Твелвроуз. Секс в публичных местах.

      Он убьет Мисси. Обязательно убьет. И Клару заодно — за пособничество. Облизнув пересохшие губы, Доктор хмуро исподлобья взглянул на задумчивую Роуз. У них был выбор, и они оба это знали. Конечно они проспорили желание, и выполнить его — дело чести, но они все равно могут отказаться, надавить сильнее, возвать к рациональности Клары или придумать что-нибудь еще… В общем-то, причина их спокойствия сейчас… Они этого хотели. По крайней мере в своем собственном желании Доктор был уверен на все сто, а у Роуз в привычках не было молчать, когда ее что-то не устраивало, — это он усвоил еще две регенерации назад.       И их… согласие привело к тому, что они сидели в примерочной, гипнотизируя взглядом кажущуюся удивительно тонкой шторку. Глупо. Давно нужно было понять, что нельзя спорить с Мисси. С Кларой, впрочем, тоже. А с ними обеими? О, отвратительная идея. Однако… Доктор незаметно сглотнул и в очередной раз скосил взгляд на Роуз. Он хотел этого. Сильнее, чем когда-либо готов был признаться. Не то чтобы это странно — его всегда привлекал риск, но… Неужели Роуз тоже об этом думала? Тем более сейчас, когда он… Доктор вздохнул. Он не всегда понимал это, но, кажется, выглядел старым. По-настоящему старым. То, что Роуз при встрече кинулась ему в объятия и нежно поцеловала в губы, уже много значило. И после она целовала его иногда. Но поцелуи это не секс, и… Нет, слишком много мыслей. Мисси, заглянувшая к ним, лишь это подтвердила.       — Может, вам помощь нужна? — весело уточнила она, игриво выгнув бровь, — у меня ведь, дорогой, опыта в удовлетворении женщин больше, чем у тебя, — с этими словами она показательно облизнулась и подмигнула.       Роуз тихо простонала и спрятала лицо в ладонях, а Доктор только нахмурился пуще прежнего. Мисси, вряд ли смутившись хотя бы на секунду, гаденько хихикнула и снова оставила их наедине.       — Роуз, — хрипло позвал ее Доктор, — если это не то, что ты хочешь, то…       — Ну уж нет, — перебила его Роуз и впервые за последние двадцать минут посмотрела в глаза, — я всегда выполняю обещания, и я правда этого хочу. Но если ты не хочешь…       Вместо ответа Доктор придвинулся к ней ближе и, коснувшись щеки рукой, поцеловал. Теперь у него есть ее прямое согласие, а большего и не требуется. И этот ее огонь в глазах… Да, может, будет даже не так неловко, как он это представлял.       Однако интимность момента была сбита ссорой пары на повышенных тонах в соседней кабинке, и Доктор с Роуз так и застыли, не отрывая губ друг от друга. Осознание пришло само собой. Они в примерочной. В магазине. И они собираются… Доктор сглотнул.       — Не обращай внимания, — мягко прошептала Роуз и ласково провела языком по его губам, будто призывая продолжить.       Неважно. Абсолютно неважно.       Криво усмехнувшись (когда-нибудь он научится по-другому), Доктор ответил на ее ласки. Ему хотелось этого. Ее. Здесь. И, кажется, не стоит доказывать себе обратное.       Руки Роуз быстро нашли его кудри и запутались в них, а всем телом она активно вжималась в Доктора, будто бы мечтала стать с ним одним целым. Но, несмотря на то, что происходящее сейчас — только начало одной из давних фантазий, Доктор готов был отдать все, что у него есть, только бы это не заканчивалось, только бы у него была возможность сидеть и целовать Роуз Тайлер в этой дурацкой примерочной до конца жизни. Вот так сминать ее губы, гладить по бедру и чувствовать ее пальчики в своих волосах. Ощущать ее присутствие рядом каждой клеточкой тела и запоминать каждый — абсолютно каждый — миг.       Довольно быстро реальность за пределами примерочной перестала существовать, и даже редкие крики откуда-то снаружи превратились в никому не нужный фоновый шум. Что-то далекое и неважное, что не имеет значения, пока они с Роуз Марион Тайлер исступленно целуются, изучают друг друга и шумно дышат, не в силах справиться с учащенным сердцебиением.       Неожиданно Роуз перекинула одну из ног через его и уселась ему на колени. Уверенная, распаленная, с какими-то доселе неизвестными Доктору бесенятами в глазах. Оставалось только усмехнуться и тут же несерьезно нахмуриться. Потому что он такой, он хмурится без конца.       — Тебе не нравится? — облизнувшись, прошептала Роуз ему в губы.       — Нравится, — коротко ответил Доктор, вновь ловя ее губы своими.       Он получал все те поцелуи, которых лишил себя сам в одной из предыдущих жизней: когда после регенерации их хотелось особенно сильно, но он не позволял себе. О, как же глупо. Тот он, кажется, вообще никогда не был таким гением, как утверждал… В любом случае это абсолютно неважно сейчас, когда он перестал упускать возможности. Они опробуют все поцелуи: от самых нежных до самых страстных, от коротких поцелуев почти вскользь, сменяющих один другой, до жарких, мокрых и очень — очень — горячих. Роуз Тайлер хочет его (даже спустя столько времени, даже в этом теле), и больше он не собирается отказывать им обоим в этом удовольствии.       Ее бедра с удивительной силой сжимали его бока, и Доктору казалось, что он чувствует ее кожу даже через рубашку и пиджак. Но этого мало. Слишком много слоев, просто слишком. По крайней мере Роуз была одета предусмотрительнее: блузка и джинсовый сарафан вроде того, в котором они встретились с королевой Викторией. Но этот был с юбкой — не с шортами (идея Мисси). Однако предусмотрительности Роуз (скорее Мисси) все равно казалось мало. Доктору хотелось большего, хотелось ощущать ее обнаженную кожу своей. А ведь обычно он не любил касаться других. Но это Роуз, и она всегда будет одним большим исключением.       Ее руки, наконец-то наигравшись с волосами, медленно скользнули к воротнику и начали нетерпеливо расстегивать верхние пуговицы. Невольно Доктор выдохнул — вряд ли он сам бы смог продвинуть их дальше. Так бы и сидел здесь до закрытия, целуясь с Роуз.       Освободив от рубашки его грудь, она стала беспорядочно водить по ней руками, будто нуждалась в соприкосновении с его телом так же сильно, как и он с ее.       — Доктор, — мягко прошептала она ему в губы между поцелуями. Будто призывала остановиться. И он остановился, — коснись меня, — покраснев до кончиков ушей, попросила Роуз дрогнувшим голосом и, словно объясняя, заерзала на нем.       — Да, — немного невпопад ответил он, слишком потерянный из-за ее просьбы.       Тут же скользнув рукой по ее обнаженному бедру, Доктор сдвинул юбку еще выше. Это было… Волнительно. Хотелось немедленно коснуться ее, проникнуть в нее в пальцами… Возможно «сидеть и целоваться» никогда не было идеальным вариантом. Но происходящее сейчас? Определенно было.       Пальцы слегка дрожали, и во рту пересохло. Поцелуи это одно, но это что-то совершенно для них новое, неизведанное. Именно поэтому Доктор медлил: а если ей не понравится? А если ей будут неприятны его прикосновения?       Но Роуз, как будто рассчитывая избавить его от этих мыслей, аккуратно развела ноги чуть шире и смущенно улыбнулась. Да, верно, хватит ему бояться. Набоялся в предыдущих жизнях. С этой мыслью Доктор дразнящим легким прикосновением погладил Роуз по внутренней стороне бедра. Они оба вздрогнули от совершенно нового ощущения. С ее губ сорвался тихий стон, и Доктор тут же застыл. Внезапно он вспомнил, где они находятся, что за тонкими стенками и за шторкой много других людей. Наверное, если их услышат, будет нехорошо.       — Нужно быть тихими, — почти как команду прохрипел Доктор, и Роуз согласно кивнула, закусив нижнюю губу.       Он задел край ее трусов (почти случайно), и она тут же уткнулась ему в плечо, не сдержав еще один стон. Возможно… Только возможно, что Роуз была возбуждена немного сильнее, чем он полагал. Что ж, это… Собственное тело довольно отреагировало, и Доктор выдохнул сквозь плотно сжатые зубы. Не то чтобы он когда-то считал терпение своей сильной стороной, но все равно хотелось продержаться как можно дольше.       Роуз попросила прикоснуться к ней, верно. Осторожным, почти неуверенным движением он провел пальцем по тонкой ткани трусов и ощутил пульсирующее в висках желание немедленно сорвать их с Роуз, проникнуть в нее пальцем — хотя бы пальцем — и довести до исступления прямо так: пока она сидит на нем и тихо стонет ему в плечо. Но Доктор сдержался. Не торопиться, проявить терпение, доставить ей как можно больше медленного тягучего удовольствия.       «Принеси на пару размеров поменьше!» раздался требовательный высокий голос из соседней кабинки, и Роуз тихо фыркнула.       — Я уже начала забывать, где именно мы находимся, — объяснила свой смешок она, прошептав это Доктору прямо на ухо.       Он в ответ смог только пробормотать что-то нечленораздельное. Люди за тонкими стенками больше его не тревожили, он даже готов не обращать внимания. Какое ему дело до них, когда он почти внутри Роуз Тайлер? Воображение уже успело помочь ему представить ощущения, но Доктор отлично знал: по сравнению с реальностью воображение — ничто. Именно поэтому он вернулся к своему занятию, поглаживая Роуз через влажную ткань. Вся ее веселость в миг улетучилась, и она вновь уткнулась ему в плечо, чтобы заглушить звуки, с каждым прикосновением становившиеся все более неприличными.       — Пожалуйста, — почти захныкала она, и Доктор сглотнул.       — Верно, прости, — мягко ответил он (даже эти два слова дались ему с трудом) и поцеловал ее в висок.       Осторожно, будто бы боясь все испортить, Доктор сдвинул ее нижнее белье, чтобы проникнуть под него. Прикосновение отдалось волной жара во всем теле. Он не заметил, как сам невольно сдавленно простонал от удовольствия. А ведь еще почти ничего не произошло.       Изучая, он невесомо провел между ее половых губ, и Роуз тут же призывно толкнулась бедрами вперед. Она хотела почувствовать его в себе так же сильно, как и он. Она хотела… его. Даже если Доктор уже давно сказал себе, что принимает это с легкостью, настоящее осознание пришло только сейчас. Она хочет его, хочет его прикосновений, готова настаивать на них и подталкивать его.       Не найдя в своей голове ни одной причины для протеста, Доктор медленно погрузил в нее палец. И это… их судорожный выдох в унисон говорил громче слов. Действительно гораздо лучше воображения. Начать двигаться, верно… Нельзя же просто оставить все как есть.       Он задал ритм: медленный, тягучий, заставляющий прочувствовать каждое мгновение. Возможно ему просто хотелось продлить это, но Доктор решил для себя, что так будет просто приятнее для Роуз. Сам бы он может… Нет, это не так важно.       Не сразу удалось осознать, что она двигает бедрами ему навстречу. Двигается вместе с ним, поддерживая этот неторопливый темп и тихо поскуливая каждый раз, когда палец погружается в нее полностью.       — А если я вставлю еще один? — облизнув губы, уточнил Доктор неуверенно.       — Да! — воскликнула Роуз и, тут же смутившись, уже тише добавила, — мне было бы очень приятно.       Он несколько потерянно моргнул и покорно добавил к среднему безымянный. Неожиданно Роуз вскрикнула. Громко. Это было слишком много? Испуганно Доктор убрал руку и второй погладил Роуз по щеке.       — Я переборщил, верно? — в ужасе уточнил он и неловко поцеловал ее в нос… А что если она больше не захочет его видеть, потому что он причинил ей боль?..       — Что? — Роуз опустила взгляд, — нет, не в этом дело. Просто… — она закусила губу, — кольцо. Холодное.       Оу. Так вот в чем… Невольно он выдохнул от облегчения. Ничего слишком плохого не произошло.       — Я сниму его, не волнуйся.       — На самом деле это было приятно, — лицо Роуз заметно порозовело, — оставь, — должно было звучать, как требование, но больше напоминало какую-то мольбу.       Доктор только кивнул.       Наверное, стоило начать переживать из-за того, что все в примерочной слышали ее вскрик, но… Это почему-то все еще его не волновало. В голове даже на мгновение промелькнула мысль, что он совсем не против, чтобы каждый знал, чем он и Роуз здесь занимаются. Но это глупо — им лучше действительно быть тихими.       Теперь, с каждым осторожным движением Роуз стонала еще громче (хорошо, что ему в шею — на этот раз уткнулась она туда). Неужели небольшая разница в температуре была настолько приятной?.. Не то чтобы Доктор жаловался! Его ощущения от происходящего сложно было описать какими-то другими словами кроме «превосходно» и «великолепно». Вообще, он смог бы подобрать еще тысячу восхищенных слов на всех возможных языках, какие только знал. Довольно странно в такой ситуации, но… ему нужно было удерживать себя от шага за грань.       Единственное, что по-настоящему помогало ему все еще мыслить рационально — страх сорваться. Его желание было диким, грубым… Явно не для Роуз. Все это время Доктор старался не думать о том, с каким бы удовольствием вжал бы ее в зеркало грудью, уткнулся бы лицом между шеей и плечом и взял бы сзади. Полный контроль, агрессивный темп… Одной рукой он бы удерживал ее за бедра, каждый раз притягивая навстречу собственным толчкам, а вторая бы упиралась в стену, позволяя удерживать равновесие. А еще он бы непременно поглядывал в зеркало, чтобы со стороны наблюдать, как он проникает в Роуз со спины, как она, прикрыв глаза от удовольствия и уже не сдерживаясь, стонет, как шепчет его имя и… Нет, нельзя. Это останется в его грязных-грязных мыслях. Роуз Тайлер заслужила самого трепетного обращения.       — Я не какой-то хрупкий цветок, который сломается, стоит тебе надавить, — сбившимся голосом зашептала Роуз ему на ухо, будто бы прочитав его мысли, — у этой розы есть шипы, — фыркнула она, — и я не сломаюсь.       Не удержавшись, Доктор снова поцеловал ее. Не сделал этого раньше, потому что хотел, чтобы она полностью сосредоточилась на ощущениях внизу, но… Он не мог не поцеловать ее после такого. Роуз всегда говорила самые нужные вещи в самые нужные моменты. И это был один из таких.       Да, не сломается, и он может позволить себе… Он хочет… Без лишних слов и мыслей Доктор начал двигать пальцами немного быстрее. Роуз тут же ахнула, будто бы не ожидала, что к ее словам прислушаются. Если бы он не был так занят, но непременно оскорбился — он всегда старается прислушиваться к словам Роуз. Но ей повезло — сейчас у него не было времени и желания обдумывать все это и обижаться.       Вместо этого он чуть согнул пальцы внутри нее, вызвав очередной несдержанный стон. Из соседней кабинки послышалось возмущенное бормотание, а Доктор только довольно усмехнулся: да, если Роуз хочет, чтобы он позволил себе немного больше, то он позволит. Фантазия с зеркалом может подождать, сегодня на нее просто не останется времени.       — Сделай так еще раз, — попросила Роуз и стала расцеловывать его лицо. Как поощрение, как небольшая награда за его старания.       И Доктор не смог сказать ей, что не будет для него большей награды, чем ее собственное удовольствие. Именно поэтому он послушно повторил свою несложную манипуляцию внутри нее. Стон Роуз он заглушил, поцеловав ее. Хотел так сделать уже давно — очередная небольшая фантазия. И сейчас он мог исполнить ее, не испытывая ни капли вины. Роуз Тайлер стонет благодаря его прикосновениям. В который раз эта мысль посетила Доктора, и каждый раз она пьянила и расковывала по-новому.       Пришло время вспомнить о том, чем Доктор так гордился, — своей мультизадачности. Но не успел он коснуться клитора (и почему эта мысль вообще не пришла ему раньше?! Он ведь разбирался в женской анатомии), как мышцы вокруг его пальцев сжались, Роуз выгнулась в спине ему на встречу и… В этот раз поцелуем Доктор бы не смог дотянуться, так что он просто закрыл ей рот ладонью. Даже, пожалуй… Зажал.       Несколько секунд они сидели в тишине и пытались отдышаться.       Смущенно Доктор убрал руку от ее рта. Это было ужасно грубо с его стороны. Но Роуз только лениво фыркнула, заметив его смущение.       — Ты же не хотел, чтобы нас услышали, вот и все, — немного заплетающимся языком пробормотала она и медленными поцелуями прошлась по его шее, — теперь твоя очередь? — спросила она устало, но не без энтузиазма.       — Необязательно, — мягко ответил Доктор и заботливо коснулся ее щеки.       Его вторая рука все еще находилась внутри нее и, кажется, ни один из них не испытывал из-за этого дискомфорта.       — Вы даже сексом как следует заняться не можете, — фыркнула Мисси, заставив Доктора и Роуз вздрогнуть, — но, мне кажется, если я действительно буду настаивать на продолжении всего этого, — она небрежно обвела их с Роуз рукой, — то мы просидим здесь до закрытия. А я еще хотела выбрать Кларе подарок.       — Ты можешь выбрать его в любой момент. ТАРДИС, забыла? — огрызнулся Доктор, заменив смущение раздражением. Не хватало еще при Мисси покраснеть. Ха! Не дождется!       — Выходите уже, — она закатила глаза, — сегодня вы достаточно травмировали несчастных покупателей, — сказала так, будто не она в первую очередь виновата в сложившейся ситуации.       После этого она снова оставила их с Роуз наедине. Они оба молчали некоторое время, а затем одновременно саркастично хмыкнули, явно думая об одном и том же: однажды один из них обязательно убьет Мисси.