Часть 1

— Зачем их считать? Тупая идея. — уголки её губ слегка приподнялись,когда рука легла на плечо друга,призывая остановиться.— Персонал по-любому нам скоро всё скажет. Идея и правда была не из лучших,что Нам гю категорически не хотелось признавать. Попытка подвластить Мин су обернулась очередными насмешками и стёбом в его сторону. — Слушай,рот свой закрыла. — он обернулся,прожигая её колким взглядом. — Тебя вообще никто не спрашивал. — Так сильно задели мои слова? — Се ми поправила колечко на нижней губе и наклонилась к нему ближе. — Только не заплачь прямо здесь. — Чёртова сука. — парень буквально подпрыгнул на ноги,хватая её за тонкое запястье. Язвительная улыбка не сходила с её лица,что не на шутку раздражало Нам гю. Хотелось преподать этой девчонке такой урок,чтобы она запомнила его на всю оставшуюся жизнь и больше не смела перечить ему. — Я смотрю,ты слишком смелая стала. — он присел на корточкипрямо перед ней,почёсывая затылок. — С чего бы мне тебя боятся? — Се ми выставила перед его лицом тыльную сторону ладони,поочерёдно загибая каждый палец кроме среднего. — Без наркоты ты никто. Обыкновенный трус,не более. Тяжелая, гнетущая атмосфера висела в воздухе, пока они обменивались язвительными репликами. Их слова, словно отточенные лезвия, впивались друг в друга, оставляя невидимые, но ощутимые раны. Вся команда замерла, напряженно наблюдая за этим агрессивным диалогом, но ни у кого не хватало желания или смелости вмешаться Глаза присутствующих метались между спорщиками.Казалось, еще мгновение — и слова перерастут в нечто большее: в хриплые крики,которые тут же привлекут к себе достаточно внимания, а может, и в отчаянную драку. Но пока что оба сдерживались, хотя напряжение между ними накалялось с каждой секундой. Су бон,Мин су и Ген су, сидевшие поодаль, молча следили за происходящим. Их позы были расслабленными, но в глазах читалась настороженность — они понимали, что в любой момент ситуация может выйти из-под контроля. Эти двое, казалось, ненавидели друг друга всей душой, и если бы не остатки самоконтроля — они бы уже бросились в схватку, не думая о последствиях. Никто не шевелился, не делал попыток их разнять. Все будто завороженно ждали, чем закончится этот спектакль — словом, ударом или же внезапным премирием,что было практически невозможно. — Стерва. — Нам гю схватил её за кофту,резко притягивая чужое тело к своему. Из лица оказались в нескольких миллиметрах друг от друга,что не мешало им прожигать дыру в глазах врага. Се ми поддалась вперед,толкая его в плечо. Не сильно, будто это было только предупреждение. — Отойдём,нужно поговорить наедине.— вымолвил он,оглядываясь на подслушивающих парней. Обвивая тонкое запястье,тянет её за собой,заставляя приподняться и поплестись следом. Нам гю, сжав руку девушки, почти волоком тащил ее за собой. Его пальцы впивались в ее кожу, оставляя красные полосы, но она не кричала — лишь стиснула зубы, пытаясь вырваться, однако его хватка была железной. — Пусти! — прошипела Се ми, но он даже не обернулся. Его лицо было напряжено, челюсть сжата, а взгляд устремлен вперед — будто он не видел ничего вокруг. Шаги его были резкими, почти грубыми, и девушка спотыкалась, едва успевая за его движениями. Проходящие мимо игроки шарахались в стороны, бросая недоуменные взгляды, но никто не решался вмешаться. — Ради чего ты постоянно огрызаешься и пытаешься унизить меня? — прорычал он,в его голосе смешались злость и что-то еще. — Это не унижение,это констатация фактов. Если правда режет — то это уже твои проблемы. — выкрикнула она, но голос дрогнул. — Сучка. — Нам гю толкает её в стену возле туалета,та сильно ударяется плечом и пошатывается. — Как тебе только хватает ума разговаривать так с малознакомыми людьми. Тяжёлый удар ногой впивается ей в живот — резкий, точный, с характерным глухим хлюпом. Её тело сгибается пополам,и на секунду кажется, что она вот-вот рухнет на пол. Но вместо этого она лишь судорожно хватается за живот, пальцы впиваются в собственную кожу, будто пытаясь удержать внутри разлитую боль. Из её горла вырывается тихий, прерывистый стон — не крик, не вопль, а что-то жалкое, похожее на скулёж побитой дворняги. Такой звук мог бы разжалобить кого угодно. Но не его. Парень наклоняется, хватает её за подбородок и грубо приподнимает лицо. Их взгляды встречаются. В её глазах видна капелька боли, страха и,кажется,обиды. Да, именно обиды. Как будто где-то в глубине она всё ещё надеется,что он одумается, что это какая-то ошибка, и он не хотел причинять ей боль. Уголок его рта дёргается в кривой усмешке. «Ну что, поняла теперь, кто здесь главный?»— он не произносит это вслух, но Се ми читает это в его ледяном взгляде. Её губы дрожат, но слов нет — только короткие, прерывистые вдохи, будто она забыла, как дышать полной грудью. Когда он отпускает её лицо,она тут же съёживается, инстинктивно прикрывая голову руками. Будто ждёт нового удара.Но он лишь отходит на шаг, всё так же ухмыляясь. — Что, кончились слова? — её голос звучит хрипло, но в нем та же ядовитая дерзость, что и раньше. Только теперь к ней примешивается легкая дрожь, которую она отчаянно пытается скрыть. — Или просто понял, что кроме силы у тебя ничего нет? Уголок его рта дергается. Не улыбка – скорее нервный тик, непроизвольная реакция на эту наглость. Как она смеет? Сейчас, когда она должна валяться в ногах, молить о пощаде, она продолжает бросать ему вызов? — Ты...— он делает шаг вперед, и тень от его фигуры накрывает ее полностью. – совершенно не умеешь вовремя заткнуться, правда? — Ублюдок. — Се ми пытается ровно встать на дрожащие ноги,но не успевает: Нам гю перехватывает её руку,сжимая насколько крепко,что кожа начинает белеть. — Не строй из себя жертву. Его пальцы впиваются в её подбородок — не просто касаются а сжимают с неимоверной силой.Он принудительно поднимает её лицо, заставляя встретиться взглядом.Первые слёзы только наполняют глаза девушки,делая их блестящими почти стеклянными. Но он приглядывается: это не те драматичные слёзы,что обычно льются в истерике. Эти слёзы — другие. Такие медленные и упрямые. Как будто само её тело сопротивляется,не желая давать ему такого удовлетворения.Её зрачки расширены и в них отражается его лицо — искажённное гневом. Его рука внезапно впивается в ее запястье, пальцы смыкаются в стальное кольцо, и прежде чем Се ми успевает вскрикнуть, он резко дергает ее к себе — на этот раз с такой силой, что она спотыкается, едва не падая вперед. Нам гю не оставляет ни секунды на сопротивление, разворачивает к двери и буквально вталкивает её в мужской туалет. Дверь с грохотом распахивается, ударяясь о стену, и тут же захлопывается за ними. Внутри пахнет сыростью и чем-то резким, металлическим. Лампы мерцают, отбрасывая резкие тени на стены. Девушка отпрянула к раковине, дыхание сбивчивое, глаза широко раскрыты. В отражении грязного зеркала мелькнуло ее бледное лицо — испуганное, но злое. Парень не дает ей шанса осмотреться — силой ведет к кабинке, распахивает дверцу и толкает внутрь. Она ударяется спиной о холодную стену, и в тот же миг раздается щелчок замка — теперь они заперты, отрезаны от остального мира. Отшвырнув Се ми вперед, он на мгновение отпускает руку, но тут же перегрождает выход, словно опасаясь, что она рванет к двери. Его дыхание горячее, прерывистое. Он прижимается к ней всем телом, одной рукой фиксируя ее запястье над головой, а другой — грубо приподнимая ее подбородок. — Ты сама этого добивалась. — его голос хриплый, низкий, будто сквозь зубы. И прежде чем она успевает что-то ответить, его ладонь со всей силы обрушивается на ее щеку. Громкий, звонкий хлопок. Ее голова резко отворачивается в сторону, волосы рассыпаются по лицу. На мгновение в ушах звенит, а по щеке растекается жгучая боль. Она даже не успевает пискнуть — только закусывает губу, чувствуя, как кожа под пальцами тут же начинает пылать. Нам гю не отпускает ее. Напротив — прижимает еще сильнее, так что ребра больно упираются в его тело. Его взгляд скользит по ее лицу и останавливается на алом отпечатке ладони, проступающем на бледной коже. — Теперь поняла? — его шепот звучит почти ласково, но в нем нет ни капли тепла. Се ми не отвечает. Только сжимает зубы, но в глазах — не страх.Ее голос звучит неожиданно спокойно, почти отстранённо, будто она не здесь, а где-то далеко наблюдает за этой ситуацией со стороны: — Ты под наркотой? Вопрос повисает в воздухе, резкий и нелепый, но в то же время — совершенно логичный. Она сама не понимает зачем спросила,ведь в глубине души уже знала ответ. Нам гю замирает. Его пальцы, только что впивающиеся в её руку, слегка разжимаются. Глаза, мутные от злости секунду назад, теперь мельком выдают замешательство. Он медленно кивает, один раз, будто нехотя признавая то, что и так очевидно. — Как я и думала.— её губы растягиваются в кривой улыбке. Не радостной — скорее, горькой, почти жалкой. — Какого хуя.. — он хрипит, голос срывается, будто слова застревают где-то в горле. Но она уже прижимается ближе, настолько, что он чувствует её дыхание на своей коже. И снова смеётся — коротко, резко, без веселья. — Ты что творишь? — Нам гю пытается звучать угрожающе, но получается это ужасно. Се ми не отвечает. Просто смотрит ему в глаза — и в её взгляде нет ни страха, ни злости. Только некое разочарование. И это,почему-то, бьёт его сильнее любой пощёчины. Её губы находят его внезапно, без предупреждения - не поцелуй, а захват.Она ведёт себя агрессивно, но в этом есть что-то отчаянное, словно пытаясь через эту близость выплеснуть всю накопившуюся боль. Её зубы слегка задевают его нижнюю губу - не настолько, чтобы оставить рану, но достаточно, чтобы он почувствовал лёгкую боль. Парень издаёт тихий звук, нечто среднее между стоном и протестом, но не отстраняется. Напротив, его руки сжимают её талию крепче, будто в этом противостоянии они нашли какой-то извращённый способ коммуникации. Но в этой странной игре оба получают то, что хотели, даже если не осмелились бы признаться в этом вслух. Язык проникает в чужой рот,постепенно изучая его. Се ми кладёт свои руки ему на плечи,сминает их.Это был далеко не первый её поцелуй,но он отличался от всех предыдущих.Такой стремительный и необычный — как вспышка,оставляющая после себя ту же дерзкую ухмылку. Они отстранились друг от друга, и воздух между ними внезапно стал густым.Её грудь тяжело вздымалась, пальцы машинально полезли к затылку — этот нервный жест, будто пыталась почесать не кожу, а собственные мысли. Нам гю так и стоял, ссутулившись, глаза прикованы к трещине в полу, будто там была написана вся правда о его настоящих чувствах.Только дыхание, неровное и хриплое, выдавало, что эта пауза - не конец, а зловещее затишье перед сильнейшей бурей. — И что это было,а,Се ми? — он наклонился ближе, искажая лицо в кривой усмешке и ассиметрично выгибая брови. — То огрызаешься, то лезешь целоваться. Решила поиграть со мной? Он лишь молча поднял глаза на её ладонь, прилипшую к его плечу. Девушка отпрянула так резко, что спиной стукнулась о стену, и тут же уткнулась лицом в собственные рряди волос,но было слишком поздно, чтобы скрыть предательский румянец, уже заливший шею и уши. — Се ми,посмотри на меня. — он наклоняет голову на бок,пытается перехватить её внимание. И она смотрит. Взглядом,который ощущется как лезвие,вонзающееся между бёдер.Хочет что-то сказать,но лишь слабо шевелит губами и хватает ртом воздух.Нам гю шмыгает носом,проводит большим пальцем по её щеке. Она прижимает его лицо к своему,врезается в пухлые губы и берёт то,чего ей так не хватало. Парень намертво хватает ее за волосы,не даёт остраниться.Поцелуй выходит агрессивным,будто это — акт вечной ненависти,в который вложена буря эмоций. Его жёсткие губы не ласкают,а захватывают,давят. Язык вторгается глубоко,почти подавливая,оставляет мало простора для ответного движения. Нам гю придвигается ближе,носы сталкиваются и он на секунду распахивает глаза.Берёт её за шею,чуть запрокидывает голову вверх и кусает в шею.На месте укуса сразу возникает фиолетовый след,как напоминание о грехах.Се ми прерывисто дышит,упираясь руками в мужскую грудь. Парень притягивает её за поясницу,пальцы впиваются в бедро.Кусает в подбородок и слышит трепетный вздох. Она вздрагивает,но не отстраняется — не хочет.Её глаза горели,а в груди слишком громко колотилось сердце. На миг в его глазах мелькнуло что-то дикое и ужасающее,почти звериное,прежде чем он хрипло прошептал ей на ухо: — Чёртова стерва. — Се ми усмехается,облизывает губы и кладёт руку на его щёку. — Что, уже вымотался? — её голос звучит всё так же язвительно.Мерзкая, довольная улыбка не покидает её губ, даже когда пальцы скользят к молнии на его кофте, намеренно замедленно, растягивая момент. — Тогда перейдём к более важному этапу. Но прежде чем девушкауспевает дёрнуть за змейку, его рука молниеносно перехватывает её запястье, сжимая с такой силой, что в её глазах на миг мелькает испуг. Он прижимает её ладонь к стене, а вторую ловит на лету, закручивая ей за спину. — Не так быстро.— его голос низкий, с лёгким придыханием, будто он едва сдерживает себя. Он заводит её руки над головой, прижимая её тело к себе так, что между ними не остаётся ни миллиметра свободного пространства. Его горячее дыхание обжигает её кожу, когда он наклоняется к самому уху и произносит тихо, но чётко: — Ты первая. В его словах чувствуется откровенно желание,и она понимает, что теперь игра пойдёт по его правилам. Его пальцы скользят по тонкой талии,Нам гю хватается за кофту и расстегивает молнию.Та мягко соскальзывает и падает на холодный пол.Теперь перед ним только тонкая футболка,облегающая её формы.Пальцы трогают рёбра,прикасаются к ним,будто проверяя,реально ли происходящее. Он начинает медленно стягивать ткань футболки через вверх,но на мгновение останавливается,словно даёт ей время чтобы подумать,но Се ми только слегка выгибается и тяжело выдыхает.Футболка поднимается, оголяя живот,затем грудь — и вот она уже слетает через голову,оставляя девушку в одних штанах и провечивающемся лифе. — Это ещё что такое? Нам Гю прищурился, его взгляд скользнул вниз, к двум некрупным, но отчётливым точкам, проступающим сквозь ткань бюстгалтера. В его глазах мелькнуло что-то между недоумением и саркастическим интересом. — А ты как думаешь? — она фыркнула, но его лицо оставалось хмурым.Парень протянул руку, грубовато прижав ладонь к её груди, пальцы сжали ткань, прощупывая форму. — Ты будто впервые женскую грудь видишь. — Не впервые.— его голос прозвучал сухо, но в нём слышалось лёгкое напряжение. Он провёл подушечкой большого пальца по одному из твёрдых шариков, и Се Ми резко дёрнулась, губы её непроизвольно дрогнули. — Можно снять? — спросил Нам гю, уже не скрывая намёка в голосе. Его пальцы замерли у косточек лифчика, готовые в любой момент перейти к застёжке. Он сам не знал зачем задал этот никому не нужный вопрос. Девушка только посмеялась и закатила глаза.Парень заводит руки за её спину и расстегивает бюстгалтер.Его дыхание становится глубже,когда элемент одежды с шорохом падает вниз.Нам гю останавливает взгляд на проколотых сосках и ухмыляется.Металл холодно блестнул на свете,когда он проводит пальцем по украшению,проверяя её реакцию. Се ми легко вздрагивает и смотрит на собственную грудь,которую уже во всю изучают чужие руки. Одна рука хватает грудь,грубо сжимает,а вторая придерживает её за талию,пока он переводит взгляд на лицо девушки. — Они очень даже ничего. — его губы расплываются в иронической улыбке,он покачивает тёплую грудь в ладонях. — Жаль,что твой характер не соответствует внешности. — Зато у тебя ни то, ни другое не тянет на «очень даже ничего».— Нам гю раздражённо трёт сосок меж двух пальцев,слышит тяжёлый стон. — Зато у меня хватает сноровки, чтобы даже «ни то, ни другое» доводило тебя до тяжёлого стона. Он лениво, подается вперед, заставляя пространство между ними сжаться до горячего, едва ощутимого промежутка. Его дыхание, ровное и чуть учащенное, смешивается с ее, а взгляд скользит по ее чертам с неспешной, почти бесстыдной уверенностью. В уголках его рта играет едва уловимая усмешка – не насмешка, нет, а что-то более опасное. И самое противное – она чувствует, как предательское тепло разливается под кожей, будто он уже коснулся ее, хотя между ними все еще остается эта проклятая, невыносимая щель в пару сантиметров. Нам гю снова даёт ей почувствовать своё дыхание,горячее,скорее даже раскалённое,но не врезается в её губы. Вместо этого — проводит кончиком пальца под губами,приподнимая её лицо чуть выше, будто бросая вызов. — Сказать нечего,Се ми? — между ними висит напряжение,пока он наслаждается каждым её сбившимся вздохом. Ответа не последовало. Его пальцы вновь скользят по её груди — сначала просто очерчивая окружность,едва касаясь,наблюдая за тем как кожа отзывается мурашками. Потом подушечка большого пальца медленно, почти небрежно,проводит по самому чувствительному месту — вокруг соска. Когда она уже ждёт нажима, Нам гю лишь слегка задевает его ногтем, дразняще, и тут же смягчает прикосновение, разглаживая пальцами уплотнившуюся кожу. Се ми хватает его за руку,заставляет посмотреть на себя,и будто шепчет взглядом: «не тяни». Нам гю присаживается на корточки,одну руку кладёт ей на талию,другую — на бедро.Смотрит на неё снизу вверх и цепляется за резинку спортивных штанов.Стаскивает их до изгиба ягодиц,ощущает по ладонью дрожь мышщ.Ткань с шорохом соскальзывает на пол,пока он проводит по внутренней стороне бедра,прежде чем освободить её от последней преграды. — Сама снимешь или это сделать мне? — он гладит её фигуру,как бы случайно задевая ткань белых трусов,словно успокаивает перед предстоящим актом. — Сделать тебе?— она останавливает его руку, смотрит свысока. — Ты точно справишься? — Се ми пронзает его насмешливым взглядом и отодвигается в сторону. Нам гю пригибается,обжигает её живот своим дыханием,когда зубы осторожно впиваются в тонкую ткань.Эластичный материал натягивается,обнажая кожу и соскальзывает вниз.Медленно,с провокационной небрежностью.По пути его губы слегка касаются её бедра,а когда трусы окончательно падают на пол,он глумиво приподнимает взгляд,задерживаясь на её дрожащих ногах. — Ну? Что теперь скажешь? — его голос звучит низко, пока он наблюдает, как по ее щекам разливается предательский румянец. Се Ми резко запрокидывает голову, дрожь в веках выдает ее. — Ты слишком чувствительная, стерва. Слова падают тяжело, как удар по лицу, но вместо того, чтобы сжаться, она резко выпрямляется. Пальцы с холодной точностью поправляют пирсинг на носу, губы сжимаются в тонкую, презрительную линию. — Ты ошибаешься, ублюдок.— глаза горят, в них — не смущение, а яростный, почти хищный блеск.Девушка намеренно тянет паузу, прежде чем добавить, четко артикулируя каждое слово: — Я никогда не кончаю с первого раза. И это уже не просто вызов — это обещание. Что бы он ни пытался сделать, она не сломается. Не так легко. — У тебя голос дрожит,когда ты врёшь. Она не отвечает,и тогда он касается половых губ. Дыхание становится прерывность,между ног чувствуется влажность,он,наконец,касается самой нежной точки.Лёгкие,едва уловимые движения подушечками пальцев — сначала вокруг,потом чуть сильнее,на грани раздражения.Он продвигался всё ближе,пока не добрался до клитора. Нам гю прислушивался к каждому её вздоху, постоянно меняя давление и скорость: то нежные поглаживания, то более уверенные и грубые круговые движения. Иногда пальцы уходили ниже, скользя вдоль влагалища,ощущая, как оно пульсирует в такт её желанию, но затем возвращались,продолжали массировать самое чувствительное место. С её уст срывались тихие стоны,а тело выгибалось.Парень чувствовал,как её мышцы всё больше напрягаются,готовятся к кульминации. Он замедлился,стараясь растянуть момент ещё ненадолго и продлить наслаждение,заставляя её стонать от нетерпения и вжиматься в стену кабинки,а затем снова ускорялся,доводя её до пика. — Нам гю! — голос рвётся внезапно, резко, будто сорвавшийся с цепи звук в тишине. Громко, почти болезненно, как будто она не просто зовёт его, а пытается вырвать что-то из себя. Глаза мгновенно жмурятся — не от страха, нет, а от этого внезапного удара ощущений, от волны, которая накрывает её с такой силой, что веки предательски смыкаются сами собой. В уголках глаз дрожит что-то влажное.Может,это вспышка раздражения,а может,та самая чувствительность, в которой он её недавно обвинил. Но даже сейчас, даже сжав веки, она не откидывается назад,не сдаётся — губы Се ми приоткрыты, дыхание сбивчивое, а пальцы впиваются в его руку, будто пытаясь удержаться на краю. И где-то в этом мгновении — между её криком и тем, как её тело предательски выдаёт её — есть что-то невыносимо личное. Что-то, что заставляет её ненавидеть себя за этот вырвавшийся звук. Но он-то его уже услышал. Когда сил сдерживаться совсем не остаётся,её тело вздрагивает,волна удовольствия накрыла её с головой.Нам гю не останавливается,помогает ей пройти через сладостную бурю,пока последние судороги не сменяются блаженной раслабленностью и она облегчённо опирается о стену,восстановливая сбитое дыхание. Тело всё ещё трепетало от спазмов,будто по коже пробегали тёплые искры.Мышцы,только что напряжённые от наслаждения,теперь мягкие и расслабленные.Между ног ещё чувствовалось лёгкое покалывание,как отголоски только что перёжитого экстаза. — Это всё,на что ты способна? — поднимается на ноги и хватает её за шею,оставляя на ней укус. — Не надо было врать,сучка. — Я не врала. — она придвигается ближе,кусает его нижнюю губу. — Разве не ты пару минут назад стонала моё имя? — Нам гю смеётся и резко поднимает руку,пальцы смыкаются на её подбородке.— Рот у тебя дерзкий, но тело предало. — Моё тело просто решило сделать вид, что ты не зря старался. — Се ми возмущённо убирает его руку со своего лица. — Жаль, это было ошибкой. — Значит притворялась? — они оба знали,что это не так,но девушка не готова была это признавать. — Тогда сейчас ты закричишь по-настоящему. Нам гю дерзко притягивает её к себе, одной рукой сжимая её шею — не чтобы задушить, а чтобы почувствовать, как её пульс учащается под пальцами. Его губы грубо прижимаются к её рту, язык настойчиво требует доступа, игнорируя её слабые попытки отстраниться. Он не целует — он забирает, оставляя ей лишь возможность задыхаться в этом поцелуе. Его зубы впиваются в её нижнюю губу, заставляя её вскрикнуть, но звук теряется в его рту. Пока она пытается отдышаться, он переключается на её шею — влажные, жадные поцелуи, переходящие в укусы. Он специально оставляет засосы, помечая её, зная, что завтра она будет пытаться скрыть их от презрительных взглядов. Его свободная рука грубо сжимает её грудь, пальцы находят сосок и крутят его, надавливая на пирсинг. Затем резкий шлепок по ягодицам — не игривый,заставляющий её тело напрячься. — Ты ещё пожалеешь,что назвала это ошибкой. — его голос хриплый, губы скользят к её уху, прежде чем он снова захватывает её рот в поцелуе, уже чувствуя, как её тело предательски отвечает ему. — Прекрати болтать и займись делом. — грубо бормочет она,затыкая его новым поцелуем. Се ми вцепляется пальцами в его волосы, с лёгкой жестокостью оттягивая голову назад, чтобы контролировать глубину поцелуя. Её ногти слегка впиваются в кожу его затылка — не больно, но достаточно, чтобы он почувствовал её власть. Одновременно её другая рука скользит вниз, цепкими пальцами сжимая его шею.Большой палец проводит по кадыку, заставляя его сглотнуть, прежде чем она опускает ладонь ниже, к груди. Девушка расстёгивает его кофту одним резким движением,вслед за ней,снимает с него футболку. Её ладонь прижимается к обнажённой грудной клетке, чувствуя, как его сердце бешено колотится. Кончики пальцев скользят вниз, к прессу, задерживаясь на каждом рельефном изгибе, будто проверяя его на прочность.Внезапно её рука резко опускается ниже, грубо хватаясь за резинку спортивных штанов и притягивая его бёдра к себе. — Вот видишь.— она прерывает поцелуй, её губы растягиваются в вызывающей улыбке. — Я могу быть грубее тебя. — Говоришь это так, будто я позволю тебе выиграть.— шепчет он. — Смешно, ты вообще понимаешь,что уже проигрываешь? — Се ми расплывается в улыбке. — Проигрываю? — хрипло смеётся,впиваясь пальцами в её талию — Давай проверим, кто первым сломается. Он резко перехватывает её запястья, скручивая за спину одним движением, и толкает вперёд — её грудь с силой прижимается стене, а бёдра приподнимаются против её воли. Девушка пытается вырваться, оттолкнуться локтями, но его колено уже впивается между её ног, грубо раздвигая их шире. — Дергайся сильнее,всё равно уже никуда не денешься. — его голос низкий и сиплый, губы прижимаются к её уху, пока ладонь скользит вниз по животу, сжимая её талию так, чтобы она почувствовала каждый его вдох у себя за спиной. Её попытка отстраниться только усиливает его хватку — он шлёпает её по бедру со звонким хлопком, заставляя вздрогнуть. — Ты хотела играть в полную силу? Вот и получай. Его пальцы впиваются в её кожу, оставляя красные отметины, а свободная рука грубо подтягивает бёдра Се ми выше, лишая опоры. Она пытается упереться, но её спина уже выгнута под нужным ему углом — беспомощно, без шансов на побег. Нам гю толкает штаны вниз,вместе с нижним бельём. Её ответ тонет в стоне, когда он снова берёт своё — уже медленнее с издевательской нежностьюм заставляя каждый мускул её тела дрожать в ожидании.Он медленно вставляет член,слышит скулёж.A потом — резкий толчок, и её крик обрывается его ладонью на губах — Тише. Тебе ведь нравится? — парень наклоняется ближе,заправляет прядь волос за ухо. — Какой ты внимательный.Убери руку — я хочу, чтобы все услышали, как ты меня трахаешь. — Извини,совсем забыл, что ты обожаешь публичные унижения. — он убирает руку,но тут же хватает её за шею,откидывая голову назад.— Кричи сколько влезет,только потом не жалуйся. — И не подумаю. Нам гю приподнимает её за талию,меняя угол,и входит ещё глубже,заставляя Се ми вскрикнуть.Её тело дрожит,но он не даёт времени для передышки — ритм жёсткий, как удар кулаком, каждый толчок заставляет её вздрагивать.Слышно, как влажно хлопают тела, как её дыхание срывается на каждом движении. Парень одной рукой опускается ниже,наощуп находит клитор и начинает массировать.Стоны усиливаются с каждой секундой,она выгибается в спине,уже сама насаживается на член и умоляет о большем. — Пожалуйста,Нам гю. Он чувствует, как её тело начинает сдаваться — мышцы живота напрягаются, дыхание сбивается, пальцы впиваются в стену. Но вместо того, чтобы дать ей кончить, он замедляется, вынимая почти полностью, наслаждаясь её стоном разочарования. — Ты что, уже? — его голос насмешливо гудит, губы липнут к уху. — Так быстро? А я только разогреваюсь... И тогда он вгоняет в неё резко, до самого основания, заставляя её выгнуться.Темп нарастает — сначала мощные, размашистые толчки,потом всё жёстче, быстрее,так,что кабинка начинает расшатываться и поскрипывать. — Ну давай, попроси...Скажи, как тебе это нравится. — он шлёпает её по бедру, оставляя красный след. Она что-то бормочет, но он нарочно ускоряется ещё сильнее, перекрывая её слова стуком тел друг о друга. — Что? Громче! — он дразняще притормаживает, заставляя её скулить от нехватки. — Или ты не можешь говорить, когда я так глубоко? Последние толчки почти жестокие — он знает, что доводит её до края, но не даёт переступить его. И только когда её стоны становятся совсем беспомощными, он наконец позволяет ей кончить, сам следуя за ней с низким, победным рыком. — Вот видишь.А говорила, что выдержишь. — он грубо проводит пальцем по её вздрагивающему животу, усмехается. — Второй раз за сегодня кончила. —Кончила? Наверное,от мысли, что это наконец закончилось. — Се ми разворачиваться к него лицом. — Если это твой способ сказать «спасибо» — мне искренне жаль твоих прошлых партнёров. Нам гю холодно усмехается и поднимает с пола разбросанную одежду. Хватает её лифчик,берёт его двумя пальцами, как что-то редкое и забавное. Вращает перед собой, будто оценивая, затем с ухмылкой протягивает — но не отдаёт, а дразняще отдергивает руку.Вертит им перед её лицом,покручивая: —Ты уверена,что хочешь его обратно? — прячет за спину, заставляя подойти ближе. — Ладно, оставь себе, если он тебе так нужен! — фыркает она, делая шаг назад. Но как только Нам гю расслабляется - бросается вперёд,целясь в кулак, сжимающий ткань. Он ловко уворачивается,отпрыгивая в другую сторону. —Отдай, или я..— Се ми делает вид,что тянется к его торсу,но он перехватывает её руку: — Или ты что? Продолжай, мне очень интересно. — парень смеётся,губы расплываются в саркастической улыбке. — Да забирай. Но тогда я уйду без него. Представляешь, какой соблазн для других? — поднимает с пола футболку и надевает её на себя. — Помни: следующий, кто захочет снять с тебя что-то — это снова буду я. — Се ми накидывает сверху кофту,пока он пихает её белье в карман. Резкий щелчок замка разрезает тишину, и дверь кабинки с лёгким скрипом распахивается. Девушка выходит, её шаги чёткие, но в них чувствуется скрытое напряжение. Воздух в уборной,кажется, стал ещё тяжелее, пропитался запахом крови и чем-то ещё — тёплым, едва уловимым, что заставляет её ноздри слегка вздрогнуть. Она подходит к раковине, её пальцы сжимают кран до белизны в суставах. Ледяная вода хлещет с такой силой, что брызги разлетаются по зеркалу, оставляя за собой мутные дорожки. Девушка впивается ладонями в холодный фарфор, и вода стекает по её лицу. Капли задерживаются на ресницах, падают в раковину, словно слёзы. И в этот момент — тихий шаг за спиной. Се ми не видит, но чувствует его присутствие. Нам Гю стоит так близко, что его дыхание, ровное и спокойное, касается её затылка. Он не говорит ни слова, но его молчание тяжелее любого упрёка. Девушка резко выпрямляется, вода стекает с её подбородка, и прежде чем зеркало успевает показать отражение парня — она уже поворачивается к нему.Её глаза горят, губы слегка дрожат, но не от страха — от ярости. — Чуть не забыла. — ладонь взмывает в воздух и раздаётся звонкий хлопок.Удар настолько резкий, что его эхо отражается от стен. Красная полоса расцветает на его щеке, след пальцев отпечатывается на коже. Нам Гю даже не отстраняется, лишь слегка прищуривается, будто принимая этот удар как должное. — Ты серьёзно кончил внутрь? — её голос шипит, как раскалённое железо, опущенное в воду. — Тебя вообще не волнуют последствия? Тишина. Только капающая вода из недокрученного крана нарушает её. Он смотрит на неё, его взгляд не читаем,но в уголке рта — виден лёгкий изгиб, почти неуловимый. Как будто он знал, что так и будет. — Последствия — это серьёзно,ты права. — парень обходит её и направляется к соседней раковине,включает воду. — В следующий раз получишь в рот. — Вот тебе в рот! — резко брызгает ему в лицо водой из-под крана и,пока он моргает, исчезает из виду,хлопая дверью. — Стерва. — бурчит Нам гю себе под нос и выходит вслед за ней. Парень заходит в общежитие,где его встречает тихая, почти сонная атмосфера. Большинство игроков уже готовятся ко сну: кто-то лежит на кровати, уткнувшись галзами в потолок, кто-то общается с соседом, а кто-то уже натянул одеяло до подбородка, закрывая глаза. Приглушённый свет отбрасывает мягкие тени по комнате, создавая ощущение уюта и усталости после долгого дня. Он задерживает взгляд на своих товарищах, и в голове мелькает мысль: «Неужели их так долго не было?» Может быть, он ожидал, что все уже спят, или, наоборот, что команда будет ждать их возвращения. Но вместо этого — они просто сидели,будто ничего особенного не произошло. Его взгляд скользит по комнате, останавливаясь на знакомых лицах. Танос что-то оживлённо обсуждает с Мин Су — они сидят на одной из кроватей, и по жестам Таноса видно, что тема бестолковая. Может, они разбирают сегодняшний день,а может болтают о неудачной рэперской карьере друга. Мин Су слушает внимательно, иногда кивая, его лицо выражает задумчивость или лёгкое беспокойство. А вот Се Ми сидит в стороне, слегка отгородившись от остальных. Она скрестила руки на груди — жест, который говорил о лёгком раздражении. Наверное,она не в настроении после произошедшего или просто слишком устала и не хочет участвовать в разговоре. Её взгляд устремлён в пол или в стену, будто она погружена в свои мысли. В воздухе витает лёгкое напряжение — не конфликтное, но ощутимое. Только что вошедший Нам гю чувствует это и колеблется: присоединиться к нудному разговору или просто лечь спать, оставив все вопросы на завтра. Нам гю подходит к ним,останавливаясь возле лестницы. Парни удивлённо смотрят на него,ожидая каких-то действий. Он же приближается к девушке,которая сразу же отворачивается и смотрит в другую сторону,лишь бы не встречаться с ним взглядами. — Эй,Се ми. — она откликается и поворачивается к нему лицом,пока тот кидает ей в руки её же лифчик. — Кажется,ты обронила. Нам Гю подмигивает ей, а она застывает в ступоре, пытаясь скрыться от неловких взглядов со стороны команды.Она ещё отомстит ему за это.Обязательно.Но точно не сегодня.