Небо и правда.

Пьеро. Самолёт шёл ровно, как по стеклу. Где-то внизу исчезала Германия, и через несколько часов нас ждал Нью Йорк . А за ним — всё остальное. Я сидел у окна, вытянув ноги, и впервые за долгое время чувствовал… волнение. Настоящее. Живое. Слева от меня Иньяцио уже второй раз рассказывал одну и ту же шутку, смеясь так, будто впервые её услышал. — …и тогда он говорит: «Это не гобелен, это моя бабушка!» — заорал он и засмеялся, хлопая ладонями по коленям. — Ну всё, я сдаюсь, — Джанлука поднял руки и покачал головой. — Ты должен это в стендапе использовать. Серьёзно. — Я бы сделал карьеру! — гордо сказал Иньяцио, глотая воду и утирая уголки глаз. — Это была бы катастрофа, — буркнул я с улыбкой, но в сердце — лёгкость. Они — мои братья, и благодаря им всё казалось проще. Джанлука, довольный, углубился в свою книгу . Иньяцио закрыл глаза и вытянул шею, как будто его только что усыпили. А я смотрел в окно. Облака напоминали сахарную вату. Белые. Невесомые. Бесконечные. Я думал о ней. Анита. Каждый раз, как только я произносил это имя в голове, сердце сжималось — как тогда, в шестнадцать. И вдруг меня пронзила одна мысль. — Ребят! — вырвалось у меня. — Я забыл вам сказать! Иньяцио дёрнулся, чуть не сбросив подушку с колен. — Чего ты орёшь?! — возмутился он, вытирая глаза. — Я думал, мы падаем! Джанлука приподнял бровь и отложил книгу. — Что-то случилось? Я глубоко вдохнул. — Она замужем. Тишина. Иньяцио моргнул. — Что?.. — спросил он тихо. — Замужем, — повторил я, — ну… у нее есть муж. Я не знаю, как сейчас. Но когда мы встретились — она была замужем .Не думаю , что за полторы недели что - то поменялось. Иньяцио издал странный звук, что-то между кашлем и фырканьем. — Ты хочешь сказать, — медленно начал он, — что ты затеял всё это путешествие, весь этот поиск, все эти разговоры… чтобы, возможно, украсть чужую жену? — Это не так, — проворчал я. — Да-да, — вставил Джанлука, смеясь. — Просто романтический грабёж! — Вы идиоты, — вздохнул я, прикрывая лицо руками. — Я просто… хотел знать, есть ли ещё шанс. Хоть маленький. Иньяцио театрально сцепил пальцы: — Ради любви он отправился в путь! Против всех правил! Даже против ЗАГСа! — А теперь представьте: он стоит перед ней, на фоне мраморного фонтана… — подхватил Джанлука. — …и говорит: «Анита, брось всё! И мужа тоже!» — закончил Иньяцио и они оба разразились смехом. Я хмыкнул и покачал головой, но их смех мне не мешал. Наоборот. Он напоминал мне, что я не один. Что есть те, кто рядом, даже если я решу совершить самый идиотский поступок в своей жизни. Я снова посмотрел в окно. А облака всё так же были белыми. И я знал, что скоро мы приземлимся. И я должен буду встретиться с ней. Как бы сложно это ни было.