Рождество Новой эры

Его объятия всегда меня успокаивали, особенно мерный ритм сердца. Я приникала к груди щекой, вдыхая его особенный аромат. Раньше мне казалось, что он пах хвоей и горной рекой, но затем я поняла: он пах свободой. Никто кроме меня не догадывался, какие именно усилия требовались Мальбонте, чтобы возглавить Рождественскую церемонию. Именно этот праздник когда-то перечеркнул всю его жизнь и впредь отдавался на сердце лишь пронзительной болью и горечью утрат. Неужели так будет всегда?