Старость

Серебряные нити седины Её волос под чернотой вуали; Предания глубокой старины — Как трещины на хрупкости эмали. Её наряд есть траурный убор, Дитя гротеска, сумерек угрюмых: Тяжёл и грозен он, как смертный приговор, И, словно клятва жить, исполнен боли. Как кровь при лунном свете, взгляд её Из-под фаты блестит мрачнее ночи, И вместо этих мёртвых вечно строчек, Она читала бы о чём-нибудь другом… Мы верили в рожденье новых звёзд, Дышали космосом, а мыслили — любовью; И словно Гора глаз, изображённый кровью На алтаре для жертв, мне был твой бледный пёрст.