Глава первая: "Здравствуй, Япония!"

Порой решения, к которым мы идëм всю жизнь, принимаем годами и всë равно сомневаемся в их правильности, еле еле становимся уверенными в них, а потом, в один момент — всё это становится неважным. Мелким. Почти смешным. Потому что случается нечто, что переворачивает сознание, заставляет каждую секунду переосмысливать реальность вокруг. И тогда прежние мучительные раздумья кажутся детской игрой в песочнице, пока на тебя теперь летит большой, сносящий всë на пути, торнадо. В такие моменты остаётся только одно: принять. Не как поражение, не как капитуляцию, а как факт. Как точку отсчёта. И тогда перед тобой встаёт новый, куда более жёсткий вопрос: оставить всё как есть — или сжечь мосты и пойти туда, куда зовёт не только сердце, но и разум, и та самая человечность, которую мы так часто пытаемся заглушить в угоду удобству, страху или чьим-то ожиданиям. Но самое парадоскальное, что этот выбор приходит действительно быстро и тихо, когда перед ним случается что-то поистине громкое, бушующее. ***"Внимание! Рейс Монреаль - Токио перенесëн на шестнадцать часов дня. Просьба подойти к стойкам регистрации..." Голос из динамиков звучал почти издевательски. Шестнадцать часов. Не двенадцать, не четырнадцать, — шестнадцать. Этот день теперь превращался в мучительное ожидание на хлипком стульчике с отпечатавшейся, почти въевшейся на спине металлической перекладиной. Это должен был быть мой первый перелёт. Первый шаг к чему-то большему. Больше десяти месяцев подготовки, бессонных ночей, сомнений и попыток убедить себя, что я обязательно справлюсь. ЮЭЙ. Экзамен. Возможность, ради которой можно было рискнуть. Всё было рассчитано до минуты: прилёт, скоростной поезд до Мусутафу, мини отдых, небольшая тренировка и настрой до экзамена. В итоге имеем что имеем. Теперь же вместо чёткого плана — хаос. Возвращённые билеты на синкансэн , нарастающее чувство, что вселенная словно смеётся надо мной, подкидывая испытание на прочность прямо перед стартом. И тогда в голове возникает единственный разумный вопрос: а стоит ли оно того? Можно развернуться. Вернуться в тот самый уютный и милый канадский домик, где всё знакомо, предсказуемо, безопасно. Где нет этого давящего страха перед неизвестностью. Где не придётся объяснять, почему ты вернулась с полпути. Но есть и другой вариант — пойти до конца. Даже если шансы пятьдесят на пятьдесят, и ведь даже это лучше, чем ничего. Даже если всё идёт наперекосяк. Потому что нулевой шанс — это именно тот, что остаётся у тех, кто сдаётся. И, глядя на табло с красными буквами "DELAYED", я понимаю — это не конец. Это просто ещё одна проверка. На то, действительно ли я готова к тому, что ждёт меня впереди. — Да? — беру трубку от знакомого номера. — Как ты, села на самолëт? — раздаëтся волнующийся голос по ту сторону. — Всë прошло хорошо? — Мам, ну как сказать... — почëсываю затылок и вздыхаю. — Рейс задержали из-за погоды. Слышится тишина. — И как теперь быть? — отвечаю вам, голос моей мамы, Клэр Миллер, задрожал за пару секунд, а брови, как я думаю, нахмурились во всю силу. — Ждать. — жму плечами, хотя моему собеседнику это и не видно. — От меня ничего не зависит. — Всë будет путëм, правильный настрой! — доносится как сквозь воду голос моего старшего брата. — Верю в тебя, Ариста! — а затем раздаëтся грохот и мамина ругань. Улыбаюсь сквозь сдерживаемые слезы. Нельзя распускаться, ещё даже из страны не уехала, а уже расклеиваюсь. — Что-то Крис буянит. — бурчу в микрофон своего телефона, хотя сама почти смеюсь, ибо слышу приглушëнный "стук" по, как я думаю, голове. — Ага. Вроде бы на страже порядка стоит всегда и работает не покладая рук, а дом продолжает разносить. — Это у нас с ним семейное. Вновь тишина, но мягкая, обвалакивающая и нежная. — Успокоилась? — тихим голосом произносит старшая Миллер. — Что-то вроде того, — шмыгаю носом. — А ты? — А я и не нервничала. — весело щебечет собеседница. — Верю-верю. — Слушай, Ари, — настораживаю свои уши. — Я не то что верю, я знаю, что у тебя всë получится, но знай, я всегда жду тебя у нас дома. — твердо говорит женщина. — Я тебя очень люблю, солнце. Ты справишься. — Ну мам! — всë же не сдерживаюсь и начинаю плакать. — Я сентиментальная, ты же знаешь. — Не могла не сказать. — Спасибо, мам. — Напиши, как будут новости. — нежно произносит родительница. — Люблю тебя. ***Всю дорогу гляжу на часы. Полëт прошёл на "ура", выспалась хорошо, ибо тринадцать с лишним часов кроме сна почти и нечего делать. Оставшееся время уделила подготовке к входному тесту, хотя было не до конца ясно, что будет на экзамене. С другой стороны, теоретическая часть меня практически и не волновала, а вот практика... Мало того, что я скорее всего пропущу речь перед началом всей университеской заварушки, так ещё и не буду подробно знать, что ждёт меня на практической части. Или узнаю, но за пару минут до экзамена... Хер его знает, как пройду это всë. Нет, я конечно достаточно уверена в своих силах — постоянный спорт, и, если взять в счëт последний год, то я сильно прокачала свои физические способности, но была одна проблема — я без причуды. Вот так. Поступать в ЮЭЙ, самое престижное училище не то что в Японии, да скорее во всëм мире, и надеятся, что я смогу пройти на геройский курс — вообще не по геройски. Я могу попасть на курс поддержки, или в любой другой класс ниже, но это не то. Хочется в будущем вытаскивать людей из самого ада, и не то что людей, а много людей, помогать всем выбираться и выживать. Господи, как же наивно! Хочется выть от досады. Я безумно благодарна, что родилась в таком мире на свет. Но просто обидно, что я вхожу в те двадцать процентов людей, которые не имеют причуды. В современном мире это практически низ эволюции, как говорили мне мои одноклассники. Я так не считаю, но когда понимаю, что именно теряю без каких-либо способностей, становится просто по детски обидно и грустно, хоть я и пытаюсь из кожи вон лезть, чтобы быть наравне с другими талантливыми ребятами. Устало вздыхаю, чуть меняя позу в кресле скоростного поезда. До экзамена меньше двух часов, а на поезде мне ехать как минимум полтора. А потом ещё добираться до школы... Я ведь окончила университет в кратчайшие сроки, когда поняла, что стоит что-то менять. Вместо четырëх лет обучения на IT специалиста, я закончила за полтора года. Было много споров и уговоров, чтобы мне разрешили сдать несколько семестров за такой маленький промежуток времени. И вот, я с дипломом, что уже хорошо. Ничего не выйдет — можно пойти работать, или получать второе высшее образование, но это будет скорее вынужденно, чем желаемо. Мне восемнадцать, я совершеннолетняя, свободная от оков канадского университета девушка, которая решила поступать на первый курс геройского факультета вместе с другими японскими подростками, которым едва исполнилось пятнадцать или шестнадцать... Звучит, к слову, достаточно глупо. Если честно, до сих пор гадаю, почему мне разрешили пройти вступительные экзамены, хотя я вроде как не подхожу под категорию поступающих. Может, я необычный экземпляр? Хмурю брови и поджимаю губы. Точно нет. Тем более, всегда можно отказать мне на этапе окончательного отбора в этот престижный университет. Будь что будет. ***Хизаши Ямада — высокий, подтянутый мужчина с остроконечными светлыми волосами, будто взметнувшимися вверх от неукротимой энергии, и аккуратными маленькими усами, придававшими его лицу комично-серьёзный вид, во всю распинался перед толпой зрителей. Известный как "Сущий Мик", он размахивал руками, подпрыгивал на месте и выкрикивал воодушевляющие фразы в микрофон, стараясь расшевелить публику до состояния всеобщего безумия. — Кто готов к самому эпичному шоу в истории UA?! — его голос, усиленный причудой "Громкий голос", раскатился по огромному актовому залу, заставляя передние ряды зрителей вздрагивать. Увы, отклик был… не особо впечатляющим. Несколько смущённых аплодисментов, пара криков энтузиастов — и всё. Даже его фирменное "Йееееах!" повисло в воздухе, словно брошенное в пустоту. Из-за кулис за этим зрелищем наблюдал Айзава Шота, черноволосый мужчина лет тридцати, с обвязанными вокруг шеи лентами. Он же являлся про-героем "Сотриголова". Облокотившись о стену, он смотрел на друга детства с выражением, в котором читались усталость, раздражение и тень жалости. Его тёмные мешки под глазами казались ещё глубже обычного — то ли от хронического недосыпа, то ли от осознания, что этот шум продлится ещё добрых двадцать минут. — Опять ты со своим "подогревом толпы"…— пробормотал он, устало проводя рукой по лицу. Где-то в глубине души он понимал: Хизаши искренне старается, верит в важность своего дела. Но в данный момент всё, чего хотел Шота, — это чтобы мир погрузился в тишину. Желательно навсегда. — Эй, эй, давайте же громче! Разве вы не ждали этого дня?! — не унимался Сущий Мик, отчаянно жестикулируя. Айзава вздохнул, потянулся за своим спальным мешком. "Может, просто свернусь калачиком прямо здесь…" И снова ответ ему тишина. — Кхм, тогда начнём. Сейчас я раскрою вам суть практического испытания! Сотриголова уже чувствовал приближение головной боли. "Почему я должен это терпеть…" — подумал он, сжимая в руках свой спальный мешок, будто это единственный якорь в море хаоса. — Перед вами — арена с роботами разных типов! — Ямада щёлкнул пальцами, и на огромных экранах позади него вспыхнули изображения механических монстров. — Вы будете направлены в разные сектора для прохождения битвы. Ваша задача — разнести максимально много этих устрашающих машин в щепки с помощью своих причуд и набрать как можно больше очков! Количество баллов зависит от уровня сложности робота. Один балл — легкий злодей, два балла — средний, три балла — сложный. Конечно же атаковать своих нельзя. — ухмылялся высокий мужчина. — Всё как в игре! — слышалось с задних рядов. Действительно, это было похоже на простую игру, а система понятна как дважды два. В этот момент высокий парень, облачëнный в солидный костюм, которого звали Тенья Иида, поднял руку, чем привлек внимание Сущего мика. Получив разрешение, он встал с места и сказал: — Позвольте уточнить! Все обернулись, когда на парня попал свет от прожектора. — Почему же здесь нет робота нулевого уровня? В наших листовках это указано, но вы не упоминули это сейчас! Неужели это ошибка? Как одному из престижных геройских академий Юэй должно быть стыдно за это. — затем поправив очки, он направил руку в сторону Изуку — А ты же кучерявый, ведешь себя не соответствующе. Твой бубнеж всем мешает, это не поведение героя. Все взгляды устремились на парня. Ему явно было неловко и стыдно за свои действия, хотя, вероятно, он сам не понимал что говорит, ибо волновался. Сущий Мик громко рассмеялся, но уголки его глаз дёрнулись. "Почему они такие дотошные?!" — пронеслось у него в голове. Айзава, наблюдая за этим, тихо прошипел: — Ямада... если ты сейчас скажешь что-то вроде "сюрприз~", я лично задушу тебя этим микрофоном. Но было уже поздно. — Отличная речь. И это не ошибка, конечно, есть ещё один тип! — светловолосый мужчина подмигнул, и на экране всплыло изображение гигантского робота с надписью "0 POINTS". — Но лучше вам его не трогать! Это скорее… препятствие, чем цель! Так что смысла побеждать его нет. Лучше просто убегать, детки! Мидория, тот самый кудрявый мальчик с темно-зелëными волосами вдруг побледнел. "О нет…" Шота закрыл лицо руками. "Всё. Теперь у нас будет паника." И точно — по толпе абитуриентов пробежал шёпот: "Это же тот монстр, что в прошлом году пол-арены разрушил!" Иида, до этого стоявший под светом прожектора, наконец извинился и поблагодарил ведущего, а затем смирно шлëпнулся на своë сиденье. Сущий Мик, не замечая нарастающей тревоги, весело вскинул кулак: — Ну что, готовы показать, на что способны?! Дайте шуму!!! Тишины, которую так жаждал черноволосый мужчина, не случилось. Он глубоко вздохнул. "Нахер я пошëл преподавать…" А затем вытащил из кармана маленький бутылек, закапал глазные капли, сунул их обратно, развернулся, и побрëл в учительскую, дабы насладиться кофейным напитком из ближайшего автомата и вздремнуть на пару минут. Это ему необходимо. ***Будь проклята, Япония! Я не шутила. Я уже пропустила вступительную речь, которая была запланирована ещë давным-давно на сегодняшний день. Серьёзно, кто придумал начинать вступительные испытания в восемь утра?! На электронных часах уже без пятнадцати девять, тестовая часть должна начаться с минуты на минуту, а я всё ещё несусь как угорелая от остановки до ворот ЮЭЙ, задыхаясь и спотыкаясь о собственные ноги. Взвываю от негодования на этот день. Мне крышка. Влететь в учебное заведение с разбега не вышло. У главного входа стояли двое охранников — здоровенные мужчины с каменными лицами в красивой классической форме, и один из них, едва завидев меня, резко выставил вперёд ладонь, словно останавливая бешеного зверя. — Стой! — его голос прозвучал достаточно грубо и громко, заставив меня вздрогнуть. — Куда так быстро? Документы! Я замерла, судорожно глотая воздух. — Я… абитуриентка… тест… сейчас начнётся… — выдавила я на своём ломаном японском, чувствуя, как капли пота стекают по спине. Второй охранник скрестил руки на груди и уставился на меня с немым укором. — Опоздала. Где паспорт? Пропуск? Или подтверждение регистрации? Мои руки дрожали, пока я рылась в рюкзаке, выуживая стопку бумаг в прозрачной, но милой папочке с розовым бантиком — заявление, копию паспорта, справку о допуске к экзамену. Охранник взял их, медленно пролистал, сверяя данные, и наконец кивнул. — Проходи. Но в следующий раз являйся вовремя. Я едва сдержала желание крикнуть "Спасибо, капитан очевидность!", но вместо этого просто низко поклонилась и рванула внутрь. Только вот новая проблема нарисовалась сразу же: куда блин идти? Школа ЮЭЙ внутри оказалась ещë более огромной, чем снаружи — широкие коридоры, множество дверей, таблички с номерами аудиторий… Никаких указателей, никаких подсказок. Где мой пункт сбора? Где этот чёртов экзамен?! Я зажмурилась, пытаясь вспомнить схему из брошюры, но в голове была только паника. — Если я сейчас опоздаю на тест, я себя прибью. — бубнила себе под нос. Остался один вариант — бежать наугад, используя максимум своих воспоминаний и надеяться на чудо. Или на то, что кто-нибудь крикнет: "Опоздавшие, сюда!" Но, конечно, такого не случится. Потому что это Япония. Потому что это не какая-нибудь шарага . Потому что это мать его, ЮЭЙ. — Хэй, ты что здесь делаешь? Громкий и достаточно ясный голос заставил меня резко обернуться. Передо мной стоял светловолосый мужчина в оранжевых очках, с торчащими вверх волосами и усами, которые так и норовили завернуться в забавные завитки. Он выглядел настолько нелепо, что у меня невольно дрогнули уголки губ — несмотря на весь стресс, смешок прорвался наружу. — У тебя разве не тест сейчас? — он покрутил в пальцах телефон, демонстративно тыкая в экран. — Без пяти девять, малышка, ты вообще в курсе? Как же мне повезло! Не знаю кто он, но он меня сейчас спасет. — Здравствуйте, Господин! — я второй раз за день поклонилась, при этом достаточно низко, оказывая уважение взрослому напротив себя. — Я опоздала...И теперь не могу найти свою аудиторию. Нервно переминаясь с ноги на ногу, я наблюдала, как лицо под рыжими стëклами очков исказилось в комичной гримасе ужаса. — Божечки-кошечки, какой кошмар! —он взвизгнул, хватая меня за руку и буквально поволок за собой на ближайшую лестничную площадку. — Давай-давай, я тебя спасу! Ладонь была тëплой и шершавой — будто он всë время крутил микрофон в своих руках. С его голосом и рвением говорить ему как раз идеально подходила сцена или работа на радио. Я едва поспевала за его прыгающей походкой, но внутри ликовала — хоть кого-то встретила в этом незнакомом и страшноватом из-за своих размеров, месте. В душе Сущий Мик был потрясëн. "Никто из нынешней молодёжи так не кланяется! Да ещё и на "господин"… О, это же драгоценность!" — Ты, должно быть, и мою речь пропустила?— он скосил взгляд, замедляя шаг. Мы уже взлетели на шестой этаж, и я даже запыхалась. Действительно удивительное по величине место. — А? — отвлекаюсь, переставая разглядывать гигантские арочные окна. И, ничего себе, я, оказывается, угадала с его работой. — Честно? Да. — Я расстроен, — он надул щёки, но тут же махнул рукой. — Но с кем не бывает! Не переживай, весь экзамен пройдёшь! — Не сочтите за грубость… — я закусила губу, делая "невинные глазки". — Можете уточнить, что будет на практической части? Затем, вспомнив про манеры, добавила: — И… как к вам можно обращаться? — О-о-оу! — он аж подпрыгнул от изумления. — Неужели не знаешь меня?! Я растерянно мотаю головой, а он расцвёл ещё больше. — Я — Хизаши Ямада! Или Сущий Мик! Называй как душе угодно! Я улыбаюсь в ответ, но мысленно требую ответа на первый вопрос. Из кабинета, который был чуть бальше от нас, вдруг выползает теневой силуэт. — Хизаши, — хриплый, пробирающий до мурашек голос прозвучал так, будто его владелец уже три дня не спал, — если ты не появишься в кабинете в течение следующих тридцати секунд, я лично засуну тебя в тот шкаф с учебными пособиями, откуда ты взял и до сих пор не вернул мои тестовые бланки. Человек, одетый в чëрный комбинезон очень лениво зевает, прячя лицо в своих интересных и мягких на вид лентах, хмуро глядит в нашу сторону, держа глаза наполовину прикрытыми. Мик замер как вкопанный, его лицо выражало неподдельный ужас. — Только тебя одного ждём. — Ой-ой-ой! Шота, подожди! Я же спасаю тут будущее геройского движения! —он размахивает руками, как ветрянная мельница. — Эта юная леди... — Тридцать... двадцать девять... — начал отсчëт Айзава, совершенно игнорируя его оправдания. Сущий Мик прикрикивает, разворачиваясь ко мне на пятках, а его лицо внезапно становится серьëзным — Список распределения — дальше по коридору и направо! Там все имена и аудитории! А про практику... спроси позже! Всë поняла? — Да! То есть нет! То есть... как вас отблагодарить? Он уже отступал назад, но улыбнулся во всю ширину лица: — Сдай экзамен — будем квиты! А теперь беги, малышка! — и тут же сорвался с места, крича через плечо: — И запомни: плюс ультра!!! Шота, всë ещё стоявший в дверях, тяжело вздохнул: — И зачем я только согласился работать с этим человеческим воплощением энергетического напитка... — До свидания, господин Хизаши Ямада! — кричу вдогонку громкоговорящему герою. С одной стороны, спасибо, что избавил меня от долгих блужданий по университету, с другой — я по-прежнему не знаю что будет на практической части экзамена. — Премного "благодарна" этому ленточному, чёрт возьми, — пробормотала я, ускоряясь. Устала выжимаю последние силы и обгоняю странную пару новых знакомых, стремясь завернуть за угол— там уже слышался галдёж абитуриентов. И всё же… малясь обиделась я на этого черноволосого, он не вовремя влез. Двое мужчин провожают Аристу взглядами. — Воспитанная. - хмыкает Айзава, ступая обратно в кабинет. — Не то слово! — громко щебечет над ухом Сущий Мик, хлопая приятеля по плечу. — Жаль, не успел рассказать суть экзамена! Шота закатывает глаза. Не удивлëн. — Чего так? — Опоздала, пришлось провожать,— пожимает плечами Хизаши. — А сейчас, как видишь…не хватило времени. Сотриголова тяжело вскидывает брови. Значит еë проблемы, хоть и чуточку жаль: "Неподготовленный герой — проигравший герой". Но, может, справится? А затем отгоняет все ненужные мысли. — А мы в соседних кабинетах курируем, Стëрка..? ***— Итак, положите ручки! Голос прозвучал мягко, но с такой непререкаемой интонацией, что в аудитории моментально воцарилась мёртвая тишина. Я оторвала взгляд от бланка и замерла. Перед нами стояла Немури Каяма — про-герой Полночь. Её костюм, представлявший собой причудливую смесь строгого преподавательского образа и откровенно-соблазнительных элементов геройского наряда, выглядел настолько необычно, что я невольно задержала взгляд. Чёрный латексный корсет, обтягивающие высокие сапоги до бедра, и при этом очки в строгой оправе — всё это создавало странный, но завораживающий контраст. "Чёрт возьми... Когда я наконец привыкну к тому, что герои здесь везде — даже в экзаменационных комиссиях?" Она прошлась между рядами, собирая работы, и я заметила, как некоторые абитуриенты краснели, когда её глаза игриво блестели при свете ламп. Тестовая часть экзамена закончилась. — Проверка займёт около тридцати минут, — объявила Каяма, постукивая длинным ногтем по стопке бланков. — Можете отдохнуть, но не уходите домой. — усмехнулась она. Я сладко потянулась, чувствуя, как спина ноет от долгого сидения. Опять. Всё моё тело напоминало один большой затекший комок нервов. Аккуратно запихнув ручку и черновик в рюкзак, обвешанный значками с аниме персонажами, я поднялась и неуверенно подкатила к её столу. Тесты показались мне до смешного лёгкими — если не считать того, что половину вопросов пришлось переводить с японского на английский в уме. Переводчиком то нельзя пользоваться, сразу выгонят. "Надеюсь, ничего не перепутала…" — Простите! — Я вежливо поклонилась, стараясь не упустить ни одной детали этикета. — Не могли бы вы подсказать, куда идти на практическую часть, госпожа Полночь? Немури захлопала ресницами, её губы приоткрылись в лёгком удивлении. — Как так вышло, что ты не знаешь? — спросила она, наклоняя голову. В её голосе сквозило лёгкое недовольство, но в то же время что-то в моём тоне, видимо, её зацепило. — Опоздала. — Негоже герою опаздывать, — слегка нахмурилась Каяма, постукивая карандашом по столу. — Плохое качество. "Ага, конечно. Виновна во всём — в пробках, в погоде, в том, что перед автобусом котëнок пробежал. Герои должны предвидеть даже это, да?" — язвительно подумала я, но внешне лишь покорно кивнула как болванчик. — Да, любое опоздание может стоить тысяч жизней, — механически отвечаю, смотря куда-то мимо её плеча. Женщина замерла. Её голубые глаза на секунду стали чуть острее, будто она что-то прочла в моëм взгляде. Но затем махнула рукой и утонула в мониторе. — Сейчас распечатаю твой бланк, Ариста Миллер. — Она достала листок и протянула его мне. — И смотри… не опоздай ещё и на практику. — Как скажете. Всё проходит гладко. Я ещё раз поклонилась, поблагодарила и выскользнула из кабинета, чувствуя, как спина наконец-то разгибается. ***Свежий воздух ударил в лицо, и я глубоко вдыхаю, расправляя плечи. В руках — заветный листок с информацией. Буквально: куда идти, что делать, как не облажаться. Уткнувшись в текст, я даже не заметила, как споткнулась о собственные ноги. Но падать не пришлось. Чья-то грубая ладонь хватает меня за шкирку, как маленького нашкодившего котëнка, и рывком поставила на место. — Ты че, сдурела?! — прохрипел над ухом резкий голос. Я моргнула, ослеплённая солнцем, и увидела перед собой беловолосого парня с колючей на вид причёской. Его красные глаза сверкали раздражением, а губы были искривлены в едва ли не оскале. Впечатление было слегка испорчено. Да что там слегка. Зачем сразу обзываться то? "Ого. Да он… злой как ёж. Или собака. Неловко получилось, кажись у этого пацана характер хреновый, а подкреплëнное к нему поведение и того хуже. Он точно хочет героем быть? Ещё и выше меня, зараза, хотя, как я думаю, младше меня по возрасту. " — Прости, — быстро проговариваю я, кланяясь так низко, что чуть не клюю носом в асфальт. — Я читала инструкции. Спасибо, что подстраховал. Парень цокнул языком, его пальцы непроизвольно сжались в кулаки. "Спас? Да я просто не хотел, чтобы эта неуклюжая дура сбила меня с ног!" Но вслух он лишь буркнул что-то неразборчивое своим самым злым тоном, а затем, заметив кого-то за моей спиной, резко оттолкнул меня рукой в сторону, мол : "Убирайся с глаз долой." Поняла, не тупая. Я не стала спорить. В этой толкучке абитуриентов мы вряд ли ещё пересечёмся. "Интересно, он всегда такой… взрывоопасный?" Но размышлять было некогда. Результаты теста и практика ждала. — Так значит… сокрушить роботов? — пробормотала я, вновь утыкаясь в инструкции. *** Тени длинных коридоров ЮЭЙ мягко ложатся под ноги, когда я снова поднимаюсь на шестой этаж. Спокойный шаг. Глубокий вдох. Прямо, затем направо — маршрут уже отпечатался в памяти. Толпа у стенда с результатами бурлит, как кипящий котёл. Некоторые буквально лезут по головам, пытаясь первыми увидеть заветные цифры. "Неопытные ещё, бедняги..." — мысленно вздыхаю я, опускаясь на свободное кресло в стороне. Шёпот. Громкие возгласы. Взрывы смеха и разочарованные стоны. Ребят, ну зачем! Вроде из школы выпустились, а ведут себя, будто ничего не поменялось. Устало роюсь в рюкзаке, доставая полуразряженные наушники — верных спутников долгой дороги. Вешаю их на шею, пальцы автоматически нащупывают кнопку включения. Тишина в наушниках. Шум поверх них. "Блин, не грузит..." Оказывается, канадская сим-карта всё ещё внутри. Совсем забыла про это. "Чёрт, ещё и на это время тратить, менять..." Приходится довольствоваться скачанными треками — старыми, знакомыми, но хотя бы не бесячими. Но даже музыка не спасает от нарастающего гула. Раздражение подкатывает к горлу, как волна. Резко встаю и пробиваюсь сквозь толпу к стенду с результатами. Этим, я конечно, передаю себя, ведь становлюсь в эту толкучку. Но я больше не могу находится рядом с такой суматохой. Голова разрывается. "Почему, чёрт возьми, столько шума? Разве результаты от этого изменятся?" Глаза скользят по списку низу вверх — так психологически проще. "Сначала — осознать, насколько глубоко ты упал... А потом вдруг удивиться, если поднялся." Лицо непроизвольно вытягивается, когда я преодолеваю середину списка. Сердце начинает стучать чаще. Взгляд мечется к последним двадцати лидирующим людям — тем, кто (по возможности) попадёт в основной 1-А класс. Затаив дыхание, пробегаю глазами: ...Последние десять, если считать от начала. ...Последние пять. ...Четыре. ...Три. ...Я — вторая. Получаю 698 баллов из 700 возможных. Ахринеть. Наушники соскальзывают на шею. Звенящяя тишина, которая наступила от моего сосредоточенного состояния вокруг внезапно обретает звук— теперь я вновь слышу шёпот, обрывки фраз, своё имя. "Иностранная фамилия и на вершине списка...?" Щёки вспыхивают румянцем. "Слишком много внимания..." ... Хотя меня никто в лицо и не знает. Отступаю, стараясь слиться со стеной, исчезнуть, когда вижу знакомую белобрысую макушку. Не хотелось бы снова с ним пересекаться, его агрессия мне сейчас уж точно не нужна. Но так или иначе внутри — гордость и радость, особенно, когда этот мальчик-собака начинает кричать: — Вторая?! — Кацуки Бакуго скрипит зубами, впиваясь взглядом в фамилию над своей. "Это... иностранка?!" Гнев и любопытство смешиваются в нём, создавая новую, незнакомую эмоцию. Но он отворачивается, пряча её за маской ярости. "Ничего... На практике покажу, кто здесь лучший." И пока его взгляд случайно всё-таки утыкается в меня, убегающую из этого пространства, не перестаю думать. "Я сделала это..." И тут же — укол сожаления: "Тот коварный вопрос... Если бы не ошибка в переводе, могла бы быть первой." Но в целом, это ещё не показатель. Предстоящее — настоящее испытание. И я готова. ***Я стояла на краю площадки, вглядываясь в очертания гигантского тренировочного города сектора D. Солнце слепило глаза, отражаясь от стеклянных фасадов искусственных зданий. Вокруг кипела жизнь — десятки абитуриентов переговаривались, разминались, проверяли снаряжение. Воздух был наполнен предстартовым напряжением, словно перед грозой. И тут мой взгляд уловил знакомую фигуру. "Опять он? Судьба сегодня явно решила поиздеваться надо мной", — пронеслось в голове. Белоголовый взрывной парень, с которым мы столкнулись утром, ожесточенно спорил с необычным юношей — у того вместо человеческой головы красовалась изящная птичья. Их диалог становился все горячее: — Ты вообще понял задание, пернатый? — шипел Бакуго, сжимая кулаки. — Это не детский сад! — Я прекрасно... — начал было Птицеголовый, но его перебили. — Тогда заткнись и не мешай настоящим героям! Я вздохнула. "Если они окажутся со мной в одном классе, это будет катастрофа". Решив вмешаться, я уверенно шагнула вперед. — Эй, ребята, может хватит? — мой голос прозвучал громче, чем я планировала. Бакуго резко обернулся. Увидев меня, его лицо исказила гримаса отвращения. — Ты?! — фыркнул он и демонстративно отошел на несколько шагов, будто боялся заразиться. "Интересно, я его так зашугала утром?" — мелькнула ироничная мысль. Птицеголовый парень повернулся ко мне. Его темные глаза-бусины внимательно изучали меня. — Не слушай его, он просто придурок, — сказала я, пожимая плечами. Глубокий, бархатистый смех неожиданно раздался из его клюва. — Не то слово, — прозвучало удивительно приятным басом. Я замерла — такой голос никак не соответствовал его внешности, если честно. Наш разговор прервал громкий скрежет металла. На вышке над городом появилась фигура в геройском костюме. — Внимание, участники! — разнесся усиленный динамиками голос. — Испытание начинëтся с минуты на минуту! Я встретилась взглядом с новым знакомым. Без слов мы обменялись понимающими улыбками, мысленно пожелав друг другу удачи. В его глазах читалась такая же решимость, как и у меня. "Сейчас начнется настоящее месиво", - подумала я, проверяя крепление защитных нарукавников. Сердце бешено колотилось в груди, но это было приятное волнение - предвкушение битвы, вызова, который я так ждала. Где-то в стороне взрывной парень что-то кричал, размахивая руками, но я уже не обращала внимания. Все мои мысли были сосредоточены на предстоящем испытании. Пальцы непроизвольно сжались в кулаки, ноги пружинили в готовности к рывку. — Покажите, на что вы способны! — донеслось с вышки. Город перед нами замер в зловещей тишине. Где-то в его глубине уже ждали свои жертвы механические чудовища. Я глубоко вдохнула, ловя последние мгновения перед бурей. "Поехали". ***Псих. Он шёл за ней. Намеренно. Каждый шаг — вызов, каждый взгляд — оценка. Бакуго Кацуки не просто сражался с роботами — он уничтожал их с яростью, которая заставляла даже самых уверенных абитуриентов отпрянуть. Взрывы рвали воздух, металл гнулся и плавился под его ударами, а он… Следил за ней. Эта беловолосая, эта «иностранка», которая осмелилась занять место выше него в теоретической части. Не-ет. Такого он не потерпит. Он не просто так крушил всех роботов на своём пути — он делал это нарочно, чтобы она поняла. Чтобы все поняли. Он — лучший. А если кто-то думает иначе — пусть попробует доказать. Псих... Псих.... Псих! Ариста просто не знала куда себя деть. Она чувствовала, будто за ней по пятам идëт маньяк. Самый башенный маньяк из всех, что она могла бы встретить. Когда еë взгляд случайно пересекался с его — этот колючий тип дьявольски ухмылялся, практически рыча. "Неужели я провалю это испытание? Он не даëт, да и не даст мне хоть кого-то уничтожить... " Почему. Почему. Почему..? Почему Миллер всегда попадает в херовое положение. ***Девушка не оставляла надежд. "До окончания экзамена осталось две минуты!" — раздалось над поступающими. Роботы вокруг лежали грузами искорëженного металла. Ариста металась. Искала хоть одного уцелевшего противника, но... Он уже всех разнëс. — Ты что, слепая? — резко бросил он, проходя мимо. — Здесь уже чисто. Его голос звучал презрительно, девушка же держалась на грани. Не знаю кому ей хотелось врезать со всей силы — себе, или ему? "Почему она всë ещë тут пытается кого-то отыскать? Если не может победить — пусть проваливает!" Но она продолжала. И это... Бесило.