Часть 2

Утро в их квартире было привычно бесцветным. Свет пробивался сквозь тонкие шторы, заполняя комнату рассеянной серостью. Сейран стояла перед зеркалом в спальне, застёгивая пиджак и проверяя, всё ли в порядке: волосы аккуратно собраны, серьги минималистичны, макияж сдержанный. Всё, как положено. Всё, как всегда. Кухня за спиной была тиха. На столе остывал омлет, с нарезанными овощами рядом и тостом с авокадо — она оставила это для Каана, хотя уже знала, что он, скорее всего, проигнорирует завтрак. Когда дверь квартиры отозвалась коротким щелчком, Сейран даже не вздрогнула. Она знала, кто это. Каан. Без предупреждения, как обычно. Просто появился — после очередной смены, после ещё одной ночи, проведённой где-то там, в больнице, вдали от неё. Он вошёл медленно, с каменным лицом, пахнущий антисептиком и усталостью. Скинул пальто и направился вглубь квартиры, не глядя на жену. — Доброе утро, — бросил он на ходу, натянуто, словно выполнял обязательную формальность. — Доброе, — спокойно ответила она, собирая сумку. Пауза. — Я оставила тебе омлет и тост. На столе. — Она произнесла это почти машинально, не оборачиваясь. — Ага, вижу… Наверное, уже холодные. — Он мельком глянул на кухонный стол, даже не подходя ближе. — Мог бы хотя бы раз поблагодарить и съесть то, что я сделала . Я же не просто так встала пораньше, — сказала она тише, но с уколом в голосе. — Сейран, давай без претензий с утра. Я почти сутки в операционной был. У меня не было времени на сон, не то что на еду. Она медленно выдохнула, стараясь не сорваться. — А у меня не было времени на мужа, — тихо, но чётко. Каан на секунду задержался у двери ванной, обернувшись. — Начинается, да? Только утро — и уже обвинения. Я врач, Сейран. Люди умирают, пока я с тобой тут чай пью. — Я это слышу каждый день. Уже почти как мантру. — Она поджала губы и отвела взгляд. — Ты не врач, когда возвращаешься домой. Здесь ты муж. Или должен быть. Да и к тому же, хватит Он ничего не ответил. Лишь кивнул и скрылся за дверью ванной. Вода зашумела почти сразу. Сейран посмотрела на холодную чашку на столе, взяла свою сумку и подошла к выходу. Перед тем как надеть пальто, она произнесла: — Я пошла. Меня ждут в офисе. Завтрак подогреешь. Если вдруг надумаешь есть. — Угу, спасибо. — Его голос доносился сквозь шум воды, отстранённый, как всегда. Дверь за ней закрылась с мягким щелчком. На улице было прохладно. Сейран накинула пальто, села в такси и на мгновение просто сидела в тишине, уставивших в окно. Она не была ни злой, ни обиженной. Только уставшей. Работа снова казалась спасением. Там всё было понятно. Там ждали. И Ферит… он умел слышать. ***** Стеклянные двери офисного здания Line Studio распахнулись плавно, как по команде, впуская в себя утренний шум улицы и утончённый аромат её духов. Сейран Йылмаз Шанлы переступила порог уверенно и спокойно, как всегда. Её каблуки глухо стучали по полированному полу, а пальто — нежно-серо-бежевое, струилось по её фигуре мягкой тканью. Она держала в руках кожаную сумку, аккуратно сжатую в тонких пальцах, и выглядела собранной, утончённой и сосредоточенной, несмотря на тревожную, невыносимо пустую ночь за спиной. Как только она появилась в холле, сотрудники, занятые своими делами, начали один за другим оборачиваться. Кто-то уже сидел с ноутбуком в руках, кто-то в спешке перебирал папки и каталоги. Но её появление — как лёгкое прикосновение весны — не могло остаться незамеченным. — Günaydın, Sayın Yılmaz! — первым поздоровался ресепшионист, молодой парень с идеальной укладкой, слегка наклонив голову. — Доброе утро, госпожа Сейран! — вторила ему ассистентка из маркетинга. — Прекрасно выглядите, как всегда, — кто-то заметил чуть дальше. Сейран кивала в ответ, вежливо улыбаясь, но не давая себе раствориться в чужом внимании. Она не любила быть в центре — и всё же оказывалась там, не прилагая усилий. Её уважали не только за опыт и стиль — её уважали за человечность, за ту сдержанную теплоту, которая сохранялась даже в напряжённые дни. На полпути к лифту кто-то мягко коснулся её локтя. — Стой, стой! Не ускользай от меня вот так… — раздался знакомый, чуть хрипловатый голос. Илайда. Светлая, как луч сквозь офисные жалюзи. В мягком вязаном кардигане цвета крема, с волосами, собранными в небрежный пучок, и глазами, в которых отражалась тревожная женская чуткость. Она слегка запыхалась, будто бежала за ней с другого конца этажа. — Я уже думала, что ты снова закроешься в кабинете и спрячешься за эскизами, — прошептала она, подмигивая. Сейран улыбнулась слабой, но живой улыбкой. — Была такая мысль, — тихо призналась она. — Но ты, как всегда, ловишь меня на подлёте. — Именно поэтому я и гожусь тебе в подруги, — Илайда взяла её под руку почти инстинктивно, нежно, без нажима. — Пойдём вниз. Кафе открылось, там сейчас как раз никого. Я уже заказала столик у окна. Горячий кофе и что-нибудь сладкое нам точно не повредит. Тем более тебе. — А где Селин? У неё снова маникюр? —шутливо спросила девушка свою подругу. —Сейро, ты же знаешь, бьюти процедуры для нашей красотки — это самый важный этап жизни для неё. Она подойдет позже, а мы с тобой пока поговорим о твоем состоянии. Сейран чуть покачала головой, но не сопротивлялась. — Ты читаешь меня с лица, как открытую книгу. — Потому что я знаю, как выглядит твоя “улыбка, когда всё не в порядке”. Она у тебя чуть левее уходит, — Илайда мягко коснулась её плеча. — Ну? Пойдём? Я не спрашиваю, я уже решила за нас обеих. Сегодня — кофе с корицей и булочка с фисташками. Для тебя. Без права отказа. Они спустились вниз по лестнице, не заходя в лифт. В этом утреннем спуске было что-то особенное — будто возвращение в реальность, в безопасное пространство. Кафе у стеклянной стены офиса уже открыли: столы были пусты, в воздухе витал запах свежемолотого кофе, карамели и ванили. За окном — тонкие полоски дождя на стекле и раннее солнце, отливавшее бледным золотом. Они сели за столик в углу. Илайда тут же сделала заказ, а Сейран молча обвела взглядом пространство — впервые за утро чувствуя, что может расслабить плечи. — Ты сегодня особенно бледная, — мягко сказала подруга, положив локти на стол и обхватив ладонями чашку. — Он опять пришёл под утро? Сейран слегка кивнула, уставившись на узор на деревянной столешнице. — Он вошёл и даже не заметил меня. Как будто просто очередной пациент. Без диагноза. — Ты заслуживаешь большего, чем быть чьей-то тенью, Сейран, — тихо, но с твёрдостью сказала Илайда. — И не только в браке. В жизни. Даже ты, сильная, красивая, собранная — ты имеешь право просто… сдохнуть от усталости. И чтобы кто-то это заметил. Чашки перед ними запотели, и они замолчали на пару мгновений. Потом Сейран опустила взгляд и прошептала: — Иногда мне кажется, что если бы я исчезла, Каан заметил бы это только потому, что некому было бы выключить свет на кухне. Илайда, не говоря ни слова, потянулась и крепко сжала её ладонь. — Пока ты не исчезла — я рядом. И пока ты держишься — я держу тебя. Официант аккуратно поставил перед ними чашки с кофе: у Сейран — латте с миндальным молоком, у Илайды — крепкий капучино с корицей. На маленькой деревянной тарелке — свежая булочка с фисташками, уже источающая тёплый аромат. За окнами медленно моросил дождь, и улицы казались размытыми, будто город ещё не окончательно проснулся. Илайда чуть приподняла брови, отпивая кофе: — Скажи честно… Ты ведь снова сидела в офисе допоздна? Сейран на секунду отвела взгляд. Улыбнулась уголком губ, не отпираться не стала. — Да, доделывала макет для заказчика. Хотела закончить вчера, чтобы сегодня не носиться, как угорелая. — Ты одна была? Она промолчала. Слишком короткая пауза. — Ну, почти. Ферит зашёл, принёс кофе… — голос её был мягким, почти рассеянным. — Мы немного поговорили, а потом… поехали поужинать. Он настоял. Я была слишком вымотана, чтобы спорить. Илайда поставила чашку, чуть наклонившись вперёд: — Ужин с Феритом после работы. Угу. И? — в голосе не было осуждения. Только осторожный интерес. Сейран чуть пожала плечами. Она не играла в драму — просто рассказывала как есть, но в её голосе проскальзывало то, чего она сама, возможно, не осознавала — легкая нежность, и не менее лёгкое сожаление. — Было приятно. По-домашнему как-то. Мы болтали, он шутил, я впервые за долгое время хоть немного расслабилась. Знаешь, просто… сидели и ели этот дурацкий грибной суп. И было тихо. Спокойно. Мне не хотелось уходить. — Но ты ушла, — мягко подытожила Илайда, не отводя от неё взгляда. Сейран медленно кивнула. — Его телефон зазвонил. Мелисса. Я увидела, как он напрягся. Он извинился, вышел. А я вдруг поняла, что момент закончился. Как будто… тёплый свет погас. И осталась только тень. Илайда сделала короткий вдох, закатила глаза и усмехнулась: — Конечно, Мелисса. Твоя вечная ледяная королева. Я не знаю, как он это терпит. Эта женщина — просто восковая фигура с кольцом на пальце. Без души, без тепла. Всё идеально — снаружи. Но внутри там, по-моему, только эхо. Сейран чуть улыбнулась, но грусть из глаз не исчезла. — Может, у них тоже что-то своё. Тихое, в их стиле. Не все живут с огнём внутри, Илай. — А ты не для «тихого» рождена, Сейран, — серьёзно сказала Илайда, облокачиваясь на стол. — Ты как раз — для огня. Не того, что сжигает, а того, что греет. Просто… не каждый это ценит. Сейран ничего не ответила. Только отломила кусочек булочки и опустила глаза. Но где-то в глубине груди это тепло всё-таки шевельнулось. — Нет, — уверенно сказала Илайда. — Просто вы слишком правильно держитесь. Слишком корректно. Но между вами — жизнь. Это не спутаешь. Прежде чем Сейран успела что-либо ответить, на столе завибрировал телефон. Имя, появившееся на экране, было более чем предсказуемым: “Ферит Корхан”. Сейран удивлённо подняла брови и сразу же ответила: — Да? — Ты где? — Внизу, в кафе. С Илайдой. А что? — Отлично. Поднимайся ко мне. Позавтракаем вместе. Сейран рассмеялась тихо, но с настоящим удивлением: — Ты же знаешь, я не завтракаю. — Я знаю. Ты утверждаешь это каждый день, пока пьёшь свой кофе и ничего не ешь. Но я заказал кое-что, что тебе понравится. Так что… жду тебя через пять минут. — Ферит… — Сейран, не спорь. Просто приди. Ты ведь знаешь, что в конце концов всё равно поднимешься. Она закатила глаза и хмыкнула: — Манипулятор. — Умею, когда нужно, — ответил он и повесил трубку. Сейран медленно отложила телефон, перевела взгляд на Илайду. Та уже не скрывала свою широкую улыбку. — Иди, — сказала она, подперев подбородок рукой. — Он явно ждал. — Илайда… — Нет-нет. Даже не начинай. Он тебе не начальник в этот момент. Он тебе кто-то… другой. И я очень рада, что ты это видишь, хотя бы понемногу. Ты всё время отдаёшь другим. А он — тот редкий человек, кто хотя бы пытается дать тебе что-то взамен. Сейран чуть нахмурилась, но в глазах её промелькнуло тепло. — Он просто… Ферит. Мы друзья. — Друзья не смотрят так, когда ты говоришь «я не голодна». А теперь иди, пока он не спустился сам и не утащил тебя из кафе публично. Вот именно тогда и будет неудобно. Сейран встала, накинула жакет, взяла сумку. Перед тем как уйти, замерла на секунду. — Спасибо, — сказала она тихо. — За что? — За то, что ты со мной, когда мне страшно. Илайда мягко кивнула и снова взялась за кофе. А Сейран, немного глубже вдохнув, направилась к лестнице. Она шла неторопливо. Но где-то внутри, ближе к сердцу — было странное предчувствие, будто на неё уже ждёт не просто завтрак. А что-то важное. Пусть даже она пока не знала, как это назвать. ****** Коридор на верхнем этаже был полутемным — сотрудники ещё только подтягивались, не спеша начинать день. Тишина офиса прерывалась лишь отдалённым звуком лифта и шелестом бумаги где-то в переговорной. Сейран шла по привычному маршруту — и всё казалось обычным. Но на этот раз… с лёгким ускорением в груди. Не тревожным — почти уютным. Дверь в кабинет Ферита была приоткрыта. Она постучала, но не дожидаясь ответа, тихо вошла. Ферит стоял у окна. На нём — светлая рубашка, слегка закатанные рукава. Он держал в руке чашку и что-то обдумывал, глядя на город, раскинувшийся под утренним солнцем. — А вот и ты, — сказал он, даже не оборачиваясь. — Я уже начал думать, что придётся спуститься за тобой лично. — Ты бы и правда это сделал? — усмехнулась Сейран, ставя сумку на край стола. — Без тени сомнения, — ответил он и только тогда повернулся. Его взгляд — тёплый, внимательный, но без намёков. Без игры. Просто… такой, каким смотрят на тех, кому доверяют. На журнальном столике в углу — уже стоял поднос. На нём — два бокала с апельсиновым фрешем, тосты с авокадо и яйцом-пашот, тарелка с мёдом и белым сыром, и нежный йогурт с гранолой и кусочками инжира. Всё — светлое, тёплое, простое. — Я вспомнил, что ты говорила о йогурте с ягодами в очередной деловое поездке в Измир, где мы были в прошлом сентябре. Тогда ты сказала, что «утро начинается с этого вкуса». Вот я и решил начать тебе утро правильно. Сейран замерла. Не от слов — от того, что он помнил. Она не говорила это с особым смыслом тогда, просто вброс среди разговоров. Но он — запомнил. — Ты делаешь это специально, — сказала она, подходя к подносу. — Конечно, — кивнул он и протянул ей салфетку. — Я же сказал: у меня план — накормить тебя. Это непросто, но я упрям. Она села на диван. Он устроился напротив. Они ели молча, и это было самое комфортное молчание из всех возможных. Без напряжения, без нужды говорить что-то, чтобы заполнить тишину. — Спасибо, — тихо сказала Сейран, откладывая ложку. — Это… Я даже не знала, что была голодна. Ферит чуть улыбнулся. — Ты всегда говоришь, что не голодна. Пока кто-то не позаботится об этом за тебя. Она посмотрела на него, чуть нахмурившись. Словно что-то хотела сказать. Но не сказала. Лишь отвела взгляд в сторону окна. — У тебя был тяжёлый вечер? — спросил он после паузы. Она медленно кивнула. — Каан пришёл под утро. Даже не заметил, что я оставила завтрак. Сказал, что был в операционной всю ночь. Я верю ему. Просто… уже не чувствую ничего. Ни злости, ни обиды. Пусто. Ферит молчал. Он не перебивал, не жалел. Только слушал. И это было лучше всего. — А у тебя? — спросила она в ответ, словно очнувшись. Он откинулся на спинку. — Очередная встреча по делу, которое ей не интересно. У неё… другие приоритеты. — Потом он добавил, не глядя: — Мы живём в одном доме, но как соседи в гостинице. Привет — пока. Отчёты. Графики. Кто забрал бельё из химчистки. Сейран усмехнулась — устало, понимающе. — Прекрасное чувство близости, да? Он посмотрел на неё. Долго. И вдруг сказал: — Я не знаю, когда мы все перестали чувствовать. Но я знаю, что когда ты заходишь в мой кабинет — я снова чувствую. Она замерла. Он не продолжал. Не просил, не тянул. Просто сказал. И снова замолчал, оставляя ей право не ответить. Сейран уже собиралась встать, когда на столе завибрировал телефон Ферита. Он бросил короткий взгляд на экран, не хотел брать — но имя было слишком весомым, чтобы проигнорировать. — Извини, — сказал он тихо, поднимая трубку. — Да, слушаю. Она осталась стоять у кресла, чуть отвёрнувшись к окну. Не хотела подслушивать, но голос в трубке был громкий, резкий, с интонацией «важно прямо сейчас». Ферит слушал молча, а потом сжал губы в тонкую линию и кивнул. — Хорошо. Подтвердим участие. Я выступлю, и , думаю, Сейран тоже. Да. Спасибо. Он повесил трубку и потёр висок. — Что-то срочное? — спросила она, обернувшись, всё ещё не садясь. — Не то чтобы срочное. Но, как всегда, в последний момент. Сегодня вечером — мероприятие. Архитектурный форум при участии городского комитета. Мы в списке приглашённых — и, неожиданно, в списке выступающих. Сейран удивлённо приподняла брови. — Почему я? Там же обычно ты выходишь с речами и презентациями. — Обычно — да. Но сегодня хотят видеть не только меня, как директора, а именно нашу команду. Наш подход. Наш стиль. А ты — лицо этого стиля. Я уверен, что ты справишься. Она опустила взгляд, задумчиво провела пальцем по краю стакана с апельсиновым соком. — Я не готовила речь. И вообще не люблю это… публичное. — Тебе не придётся говорить долго, — успокоил он. — Просто пару слов о проекте, который стал прорывным, и пару слов о нашей философии. То, что ты говоришь на планёрках — только без технических терминов и усталости. Она усмехнулась. — А что надеть? Ты ведь сейчас скажешь что-то типо: “Ты в любом виде будешь достойно представлять компанию”? Он рассмеялся. — Я, конечно, мог бы это сказать. Но знаю, что ты всё равно выберешь что-то строгое, элегантное и со вкусом. Как всегда. Она на мгновение задумалась, потом кивнула. — Хорошо. Я сделаю это. Но только потому, что ты на это смотришь так… серьёзно. — Потому что это действительно серьёзно, — тихо ответил он. — И ты, и наша команда — моя сильная сторона. Люди должны это увидеть. Он снова сел, но уже без прежнего спокойствия — в его взгляде появилось напряжение: день начинался слишком активно. Сейран взяла сумку и подошла к двери. — Я тогда пойду. Нужно подготовить материалы. — Сейран, — позвал он вдруг. Она остановилась, не оборачиваясь. — Ты справишься. Даже если внутри дрожишь. Ты умеешь говорить, когда важно. Просто… будь собой. Она не ответила, но медленно кивнула. И в этот момент в её взгляде мелькнуло нечто, что он видел редко — уверенность, смешанная с растерянностью. Она вышла, мягко закрыв за собой дверь. А он ещё долго смотрел на чашку, в которой осталась капля её кофе. ***** Офис гудел в своей привычной дневной рутине: щёлкали мышки, шуршали папки, кто-то быстро проходил по коридору с планшетом в руках. Сейран молча собрала свои вещи, поправила волосы, и, отдав короткое распоряжение помощнице по почте, вышла из кабинета. Она шла к лифту с лёгким волнением внутри, будто делает что-то неправильное. Хотя это всего лишь — выйти на пару часов раньше. На улице стоял яркий, но не знойный день. Лёгкий ветер трепал подол её светлого жакета. Через несколько минут она уже была в такси, переписываясь с Илайдой. Илайда: Мы с Селин уже в примерочной. Приезжай скорее, ты будешь выбирать между “богиней” и “королевой бизнес-шика” Сейран: Только не заставляй меня снова мерить всё блестящее, ладно? Илайда: Без блёсток, но с вырезом. Я тебя предупреждала. ****** Бутик, в который они зашли, находился в тихом переулке Нишанташы — место, где не было толпы, только мягкий свет, элегантные линии в интерьере, вежливый консультант с едва заметным французским акцентом. — Вот она! — воскликнула Илайда, подбегая к ней с ворохом вешалок. — Я уже подготовила всё. У нас ровно час, потом тебе нужно к стилисту, я уже записала. — крикнула Селин, подбирая туфли под каждый наряд. Сейран только улыбнулась и сняла пиджак. — Вы серьёзно относитесь к этому, как будто я выхожу замуж. — А ты будто не знаешь, сколько взглядов будет приковано к тебе сегодня вечером? Архитектурный форум, городская пресса, международные представители… и Ферит. — Илайда мягко толкнула девушку плечом. Сейран резко обернулась. — Причём здесь он? — Ты будешь стоять с ним на одной сцене. Если ты думаешь, что никто не видят вашу химию — ты наивна. — Даже если вы просто коллеги… люди чувствуют, когда между кем-то что-то есть. — Селин присоединилась к девочкам, махая парой туфель в воздухе. — Сейро, посмотри на эти туфельки. Если ты их не возьмешь, то ты не будешь против, если в них пойду я, не так ли? — Конечно нет, милая! — девушка лишь посмеялась в ответ. Она посмотрела на вешалку с мягким чёрным платьем, где ткань обтекала фигуру, словно вторая кожа, и чуть улыбнулась. — А если я надену строгий костюм? — Тогда ты будешь выглядеть, как женщина, которая умеет ломать правила. В любом случае — ты выиграешь. Примерка началась. Первое — светлое платье с открытыми плечами: утончённое, почти классическое. — “Ты будто из французского кино”, — сказала Илайда, глядя на неё с одобрением. Второе — тёмно-синее, с асимметричным вырезом, подчёркивающее тонкую талию. Сейран, смотря на себя в зеркало, вдруг замерла. Она не видела здесь начальницу. Не видела уставшую жену врача. Она видела… женщину, у которой есть выбор. — Мне кажется, я даже не помню, когда в последний раз смотрела на себя вот так, — сказала Сейран чуть тише. Селин подошла сзади, обняв её за плечи. — Тогда пора начать вспоминать. Сегодня будет шикарный вечер. И ты должна сиять не для кого-то, а для себя. Сейран кивнула. Неуверенно — но уже с внутренней готовностью. В глазах её появилось отражение чего-то нового. Может, ещё не желания, не плана — но возможности. Время шло незаметно. На стуле у зеркала уже лежал целый холм из отложенных вариантов: строгий брючный костюм с акцентным поясом, шелковое платье цвета бордо, лаконичный чёрный комбинезон с открытой спиной, смелый тёмно-зелёный наряд с глубоким вырезом, бежевое платье в пол, слишком похожее на вечернюю сорочку. Всё было красиво. Но — не то. Сейран то закручивала волосы в пучок, то распускала их, примеряя образ за образом. — Это слишком… показное, — качала она головой. — А это — слишком строго. — А вот это — слишком «я только что с подиума». — И вообще, я не люблю, когда платье диктует, как мне себя чувствовать. — А может, просто тебе нужно что-то , что напомнит тебе, кто ты? — тихо произнесла Илайда, уже перерывая вешалки в глубине зала. И вдруг замерла. — Нашла, — прошептала она, доставая из дальнего угла наряд, бережно обернутый в тонкую ткань. — Оно просто… молчи, надень. Когда Сейран вышла из примерочной, всё в помещении замерло. Даже консультант в углу перестал листать планшет. На ней был кружевной костюм черного цвета — благородный, страстный и одновременно очень женственный. Черный пиджак сверху добавлял изюминку, а кружево чётко подчёркивал талию, элегантно просвечивая молочную кожу девушки. Ткань ложилась по её фигуре так, будто наряд было создано по индивидуальному заказу — без единой лишней складки. Брюки-клёш мягко струились книзу, не утяжеляя, а наоборот — придавая лёгкость, как будто она скользит, а не идёт. Сейран подошла к зеркалу, медленно повернулась. — Оно… — Оно — ты, — закончила за неё Селин, подойдя ближе. — Спокойное, но сильное. Элегантное, но не вычурное. — Смотри, как на тебя смотришь сама ты. — С восторгом протянула Илайда — Сейро, дорогая, я всё-таки готова отдать тебе эти туфельки, они подойдут тебе больше. — Селин принесла туфли с золотыми вставками. Сейран в ответ лишь усмехнулась и взглянула на отражение. В нём не было стеснённой женщины из офиса. Не было уставшей жены, которую не ждали на завтрак. Не было даже архитектора, вечно сосредоточенного на деталях. В зеркале стояла женщина, которую нельзя не заметить. — Если Ферит увидит тебя в этом, он забудет текст своей речи, — тихо произнесла Илайда, сдерживая улыбку. Сейран ничего не ответила. Только смотрела. И впервые за долгое время — видела себя красивой. Не «в порядке», не «подобающейся», а именно — красивой. Она выпрямилась. — Берём, — сказала она, с чуть дрогнувшим голосом. — До вечера успеем подготовиться? — Успеем. Только не передумай, госпожа Шанлы. Сегодня ты будешь блистать. — Захлопала в ладоши Селин. — Не для него. Не для них. А для себя. — Добавила Илайда. И в этот момент Сейран почти поверила в это.