Часть 24. Воссоединение

      Когда я добралась до дома, на крыльце у подъезда сидела фигура, которую я не смогла бы забыть, даже если бы очень захотела. — Что ты здесь делаешь? — Лиён. Прости… — Он поднялся и сделал шаг навстречу. Бледный, осунувшийся, под глазами круги. — Все нормально. Не стоило приезжать из-за этого. — Нет, не нормально, но я стараюсь. Правда. Но прошлая жизнь не хочет отпускать меня так просто… — Что-то случилось? — Тревога за него заходилась ускоренным сердцебиением и легкой паникой. Я оглянулась по сторонам, будто ожидая, что из-за угла вынырнет его прошлое, скаля зубы и сжимая в руках огромный нож. Глупая фантазия. — Пригласишь на чай? — Эм. Да, пошли. — Юнги пропустил меня вперед и в лифте мы оба смотрели в разные стороны, даже не пытаясь прогнать неловкость, повисшую между нами. Открыв дверь и распахивая ее перед неожиданным гостем, я не придумала ничего лучше, чем пробормотать: — Ну вот. Здесь я и живу…       Шуп сделал неуверенный шаг внутрь, оглядываясь и еще раз отмечая про себя, как сильно изменилась девушка перед ним. — Миленько тут… — Он стоял, неловко заломив руки. — Боже, как же бесит! Давай постараемся отпустить всю эту хрень и не будем вести себя так, будто нам в жопу вставили метровый штырь? Это все еще я. — А это все еще я. — С легкой улыбкой ответил парень, срывая в моем организме какой-то из механизмов жизнеобеспечения.       Напряжения в воздухе стало хоть чуть-чуть, но меньше. Как и дурацкой неловкости. Будто мне снова 14 и я на первом в жизни свидании. — Так что произошло? — Ну… Много всего. — Он уселся за стол и сцепил руки перед собой, наблюдая, как я ставлю чайник и достаю кружки. — Я восстановился в универе. С Су Хеком было сложнее… Он не привык, чтобы кто-то покидал его… банду. Но в итоге все разрешилось. И… — Он замолк и поднял на меня затравленный взгляд. — Ну? Говори уже, Шуп, не беси. — Я почти перевелся в Пусан… — Ты… Что? — Так мне будет легче вырваться из того болота, в которое меня так и тянет окунуться опять. И я больше не подведу тебя. Буду рядом… Если позволишь.       В душе что-то с тихим треском надломилось, а я вновь увидела того Юнги, который влез в окно и стеснялся перед моей мамой. Как будто не было этих долгих месяцев, изуродовавших наши чувства и отношения. Почему-то в этот самый миг я позволила себе подумать, что приложив совместные усилия, мы действительно сможем вернуть это все в наши жизни, потому что передо мной на короткое мгновение появился тот Шуп, который всегда был моей незыблемой поддержкой и защитой. — Эй, Лиён, ну ты чего? — Он шагнул ко мне и протянул руки, не осмеливаясь меня обнять, но слезы, вдруг хлынувшие из глаз, и не собирались высыхать, так что он, приняв какое-то решение, сомкнул руки на моей талии. — Ну же, маленькая моя. Не плачь. Прошу. Хватит слез, теперь только хорошее. — Его слова дали обратный эффект, буквально срывая меня в истерику. Из-за чего? Не могу объяснить. Иллюзия счастья. Мечты о его близости. Тоска по Чимину. Растрепанные чувства после УЗИ. Все вместе, наверное, но со слезами тело как-будто покидал какой-то ядовитый токсин, вновь пуская в душу надежду. — Сможем ли мы, Шуп? — Мы станем для нашей малышки лучшими родителями, обещаю. Не говорю, что это будет просто, но мы ведь очень постараемся, да? — Мгм. — Утыкаться лицом в его плечо было сродни возвращению домой — родные запахи и ощущения. Идиллию трепетного момента прервало урчание минового живота и следом его смущенный смешок. — Кто-то обещал чай. Я не успел поесть.       Я сделала бутербродов и теперь прятала взгляд в кружке, время от времени позволяя себе рассматривать Юнги. Скулы стали острее, он похудел. Волосы теперь темные, лишь на самых кончиках остались белые всполохи. Выглядело неплохо на самом деле, как-то по-бунтарски. — Решил больше не краситься? — Вопрос слетел с губ сам собой, я даже не успела подумать, стоит ли его озвучивать. — Ага. Как-то не до красоты, когда настолько потерялся в днях и жизни, что не можешь отличить день от ночи, а хорошее от плохого. — Невеселая усмешка, но теперь он встретил мой взгляд более уверенно и в целом не выглядел уже, как побитая собака. — Извини… — Это ты извини. За все, что я наговорил тебе на том крылечке. За то, что сделал… — Знаешь, меня всегда невыносимо тянуло утешить тебя в моменты отчаяния. А в тот вечер особенно. И я в общем-то сердцем понимала, что ты сказал все это из-за обиды. Но мне было проще убедить себя в том, что ты был искренен тогда. Это было не так больно, как осознавать, что я разбила сердце не только себе, но и тебе… — Как думаешь, может все это не зря? Если бы что-то сложилось по-другому, мы не оказались бы в этом моменте… — Ну знаешь, этот момент определенно не относится к лучшим в жизни. — Настала моя очередь выпустить совсем невеселый смешок. — Тебе плохо? — Он нахмурил брови и посмотрел на мою ладонь, лежащую на столе, будто обдумывая, стоит ли брать меня за руку. Не осмелился. — Я имею ввиду в физическом плане. Как себя чувствуешь? — Ну, я очень быстро устаю, слишком часто плачу, еще чаще не могу объяснить свои перепады настроения. И постоянно хочется секса. — Я прикусила язык, стоило словам слететь и упасть между нами нагревающим элементом. — Помочь? — В ответ на мой ошеломленный взгляд он лишь весело рассмеялся. — Шучу. Но на ус намотал. — Дурак! — Мне наверное уже пора. — Юнги отставил пустую кружку в сторону и поднялся. — Подожди! Юнги… — Он смотрел на меня с немым вопросом, а я все силы бросила на то, чтобы не кинуться ему на шею, так невыносимо сильно хотелось снова почувствовать его тепло. — Эм… Нет, ничего, все нормально. — Точно? — Да, все в порядке. — Тогда до встречи? — Ага. Пока. — Казалось бы, откуда взять место для еще большего количества смятения в душе? Но нет, вот оно, прекрасно помещается, пихаясь локтями и отталкивая тоску, понимание и рациональность. Что я хотела-то от него? Обнять? Попросить остаться? Затащить в постель? Или оттолкнуть, на этот раз навсегда? Надеюсь, он сможет разобраться с моими чувствами лучше, чем я…       Остаток вечера был проведен на более легкой ноте, в телефонном разговоре с Чимином, который обещал приехать в пятницу вместе с ребятами. Мандраж и трепет предстоящей встречи тут же затопили, вызывая очередной эмоциональный всплеск. — Эй, цветочек, ты там что, опять слезы льешь? — Нет! Да-а-а… — Я приеду один, если ты хочешь… — Чимин неправильно понял мое настроение и поспешил утешить. — Нет, ты что?! Я по ним уже так соскучилась… — Тогда почему ты плачешь? — Потому что я эмоционально неустойчивая истеричка? — Что ж, осознание проблемы есть первый шаг на пути к ее решению. — Он тихо смеялся с той стороны телефонной линии, поняв, что вспышка была короткой и неопасной. — Юнги хочет в Пусан перевестись… — Оу. Быстро он. Что ж, думаю это здравое решение. — Ты правда так думаешь? — Думаю, ему непросто было решиться, и это говорит о том, что он действительно старается. Он ведь грезил Сеулом. Даже улицу выбрал, на которой когда-нибудь купит дом. — Правда? Этого я не знала… Ну, то есть, я знала, что он стремился сбежать из Тэгу в Сеул, но чтобы все так серьезно… — Ага… — С той стороны раздался какой-то шум, спустя секунду Чимин кому-то ответил, послышался девичий смех. — Эм… Мне пора идти, цветочек, Хоби с Ёкко привели очередную подружку в попытках устроить мою личную жизнь… — Все так серьезно? — Я старалась, чтобы смех звучал легко и искренне, но укол ревности все-таки был достаточно ощутимый. — Ревнуешь? — Он хихикал, как мальчишка, тоже что-то пряча за этим смехом. — У меня вроде как нет на это права. — На этот раз смех был более естественным. — Они все тебя недостойны, фея Пак Чимин. — Я ей так и скажу. Пока, цветочек!       Послевкусие от разговора было таким неоднозначным, что я всерьез задумалась над тем, чтобы посетить психолога. В конце концов, одной жопой на двух стульях не усидишь, и это просто несправедливо не отпускать обоих.       Зарывшись в свои мысли и просидев в одной позе до позднего вечера, я все-таки вновь набрала заученный наизусть номер и томилась в ожидании, когда же длинные гудки сменятся родным голосом. — Лиён? Что-то случилось? — Нет, я просто… Я хотела сказать, что если ты найдешь кого-то, кто западет тебе в душу, то я искренне за тебя порадуюсь. Не хочу больше быть эгоисткой и держать тебя рядом привязанным. Я буду в порядке, обещаю.       Долгая пауза, и я уже собиралась проверить на экране, не прервалась ли связь, когда он ответил тихим голосом. — Точно ничего не произошло? Мне приехать? — Все хорошо, в кои-то веки все действительно хорошо. Если у вас сложится, привезешь ее в пятницу? — Лиён… — Ладно-ладно, я не буду давить. Хорошего вечера!       Телефонный разговор лишь добавил новую порцию сумбура в душу, но внутри поднималась уверенность, что я в кои-то веки поступаю правильно.       Среда началась для меня не менее сумбурно с сообщения от Юнги.       «Зайду за тобой в час. Оденься потеплее»       Стоит ли говорить, что остаток утра из рук все валилось, а нервная дрожь то и дело пробегала по позвоночнику? Весь шкаф в очередной раз был перевернут в поисках подходящей одежды, но в итоге я просто психанула и натянула флисовый костюм, потому что на улице было довольно холодно. Бросив куртку на диван, я уселась и начала прожигать взглядом дверь, когда не было еще и двенадцати. Паника поднялась к 12:55, а в 13:00 я соскочила и стянула с себя теплые вещи, забросив в угол спальни, решив, что он опять не придет. К черту!       В 13:10 стук в дверь прервал мой мысленный поток помоев, который я выливала на него. — Привет! Ты еще не готова? — Ты опоздал. Я думала, не придешь. — Встал в пробке на такси. Да ладно тебе, Лиён, 10 минут даже в универе за опоздание не считается. — Он примирительно улыбнулся, но я лишь фыркнула и скрылась в спальне, натягивая клятый костюм. — И куда мы пойдем? — Это сюрприз. — Ненавижу сюрпризы. — Не будь злюкой.       Выйдя следом за ним из квартиры, я все еще дулась, хоть и объективных причин для этого не было.       Я слегка удивилась, когда не увидела у подъезда такси, а Шуп свернул куда-то в переулок, спрятав руки в карманы и бросая на меня любопытные взгляды. — Долго нам идти? — Минут 20. Не пыхти, тебе нужно гулять. — Холодно. — Не капризничай.       По мере того, как мы удалялись от оживленных кварталов, я начинала нервничать все больше, пока в один момент не встала, как вкопанная, с открытым ртом. — Ты выглядишь такой удивленной, будто не знала, что живешь на побережье… — Я забыла… — Забыла, что живешь у моря? Пошли.       Он бережно придерживал меня за руку, пока мы спускались по песчаной насыпи к самой линии берега. Я вдыхала полной грудью и не могла надышаться. — Ты что, правда не ходила к морю? — Последний раз я была у воды, когда вывезла тебя к озеру… — Теперь я начал лучше понимать твое состояние. Видимо, тебе было совсем хреново. В любом случае, сейчас мы здесь. Ты говорила, что чувствуешь себя свободной у воды… — Он пожал плечами и достал из рюкзака толстенный плед, который вызывал вопросы о том, как он вообще там поместился. Расстелив его у самой воды, Юнги уселся сам и похлопал рукой рядом с собой, приглашая.       Я села, даже не замечая, что нахожусь слишком близко к нему. Не в силах была отвести взгляд от набегающих на берег волн. В душе что-то успокаивалось, укладываясь под монотонный шум воды. Лекарство от душевной боли все это время было под рукой, а я умудрилась просто забыть о нем. — My soul is painted like the wings of butterflies… — Тихо напела строчку из песни, всматриваясь в лазурную даль. — Fairytales of yesterday will grow but never die? — Ты помнишь? — Твои привычки, равно как и любимые песни кажется выжжены на моей подкорке…       Подобное признание выбило воздух из легких и все-таки заставило посмотреть на собеседника, только сейчас замечая его близость. Достаточно немного податься вперед и я коснусь его губ… — У меня термос с горячим кофе с собой, будешь? — Он сморгнул наваждение и немного отстранился, пряча неловкость. — Мне теперь нельзя кофе, у меня давление повышенное. — Оу… Я не знал… — Ничего, спасибо, что побеспокоился. — Здесь еще сэндвичи есть. Или их тоже нельзя? — Давай уже. — Я улыбнулась и он протянул мне слегка помятый сэндвич с грудинкой, огурцом и салатом. — Ммм… Сам делал? — Ну… Да. Это дешевле, чем покупать готовые. — Так вкусно… — У воды тебе всегда хочется есть. Не холодно? — Не дожидаясь ответа, Юнги потянулся через меня, чтобы закинуть конец покрывала мне на ноги, но вдруг замер, поняв, как близко я теперь от него. Будто в замедленной съемке я наблюдала, как он тянется к моим губам и оставляет на них быстрый поцелуй, тут же смущенно отворачиваясь. — Плата за сэндвич.       Нервный смешок сорвался с моих губ, а я пыталась поймать его убегающий взгляд. Тепло распространялось по телу от того места, где коснулись его губы. — В пятницу парни хотят приехать. Приходи тоже? — Ты точно этого хочешь? — Он замер, окатывая меня тяжелым взглядом. — В таком случае вечер весьма вероятно закончится дракой. — Хочу. Ты же вроде как встал на путь исправления. Твои друзья — важный этап. — Хорошо. Я приеду.       Мы еще какое-то время посидели молча, каждый в этой тишине нашел что-то свое — я спокойствие и умиротворение, Шуга — какую-то внутреннюю уверенность. — Наверное нам пора? — Я нехотя кивнула, когда уже начало смеркаться, а от холода не спасал даже теплый плед. Но так невыносима была мысль снова отпустить его. Снова остаться одной.       Шуп проводил меня до дома, мы все также молчали, думая о своем, но это безмолвие не несло скованности или неловкости, это была комфортная тишина и тихая близость. — Тогда до пятницы? — Он переминался с ноги на ногу, держа в руках рюкзак, как какой-то школьник. — Не хочешь поужинать? Тебе еще довольно долго ехать, а сэндвичи не лучшая еда для взрослого мужчины. — С тобой? — Эм… Ну да. — Хорошо, спасибо. — Вновь возникшую глупую неловкость хотелось разорвать на клочки, заменить снова на уютное понимание, но момент был упущен. — Помочь? — Он прошел следом за мной на кухню, стоило мне переодеться. — Уверен, я все еще готовлю лучше, чем ты. — Ну вообще, я прокачала этот навык, тем более у меня уже все продукты подготовлены, так что ты можешь просто телик пока посмотреть.       Он не стал спорить и скромно устроился на диване, пока я гремела посудой на кухне, обжаривая замаринованную свинину и закладывая овощи.       Юнги не отозвался, когда я окликнула его 30-40 минут спустя, так что мне пришлось идти в гостиную, чтобы увидеть, как он сопит, вытянувшись на диване, подложив ладонь под щеку. От этой картины щемило в груди и какая-то неуемная нежность толкала подойти и укрыть его покрывалом. Но он заворочался и открыл глаза, ловя мой взгляд и не отпуская слишком долго, прожигая, пока я сама не потянулась к нему губами, не устояв перед соблазном. Он тихо выдохнул, когда я накрыла его губы своими, и провел большим пальцем по моей щеке, будто желая убедиться, что это не сон. — Ужин готов, — тихо прошептала, разорвав такой сладкий и нужный поцелуй. — Я хотел бы просыпаться так каждый день. — Хриплым ото сна голосом пробормотал Шуп и принял сидячее положение, наблюдая, как я возвращаюсь на кухню, чтобы закончить с сервировкой.       Блаженное мужское мычание стало лучшим комплиментом моей стряпни, но он все-таки решил облечь свои ощущения в слова. — Ты и правда нормально так апгрейднулась в готовке. Кажется я в жизни не ел ничего вкуснее. — Брось, Шуп, когда ты успел стать льстецом? — Я предельно честен. — Спасибо… — Стыдливый румянец залил щеки от незамысловатой похвалы. — Ого, я уже опаздываю на электричку… — Он вдруг засуетился, подскакивая и на ходу запихивая в себя остатки еды. — Можешь остаться… — Он замер и поднял на меня взгляд, растерянный и… довольный? — Хотел бы, но не могу. С утра я должен быть в универе, мне надо документы забрать. — Эм… Тогда до пятницы? — Да, до встречи. — Он стремительно подошел и сжал меня в объятиях, но слишком быстро отстранился, не давая привыкнуть к теплу рук. Наклонился к животу. — Я тебя люблю, малышка. — Легкий поцелуй на животе, и вот за ним уже закрывается дверь, а я стою посреди кухни и пытаюсь унять целую орду всколыхнувшихся эмоций.       Я начала буквально считать минуты до вечера пятницы, отдраив до блеска квартиру и раз десять сходив до магазина. Даже пару надувных матрасов купила на случай, если они захотят остаться, благо площадь квартиры позволяла. Принимать у себя гостей казалось мне очень волнительным, так что я по несколько раз все проверила и старалась учесть каждую мелочь.       Пятница. Обед. Алкоголь в морозилке, закуски в холодильнике, жаркое в духовке, нервы на пределе. Трель звонка вырывает из задумчивости. — Чимин? Вы не приедете, да? — Голос дрогнул против воли. — Ты с чего взяла, цветочек? Звоню сказать, что мы уже в пути и через пару часов будем у тебя. — Ох, хорошо. — Все нормально? — Ну, я немного волнуюсь. Они не против, что Юнги тоже будет здесь? — Мы это уже обсуждали, но все же хотелось быть уверенной, что все под контролем. — Да, Лиён, все хорошо, не накручивай себя, мамаша-овуляша. Это всего лишь мы, а не королева Англии. — Его легкий тон и улыбка в голосе успокаивали, как и всегда. — Ладно, ты прав. Жду.       Включив фильм, чтобы отвлечься, я все равно не могла сосредоточиться на сюжете и постоянно грызла ногти, ругая себя за глупость. Казалось, что-нибудь обязательно пойдет не так.       Наконец раздался звук поворачиваемого в двери ключа и квартиру наполнил гомон вошедших, которые пихались и переругивались, снимая обувь и куртки. — Нехуево ты так устроилась. — Привет, Тэхён, я тоже рада тебя видеть. — Улыбка осветила лицо. — Ого, вот это хоромы. Понимаю, почему ты сбежала с общаги, я бы тоже утёк. — Чонгук с детской непосредственностью скинул кроссовки и теперь рассматривал квартиру с приоткрытым ртом. — Брось, Гуки, тут нет ничего такого уж особенного, но я ее полюбила. Ёкко! — Из-за Хосока вынырнула хрупкая девушка, и я тут же бросилась ей на шею. — Я так скучала. — Мы тоже, подружка. — Она легко ответила на объятия, будто ничего и не произошло.       Хосок что-то прошептал на ухо Чимину и они, засмеявшись, прошли в сторону кухни, по очереди клюнув меня в щеку. — Сядем на кухне или в гостиной? — Неуверенно спросила я больше у Чимина, чем у остальных, ища в его взгляде поддержку. — Думаю, на кухне достаточно места для всех. — Хорошо.       Все расселись кто куда, Чонгук быстро разобрался с телевизором и включил негромко музыку, а Чимин уже заканчивал с приготовлением безалкогольной пина колады для меня, когда в дверь постучали. — О, а вот и батя года. — Тэхён поднял бутылку вверх, ожидая реакции на шутку. Никто не засмеялся, а я, нервно поправив одежду, поспешила открыть дверь. — Привет! — Я мялась в проходе, пропуская гостя в квартиру. Он всучил мне в руки довольно большой пакет из магазина. — Привет. Вот, купил тебе вкусняшек.       Я так смутилась, что забыла даже поблагодарить, молча оттаскивая пакет на кухню и ловя вопросительный взгляд Чимина, пока ребята вели себя как ни в чем не бывало, не торопясь накалять обстановку. Я начала разгружать пакет и Чимин все больше хмурился, глядя на покупки. — Можно тебя на минутку? — Он подошел к Юнги и, не дав ему даже поздороваться с остальными, завел его в мою спальню. — Шуга, ты серьезно? Торт, чипсы, сыр косичкой и пиво? — Оно безалкогольное! — И от этого не менее вредное. — Юнги насупился под суровым взглядом друга и скрестил руки на груди. Чимин продолжил уже более спокойным голосом. — Слушай, я вижу, что ты стараешься, и считаю, что ты молодец, что собрал жопу в кулак. Но ты должен подойти к ситуации более ответственно. Нельзя подводить ее сейчас. Нельзя опаздывать на УЗИ. Нельзя сидеть с ней на холодном песке несколько часов подряд, чтобы она потом мучалась от болей в животе. Нельзя покупать все то, что она так любит, но не может сейчас себе позволить. Врач назначил ей диету, и твой пакет ништяков для нее, как красная тряпка для быка. Я прикладываю немало усилий, чтобы она ела больше овощей и фруктов. А еще ей надо есть рыбу. — Она ненавидит рыбу… — Я знаю. Этот пункт пока висит невыполненным. Ты понимаешь, к чему я веду? Несправедливо, что тебе приходиться так стремительно в это окунаться, но иного выбора у тебя нет. Ты должен научиться схватывать на лету. — Я понял. — Юнги все также смотрел исподлобья и был явно обижен, что не оценили его искренних порывов. — Вот и отлично. Тогда пошли к остальным. — Чимин, подожди. — Мин ухватил друга за запястье. — У вас с ней что-то есть? — Думаю, ты знаешь ответ на этот вопрос. Мы ведь оба в курсе, кого она любила все это время. — Ну, с тобой мне не сравниться… — Это точно, тут я с тобой согласен. Но кажется ее не интересует лучший вариант. Ей нужен ты. Как бы ни обидно было это признавать. — Спасибо, Чим… За все, что ты сделал для нее… А значит и для меня… — Парень все еще продолжал сжимать запястье друга и смотреть прямо в душу своими грустными лисьими глазами, пока Чимин не притянул его в медвежьи объятия. — Братья ссорятся, дерутся, но все равно остаются братьями, не так ли? — Братья. — Юнги крепко обнял в ответ, не позволяя скупой слезе соскользнуть с ресниц и прочертить на щеке хрустальную дорожку. Для него этот момент был таким драгоценным, что он был уверен — он запомнит его на всю жизнь. — Пошли давай, а-то ребята шептаться начнут, что мы раньше времени уединились в единственной спальне. — Чимин разрядил обстановку и парни вышли к друзьям, улыбаясь. — Выглядишь, будто сдох еще вчера. — Ага, и все равно красавчик, в отличие от тебя, Тэ. — Тэхён в очередной раз отсалютовал на слова Юнги, только на этот раз не целой бутылкой, а бокалом с янтарной жидкостью, будто этим говоря «1:1».       Я смогла расстаться со всеми драгоценными блестящими упаковками, высыпая в миску и ставя на стол к остальным закускам, но взгляд снова и снова возвращался к торту, а слюна выделялась неконтролируемо. Сдохну, но сожру его в одно жало. Позже, когда никто не будет сверлить укоризненным взглядом. Я улыбнулась своим мыслям и хотела уже убрать свою прелесть в холодильник, когда ко мне тихо подошел Юнги. — Извини, я не знал… Тебе придется многое мне рассказать. — О, ну что ты, он выглядит потрясающе… — Я не в силах была даже оторвать взгляд от торта, чтобы посмотреть на Юнги, но он кажется итак все понял, забирая драгоценность из рук и пряча в холодильник. Хотелось рыдать, но я сдержалась и даже натянула на лицо улыбку. — Как добрался? — Я вернулась к ребятам и заняла свободное место, Юнги поставил стул рядом, чуть потеснив Чонгука. — Нормально, даже выспаться успел по дороге. Я, кстати, закончил с переводом. В понедельник на пары. Завтра схожу заселюсь в общагу и останется только вещи перевезти.       Парни тут же начали гудеть, поздравляя и хлопая по спине. Недосказанность и взаимные обиды никуда не делись, но похоже, все решили отложить раздоры на потом. Меня это более, чем устраивало. Я слушала легкую болтовню, вспышки смеха, и на душе было так тепло, что хотелось петь.       Время текло незаметно, Тэхён успел поругаться с Юнги, но они довольно быстро помирились, на спор выпивая целый стакан виски. Тэхён, к слову, победил, а Юнги, казалось, лишь слегка пригубил свою порцию. Он то и дело подкладывал мне в тарелку еду и делал разные фруктовые коктейли, тихо спрашивая, как я себя чувствую. Улыбка словно приклеилась к моему лицу — это было настолько непривычно, и в то же время именно так, как надо, что этот резонанс немного выбивал из колеи.       Я заметила, как Тэхён вышел на балкон, который таковым и назвать было сложно — высунул нос наружу и уже тесно. Но я все равно юркнула следом за ним, стараясь не дышать сигаретным дымом, который он выдыхал. — Вернись. Замерзнешь. — Он даже не оглянулся, безошибочно определяя навязавшегося собеседника. — Я быстро. Тэхён, я хотела еще раз попросить у тебя прощения. Я вижу, ты еще обижен. Что мне сделать, чтобы растопить этот лед между нами? — Мне не за себя обидно. За Чонгука. Он очень тяжело переживал твое «исчезновение». И он этого не заслужил. Не заслужил твоего скотского отношения. — Я знаю… Я вообще не заслужила никого из вас. Но судьба почему-то раз за разом поворачивается ко мне лицом, возвращая любимых. — Не проеби. Этот шанс может оказаться последним. — Ты меня простишь? — А у меня есть выбор? Мелкий теперь здесь вообще пропишется, давно я его в таком восторге не видел. — Я буду только рада. Правда. — Принято. Диван, считай, застолблен.       Я хотела уже ответить в тон, но дверь открылась, и Юнги легко втянул меня обратно в тепло квартиры. — Если хочешь торчать там, то хотя бы оденься. — Его взгляд полыхал, но он выдавил более спокойно: — пожалуйста. — Все хорошо, мы уже закончили. — Так, ну мне уже пора, ребятки. — Чимин? Но куда? Ночь на дворе… — Я встала посреди кухни и растерянным взглядом смотрела на друга. — Я матрасы купила… — Ну… Эм… В общем, у меня еще дело есть. Я заеду завтра днем. Хорошо? — Уверен? — Не волнуйся, цветочек. — Он чмокнул меня в макушку и начал прощаться с ребятами.       Хосок и Чонгук тоже уже клевали носами, а Ёкко сонно улыбалась. — Так, давайте наверно укладываться? — Диван наш с Куки. — Тэхён вернулся с балкона и с видом хозяина начал раскладывать диван в гостиной. — Тэхёёёёниииии… — Пьяная улыбка Чонгука растянулась от уха до уха, когда парень, шатаясь, ввалился в гостиную и повис на любимом, закидывая руки ему на шею. — Гуки, я должен подготовить нам постельку. Посиди немного на кухне, зайчик, я закончу и сразу приду за тобой. — Я помогла отвести пьяного мальчишку обратно в объятия Хоби, а сама пошла доставать одеяла и другие спальные принадлежности, пока Юнги насосом надувал матрас.       Я уже возвращалась в гостиную, когда оттуда донесся тихий мат Шуги. — Ты хули натворил, придурок? — Я же не специально! — Тэхён смотрел на него невинным олененком, но озорные огоньки во взгляде выдавали с потрохами. Из матраса вертикально торчал нож, а сам матрас с тихим свистом уже почти полностью сдулся. — Я хотел нитку отрезать на футболке, ужасно мешает. Он просто выпал. — Не ругайтесь, мальчики, там ведь еще матрас есть.       Юнги буквально кипел, но не произносил ни слова. — Ладно, на матрасе тогда Хосок с Ёкко лягут, а я посплю на полу. Мне не впервой. — Моей кровати хватит на двоих… — Густой румянец от меня передался Юнги, и мы оба молча ковыряли глазами пол. — Как это очаровательно, я сейчас блевану. — Тэхён закатил глаза. — Краснеете, как школьники, будто не ждете общего ребенка. — Заткнулся бы лучше. — Несмотря на его вид, голос Юнги звучал беззлобно.       Второй матрас был надут без происшествий, гости уложены, а мы с Юнги как два идиота стояли в спальне, которая резко показалась мне очень тесной. — Ты в душ сперва или я? — Я! — Выпалила я, вспоминая про неожиданное убежище на ближайшие 15-20 минут. — Хорошо… Лиён. — Я остановилась у дверей ванной и вопросительно взглянула на него. — Если тебе некомфортно, я посплю на полу. Все нормально, правда. — Нет, все хорошо, не волнуйся. Просто день слишком эмоциональный. Я быстро. — Спрятавшись за дверью, я шумно выдохнула, пытаясь унять скачущее галопом сердце.       Мы с Юнги будем спать в одной кровати! Не слишком ли рано я сдала все свои рубежи защиты? А если опять ничего не получится? Если это очередная ошибка? Но его близость дарила такое тепло и уют, от которых совершенно не хотелось отказываться. Решив отмести все свои думы до завтра, я быстро приняла душ и переоделась в мягкую пижаму. Набравшись смелости и вернувшись в спальню, я позволила Юнги закончить с водными процедурами, а сама набрала Чимину сообщение.       «У тебя все хорошо? Ты так неожиданно сбежал»       «Все хорошо, не волнуйся. Завтра все расскажу.»       «Буду ждать. Целую».       На душе все же было неспокойно.       Юнги провозился в ванной гораздо меньше меня и уже через несколько минут топтался у выключателя. — Свет больше не нужен? — Да, можешь выключить. Не споткнись в темноте.       Матрас немного просел под его весом, но Шуп сразу лег вплотную ко мне и обвил руками, разгоняя мурашки по всему телу. — Я сейчас так счастлив… — Тихо выдохнул в шею, а мой мир в очередной раз перевернулся. — И напуган.       Так хотелось пойти на поводу у чувств и отпустить эмоции, поверить в возможное счастье и просто получать удовольствие от его близости, но тараканы в голове и сомнения никуда не делись, наконец выходя на сцену под тихое сопение самого любимого на свете человека, чья рука даже во сне оглаживала мой живот.