01.

Сейчас черты его лица казались обыкновенными, непримечательными и почему-то отвращающими. Обхватив ладонями голые локти, Лэйн сидела напротив Эндрю за круглым столом на кухне. Аромат карбонары был очень аппетитным — так сказал Эндрю, но Лэйн чуть ли не тошнило. Как же она ненавидела эти спагетти! Хотелось распахнуть окно, чтобы избавиться от ненавистного запаха, но было пасмурно и влажно после прошедшего дождя, а Эндрю мёрз и жаловался на сырость. Как будто почувствовав, что его проклинают, мужчина оторвался от экрана смартфона. — Почему не ешь? — капля заинтересованности не перебила его внимания от виртуальных новостей. Ещё одна капля скатилась по стенке стакана — Лэйн следила за ними, отсчитывая периодичность их движения. Так тишина и едва слышимое тиканье раритетных часов не сводили с ума. — Сыта. Она всегда была "сыта", когда готовила макароны. Эндрю ни разу не обратил внимания на такое совпадение. Может быть, думал, что она перекусывала во время готовки и следила за фигурой. Может быть, ему было все равно. Лэйн тоже было все равно. Безразличие заморозило симпатию. Вещи уже были собраны. Вся её жизнь за последние два года уместилась в чемодан, сумку и рюкзак. С чем приехала — то и заберёт. — Ты как обычно. Хоть раз порадовала бы подобием нормальных семейных приёмов пищи. Подобие нормальных семейных отношений. Порция перед Лэйн была её вкладом в эту игру. Эндрю стоило лучше стараться. Пока что в притворстве проигрывал он. Лэйн расслабила руки и расположила их на поверхности стола. — Давай расстанемся. Эндрю замер, так и не докрутив на вилку лапшу, оторвался от экрана и недовольно поднял на неё недовольный взгляд. — Кажется, я что-то не так расслышал. Лэйн не поспешила ответить, глаза в глаза установив контакт. Она не моргала, считывая растерянность и сомнение, демонстрируя холод и безразличие. — Да, я неправильно выразилась. Эндрю облегченно откинулся на спинку стула, отбросив вилку, и она звякнула о край тарелки. Звук показался слишком громким, заставляя Лэйн поморщиться. Когда лицо мужчины приобрело выражение удовлетворения, Лэйн насмешливо нарушила паузу. — Мы расстаёмся. Раздражение рябью пробежало по лицу Эндрю и застыло комичной гримасой. Лэйн не смогла сдержать улыбку. Предсказуемо. Правильно. — Я съеду до конца недели, — спокойно продолжила она. — И куда же? — Уже не твоё дело. — А может, всё ещё моё? По-человечески поговорим и... — Эндрю. Нет больше никаких наших дел. Есть твои слипшиеся макароны. А я... — Чего? Лэйн встала из-за стола, содержимое тарелки отправилось в мусорку. — Не о чем больше говорить, — прозвучало тихо. — И был ли смысл в словах раньше? Они легли спать все так же в одну кровать, отвернувшись в разные стороны. Ливень снова зарядил и, кажется, не собирался останавливаться. Лэйн следила за гонкой дождевых капель, чьё скольжение так удачно подсвечивалось фонарём с улицы. Её фавориты этого состязания ни разу не победили. И сон не шёл совершенно. Не было чувства безопасности и комфорта. Спал ли Эндрю или тоже просто притворялся? Расстроила ли его новость или только рассердила? Переварив еду и информацию, был ли он согласен, что это закономерный исход их отношений, возможно, когда-то хороших? Воспоминания проносились немой кинолентой. Была ли Лэйн счастлива всё то время после переезда в мегаполис? Пришлось признать, что да. Сколько бы она не демонизировала своё актуальное положение, первый год в новом городе был волшебным. Дождливая осень, яркие листья деревьев, уютный старый район без широких автодорог. Вечерние прогулки под зонтом, спрятанные в карманах чужого пальто ладони. Перешедшая из интернета в небольшую кухню с теплым светом и видом на соседнюю кирпичную стену через огромное окно влюбленность. Это была свобода, которой Лэйн не могла надышаться. Это был восторг, который искрился в солнечном сплетении. Затем это стало любовью. Любовью ли? Город покорил тихую замкнутую девушку. Контраст тихой жизни в спальном районе с бурлящей энергией делового центра сначала даже оглушил. Потом Лэйн уже и не могла с точностью сказать, где ей нравилось больше — в уединённости кирпичных домиков пасмурной осенью или жарким летом в блеске солнечных лучей, отражающихся от стеклянных высоток. Лэйн перевернулась на спину, левая рука затекла и сейчас неприятно восстанавливала свою чувствительность. Взгляд украдкой метнулся вправо. Спина Эндрю была привычной. Такой же, какими стали и их отношения. Ровно тлеющий огонь — не было больше искры или щекотки в теле при мысли о нём... Эндрю пошевелился, и Лэйн испуганно отвернулась. Ошибкой было довериться и попасть в зависимость привычки. Даже если её влияние пагубно, отсутствие сразу становится ощущением нарушенности установленного порядка. Было лучше, зачем потребовалось менять. Малодушие громким шёпотом пыталось перекричать уверенность в правильности решения. И всё же оно было принято не импульсивно, преодолело несколько стадий принятий, имело опору. В конце концов, оно толкало собирать вещи — и в то же время бросить всё здесь, чтобы поскорее обрести потерянный контроль. Себя. Лэйн сильно зажмурила глаза, затем открыла, несколько раз поморгала — способ добавить сонливости был где-то вычитан — и обречённо спрятала голову под подушку. Уже всё сделано. Оставались только последствия. А встреча с ними состоится только после ночи. Принимать ответственность не хотелось. *** Стрелки на часах двигались к двенадцати, но улицы всё ещё оставались пустыми. По меркам субботы — было слишком рано, по меркам погоды — недостаточно ясно. Утренняя морось освежила воздух и загнала по домам собачников и спортсменов. А сейчас солнце несмело пыталось загладить вину, стеснительно подмигивая солнечными зайчиками, когда лучи отражались от окон зданий. Лэйн отвернулась от витрины, когда очередной блестящий выстрел проскользил по её лицу, целясь в глаза. На удивление, сегодняшним утром не раздражало совершенно ничего, поэтому она не скривила гримасу, а просто подставила щёку под тепло. Айс-американо холодил ладони, Лэйн натянул рукава лонгслива ниже и сильнее сжала пластик стакана. Попытка спрятать в конденсате холодный пот волнения от ответственности за совершённое, а за дребезгом льда о стенки тары — тревожные, шепчущие об огромной ошибке, мысли была не сказать что гениальная. Удержав тяжёлый вздох, Лэйн снова попробовала рассмотреть на улице за стеклом Анну. В этом мире кое-что оставалось неизменным. В итоге, даже загадочное сообщение мне нужно кое-что рассказать не заставило Анну не опоздать. Конечно, это не было большой проблемой: традиция их встреч в определенном месте — кофейне на первом этаже бизнес-небоскрёба — была такой же стабильной, как и сдвиг начала посиделок на десять-пятнадцать минут, а Лэйн любила рассматривать посетителей и выбранные ими напитки. Но сегодня она пришла позже оговорённого времени, однако и Анну невозможно было переиграть. Что ж, с некоторыми событиями в жизни необходимо было только смириться. Она влетела в кофейню порывом ветра, когда Лэйн высасывала последние горькие капли кофе, и плюхнулась напротив, небрежно бросив ноутбук на стол. Лэйн уложила подбородок на прохладную ткань на ладони, наконец переставая теребить стакан, и кратко ухмыльнулась. — Молчи! — неизменная себе, опередила подруга любую фразу. Она тоже знала Лэйн как облупленную, знала и то, что оправдания не нужны, но не использовать нападение вместо приветствия было не в её воинственной натуре. Лэйн пожала плечами, выпрямившись. — В мире может случиться апокалипсис, а ты не придёшь вовремя. И это спасёт тебя от зомби. Как тебе такой расклад? Голубые глаза блеснули за очками, уголок губ дернулся в несмелой усмешке, но моментально вернулся на место. — Более чем устраивает, знаешь ли, — Анна вздохнула, сдув выпавшую из хвоста чёлку. — Временами кажется, что лучше зомби, чем хомячий бег по кругу во взрослой жизни. Как обрести бесконечный день или суперскорость? — Она побарабанила нервно пальцами по столу, чем-то озабоченная. Лэйн видела, как взгляд подруги иногда пустел, будто сознание отключалась, и понимала — он скрывает внутри борьбу нерешённых проблем. Очевидно, выборы были настолько противоположными, что Анна тонула под грузом ответственности. — Работа на выходных? — кивнула Лэйн на ноутбук. — Работа всегда, — подтвердила Анна. — Как интересно. В глаза Анны вернулась осознанность, и всё её тело будто включилась после режима ожидания. — Как интересно, — отзеркалила она. — Обещанные новости, помеченные грифом "только в личном разговоре", готовы? — Может, я так подло пыталась вытянуть тебя на встречу? Анна расхохоталась. — Ты? Меня? Не я — тебя? Ну уж нет. Давай колись. Осознаю всю серьёзность по такой глупой отмазке. Нет, подожди, выберу сначала напиток под стать. Какая тема? Умираю без кофеина! Когда Анна вернулась, Лэйн решила не затягивать. — Я собираюсь уехать. — Куда? — промычала Анна, потягивая через трубочку жидкость. — Домой. — Решила всё-таки навестить родаков? Знакомство семьи с парнем? — Мы расстались. — ... Лэйн подняла глаза, оторвавшись от рассматривания стола. — Мы расстались. Естественно, мне негде жить. Поэтому, я поеду домой... Анна перебила. — Как он посмел?! После того, как он поспособствовал твоему увольнению и... — Я его бросила, — неловко призналась Лэйн, вклиниваясь в праведную гневную тираду. — Ты сделала что? Правильно сделала, конечно, но почему так резко? Почему не подготовила пути отступления? Не посоветовалась? Лэйн отвернулась к окну. Хотелось ли ей объясняться? Просто в последнее время вся её жизнь крутилась вокруг Эндрю, а она неловко обрубила ножницами держащую всё нить. "Лэйн, давай съедемся. В большом городе и возможностей больше". Какие могли быть причины для отказа, когда человек, с которым ты мечтаешь спать в обнимку каждую ночь, предлагает такое? Уехать от знакомых до тошноты улиц и людей. Сбежать от удушающей имитации образцовой семьи. Освобождение. "Лэйн, мы почти не видимся. На новом месте я зарабатываю достаточно, чтобы обеспечивать нас. Я хочу видеть свою девушку, а не усталого трупа. Увольняйся". Она уволилась с радостью. В большом городе — большие возможности. В большом городе — большая конкуренция. Лэйн не смогла запрыгнуть в вагон победителей. Осталась стоять на перроне, наблюдая за счастьем уезжавших. Поезд не догнать своими ногами. Но можно пересесть на автобус. — Не конец света! — нарушает тишину Анна, не дождавшись ответа. — Неприятный, но не непоправимый период. Всё же я рада слышать такие новости, — презрение в голосе подруги заставляет Лэйн хмыкнуть. Анна ни разу не виделась с Эндрю, но почему-то сразу не взлюбила его только со слов. — Твоя апатия в последнее время меня пугала. — Анна жестом поддержки накрыла руку Лэйн. — Поживи у меня. Удобно даже, присмотришь за квартирой, пока меня не будет. Лэйн вытянула руку аккуратно, но настойчиво. Легко говорить, когда есть стабильность и пути отступления. А когда в багаже только потеря смыслов и желание спрятаться? — Я не пришла за советами. Просто проинформировать, что, возможно, мы не увидимся очень долго. Решение окончательное. — О, твоя чокнутая семейка явно поспособствует этому "очень долго", — сарказм Анны лёг на реплику почти уместно. — Мать уже в возрасте. Как и отец. Кто знает, может эта последняя возможность наладить отношения и стать семьёй, а не её подобием. — Подготовилась. Узнаю мою любимку в своей эре социофобии и антисоциальности. Так и представляю, как ты работаешь со своим папашей в офисе, а по вечерам дерешься с пенсионерами за лавочки, чтобы послушать музыку, будто ты в эдите. — Звучит заманчиво, — раздражённо заметила Лэйн. — Ты уже говорила с ними? — молчание в ответ. — Если бы твои родители были теми, кто примет тебя обратно с распростёртыми объятиями, а не вечно попрекающими твоё непослушание, я бы ничего не сказала против. Но я не узнаю тебя. Где та Лэйн, с которой мы чуть не подрались в туалете перед собеседованиями? Девчонка с горящими глазами, которая по своему вгрызлась в возможность не возвращаться в болото? — Мне не нужны нотации, Анна, — Лэйн проговорила каждое слово чётко и точечно, словно прибивая молотком. — Это обдуманное решение. — Может, и обдуманное. Но не до конца! «Сытому голодного не понять, — подумала тоскливо Лэйн. — Победители забирают всё, проигравшие должны уехать в Уилмингтон». — И что же ты предлагаешь? Я на последние деньги пью этот кофе, — побренчала Лэйн остатками льда в стакане, — а ты хочешь чего? Чтобы я одумалась? У лошадей есть стойла, где они могут отдохнуть. Я не хочу бросаться в бешеную гонку выживания прямо сейчас. Лэйн чувствовала, как начинает распаляться. Ей не хотелось объясняться, но каждая попытка прояснить причины рождала новый виток. Лэйн хотела сделать всё по-человечески. Всегда глупая затея. По-человечески к другим часто выходит боком к себе. —Я просто хочу, чтобы ты приняла мою помощь. Ты мне стала близка. — Пауза. — Я бы хотела помочь тебе, если ты тоже считаешь нашу связь близкой. — Она закусила губу, задумавшись. — Но пока не знаю, как убедить тебя, что возвращение в Каролину — не самая лучшая идея. Признаться, ты застала меня врасплох. Напряжённый вид Анны заставил Лэйн почувствовать небольшие угрызения совести. Она не ожидала, что подруга примет перемены так близко к сердцу. И вдруг Анна замерла, её лицо просветлело, а губы что-то прошептали. Искра в глазах Анны была слишком знакома Лэйн. — Что ты задумала? — Охотничье комбо на две цели одним выстрелом, — уже вслух сказала Анна. — У меня есть некое решение, которое поможет безболезненно решить твою проблему. И мою. — Нет. Я не просила. — Если бы люди умели признавать, что требуется помощь, жилось бы слишком легко, да? Это всего лишь удачное стечение обстоятельств, которое обеспечит тебя временем, жильём и оплатой на некоторое время. И позволит придти в себя. — Аттракцион невиданной щедрости, — саркастично прокомментировала Лэйн, но даже так слышалось, что крепость готова поднять белый флаг поражения. Пальцы на руках, спрятанных под стол, напряженно, до боли, переплелись. Всё-таки уезжать не хотелось, в этом Анна была права. — О да, — не сводя с Лэйн взгляда, Анна приложила телефон к уху. — У кого лучшая сестра? — протянула она в динамик, не дав собеседнику на другом конце провода и слова сказать. — Можешь заканчивать с мучениями. Совет подходил и Лэйн. Анна и правда была отличной охотницей.