Часть 1

Аня вставила ключ в замочную скважину и на секунду замерла. Голова гудела после ночной смены, плечи тянули вниз, в висках пульсировало. За окном уже давно наступило утро, но для неё это был конец — конца сил, конца терпения и начала тех самых часов, когда ты просто хочешь лечь и ни с кем не говорить. Она тихо открыла дверь. В квартире было непривычно спокойно. Обычно в это время Полина уже собиралась на пары — хлопала шкафчиком, искала тетрадь, искала ластик, искала носки. Сегодня — ничего. Даже звука чайника не было. Аня поставила сумку у стены, скинула куртку, не включая свет, прошла вглубь. На диване, укутанная в плед, свернувшись клубком, лежала Полина. Щёки красные, лоб чуть влажный, глаза закрыты. — Поля? — позвала Аня, подходя ближе. — Что случилось? Полина приоткрыла глаза. Слабая улыбка. — Доброе утро... Я, похоже, простыла. — Чего ты не сказала сразу? — Аня уже машинально прикоснулась к её лбу. — У тебя жар. Ты с температурой? — Не хотела мешать. Думала, просто слабость... — Слабость с горящим лбом, ага, — буркнула Аня и уже шла в аптечку. — Где градусник? — На столе... Я не мерила. Сама догадалась, — слабо хмыкнула Полина. Аня поднесла термометр, помогла Полине улечься удобнее и подождала. Минуты тянулись в тишине. Из кухни доносился лёгкий шум холодильника. За окном кто-то гудел клаксоном. — Тридцать восемь и два, — наконец произнесла Аня. — И ты собиралась в таком состоянии идти на пары? — У меня анатомия. Куда деваться? Аня подняла бровь, скрестила руки. — Я веду у вашей группы. Я тебя официально отпрашиваю. Полина снова улыбнулась, чуть смущённо. — Это как-то нечестно... — Это как раз и есть забота. И пока ты не встанешь на ноги — ни о каком университете речи не идёт. Она укрыла Полину плотнее, проверила воду рядом, достала жаропонижающее и поставила рядом чайник. — Я схожу на пары, всё проведу, вернусь к обеду. Пиши мне каждый час. Если температура поднимется выше — сразу звонок. — Принято, доктор, — слабо ответила Полина и прикрыла глаза. Аня задержалась на пару секунд, прежде чем уйти. Глянула ещё раз — как лежит, как дышит, не дрожит ли. Хотелось остаться, лечь рядом, дать ей просто быть под присмотром. Но работа — есть работа. Уже в дверях она сказала: — Отдыхай. Я скоро. И только закрыв за собой дверь, позволила себе выдохнуть.