Часть 1

— Лил, стой! Джеймс, распахнув только что захлопнувшуюся дверь, помчался следом. За ним, не отставая ни на шаг, бежал Сириус, всем своим видом выражая изрядное любопытство. — Стой же! Послушай! Я совсем не это имел в виду… Лили остановилась и развернулась так резко, что её огненно-рыжие волосы взметнулись в стороны, как языки пламени. — Я просила тебя, Джеймс Поттер — не лезь не в своё дело. — Я и не лезу, — Джеймс поднял ладони вверх и отступил на шаг, чуть не наткнувшись на Сириуса. — Это так, предположение... — Избавь меня от своих предположений, — Лили всё ещё смотрела грозно, но её голос смягчился, и Джеймс моментально расслабился. — Ладно. — Ладно? — недоверчиво повторила Лили. — Больше никаких предположений, идёт? Твои секреты — только твои, — Джеймс получил ощутимый тычок под рёбра и тут же исправился, — то есть, нет никаких секретов. Ничего необычного не происходит, я ничего не замечаю… — Тогда возвращайся в библиотеку, экзамены на носу! Вы вообще собираетесь готовиться? — Детка, мы всегда готовы, — хохотнул Сириус, на что Лили только фыркнула, развернулась и стремительным шагом направилась к лестницам. Когда она ушла, Джеймс наигранно вздохнул и прислонился спиной к прохладной стене. Он немного помолчал, а затем повернулся к Сириусу и спросил: — Как думаешь, Лунатик уже догадался? — Вряд ли. Ему нет дела до твоей Лил, если ты не заметил. — А тебе есть? — Джеймс вскинул голову и тут же наткнулся на до ужаса насмешливый взгляд синих глаз. — Мне есть дело до тебя, а ты целыми днями твердишь об одном и том же, — Сириус положил ему руку на плечо и легонько сжал. — Сложить два и два было проще, чем отнять снитч у младенца. — Но, может… — Подожди, — Сириус картинным жестом указал на стены, затем на уши. — Пройдёмся-ка до озера. Весенний вечер окатил их ледяным воздухом с мелкими каплями дождя. — Она ведь не вела бы себя так, если бы ей нечего было скрывать? — Джеймс шёл вперёд, широко шагая. — Послушай, все имеют право на свои секреты. Ты же не рассказываешь ей про наш! — Когда-нибудь расскажу, — Джеймс нервно дёрнул головой, оглядываясь по сторонам. — А если сама догадается, то не стану скрывать. — Ну-ну, сбавь обороты. Лунатик должен решать, это всё-таки в первую очередь его секрет. Джеймс отмахнулся от этого замечания, как от назойливой мухи. — Ты сам видел, что занятия по рунам и арифмантике проходят в одно и то же время. И оба учебника видел, и оба свитка. Там, в библиотеке! И это не в первый раз, мы же вместе сидим на зельеварении, но она не может быть одновременно… — Да-да, я знаю. Если ты забыл, кто именно первым обратил на это внимание, напомню. Это был я, — Сириус отвесил шутливый поклон и беззлобно ткнул его в плечо. — Лил отрицает, потому что её просили никому не говорить, вот и всё. Она хорошая девочка и держит слово. — Кто просил? — Откуда мне знать? Декан? Директор? Прими как должное и расслабься. Будь с ней заодно, как тайный сообщник. Она оценит, не сомневайся. Джеймс замолчал, погрузившись в непростые размышления. Полчаса назад они с Сириусом прочитали самую что ни на есть достоверную информацию о маховиках времени. Всё, что было сказано в книге, совпадало с тем, что происходило с Лили. Джеймс был уверен, что она пользуется маховиком времени. Он бы смог доказать, если потребовалось бы. — И всё же я считаю, что она должна была рассказать. — Ха! Представляешь, сколько классных штук можно было бы провернуть, будь у нас доступ к маховику времени! — Вот именно, — Джеймс повернулся к Сириусу в надежде встретить хоть чуточку понимания. — Вот именно, — веско и внезапно серьёзно отозвался тот. Повисла тяжёлая, как первая капля дождя, пауза. — Мерлин, ты это серьёзно? — Джеймс ударил кулаком о ствол дерева, раскидисто распластавшегося у самого берега озера. — Может, Лил тебе не доверяет. Да ты бы сам себе не доверял, если б оказался на её месте. Так что лучший способ избавиться от искушения воспользоваться этой штукой — сделать вид, что её вообще нет. Пойдём отсюда, а то дождь усиливается. И Джеймс понял — Сириус прав, им и правда следовало вернуться в замок — стихия норовила разыграться не на шутку. А про маховик он подумает позже, в сухости и тепле. * * * За холмами начинался лес и тянулся извилистой полосой вдаль, до самого горизонта. Солнце ещё не проснулось толком и лениво зевало из-за туч, открывая свой светящийся рот то шире, то уже, и Сириус зевал вместе с ним. — Я не понимаю, почему так поздно! — Джеймс, напротив, был бодр и полон энергии. — Все уже давно там, лучшие места разобрали, мы будем час идти до квиддичного поля… — Долетим на метле, — меланхолично отозвался Сириус, в очередной раз широко, со вкусом, зевая. — Или аппарируем, если не будет антиаппарационного купола, — Лили строго смотрела вдаль, словно Америка должна была вот-вот показаться из-за леса. На самом деле она была гораздо дальше — за обширными лесами и бескрайним океаном. И чтобы попасть на мировой Чемпионат по квиддичу, который проводился в штате Индиана, нужен был порт-ключ. Даже если ты совершеннолетний и умеешь аппарировать, не расщепляясь. — А где Римус и Питер? — Они в группе с Фрэнком, — бросил Джеймс. — И уже переместились! Два часа как! — Могли бы занять нам местечко, — Сириус снова зевнул, на этот раз не удосужившись прикрыть рот. — Это же запрещено, — вспыхнула Лили. Джеймс зло покосился на неё — иногда эта девчонка прямо-таки выводила его из себя своими заскоками правильности. — Хорошо, — медленно проговорил он и ещё раз повторил, — хорошо. Мы будем на месте в десять вечера по местному времени, а размещение началось ещё утром. Конечно, все лучшие места заняты местными. Но последний портал откроется в десять тридцать, а это значит, мы — почти последние. Как вы думаете, где мы сможем поставить палатку? — В худшем месте из возможных. — Вот именно, — Джеймс отвернулся от Сириуса и впился ненавидящим взглядом в половинку шахматной доски, которая через десять минут должна была перекинуть их на другой край света — их порт-ключ. — Такова наша судьба, — провозгласил Сириус и застыл в позе смирения. — Если бы мы только могли прибыть на место раньше, — Джеймс выразительно посмотрел на Лили. — То судьба сложилась бы иначе. — Нет, — быстро ответила та. — Даже не думай! — Снова будешь отрицать, что он у тебя? Ты ведь не вернула ещё маховик? Экзамены позади, и после всех трудностей у тебя есть право немного попользоваться им в своих интересах? — Джеймс пристально смотрел в глаза Лили и говорил серьёзно, потому что сейчас ему в самом деле было не до шуток. Он слышал разговор между Лили и Диппетом, так что знал наверняка — под каким-то предлогом сдать этот уникальный предмет ей предстояло только на следующей неделе. — Послушай, это действительно очень важно. Мы честно никому не скажем, молчали же столько времени! Это только несколько часов, промотаем назад и всё, пустяки! Сириус с интересом наблюдал за его незамысловатыми попытками красноречия. — Давай используем научный подход, — продолжал Джеймс. — Поставим эксперимент. Что будет, если одновременно переместиться и в пространстве и во времени? Если ничего не получится, я отстану. — А если порт-ключ не сработает? Он же настроен на определённое время, — Лили смотрела на него с подозрением, но было видно, что идея ей интересна. — Тогда ты рискуешь остаться вообще без Чемпионата. — Риск того стоит, — заявил Джеймс. — Да ну? — хохотнул Сириус. — Лил, перенесёмся всего на шесть часов назад, ты же делала такое много раз, — времени оставалось всё меньше, и Джеймс боялся, что не успеет уговорить ее. Всегда успевал, а именно сейчас — не успеет. — Но не с порт-ключом же! — Лили растерянно смотрела на Сириуса, но тот не отрывал глаз от часов, словно считая секунды до перемещения. — Запусти маховик, когда порт-ключ уже сработает, он же не выплюнет нас обратно, — Джеймс не имел ни малейшего понятия, как именно работают маховики времени и говорил наугад. — Одна минута, — торжественно провозгласил Сириус. — Лил, решайся! — Но… если кто-нибудь узнает… — То что, тебя выгонят из школы? Мы уже закончили её, экзамены сдали. Да и не узнает никто! — Десять… девять… — Встаньте ближе! Лили вытащила из-за пазухи круглый маховик на тонкой длинной цепочке и надела на них. Прохладный металл касался шеи Джеймса, а ухо обдавало теплым дыханием Сириуса. — Пять… четыре… приседаем!... два… Они присели к земле и коснулись шахматной доски, и в тот же миг их резко дёрнуло вверх, крутануло и понесло сквозь рыхлую серую пелену. Джеймс повернул голову и увидел, как сосредоточенно Лили вращает оси маховика времени, пока их не дёрнуло влево, и всё не закрутилось перед глазами с бешеной скоростью. Их вышвырнуло в холодную ночь. Падение замедлилось, и Джеймс ощутил под ногами жёсткую, словно чуть подмороженную, землю. Воздух был густым, тёмным и имел кисловатый привкус. С буро-коричневого неба падали полупрозрачные хлопья, которые можно было бы принять за снег или за пепел, но почти сразу стало понятно, что это не то и не другое. Вокруг был лес. Никаких признаков приближающегося Чемпионата по квиддичу. Никаких признаков ясного летнего утра. Всё явно пошло не по плану. — Мерлин... — прошептал Сириус в ухо Джеймсу, и он дёрнулся от неожиданности. — Не шевелитесь, — предупрежающе сказала Лили, побелевшими от напряжения пальцами сжимая маховик. — Я зафиксирую время. Холодный ветер принёс новые хлопья, которые почему-то не падали на землю, а продолжали кружиться в воздухе. — Всё. Лили сняла с них цепочку, и Джеймс отвернулся в сторону, оказавшись лицом к лицу с Сириусом и почти коснувшись его носом. — Эксперимент не удался, — заявил тот, отступая назад и глядя прямо ему в глаза. — Похоже, мы здорово промахнулись. — Он выскользнул у меня из рук, — дрожащим голосом произнесла Лили. — Слишком много оборотов, я не смогу рассчитать правильно. Нужно узнать точное время. И дату. — Но хоть с местом, похоже, не промахнулись, — Сириус махнул рукой в сторону, где деревья редели и виднелось какое-то поле. — Идём, найдём кого-нибудь и спросим. Он зажёг люмос, но тот вспыхнул так ярко, что Джеймс зажмурился. — Эй, полегче. — Люмос минима, — Сириус с удивлением смотрел на широкий шар бледно-красного цвета. — Что-то магия здесь работает совсем не так, как нужно. И в горле першит. У вас тоже? — Словно съел прокисшие глаза муроската, — ответил Джеймс, настороженно вглядываясь в чащу за спиной Лили Деревья были затянуты бурыми лианами, с которых капала на землю какая-то слизь. — Точнее, словно ем их прямо сейчас. Шутка не удалась — Лили сосредоточенно разглядывала маховик, и по её мрачному лицу можно было судить о том, насколько она зла на Джеймса, а также о том, что она считает неприятности слишком серьёзными, чтобы начать читать нотации о глупости эксперимента. Они двинулись в сторону просвета и вскоре вышли на асфальтовую дорогу. — Чемпионат обычно устраивается в отдалённых местах, встретить здесь кого-либо маловероятно, — сухо сказала Лили, и Джеймс понял, что его предположения по поводу её настроения верны. Дышать становилось всё труднее. Холод пронизывал насквозь — они всё ещё были одеты по-летнему. Сердце билось часто — то ли от волнения, то ли от недостатка воздуха. Уши словно заложило ватой, а мышцы стягивало колкое напряжение. Три “люмоса” горели ярко, но их свет вырывал из темноты совсем крошечные участки дороги. — Нам стоит прибавить шагу, — Сириус обернулся назад, а потом посмотрел на Джеймса. — Что-то не нравится мне это место. В лесу слева что-то громко хрустнуло. — Пожалуй, ты прав, — Лили ускорилась, и вскоре они втроём побежали вперёд что есть духу. У Джеймса в руках была волшебная палочка, но впервые в жизни он ощущал себя так уязвимо. Хлопья жгли кожу, несильно, но ощутимо, и боль медленно нарастала, словно проникая внутрь, в мышцы, до самых костей. Слева между деревьями то и дело мелькала чёрная тень, и Джеймс понятия не имел, что это такое, но был уверен — спрашивать точную дату у тени не стоит. — Там какие-то дома, — Лили указала вперёд, где посреди пустыря одиноко возвышалось двухэтажное маггловское здание, а за ним — пара жилых домов. С домом явно было что-то не так. Прозрачных мерцающих хлопьев в воздухе стало меньше, но горьковато-кислый привкус усилился, и стал похож на… — Кровь, — Сириус сплюнул на землю. — Тут будто кровь в воздухе. — Там люди! — Лили бросилась вперёд, но за пару шагов до крыльца замерла. Джеймс уже понял — всё странное, что здесь происходит, не сулит им ничего хорошего. Он взял Лили за плечи, отворачивая её в сторону и кивнул Сириусу. Люди, лежавшие на ступенях здания, были мертвы. От их лиц в воздух поднимались мелкие капли крови. — У этого есть часы. С датой. Снять? — послышался сдавленный голос Сириуса. — Снимай. — Ого, тут 1983 год. Похоже, мы в будущем, Сохатый, — медленно проговорил Сириус. — Так себе будущее, я тебе скажу. Джеймса била дрожь, а Лили на удивление долго сохраняла спокойствие, высчитывая точное и бесконечно огромное количество оборотов для маховика времени. Сейчас Джеймс был рад, что она прошла курс по арифмантике. Они снова стояли вплотную, стянутые тонкой цепочкой маховика, и Лили крутила обороты, считая вслух. — Там, — одними губами произнёс Сириус, ловя взгляд Джеймса и переводя его на здание. Одна из стен деформировалась, и из её центра полезли тонкие красные щупальца, образуя воронку. Она становилась всё больше и больше и стала похожа на огромный, сочащийся слизью рот. Лили громко считала обороты, закрыв глаза. Джеймс смотрел и смотрел, не в силах пошевелиться — казалось, скоро всё пространство будет втянуто в эту омерзительную гигантскую дыру. Его по-прежнему била дрожь, когда на плечо вдруг легла тёплая рука Сириуса. — Она досчитает, она молодец, справится, — шепнул тот ему в ухо. — Не паникуй, спокойно. Скоро мы уберёмся отсюда. Сердце билось быстро-быстро, как пойманный в ладони карликовый пикси. Их закружило в вихре золотистых искр, время стремительно понеслось назад, а потом остановилось, замерев на несколько бесконечных мгновений. Сириус убрал руку, а его чуть насмешливый взгляд говорил: "И не в такие переделки попадали, Сохатый, всё нормально". Вокруг были высокие трибуны, с которых играли попеременно гимны стран, представлявших квиддичные команды. Солнце ярко светило с почти безоблачного синего неба. И совершенно внезапно Джеймс подумал, что всегда сможет доверять Сириусу. В любой ситуации, даже если от того будет зависит его жизнь и жизнь Лили. Он доверил бы Сириусу всё на свете. Вообще всё. Даже если и были погрешности в результате сегодняшнего эксперимента, это осознание того стоило.