Часть 3

В итоге к концу моего бега ноги устали настолько сильно, что ели волочились. А ещё, как раз после этого, мне служанка передала послание от матери, что я должен переодеваться в новую одежку после тренировки и идти на ужин. Я мотнула головой в знак согласия, а сама в мыслях ругалась из-за того сколько мне приходится переодеваться. Купайся — переодевайся, бегай — переодевайся, короче, хоть это как бы и правильно, но мне вот это вот вообще не нравится делать. Солнечные лучики пробивались сквозь старинные деревянные ставни, когда я, наконец, добралась до своей комнаты. Уставшими ногами я пересекла порог, и усталость словно окутала меня мягким покрывалом, заставляя быть еще более уязвимой. Я скинула тяжелую тренировочную форму, которая прилипла к коже, и быстро надела простое, но свежее ханьфу. Его легкая ткань приятно гладила нежную кожу, и я почувствовала, как заново наполняюсь энергией, правда ноги, к сожалению, от этого болеть не перестали. Переодевшись, я на момент остановилась, стараясь услышать звуки обычной жизни резиденции Юньмэн Цзян. Вон там, за дверью, сновали служанки, везя подносы с едой, где-то смеялись ученики, обсуждая свои успеваемость в нашей практике. Дальше я по инерции двинулась в сторону столового зала, иначе бы вообще не дошла. Я направилась по «знакомым» тропинкам. Уходя от своей комнаты, я не могла не восхищаться красотой окружающей природы, как у меня на это только хватило силы. Лотосы, величественно расцветавшие в небольших прудиках, словно поднимали свою голову к небесам. Быстро я шла или медленно, так и не поняла, но довольно скоро оказалась уже около столового зала, где по памяти Цзян Чэна, которая медленно начинала втекать в мою голову, должна обедать главная семья ордена. Когда я вошла в столовую, после того, как сделала несколько глубоких вздохов, практически сразу же услышала голос матери: — Цзян Чэн, в этот раз ты опоздал. — Прошу прощения, — быстро поклонилась, хотя не в курсе надо ли мне было это делать или нет. — Задержался в этот раз на тренировке. — В следующий раз, чтобы такого не было. Ты всё-таки будущий глава ордена и должен быть пунктуальным. Мне тут уже не нравится. Верните меня обратно, мне не хочется быть Цзян Чэном. Если вы уж высшие силы хотите, чтобы я была в этом мире, то переместите меня в какой-то другой орден. И вообще, я согласна быть бастардом Гуаньшаня, мне хоть не будут говорить, что я кому-то что-то должен буду. Однако, столовая выглядела величественно: стены были расписаны замысловатыми мотивами, а центром зала служил длинный деревянный стол, обитый красным шелком. Около стола сидело два человека. Я подошла ближе и заметила, что Цзян Фэнмяня не оказалось. Но вместо него внимание привлекла маленькая фигурка за столом. Это была девочка с милыми чертами лица, которых не могла не заметить — ей было около десяти. Она была одета в розово-фиолетовое ханьфу, и ее волосы были изысканно уложены в две шишечки, традиционные для молоденьких дам. Заметив, как она аккуратно ест суп, я остановилась, чтобы в деталях рассмотреть эту прелестную девочку. Только потом меня осенило: это же Цзян Яньли, старшая сестра тела, в которое я ненароком попала. Лицо её было детским, ещё не лишённым невинности, а глаза светились теплом и добротой. В этот момент я почувствовала странную связь: вглядываясь в её лицо, я ощущала, как через завесу времени и судьбы проскальзывают отголоски воспоминаний, которые не принадлежали мне. Я не могла избавиться от ощущения, что я стою на перекрёстке судеб, и каждое изменение могла повлиять на жизнь этой девочки. Яньли приподняла ложку с супом и аккуратно отпила бульон. Она поведением напоминала маленькую ласточку, такой милой и беззаботной. Мне она в общем очень понравилась. В общем я довольно быстро села за стол и также начала есть. Суп оказался горячим и наваристым, с ароматом грибов и зелени, который постепенно наполнял пространство вокруг. Я прервала свои мысли, погрузившись в пленительное ощущение вкуса. Небо у меня во рту расползлось теплом, и я с удовольствием позабыла о всей своей тревоге. Внешность у Яньли была действительно милой, как у ангела, а её спокойствие излучало такую доброту, что сердце охватило тёплое чувство. Как же я хотела наладить с ней отношения. Но что, если внутри этой прелестной оболочки скрывается непростой характер? Хотя по сюжету он был довольно милым, но мне кажется, что переживать всё же немного стоит. Размышляя об этом, я не могла не вспомнить свою новую мать. Она выглядела как хищник, скрывающийся под маской женщины в благородном наряде. Холод её глаз и строгое выражение лица напоминали мне о том, что здесь не всё так просто. Я чувствовала, что под её внимательным взглядом скрываются давние раны и страхи. Да и вообще, честно говоря, Юй Цзыюань выглядела так, словно знала, что её муж прямо сейчас у любовницы находится… А… Аааа… Аааааааа… Цзян Фэнмяня же нет, как и Вэй Усяня тут, есть же вероятность, что его как раз сейчас и ищут, а Мадам Юй это очень сильно не нравится. — Ты нормально себя чувствуешь? — вдруг спросила Яньли. Я не ожидала такого вопроса, поэтому на пару секунд впала в ступор, проморгалась, а только затем ответила: — Да, всё хорошо. Только немного уставшая. — Не переживай, я тоже часто устаю. Учёба бывает тяжелой, — сказала она, и в её голосе была такая нежность, что я почувствовала, как моё сердце затрепетало. Ладно, первый плюс в этом мире я нашла, если в ближайшее время найду ещё два, то можно будет не топиться. Да и вообще, это сделать всегда успеется. Так что можно просто попробовать дождаться посмотреть на главного героя и кого-то из клана Цзинь, ничего не могу с собой поделать, этот клан мне больше всех нравится. А ещё бы Вэнь Сюя увидеть, а то его почти нигде не видела, хотя говорят в дораме он есть, вот и хочется узнать красивый он или нет. А ещё на Цинхэн-Цзюня как-нибудь глянуть, а то его вообще нигде не показали, только говорилось, что он в уединении, грустит и вообще с какой-то стороны довольно романтичный человек. Фигасе я себе список накатала. За последнее меня точно из Облачный Глубин попрут.