Глава 8.

Я сидела на скамейке в углу сада Хогвартса, пытаясь отгородиться от суеты, которую приносил этот учебный год. Легкий шепот ветра пробирался сквозь листья деревьев, напоминал о чем-то важном, о том, что ждало меня впереди. Но в глубине души мой разум был запутан, словно клубок ниток, который не был возможен распутать. Сколько раз я ловила себя на том, что в очередной раз думаю о Северусе Снейпе? Его таинственное присутствие, микс строгости и какой-то недосягаемой глубины всегда притягивал меня, как свет бьющийся о стекло. Но теперь все это стало невыносимо запутанным, особенно после того, что произошло. Порой я замечала его взгляд, когда он думал, что я не вижу. Его черные глаза, холодные как ночь, иногда освещались внутренним огнём, когда он смотрел на меня. Это воспринималось странно, почти как будто он нашел во мне что-то, что не мог понять. Или, может быть, это была всего лишь моя фантазия? Неужели я наивна, чтобы верить в то, что даже он способен любить? Или хотя бы заинтересоваться мной? "Джинни, ты же знаешь, он просто твой преподаватель",  — напоминала я себе, отгоняя от себя мечты.  Когда я вспоминала о своих чувствах, то понимала, что в них смешаны и восхищение, и страх. Страх, что никогда не смогу понять его, его историю, что он, возможно, видит во мне лишь ученицу, а не девушку с мечтами и надеждами. Что, если он совсем не влюблен в меня? Я прокручивала в голове моменты, когда наши руки соприкоснулись, когда он коснулся (почти невинно) моей груди. Его кожа была холодной и одновременно нежной, но отпечаток его прикосновения оставлял тепло, которое разгорало внутри меня что-то, что я не могла игнорировать. Быть рядом с ним значит ощущать его глубину, его страсть к зельям, к знаниям. Но что, если за всем этим скрывается нечто иное? Знаю, что окружающие могут считать, что я просто глупо мечтаю, что это невозможная любовь. Но в сердце у меня было ощущение, что он даже не подозревает о том, как он действует на меня, как тянет в свою темную, непроглядную бездну, где я так боюсь оказаться.  Могу ли я быть достаточно смелой, чтобы спросить его о его чувствах? Или рискну быть отвергнутой, сохранив все свои чувства в глубине сердца? Почему этот вопрос терзает меня так, как будто жизнь зависит именно от того, что он думает обо мне? Я понимала, что отвечать себе на эти вопросы не так просто, как хотелось бы. В конце концов, это были чувства, и они слишком сложные, чтобы их притянуть к жестким границам. Слава богу, я еще могу мечтать. В каждом черном облаке его взгляда я искала намеки на свет: может быть, в его сердце живет хоть капля чувств ко мне. Если бы только мне удавалось понять его лучше… Поэтому, сидя в этом тихом уголке сада, я решила, что буду терпеливо ждать и наблюдать. Возможно, однажды он откроет передо мной эту дверь и позовет в свой мир. В конце концов, мечты о любви могут быть прекрасными, и надеяться на лучшее — это то, что делает нас живыми.                                                                   *** Я стояла перед дверью кабинета Северуса Снейпа, держа в руках перо и свиток пергамента. Было безумно волнительно и страшно, что теперь можно было ожидать от него? С замиранием сердца я толкнула дверь и вошла. Снейп сидел за своим столом, погруженный в свои записи и, казалось, не замечал, что я вошла. В комнате пахло лечебными травами и чем-то горьким, но этот запах не вызывал отторжения. Он напоминал мне самого Северуса: холодного и отстраненного, но одновременно пылкого, способного прийти на помощь в любой момент. — Вы опоздали, мисс Уизли, — произнес он, поднимая взгляд. Его голос был низким и хриплым, как всегда. Мне стало не по себе, но я попыталась сохранить уверенность. — Извините, профессор, — я тихо пробормотала. Он прищурился, и я поняла, что это еще не конец. — Я пришла выполнить наказание. Снейп указал на пустое место у стола, где лежал длинный рулон пергамента. Я подошла ближе, и мне стало интересно, что же он там написал. «Неправильные заклинания приводят к неправильным последствиям». — Вам необходимо написать сто раз эту фразу, — его лицо не выражало ничего, но в его глазах читалась усталость.  После этого Снейп вернулся к своим записям, не обращая на меня никакого внимания. Не было ни намека на то, что между нами что-то произошло буквально вчера. Как будто бы это было мое личное помутнение или просто сон. Я сидела за партой, а сердце колотилось так, словно пыталось вырваться из груди. В голове крутились тысячи мыслей, и каждая из них напоминала мне, что это безумие — просто спросить его о том, что меня тревожит. Но желание узнать правду преобладало над страхом.   Сегодня я решила, что больше не могу оставлять эти чувства без ответа. Какой-то внутренний голос шептал мне, что между нами есть что-то большее, чем просто преподаватель и студентка. Но могла ли я ошибаться? Возможно, это всего лишь плод моего воображения?   Я сглотнула,  вновь вспоминая его твердый взгляд, охватывающий мое обнаженное тело. Сколько раз я ловила его взгляд, когда думала, что он не замечает? Он изучал меня, и я не могла понять, что именно он искал. А, может быть, мне просто казалось… Собравшись с смелостью, я быстро проговорила: — Профессор Снейп... — начала я, но слова застряли в горле. Я нервно сглотнула и попыталась собраться. — Я хотела поговорить о… о нас. При этих словах он слегка нахмурился. Я ловила каждую его реакцию, как будто от этого зависела моя жизнь. Внутри меня нарастала уверенность, но страх все еще держал меня в плену. — О нас? — произнес он с оттенком недоумения. — Ты имеешь в виду наши занятия или… что-то иное? — Я имею в виду чувства, — выпалила я. Я знала, что, возможно, звучит глупо, но больше не могла молчать. — Я чувствую, что между нами есть нечто большее. Может быть, я ошибаюсь, но… вы можете объяснить, что это значит? Снейп, кажется, был поражен. Он на мгновение замер, затем снова собрался. Его лицо стало каменным, как будто он старался закрыть какую-то важную дверь. — Джинни, ты просто студентка, — произнес он, и его голос стал холодным. — Я не могу позволить себе увлекаться чувствами, которые неуместны. Это невозможно. Эти слова ударили меня в сердце. Я чувствовала, как холодный страх пробирается в каждую клеточку моего тела, от голоса Снейпа исходила неуклонная строгость. Каждое его слово было как замок на двери, которую я так отчаянно пыталась открыть. — Но… — начала я, и голос дрожал от эмоций. — Я не просто студентка! Что тогда было между нами сегодня ночью?! Я хочу знать, есть ли что-то настоящее между нами? Может быть, вы тоже чувствуете это? — Я не могу позволить своим чувствам вмешиваться в обучение, — ответил он, но в его голосе я уловила нотку печали. — Ты слишком молода для этого, и я слишком осознаю последствия такого общения. Я больше никогда не позволю себе того, что произошло сегодня ночью. Я понимала, что он прав, но не могла смириться с тем, что что-то прекрасное может оказаться недостижимым. Внутри меня все клокотало, словно буря в сердце. — Почему вы не можете просто дать нам шанс? — спросила я, чувствуя, как слезы наворачиваются на глаза. — Может быть, это всего лишь мой идеал, но я готова рискнуть, чтобы выяснить, что между нами есть. — Джинни, — сказал он, его тон становился более мягким, но по-прежнему холодным. — Я не могу позволить себе увязнуть в этом. Моя жизнь была построена на самоконтроле. Нельзя позволять эмоциям управлять собой. Я смотрела на него, видя решимость в его глазах, и понимала, что эта стена не сломается. В тот момент моя мечта об идеальной любви пошатнулась, как шаткий замок на песке. Я чувствовала, как тяжесть его слов давит на меня, как я теряю надежду. — Я понимаю, — прошептала я, не желая показывать свою слабость. Я пыталась сдержать свои чувства, которые царапали меня изнутри, пытаясь найти выход. — Спасибо за откровенность.  Снейп смотрел на меня, и на мгновение мне показалось, что он колеблется, как будто что-то неумолимо тянуло его ко мне. Но он быстро вернулся к своему обычному хладнокровию.  — Не забывай, что я твой преподаватель, и ты должна сосредоточиться на учебе, — произнес он безжалостно. Я кивнула, чувствуя, как слезы подкатывают к глазам. Это был конец, который я не хотела принимать.  Я встала и покинула кабинет, чувствуя, как сломанные мечты оставляют за собой тяжкий след.  В тот момент я поняла, что сердце иногда может стучаться  в закрытые двери, но это не значит, что кто-то откроет их. Я была просто Джинни Уизли, а он — профессор Северус Снейп. Эта реальность была слишком яркой, чтобы с ней можно было бороться, и, возможно, так лучше.