Символ года

      — Смотри, какую прелесть купил!       Дмитрий поставил на стол небольшую красную коробку с нарисованными огненными лошадками. Влад с интересом воззрился сначала на неё, а затем и на старшего брата. Тот улыбнулся, видя в его глазах живой интерес, и кивнул — пусть младший открывает. Подросток осторожно снял крышку, опасаясь, что внутри может быть что-то хрупкое.       — Ой… Ого, вау! — с удивлением распахнул глаза Владислав.       — Нравится? — мягко засмеялся Дима и взъерошил волосы младшего брата. Обычно тот уже начал бы ворчать и приглаживать растрёпанную причёску, но на этот раз был так поглощён содержимым коробки, что даже не оторвался от неё.       На чёрной бархатной подложке, разделённой на секции, лежали ёлочные игрушки в форме лошадок: плоские деревянные красные кони с жёлто-золотой гривой, которые будто бежали галопом или стояли с гордо поднятыми головами, а их огненные гривы клубились и развевались; пластиковые блестящие красные кобылы с жёлто-оранжевыми хвостами лежали рядом со своими жеребятами, украшенными разными блёстками, символизируя новорождённый год; табун маленьких красных, золотистых, оранжевых и терракотовых лошадок был собран в длинные бусы; стеклянные лошадки с боками в красных мелких блёстках были украшены на гривах и хвостах перьями, покрашенными в цвета огня; пластиковые лошадки были покрыты красным бархатом, а вместо глаз у них были оранжевые бусины; завершали коллекцию вставшие на дыбы прозрачные красно-жёлтые лошадки, они слегка просвечивали, и казалось, будто они горят, если посмотреть на свет через них.       — Такая красота! И где ты только умудрился такое купить? — Влад положил очередную игрушку обратно в коробку и с блеском в глазах посмотрел на брата: — Ты — настоящий волшебник!       — Рад это слышать, — усмехнулся тот. Дмитрий радовался, что его брат, даже будучи старшим подростком, сохранял светлое открытое сердце и искренне радовался таким вот простым мелочам, как коробка с ёлочными игрушками.       — Но всех их не хватит, чтобы украсить ёлку, — задумчиво сказал Владислав.       — Мы с тобой уже ведь наряжали ёлку красными и жёлтыми игрушками, повторим? — Дима снова взъерошил волосы младшего братишки. Надо пользоваться, пока есть возможность, а то потом тот снова включит «взрослый режим».       — Конечно! А я как раз купил мишуру, похожую на пламя, — Влад вскочил со стула и умчался в другую комнату, стуча по полу босыми пятками.       — Вот егоза, — хмыкнул Дмитрий и вытащил из своей сумки коробку с ёлочными бусами и коробку с гирляндой. Он тоже подготовился.       Этот Новый год они снова встречали только вдвоём, потому что старшего Калинина позвали на корпоративный ужин вместе с супругой, и весь коллектив со своими парами уехал на пару дней на турбазу в лесу, которая была специально забронирована для встречи Нового года. Родители беспокоились за младшего сына, но тут как раз домой вернулся старший, закончив со своей работой.       — Гляди! — Влад вбежал в комнату с охапкой мишуры. У неё была жёлтая середина и красные кончики, а также золотые фигурки в виде искр. Она так блестела, что руки, шея и футболка Владислава покрылись красными и жёлтыми бликами.       — И правда — как пламя, — Дима потрогал пушистую мишуру, ловя блики в свои ладони. Если бы они делали искусственный камин для декораций, эта мишура отлично подошла бы в качестве огня.       Младший брат тем временем рассматривал ёлочные бусы: они состояли из красных просвечивающих бусин в форме пламени и золотых прозрачных бусин в форме искр.       — Дим, а гирлянда зачем? — Владислав подёргал брата за рукав, отрывая от рассматривания мишуры. — У нас же есть.       — Увидишь, — заговорщически улыбнулся тот.       Влад замер. Димка был мастером организовывать сюрпризы, и если он так понижал голос и хитро подмигивал, то можно было быть уверенным — он приготовил что-то невероятное.       — Тогда давай уже наряжать ёлку! — в нетерпении воскликнул младший брат, Дмитрий на секунду даже подумал, что тот начнёт прыгать в предвкушении как маленький ребёнок, но Влад просто сгрузил мишуру на стол.       — Сейчас достану, нетерпеливый огненный жеребёнок, — посмеялся старший.       — А, я пока вытащу ящики с игрушками! — пропуская мимо ушей новое прозвище от брата, сказал Владислав и открыл шкаф.       Пока Дима доставал с верхней полки коробку с ёлкой, младший брат буквально залез в шкаф, чтобы достать ящики, расположенные у самой дальней стенки.       — Головой не треснись, — заметил Дмитрий, распаковывая ёлочку.       Послышался глухой стук.       — Ай! — недовольно зашипел Влад, выныривая из шкафа с коробкой.       — Сильно ударился? — старший брат сразу же сел на корточки рядом с ним и потёр его голову.       — Не-а, уже прошло, — Владислав поправил чёлку и снова нырнул обратно в шкаф за другим ящиком.       — Надо бы разобрать предпоследнюю полку, неудобно же, — пробормотал себе под нос Дима и выложил части ёлки на кресло.       Установив крестовину и прочно закрепив основание ёлки, Дмитрий вогнал штырь средней её части в специальное отверстие в стволе нижней части, а затем установил и макушку. Младший брат уже копошился внизу, расправляя еловые лапки как можно пушистее. Искусственные иголочки мягко покалывали руки и тихо шуршали, а несколько иголок упало на пол.       — Эй, огненный жеребёнок, — Дима зарылся рукой в волосы Влада, когда ёлка была распушена и одним своим видом создавала новогоднюю атмосферу.       — М? — младший брат поднял на него взгляд с сияющими глазами. В них плескалась чистая детская радость, и искрился восторг от новогоднего занятия.       — Гирлянду я повешу сам, а ты пока сделай нам что-нибудь на обед, смотри, уже четыре часа вечера.       — Эй, это нечестно! Я тоже хочу!       — Ну вот, а мама так хвалилась, что ты научился вкусно готовить, — Дмитрий театрально смахнул с глаз несуществующую слезу.       — Ну ладно-ладно, — Владислав улыбнулся. Гирлянда, похоже, была необычной, раз его, как маленького, отсылали куда-то так настойчиво. — Но чтоб съел всё!       — Съем всё, даже угли, — пообещал старший брат, за что получил слабый удар в плечо от спешащего на кухню младшего.       Дима улыбнулся, закрыл дверь в комнату и включил гирлянду в розетку. Огоньки красиво переливались, и он стал растягивать нить от самой макушки до низа, осторожно, неспеша, чтоб огоньки было видно с каждого ракурса, не пропуская ни одной лапки. Когда он закончил, то отошёл на шаг назад и полюбовался горящей ёлкой. Владу точно понравится.       Едва Дмитрий выключил гирлянду, как раздался стук в дверь и после разрешения вошёл младший брат с подносом, на котором разместились две тарелки и два бокала чая.       — Ура, еда! А что это тут у нас такое? — Дима сел за стол и взял одну тарелку, рассматривая её слегка желтоватое, почти белое содержимое.       — Омлет с креветками, — Владислав сел рядом.       — Эй, а это вкусно, креветки весь омлет пропитали, и сыр отлично вкус дополняет, — Дмитрий довольно хмыкнул и погладил младшего брата по голове: — Молодец, мама не зря хвалится.       — Угу, — тихо жуя, отозвался тот, пытаясь скрыть радость от похвалы старшего брата. Тот был в некотором роде гурманом, и его мнение было важно для Влада. Скользящую улыбку, однако, подросток сдержать не смог, но Дима тактично молчал.       Когда с едой было покончено, братья вернулись к ёлке. Первыми в ход пошли длинные бусы. Прозрачные бусины сверкали от света люстры, озорно выглядывали из-под лапок и мягко перестукивались. Затем Калинины уселись рядом с ящиками и вытащили из них все красные, жёлтые и оранжевые игрушки. Это были и шарики, и витиеватые орехи, и ягоды клубники, и фигурки солнца и луны, и позолоченные сосновые шишки, и небольшие свечки на прищепках. К этой красоте вскоре добавились фигурки лошадок, наполняя комнату шуршанием еловых лапок, постукиванием игрушек и звоном бус, на нижние лапы легла огненная мишура, а крестовина ёлки была забросана ватой как сугробом.       — Давай лезь, — Дима повернулся к младшему брату спиной и чуть присел.       — А ты уверен? Уже в прошлый раз жаловался на то, что я стал слишком тяжёлый, и у тебя спина болела, — Влад держал в руке звезду и несколько ниток дождика и с сомнением глядел на старшего брата. Тот хоть и крепче него, но не будет ли опасно это ребячество для его спины?       — Значит, у тебя только одна попытка сделать всё идеально.       Лица брата Владислав не видел, но представлял, как тот мягко ухмыляется. Всегда он такой. Всегда заботится о младшем и при нём отмахивается от проблем, чтобы у того настроение было хорошее. Лучший старший брат. Но безрассудный.       — Балда, — тихо прошептал Владислав и залез брату на спину.       — Что? — переспросил Дмитрий, не расслышав.       — Поднимай, говорю.       Когда макушка ели оказалась чуть ниже глаз Влада, он быстро надел на неё звезду, поправляя её ровно, и рассыпал нити золотого и красного дождика, расправляя их так, чтобы можно было довести до идеала, уже стоя на полу. Собственно, пока Дима сидел на кресле и, посмеиваясь, тёр свою спину, именно этим Влад и занимался, чередуя нити; их было не слишком много, чтобы не закрывать все игрушки, но и не мало, и с дождиком ёлка казалась полностью готовой.       — А теперь финальный штрих! Глаза закрой, — Дима дождался, пока брат выполнит его просьбу, включил гирлянду и выключил свет. — Раз, два, три, ёлочка…       — Гори, — закончил Влад и открыл глаза. — Ох!       Перед его глазами был гигантский костёр. Гирлянда мерцала и мигала красными, оранжевыми и жёлтыми огнями, создавая ощущение подвижного пламени, бусы и прозрачные фигурки лошадей горели, подсвеченные огнями, а игрушки, дождик и мишура переливались, вспыхивали искрами и сияли. На стенах и потолке были неровные тени от ели и игрушек, будто в комнате полыхало настоящее пламя.       — Нравится? — спросил Дмитрий, обнимая младшего брата за плечи.       — Шикарно, — с восторженным придыханием ответил Влад, не в силах оторвать заворожённый взгляд от новогодней огненной ёлки.