Часть 1

*** Считалось, что часы не следовало дарить близким людям, поскольку такой подарок обязательно приводил к разлуке или потере. Богам до этих поверий не было никакого дела.       Сильные и гордые, они возвышались над этим миром и жили сотни и тысячи лет. Разлуки и потери сопровождали их кроваво-алой тенью погибших товарищей и врагов.       Часы — никчёмное изобретение, пытающееся установить рамки даже для богов. Но их удел — вечность.       Карманные, болтающиеся на серебряной цепочке, часы с гравировкой их создателя казались Чжун Ли красивым и дорогим подарком, однако совершенно не подходящим для бога. Секундная стрелка спешно шла по кругу, обгоняя минутную и часовую. Тихий скрежет, перерастающий в скрип и щелчок — выпуклый циферблат твердил, что сейчас ровно полдень.       Солнце на мгновение ослепило глаза, и Чжун Ли сомкнул веки, зажмурившись от яркости — его глаза воспринимали свет слегка иначе, нежели человеческие.       Секундная стрелка продолжала спешить и достигла очередного оборота. Прошло столько лет, а часы всё равно шли без остановки и точно показывали время — идеальное творение Гуй Чжун, созданное с божественной силой и искренним любопытством.       Чжун Ли подозревал, что она совершала шалость, восторженно сверкая глазами, когда принялась за создание часов. Ей всегда были присущи идеи, не тревожащие умы богов. Раскрасневшаяся от задумчивости и перебирающая детали, Гуй Чжун вбирала в себя свет окружающего мира и нежно мерцала в полумраке, раз за разом создавая что-то новое и необычное.       Игривый взгляд на серьёзном лице Чжун Ли забыть не смог бы никогда.       Он всё ещё помнил, как Гуй Чжун с трепетом сжала в ладони своё изобретение и погладила по серебряной цепочке и ободку. А после сказала, бросив на Чжун Ли ласковый взгляд из-под ресниц:       — Время бежит, но мы можем на мгновение его поймать.       И Чжун Ли, хотел он того или нет, его поймал, смотря на её счастливую улыбку и мягкие черты лица. Что-то внутри восхищённо дрогнуло и обволокло теплом, какое он никогда не чувствовал. Сердце учащённо билось в грудной клетке.       А затем раздался грохот тысячи камней и небо заволокло чёрным пеплом — Гуй Чжун умерла.