Часть 5

Густой туман покрывал лес, однако явно начинал спадать, по сравнению с тем, каким он был до этого. Минут десять назад, мало что можно было увидеть сквозь эту непроглядную пелену, но сейчас он почти рассеялся, однако пространство вокруг все ещё было слегка размыто. Хидан подносил лорду Джашину новые жертвы, что то шепча и затягивая, а Цубаки сидела под деревом, тихо вздыхая и устало прикрыв глаза. Она даже не чувствовала боль от ран, до того была уставшая и шокированной. Акохару не могла поверить, что только что была в эпицентре сражения с настоящими ниндзя и не только выжила, но и осталась почти целой! В голове девушки не укладывалось, как так могло произойти? Неужели невероятная удача, или... Что то щелкнуло в голове. Цубаки даже раскрыла глаза, поймав себя на такой мысли : неужели Джашин и вправду помог? У брюнетки не было оснований не верить в это, как раз наоборот. Хидан - живая демонстрация силы темного бога. Однако, сомнения оставались, но рушились с каждым днем, проведенным рядом с Мацураси. Узнавая больше новой информации, Цубаки все сильнее убеждалась в существовании бога,начинала понимать что к чему и все больше решала принять участие в культе. Она задержала взгляд на заканчивающем молитву Хидане и решила присоединиться к нему, пока не поздно, но тут почувствовала холод стали на своем горле.Цубаки вздрогнула и взвизгнула, но тут же почувствовала, как её руки закрутили за спину, заставили встать на ноги. Услышав звук, Хидан обернулся, сначала с раздражением уставившись на вечно вякующую подопечную, но потом его глаза округлились в ошарашенном выражении. Секунда и ему в плечо влетел кунай, на что парень даже не пошатнулся, лишь сморщился и оскалился. Цубаки же тихо всхлипывала, пытаясь выбраться из чьей то каменной хватки, кунай все сильнее прижимался к её горлу. Над ухом слышалось хриплое прерывистое дыхание, будто человек, схвативший её, еле жив, однако по тому, с какой силой её держали, поверить в это было сложно. – ах ты гандон! - воскликнул Джашинист и быстрым шагом направился к к Акохару и тому, кто её держал. Девушка почувствовала, как кунай уже воткнулся в её кожу и тихо пискнула, хватка на её руках сжалась и брюнетку отволокли на шаг назад. – Стой на месте, иначе я убью её!- раздался голос позади. Судя по всему он принадлежал тому самому парню с зелеными волосами. Но как же так? Неужели он все ещё жив? – ты хули живой?!- судя по всему Хидан сам был в шоке от такого расклада, однако остановился, на случай если ниндзя и вправду зарежет Цубаки. – Надо всегда проверять жив ли противник, прежде чем уходить. Запомни, может пригодится. - прохрипел ниндзя. – и так. Если ты не хочешь, чтоб твоя подружка осталась жива, то сдавайся. Я, доставлю тебя в скрытый туман, а оттуда тебя отправят обратно на родину. - говорит он это с ненавистью, явно желая смерти Мацураси и ненавидя эту миссию. Хидан лишь фыркнул и достал из плеча кунай, откинув его в строну. Зеленоволосый кивнул, одобряя его действия. – выкладывай всё оружие, потом я дам тебе печать, подавляющую чакру. - всё это время он не отпускает Цубаки – давай, руки в верх и бросай все на землю. Мацураси закатил глаза. – нет у меня, ничего. Вон, коса и колья там, дальше. Давай печать свою, чурка ебаная. - явно недоволен, но все ещё не паникует. Акохару вдруг замечает на себе его пристальный взгляд и смотрит в ответ. Хидан мимолётно смотрит ей под ноги, а затем вновь возвращается к шиноби тумана. Цубаки пару раз моргает, а затем, проследовав его взгляду, смотрит вниз и замечает один из кольев, лежащий у неё возле ног. На секунду она забывает как дышать. Затем наблюдает за шиноби, протягивающем руку к карману и достающим печать. Он делает шаг вперед, давая Хидану бумагу, не отрывая руку с кунаем от её шеи. В это время девушка двигает штык ногой ближе к себе. Хидан вертит печать в руках с глупым видом и говорит: – а куда её клеить?- он озадаченно чешет затылок. – ты идиот или придуриваешься?- зелоноволосый недовольно прошипел это подходя к культисту, но держа кунай у горла девушки. Цубаки же в это время отстраняется назад, быстро присев и подняв штык, засунув его в рукав. Ниндзя клеет на Мацураси печать , достает хомут, покрытый металлическим слоем и закрутив парню руки за спину, затягивает стяжку на его запястьях. Хидан лишь хмыкает, заметив действие подопечной.Цубаки стоит не двигаясь. Шиноби тумана хватает джашиниста зе шею, толкая его вперед и оборачивается к брюнетке. – иди за нами. - он хмуро оглядел Цубаки, старающуюся не выдать себя.Она выглядит уж слишком беззащитной и недалекой, по этому ниндзя не видит проблемы в том, что она шла самостоятельно. Девушка кивнула и поплелась следом. Ниндзя шел впереди, время от времени поглядывая на молчаливую Акохару, та в свою очередь пыталась подгадать момент и понять как действовать. Они все дальше и дальше уходили от своих вещей и Мацураси все больше нервничал : потерять косу ему не хотелось. Он оглянулся, глянув на Цубаки, но получив тычок в спину, сразу же отвернулся. Хидан подумал, что без его помощи девушка не решится сделать что либо, по этому неожиданно толкнул туманного в бок и тот чуть отлетел в сторону. Моментально все поняв, Цубаки выхватила штык из рукава и собиралась подставить его к горлу мужчины, как тот сделал ей до этого, но падаение оказалось слишком хаотичным и она сначала резанула ему по лицу, а потом, поняв оплошность, поспешила приставить кол к горлу однако из-за того, что её руки тряслись, случайно воткнула его в плечо. Ниндзя зашипел от боли и ударил девушку по лицу. Та вскрикнула и отскочила назад. – Бля, бедолага, ты чо творишь!? Его держать надо! Так как все пошло не так, Хидан взял инициативу в свои руки и стал запинывать шиноби ногами, так как его руки, которыми он эту самую инициативу взял, были связаны. Цубаки, как только пришла в себя, тоже подключилась, побежала к мужчине и стала с силой держать его за плечи, чтоб тот не смог подняться. Получилась весьма комичная картина : Хрупкая избитая девушка держит ещё более избитого мужчину, чтоб тот не дергался, а парень с закрученными назад руками, с остервенением записывает того, кого держат. – Цубаки!- крикнул Джашинист, та сразу глянула на него – бери штык и добей этого гада. – Как добить?...- ей явно хватило экстрима на сегодня и завершать дурдом убийством, девушке не хотелось. – Он тебе глотку порвать хотел, дура! Давай, без своей гребаной жалости. Лупи! Хидан пытался самостоятельно освободить руки, шиноби хрипел и пытался встать. Девушка вздрогнула и посмотрела на штык. – Но... - ей никто не ответил. Все заняты своими руками.– я не могу... Мацураси не обращая на неё внимания, направился на поляну, где оставил косу, чтоб распилить хомут об лезвие, Цубаки же тихо всхлипнула и взяла оружие в руки. Потом она встретилась взглядом с шиноби.Его взгляд был пустым, потерявшим смысл в существовании. Мужчина уже не сопротивлялся, просто ждал. Только сейчас девушка смогла рассмотреть то, в каком он был состоянии : лицо, шея, руки - все исполосовано ранами. Живот наспех затянут самодельным бинтом из плаща, в которых шиноби нагнали культистов, и судя по тому, что вся ткань была насквозь бордовой, можно сделать выводы о бое этого ниндзя с Хиданом. – Давай, убей. - наконец хрипит шиноби, смотря прямо в глаза Цубаки. От такого взгляда по её спине пробежали мурашки. – Как?... Почему вы так говорите?...- прошептала она, вспомнив вдруг их первую встречу с Хиданом, тут то все сразу стало понятно : этот человек ведь потерял товарищей, сам весь ранен так, что явно долго не протянет, так что в его нежелании продолжать жить не было ничего удивительного .Кажется, она задала глупый вопрос. – Я - шиноби. Ни к чему жалость. - отвечает он более грубо - для любого ниндзя, умереть , выполняя задание для своей деревни - честь. Видимо, не судьба нам... Мы умерли такой тупой смертью, от какого то жалкого отступника и...- он стиснул зубы - я не чувствую твою чакру. Гражданская? Руки Цубаки вновь затряслись, она кивнула, чувствуя, как слезы потекли по её щекам. Да, эти люди пытались их убить, но ведь это было задание от их деревни. Они - всего лишь верные слуги своей родины, не заслуживающие такой смерти. – ну чего ты ревёшь? Мы - ваши враги. Конечно плохо, что я умру так, что мои товарищи умерли так, но ничего не поделаешь. Я вижу, что ты не такая, как твой напарник,конечно, это не моё дело... Но дам совет : нечего тебе с ним делать. Он убийца, который не пожалел ни одного человека в своей деревне , а ты, я вижу, боишься врага лишить жизни , явно хорошего кинжала никогда в руках не держала...Давай, добей меня. Не хочу позориться, лежа тут в таком состоянии...- речь звучит спутанно, отрывисто, будто он уже теряет сознание.Шиноби хрипит, по лицу видно, какой дискомфорт ему доставляет даже разговор, а о более тяжелых действиях и речи быть не может. Девушка замерла : Хидан убил всех людей в своей деревне? Он не рассказывал этого. С другой стороны, эти люди преследовали её напарника, а значит слова этого шиноби правда. Цубаки всхлипнула и решила, что потом с этим разберётся, зажмурилась и вскинув кол в верх, держа его двумя руками, с силой ударила. Потом ещё и ещё, чтоб наверняка хватило. Она слышала хриплые выкрики ниндзя, но боялась открыть глаза, боялась увидеть то, что делает, боялась убедиться в том, что она убивает человека. Наконец, девушка поднялась на ноги, так и не взглянув на тело, развернулась, и только тогда перестала жмуриться, прячась от самой себя. Она бездумно посмотрела вперёд : туман исчез и виден был силуэт Хидана,копошащегося неподалеку. Девушка опустила взгляд вниз и увидела алые пятна на своей одежде, затем посмотрела на руки, узрев, что те ещё более красные от чужой крови. Сил на то, чтобы бояться или винить себя не было, по этому девушка постояла не двигаясь ещё пару секунд, затем тихо сказала : – Джашин-сама, примите пожалуйста жертву от меня, рабы вашей Цубаки. Я ещё не прошла обряд посвящения, но прошу милости и благосклонности к моим стараниям... После этого, она пошла вперед, к своему попутчику, так и не осмелившись взглянуть на тело убитого. Хидан к тому времени уже полностью освободился и теперь собирал разбросанное оружие... **** Путники бреди вперёд в абсолютном молчании. Сил говорить не было, да и желания тоже. Каждый был погружён в свои мысли : Хидан решал где им остановиться и прикидывал куда идти дальше, Цубаки же молча корила себя за содеянное. С одной стороны это было ужасно и бесчеловечно. Жестоко, мерзко в конце концов. Но с другой стороны, она же собирается принять Джашинизм. Эти ребята всё время кого то убивают, приносят в жертву, проводят обряды и ритуалы. Она должна стать такой же, и пару тычков колом на отмашь, это явно позор для нормальных представителей этой религии. Хидан ведь делает всё куда более жестоко и изощренно, и ничего : живет себе припеваючи, даже бессмертным стал... Не означает ли это, что истина как раз таки заключена в убийстве другого? То есть : все, что внушают с детства о милосердии и человеколюбии на самом деле пустая болтовня? Люди должны убивать себе подобных и в этом заключена суть жизни, а те, кто это понял, получили боже благословение... Девушка нахмурилась. Но ведь большинство религий как раз таки запрещают подобное, осуждая и карая, обещая грешникам попадение в ад. Значит, все зависит от того, во что ты веришь? Если ты веришь в то, что убивать нельзя, но убиваешь - значит грешник. А если ты веришь, что истина в убийстве и делаешь это, то ты идешь по правильному пути? Все это было очень утомительно и до невозможности непонятно, по этому Акохару решила, что спросит об этом Хидана, но в более приятной обстановке, ибо сейчас ни на что нет сил. Все это время, сам Хидан поглядывал на подопечную, замечая её задумчивое и напряженное лицо, но не влазил, потому что не хотел отвлекать и потому что у него самого не было сил на разговоры. Начало темнеть : путники вышли из этого леса, прошли по равнине и забрели уже в другой, прошли какую то часть и остановились уполяны с широким ручьем. Мацураси придержал девушку за плечо, так как та настолько погрузилась в свои мысли, что не заметила, остановившегося напарника и прошла несколько метров дальше, просто двигаясь по прямой и смотря в одну точку. – Эй, ты чего?- спросил он с долей беспокойства, но все таки тихо смеясь – все нормально? Ты так и в столб бы пошла? – Извини. Выглядела девушка неважно, отчего джашинист перестал смеяться и нахмурился. – как себя чувствуешь? - он положил руку ей на лоб отметив, что он довольно таки горячий, явно теплее положенного. – черт, опять температура. Он посмотрел по сторонам, а потом сказал : – так, иди свою одежду отстирывай как можешь, я пока шалаш соображу какой нибудь.- он снял свою куртку и сунул ей в руки, а потом пошел в сторону, глянуть ветки для постройки и оставил косу у дерева. Цубаки пару секунд пыталась понять, что происходит, а потом занервничала. – нет, не надо... - но никого уже не было рядом. Вздохнув, девушка направилась к ручью и навалившись спиной к дереву, чтоб её не было видно, стала снимать с себя одежду. Кимоно в крови, водолазка под ним тоже, но из-за того, что она чёрного цвета пятен не видно. Но запах и прилипание к телу все же выдает её состояние. Осмотревшись по сторонам, девушка быстро стянула с себя одеяния и тут же накинула сверху куртку , чтоб не замерзнуть и чувствовать себя не так ущемлённо. После этого, набрав в ладони воды, она оттерла пятна с живота, смыла кровь с рук.Потом стала пытаться отстирать свою верхнюю одежду. Куртка была расстёгнута и сквозь неё были видны её оголённый живот и перекрытая бинтами, за неимением нормального белья грудь. Девушка с видом критика оглядела кимоно : без порошка,или хотя бы мыла, пятна не отстирались до конца. На ткани остались желтые пятна, явно не оттирающиеся просто так. На блузке пятнен видно не было, но когда она высохнет, явно останется запах... Цубаки вздохнула, погруженная в свои мысли, как вдруг появился Хидан, резко вынырнув из-за кустов. Акохару вскрикнула от неожиданности и быстро прижала руки к груди. – Че визжишь то? – Отойди! Я не закончила ещё!...- это прозвучало возмущенно и испуганно. Девушка почувствовала, как лицо стремительно краснеет : ну где его манеры! Неужели нельзя было сначала окликнуть, а потом идти?! – Ой, да ладно тебе. Че такого? Я че должен орать тебя был? Надо же посмотреть где ты, а то вдруг похитили пока меня не было? – Можно было позвать для, начала!... – дак я и собирался позвать, а ты верещать начала! – Да я!..А ты!...- от смущения и негодования Цубаки разучилась говорить, только выглядя ошарашенно и прижимая к себе мокрую одежду, чтоб закрыть верхнюю часть своего тела. Хидан же напротив, выглядит абсолютно спокойно, будто и в самом не понимает что не так. Однако, по его дрожащим в сдерживаемой ухмылке губам можно понять, что ситуация парня забавляет и ему нравится то, как девушка реагирует и злится. – Отойди, я приду сейчас!...- Цубаки уже чуть ли не плачет от обиды и стыда, на что Мацураси наконец таки не сдерживается и начинает смеяться, однако разворачивается и уходит. Цубаки остается одна, полная смущения и злости на нетактичность парня. – Ну как так можно?!..- шепчет она в негодовании. Конечно, ситуация получается баснословная, но ведь он ни разу не пытался что то ей сделать, дак с чего бы сейчас? Видимо, он не ищвращенец, а просто говнюк,который любит издеваться над людьми. Ведь он и до этого вламывался в комнату без стука, чего ему сейчас предупреждать о своём появлении? Правильно, не в его это стиле, а значит удивляться нечему. Но обидно же все таки! Девушка застегнула куртку, скрыв все что надо, ещё раз помыла лицо в ручье, смывая запёкшаяся кровь, а потом, взяв вещи, пошла за джашинистом, который, к слову, уже успел развести костер и теперь возился с длинными палками, пытаясь соорудить шалаш. Цубаки развешала мокрую одежду на ветку дерева,чтоб та сохла. Пятна хоть и не отстирались, но если не присматриваться не были слишком уж заметны : кимино было бледно лиловым с красными и бордовыми цветами, по этому, пятна сливались, как бы дополняя дизайн, а значит вряд ли у встречных ими людей будут вопросы. Девушка села возле костра, молча наблюдая за стараниями попутчика. Там, где он делал шалаш, уже была нагребена куча листьев - Когда он все это успел сделать, останется загадкой. В строительстве парень явно был не профи, по этому он часто ранял палки, шипя на них и время от времени посылая далеко и на долго.Наконец вышел каркас, который сложно назвать шалашем. Хидан,с видом знатока, почесал подбородок, а затем направился в лес, притащил оттуда охапку длинной травы, чем то напоминающей коноплю, и устелил этим стены строения так, чтоб не продувал ветер. – Ну вот,другое дело! - он с довольным видом осмотрел свой шедевр, не видя в нем изъянов. – Хорошо конечно... Но тебя не смущает что места там не особо? Я влезу, только если ноги подогнуть, а ты и вовсе не влезешь. Джашинист почесал затылок. – ну дак подогни!... Я заебался уже. – А ты как?... – так посплю , на земле. Не впервой уже. В подтверждение своим словам, парень и впрямь завалился на землю, вытянув ноги и зевнув. – ты точно не замёрзнешь?... – у меня костер. Все, давай, ложись тоже.Завтра ещё идти. Цубаки прошла к сооружению и легла. Если не подгинать ноги, то помещалась она примерно по пояс, остальная часть высовывалась на улицу. Девушка вздохнула и попыталась улечься поудобнее, хоть возможности было не особо. Она даже думать боялась о том, сколько в этих листьях и траве всяческих насекомых, может даже ядовитых... По этому сразу же попыталась уснуть, для того, чтоб паника от мыслей не нагнетала. Хидан пару раз повертелся а потом сел, вспомнив о чем то. – Цубаки, там штыки в кармане куртки лежат? –да... - девушка достала сверток и подала товарищу. Тот колья отложил , а ткань, в которую они были завернуты взял и пошел к ручью. Цубаки оставалось гадать, что он там делал. Колья были в крови, так что было бы разумно помыть их, но Мацураси об этом не догадался. Вместо этого он... Пошёл стирать тряпку, в которую они были замотаны? - Хидан вернулся с тканью, которая была намочена, и явно пытался, её отстирать до этого. – Конечно не белоснежное полотенце из гостиницы, но все же...- он сложил ткань в прямоугольник и положил Цубаки на лоб.- на всякий случай. Девушка благодарно кивнула, слегка улыбаясь : голова действительно болела, правда,скорее не от температуры, а от мыслей и переживаний. Сегодня произошло много всего и переварить все это было достаточно тяжелой задачей. Опять тишина. Цубаки лежит в своём недо-шалаше, Хидан под звездами. Конечно, хочется есть, но им не до этого, устали. Треск костра, шум ветра, редкое пение ночных птиц, стрекотания сверчков - Все это выливается в тёплую душевную атмосферу, которая сбивается лишь тяжёлыми мыслями. Наконец, Цубаки поворачивается, смотря на Хидана, который рассматривает свою бандану в свете костра. – Хидан? – М? Тишина. Цубаки собирается с мыслями. – о чем те ниндзя говорили? – в смысле? - наконец парень оторвался от разглядывания протектора и поворачивается к брюнетке. – о твоей деревне. Значит ты тоже был шиноби из какого-то скрытого селения, как они? Они из скрытого тумана вроде?... Пару секунд Мацураси молчит, затем поднимается, садясь. Видимо вести какой разговор лежа неудобно. Акохару следует его примеру и тоже садится в позу лотоса, придерживая тряпку рукой, чтоб не упала. – Да, был. Он опять молчит, хмурится, будто что то вспоминает. – Тот ниндзя сказал, что ты... –Да.- ответил парень, даже не дослушав, уже понимая о чем речь. – но зачем?... – а что непонятного? Молчание. – неужели ты хотел принести в жертву целую деревню?!- поражённо ахнула Цубаки.- там же столько людей.. – ну, почти.- он почесал затылок -это была месть. Ну, а после мести принес в жертву.- парень самодовольно хмыкнул. – месть? Но за что?... – было дело.- Хидан подпер лицо ладонью, чтоб сидеть было удобнее. – я попал на остров Джашина однажды... Туда, куда мы с тобой сейчас идём. Учился там, молился, постягал веру...-рассказывает это мечтательно, отчего и у Цубаки становится легче на душе. – а потом... Мацураси молчит, бесцельно тыкая веткой в огонь, Акохару же молчит в ответ, чтоб случайно не перебить его. –А потом я вернулся, а деревни нет. До того, как попасть на этот остров я жил в ней. Селение скрытое в горячих источниках. ну, у нас там источники были, понимаешь?- девушка кивнула - ну вот, возвращаюсь я короче, смотрю : а эти идиоты превратили деревню в туристический объект, нахер. Военную деревню ниндзя в гребанную спа гостиницу!- Хидан говорит это возмущённо, одновременно жестикулирует, что указывает на то, в какой злости он прибывает, вспоминая эту ситуацию. – ну ничего себе...- Цубаки даже не знала , что ещё добавить. Тишина опять длится пару секунд, затем Джашинист вздыхает и скрещивает руки на груди. – ну, я и психанул. А потом всех их размазал.- говорит уже спокойно и невозмутимо - не, ну а че? Нехер идиотизмом страдать, я просто показал им на наглядном и ощутимом примере, что скрытая деревня лучше, чем гостиница с источниками.- в завершении своего рассказа, он пожал плечами и зевнул. – да уж... - девушка для себя решила, что все не так уж и плохо. Хидан ведь наверняка был любителем Родины и расстроился, когда потерял дом и работу. Значит его и здесь понять можно. – но видимо я не всех добил, раз кто то нанял скрытый туман.- парень задумчиво нахмурился. - ну и ладно. Им все равно меня не поймать. После этого, джашинист вновь завалился на землю, откинув бандану куда то в сторону, видимо уверенный в том, что найдет её утром. Цубаки кивнула и тоже легла. – Это хорошо.- сказала тихо, подложив руку под голову. Хидан обернулся и внимательно посмотрел на девушку, после хмыкнул, чуть ухмыляясь. – Скоро будем на острове Джашина. Проведем ритуал, научим тебя всему...- он протяжно зевнул.- и тогда мне не придется тебя защищать каждый раз как пылинка упадёт. Акохару подумала : с одной стороны хорошо, что она сможет постоять за себя самостоятельно, но не означает ли это, что Хидан перестанет о ней заботиться? Однако, она все же кивнула. Парень что то довольно пробубнил и перевернулся на другой бок. – Спокойной ночи тебе...- Цубаки ещё пару секунд смотрела на его спину. – и Тебе. - Мацураси явно уже засыпал, везет же! Девушка кивнула и тоже перевернулась на другую сторону. Брюнетка ещё пару секунд размышляла об дневных переживаниях. Моральные устои, закрепленные ранее, требовали свое, но сейчас ведь все изменилось? Она примет новую религию, а значит должна будет следовать новым правилам. Хочет ли она сама этого? Она не знает. Невозможно за такое короткое время полностью убедиться в таком ответственном решении, но она знала, что другого варианта нет. Как никак Хидан открыл ей смысл жизни и в его понимании это была вера, значит, если уж он хочет видеть её культисткой, то она ей станет. В этой ситуации выбора нет. Цубаки вздохнула. Похоже, ей придется смириться со своей участью, принять её и начать убивать во имя бога. Звучит абсурдно, но лишь на первый взгляд. На острове она наверняка поймёт больше и увидит глубже, а значит уверует и первородный грех станет для неё целью жизни. Но почему она до сих пор верит в то, что должна благодарно делать все, что скажет Мацураси? Только потому что он проявил заботу о ней? Он ведь сам говорил, что от жизни нужно только брать, а не быть благодарной за каждую подачку. А значит, не лучшая ли сейчас возможность сбежать? Просто оставить все, не навязывая себе чужое мнение как свое и делая лишь то, что ей самой нужно. Хидан спит крепко , явно не проснется до утра, так что у неё есть хороший шанс избежать вербовки, молитв и ритуалов. Но для этого ли они так долго шли? А вдруг, когда она решит отказаться, такой возможности больше не предоставится? Опять мысли. Мысли слишком мешают , сбивают с толку и разрывают на части, между разными мнениями и ситуациями. Честь и совесть , собственное мнение и благодарность. Что же выбрать? Пораскинув мыслями, девушка пришла к выводу, что все равно далеко не уйдёт, даже если побежит прямо сейчас. В лесу темень, дикие звери, и возможно даже ниндзя какие нибудь. Уже поздно. Остается только подчиниться и принять это как должное. Принять участие. Принять факт того, что выбора уже нет, и вероятно, не будет. Возможно, это даже хорошо. В лучшую сторону. Зато, теперь она всегда будет рядом с Хиданом. Но почему она хочет этого? Хидан грубый,невоспитанный,, наглый , местами настоящий садист. Но она все равно хочет быть рядом. Это не сходится с заповедями Джашинизма и если она сейчас сбежит, то проявит к парню неуважение, с точки зрения этой религии, это наверное хорошо. Но ведь Мацураси не просто человек, он тоже принадлежит культу, а значит плохо. Своих у них нельзя кидать. Так и так, все сводится к одному. Тем более, брюнетке совсем не хотелось, чтоб он исчезал из её жизни. Все таки он был для неё чем то значимым. Тем, кому она была нужна. Нужна. Нужна... А останутся ли они вместе, после ритуала? Или ей придётся остаться в какой нибудь из церкви? Сейчас об этом нет смысла думать. Вскоре она увидит. С этими неспокойными мыслями, Цубаки наконец уснула, думая о будущем. Сможет ли она пройти обряд посвящения? Что случится после него? Нужна ли она Хидану по настоящему, или после вступления в культ, он бросит её в каком нибудь убежище секты, для того, чтобы она всю свою жизнь молилась?Вопросов много, ответов - нет. Ненужно думать. Нужно плыть по течению. И спать.