонхо. – Как на ладони.       Я кивнула, мотнув головой, чуть скривила губы и вдруг мой маленький мир в один миг перевернулся с ног на голову... Я увидела его...       Он вывернул из холла, с кем-то беззаботно разговаривая по телефону, зажав его плечом, на ходу расстегивал ремень на джинсах и весело смеялся, ни о чем не подозревая.       На секунду я так и застыла, не дыша. Сердце трепыхнулось в груди, как умирающая птица. А пальцы, нервно дрогнув, сильнее сдавили банку с пивом. Я судорожно сглотнула. Заморгала и засмотрелась на красивого молодого человека, который, видимо, и был нашим соседом напротив.       Парень ходил по комнате, как ни в чем не бывало, и, казалось, не обращал никакого внимания на то, что в окне соседской квартиры кто-то откровенно и нагло пялится на него.       Наше с Чонхо нынешнее жилье слишком долго пустовало, да и теперь из-за темного освещения не было понятно, есть ли тут кто или нет. Поэтому было логично, что он не придал этому никакого значения, и был привычно расслаблен: открыл холодильник, налил сока, бросил туда три кубика льда и сделал пару глотков, отставляя стакан на высокой барной стойке, что служила ему столом. Потом подошел к дивану, плюхнулся на него, все еще продолжая с кем-то весело трепаться, и устало откинулся назад, широко расставляя колени. Запустил пальцы в непослушные пышные волосы, взъерошив их, коснулся затылком подголовника и чуть повернул голову вбок, когда черная длинная челка упала ему на глаза...       Казалось, он делал все так обыденно, но я уже не могла оторвать взгляд... Я как будто залипла, не моргая, и застыла, приоткрыв губы... - У, а он ничего... – вдруг подал голос Чонхо несколько насмешливо и тем самым выдернул меня из секундного ступора.       Я вздрогнула, сморгнула, смутилась, прочистила горло и наконец перевела взор на лучшего друга. Сделала большой глоток пива и, нервно хихикнув, я спросила: - Ты находишь? - Мгм, – отозвался тот, продолжая пялиться в окно. – Как кино смотрим, скажи?       Я снова нервно сглотнула, стараясь не таращиться в ту сторону, но это было сильнее меня, и я все же украдкой поглядела. И снова забыла обо всем на свете, засмотревшись на красивого парня в окне.       Глаза его были жгучими, черными, чуть раскосыми, но не слишком, обрамленными черными ресницами. Такие всегда смотрели очень соблазнительно. Они были почти того же цвета что и волосы, такие же темные и блестящие. Один взгляд этого парня – и любая девчонка встала бы на колени... - Интересно, кто он по национальности? – снова выдернул меня из моих раздумий Чонхо.       Я вздрогнула. Отвлекшись, я наморщила лоб, кашлянула, и сделав как можно более беззаботное выражение лица, безразлично сказала: - Похоже, какой-то латинос... - Да нет, – хмыкнул Чонхо, отмахнувшись. – Он точно азиат.       Я улыбнулась: - Ставлю на то, что он латинос, типа мексиканец какой-нибудь... - Нет, он определенно азиат, – возразил мне Чонхо. - Брось, он не может быть азиатом... он колумбиец. - Неа, я своих издалека вижу, Чарли, спорим, что он кореец? - Прям кореец? - Прям кореец. - Чем докажешь? - Не твое дело. Ну? Забились? - Забились. На что? - К тому времени придумаю на что. Главное, что ты проиграешь, – засмеялся Чонхо и ударил своей банкой пива по моей, со смехом сказав. – За мою победу! - Эй! – возмущенно крикнула я, но потом в ответ тоже засмеялась, пробурчав. – Вообще-то не стоит так откровенно наблюдать за соседом... - Мы и не наблюдаем. Мы просто смотрим в окно твоей спальни, да, Чарли? – подмигнул мне парень. А я вновь метнула мимолетный взгляд в сторону распахнутых занавесей: - Интересно, он знает, что мы здесь? - Вряд ли... Нас толком не видно. Здесь темно... но возможно догадывается, – ответил мне парень и засмеялся. - Ты теперь не чувствуешь себя стремной чокнутой извращугой? - Мда... есть немного... – пробубнила я, краснея, но искоса все равно бросила еще один взгляд в ту сторону.       Красивый парень в квартире напротив на миг отложил телефон и одним быстрым движением снял через голову футболку. Я невольно сдавленно выдохнула, когда увидела, как перекатываются гладкие мышцы под медовой кожей... у него такие плечи...       А Чонхо заржал: - Ох ты, горяченькое подъехало, ну-ка, Чарли, быстро закрой глаза, тебе такое рано! – и подтолкнул меня в бок, шутливо загораживая мне обзор обеими руками.       Но я уже не могла не смотреть, увернувшись.       Прямо сейчас я обрела новый смысл жизни, присевший на краешек подлокотника дивана и с улыбкой щебечущий с кем-то по телефону.       Сделав глубокий вздох, я откинулась на спинку кресла и сделала еще один огромный глоток пива, потом еще один и еще один. Взгляд снова невольно скосился в ту сторону. Я облизала губы, когда мои глаза с жадностью заскользили по его гладкой груди, темным соскам, впалому животу к бёдрам... Ширинка на его джинсах была расстегнута, и я невольно ощутила, как к скулам приливает краска...       Кажется, во мне разбушевался ураган, ураган немыслимой силы, подталкивающий меня к нему и не оставляющий ни малейшего пути для отступления.

Малыш, будь моим красивым мальчиком...

Можешь быть моей красивой игрушкой?

Рука на моём рту, заглуши шум,

Я принадлежу тебе.

Малыш, будь моим красивым мальчиком...

Я так одержима, это не выбор... (С)