Глава 11.

Шли дни. Рон уже почти смирился с существованием Теодора и даже молча терпел, когда тот обнимал меня, хоть и периодически закатывал глаза. В один из таких дней, когда буря эмоций понемногу утихла, Теодор провожал меня к классу зельеварения. Его рука уверенно обнимала мою талию, что придавало мне некое чувство защищенности, несмотря на внутренние метания.  Теодор мне безумно нравился: красивый, остроумный, душа компании. Но я все равно каждый раз вспоминала Снейпа. А тот, казалось, не обращал на меня никакого внимания.  — Ты готова? — спросил Теодор, глядя на меня с легкой улыбкой.  — Насчет чего? — спросила я, все еще погруженная в свои мысли. — Насчет всего, — произнес он, и в его голосе прозвучала решимость. — Насчет нас. Я хочу, чтобы ты знала, что для меня это серьёзно.  Я кивнула и ощутила легкое трепетание сердца. Как ни странно, эта мысль меня радовала. Возможно, это было то самое исцеление… Когда мы подошли к классу, я заметила Северуса Снейпа, стоящего прямо перед дверью. Его черные глаза, казалось, проникали в самую глубину моей души, и в этот момент я ощутила прилив нерешительности.  — Доброе утро, профессор, — произнесла я с легкой неуверенностью.  Он со сдержанным выражением лица кивнул, и я заметила, как его губы слегка сжались.  Теодор, заметив мое смятение, притянул меня к себе и наклонился, чтобы поцеловать, и в тот же момент его рука скользнула вниз, по-хозяйски поглаживая мои ягодицы. Я, не ожидая этого, резко обернулась. Вся эта картина происходила на глазах у Снейпа, и я испытывала от этого странные ощущения: то ли смущение, то ли удовлетворение. Снейп, как будто ничего не замечая, лишь закатил глаза и провел нас в класс. Его лицо оставалось непримиримым и строгим. Я шагнула внутрь класса, стараясь сосредоточиться на предстоящем задании.   Урок начался, и меня закрутило в процесс приготовления зелья, следовало  внимательно соблюдать все инструкции. Я собралась с мыслями и попыталась сконцентрироваться на работе (а не поцелуях с Тео).  Через полчаса зелье от икоты было готово. Я посмотрела на результат — оно светилось красивым зелёным цветом, и гордость за свое достижение переполнила меня. Я наполнила колбу, уже собираясь отнести ее на стол профессора. Но преподаватель сам уже направлялся ко мне. Снейп подошёл и, молча, без слов осмотрев зелье, просто одним движением руки испарил его. Я была в шоке.   — Но, профессор… — начала я, но он даже не повернулся ко мне, намереваясь проверить варево Пикса.   На моем пергаменте, где я вела подсчеты количества ингредиентов для идеального лекарства от икоты, появилась оценка: «Отвратительно». Мое сердце замерло от недоумения. Как он мог оценить так мой труд?   Я попыталась поймать его взгляд, но он, не оборачиваясь, уже удалялся, и я почувствовала, как во мне бушуют эмоции: обида, разочарование,ярость и непонимание одновременно терзали мою душу.   — Профессор Снейп… — попыталась я еще раз. Но очевидно, это было бесполезно. Похоже, Снейп решил просто не обращать на меня внимания. Одноклассники же недоуменно перешептывались. Это был удар, который я не ожидала. От подобной несправедливости мне захотелось заплакать. Но я щипала себя за руку, пытаясь сдержаться и не показать слабину. Видимо, профессор был чем-то недоволен, и пытался таким образом мне дать это понять. Но сейчас я былы не одна. И, первым делом, я планировала поговорить о случившемся с Тео.                                                                    *** Я сидела в гостиной Гриффиндора, когда Теодор Нотт вбежал внутрь. Его лицо было напряжено, а глаза полны решимости. Не успела я спросить, что случилось, как он уже заговорил о своем уроке зельеварения. — Ты не поверишь, Джинни, что произошло! — воскликнул он, бросаясь на диван рядом со мной. — Снейп был просто не в себе! Мы варили напиток живой смерти, и мое зелье оказалось лучшим! Даже у Грейнджер оно было слегка мутным. И знаешь, что сделал Снейп? — Применил экскуро и поставил О, — спокойно ответила я. — А ты откуда знаешь? - удивился Тео. — С моим он сделал то же самое. А потом пол урока игнорировал, когда я попыталась узнать, за что. — Нет, - хмыкнул Тео, - я оказался под большим ударом, меня отправили на недельную отработку к Филчу за “слишком глупые и неуместные вопросы”.  — Что ты собираешься с этим делать? Теодор решительно встал и, сложив руки на груди, произнес: — Я пойду поговорю с ним. Может, он объяснит, что произошло. И заодно ответит, почему под удар попала и ты. Я почувствовала легкое беспокойство, моя интуиция подсказывала мне, что это может закончиться плохо. Тем не менее, я знала, что Теодор не остановится, пока не узнает правду. Он устремился к дверям, и я вновь села на диван, ощущая, как сердце колотится в ожидании. Спустя пятнадцать минут он вернулся, но его лицо выражало полное разочарование. Я встала, глядя на него с неподдельной тревогой. — Что случилось? — спросила я, надеясь, что он всё-таки смог выяснить что-то важное. — Снейп меня выгнал, — отрывисто проговорил Теодор, а его глаза полыхали гневом. — Он даже не стал объяснять, просто сказал, чтобы я убирался. У меня такое ощущение, что он ревнует тебя ко мне. Да ну? Неужели?  Я про себя усмехнулась, но Теодору сказала: — Это просто глупость. Может, он просто не любит, когда его дразнят. Ты сам же знаешь, какой он. И каким тоном сам можешь выпытывать нужную тебе информацию. Теодор поджал губы, явно не согласный. — Я не могу избавиться от ощущения, что это даже не просто банальная ревность. Он смотрит на тебя так, будто ты его собственное тайное зелье, которое он не хочет ни с кем делить. Я рассмеялась, но смех прозвучал фальшиво. На самом деле, это утверждение немного меня настораживало. В этом была определенная доля правды, хотя я и не могла уверенно сказать, почему. — Может, нам стоит выяснить это вместе, — предложила я, чувствуя, что наш разговор ещё не окончен. — Я могу попытаться поговорить с ним сама. — Я не хочу, чтобы ты лезла в это, Джинни! — вновь вспыхнул Теодор. — Это опасно, и ты не знаешь, на что способен этот человек! Тем более, если он позволяет подобные сцены при других студентах. Я поняла, что его забота была искренней, и это придавало мне уверенности. Но в то же время я чувствовала, что должна разобраться в этом сама. Снейп оставался загадкой, и, возможно, только я могла его понять. — Слушай, может, ты прав, и он действительно принимает все слишком близко к сердцу, но мне кажется, что за его холодностью скрываются какие-то глубокие переживания, — настаивала я. — Я просто не могу оставить это так. Мы разберемся, Тео. Теодор, хотя и не был согласен с моим планом, кивнул с недовольством. Мы оба знали, что это только начало, и я была полна решимости узнать, что же на самом деле скрывает Северус Снейп.                                                                     *** На следующий день, когда утренние лучи солнца пробивались сквозь окна спальни, я твердо решила поговорить со Снейпом. Весь вечер я прокручивала в голове, как подойти к нему и что сказать. В душе меня терзали противоречивые чувства: меня настораживала его холодность, но я также чувствовала глубокую симпатию к тому, что он скрывал за своим внешним обликом. И вот, собравшись с духом, я направилась в его кабинет. На этот раз я знала, что должна быть настойчивой и уверенной в своих словах. Постучав в дверь, я услышала привычный холодный голос: — Входите. Я открыла дверь и вошла. Снейп сидел за своим столом, вновь заваленным банками и какими-то записями. Его выражение лица не предвещало ничего хорошего, но я знала, что не могу отступать.  — Профессор, — начала я, заставляя себя говорить спокойно. — Я пришла поговорить о том, что произошло на уроке. Ты кажешься… не в себе. Снейп поднял голову и глянул на меня с любопытством и легким недовольством.  — Вас это не касается, мисс Уизли, — произнес он. В его голосе я уловила нотку усталости. Но сдаваться не входило в мои сегодняшние планы. — Это касается меня, — сказала я твердо. — Ты отверг меня! Но при этом ведешь себя как ревнивый дурак. На мгновение в глазах Снейпа промелькнула тень эмоций — удивление, страх и, возможно, даже сожаление. Он отвел взгляд, как будто искал в комнате что-то, что могло бы его спасти.  — Это не ваше дело, Джинни, — произнес он, стараясь сохранить свою привычную строгость. — Мое, и я хочу знать, что ты на самом деле чувствуешь. Ты не можешь просто игнорировать меня! — выпалила я, чувствуя, как нарастает напряжение. Снейп замер и, казалось, боролся с внутренними демонами. В его глазах светился живой огонь — я хотела, чтобы он говорил. Но он молчал. Я заметила, как его рука дрогнула, и в этот момент всё изменилось. Неожиданно он подошел ко мне с такой стремительностью, что я не успела осознать, что происходит. И вот, в следующую секунду, его губы накрыли мои. Я остолбенела, сердце заколотилось, и всё вокруг потеряло смысл. Этот поцелуй был полон страсти и неопределенности, одновременно болезненной и желанной.  Но так же быстро, как и началось, это закончилось. Снейп отстранился, его лицо вновь стало холодным как лед.  — Уходите, Джинни. Пожалуйста, — произнес он, его голос был тихим, но настойчивым. — Профессор… — начала я, ещё в полном шоке от того, что произошло. — Уйдите! — повторил он, и в его голосе зазвенела сталь. Я почувствовала, как сердце сжимается, когда поняла, что он снова закрылся от меня.  Развернувшись, я вышла из его кабинета, не понимая, что делать с тем, что только что произошло. Поцелуй вызвал у меня новые вопросы, хотя на старые я так и не получила ответы. Хотя, может, этот поцелуй и был моим ответом. Что же так боится открыть мне профессор Снейп? И почему каждый раз ускользает от меня?