Мотылёк

Воспоминания уличного торговца были сродни первозданному океану. На глубоком морском дне, лишённом света и тепла, покоились и легенды о давно затонувших кораблях, и сказания о дальних странах, что волею судеб оказались стёрты с лица земли тысячелетия назад. Складные мысли, подобно рассекающей небосвод молнии, проносились мимо млеющей Миртл и, захватывая дыхание, растворялись во мраке. Ни тайны мироздания, ни даже собственное будущее не вызывало у неё такого же интереса, как гаснущие с годами воспоминания. Мимолётное видение, вспыхнувшее перед глазами вместе с историей уличного торговца, теперь неумолимо ускользало, но она не привыкла сдаваться. Сев ему на хвост, Миртл понеслась по оживлённым улицам курортного городка.  Мимо проносились невысокие жилые домики, отели с яркими вывесками, ночные забегаловки, полнящиеся туристами навеселе. Небрежным мазком отразилась в её памяти поляна Общества Праздных Душ, на которой девушки вплетали друг другу в косы полевые цветы, а опрятные юноши тихо беседовали за чашечкой чая. Миртл бежала до тех пор, пока смрад, источаемый уличным торговцем, не сменился ароматом жареных каштанов и перед глазами, расплываясь, не замаячили гирлянды. Смех и музыка смешались воедино с играющим на скалах шумом прибоя. Миртл остановилась у богато обставленного шатра. Волнение шипастым плющом стало расползаться по бешено вздымающейся груди, стоило ей уловить тонкий аромат свежесваренного кофе с каштановым кремом и сливками. – Да быть такого не может, – шепнула она, принюхиваясь. Знакомые зелёные глаза, горящие в полутьме, как два факела, напомнили ей о «Прорицателе». А когда у прилавка появилась высокая стройная женщина с небольшим зеркальцем в руке, сомнений просто не осталось. – Кассандра? – вопросила Миртл, даже не стараясь скрыть удивление. – И ты здесь? – Не то чтобы здесь, дорогуша, – заявила она, протирая зеркальце краем цветастой юбки, – и не то чтобы там. Я везде, но больше всего меня там, где во мне нуждаются. Миртл мотнула головой. – И ты конечно же знаешь, где искать трамвай, уносящий всё былое? Кассандра улыбнулась и обвела руками павильон. – Уж кому-кому, а тебе-то, дорогуша, лучше других должны быть известны дурные свойства моей памяти. Есть дыра, будет и прореха, – хохотнула она. Миртл развернулась к ящикам с сотнями безделушек. Найти здесь то, что потом могло привести её к заветной мечте, само по себе было не меньшим чудом. – Лиха беда начало. – Поищи рядом со стопкой журналов о вязании карманных талисманов. Кажется, они нравились тебе в детстве. – Румянец окрасил щёки Миртл, но она не подала виду. – Или это был Финни? – задумчиво пробормотала Кассандра, через секунду встрепенувшись: – Не-ет, это точно была ты, Миртл! Ни у кого из моих знакомых нет таких густых рыжих бровей. Насупившись, Миртл погладила сидящего в кармане толстовки котёнка, и на её лице отразилось умиротворение. Много лет назад она и правда связала его, сидя на полу в «Прорицателе». – Кассандра, куда ставить ящики с инжиром? – донеслось откуда-то сверху. Миртл задрала голову, но второго этажа у шатра не было. – Поставь рядом с комодом, – крикнула Кассандра в ответ. – Серьёзно? – Миртл скривилась. – Ты всё ещё таскаешься с этим простаком? – О, он просто душка. К тому же, не каждому дано так ловко водить за нос профессиональных Ищеек. Миртл промолчала. Не столько из-за страха перед жуткими существами, сколько из-за зазывающе поблескивающей заколки в форме мотылька, бросившейся в этот момент ей в глаза. – Я возьму её.