Я рядом .

Пьеро. Я заметил её ещё издалека. Эти рыжие волосы… невозможно спутать. А рядом с ней — он. И то, как он её тряс, будто куклу. Я замер на долю секунды. — …Чёрт, — выдохнул я, и в следующий момент пошёл почти бегом. Иньяцио и Джанлука подхватили темп, им не нужно было ничего объяснять — они всё поняли без слов. У меня щёлкнула челюсть от напряжения. Я чувствовал, как поднимается злость. Лёгкая дрожь от ярости в груди. Когда я оказался достаточно близко, я встал прямо перед ними, между Анитой и этим психом. — Отпусти её. Сейчас же. — мой голос был твёрдым и холодным. Он отдёрнул руки, удивлённо посмотрел на меня — как на очередного добренького прохожего. — Что ты вообще влез?! Кто ты такой?! — рявкнул он, сжав кулаки. Я не моргнул. Просто сделал шаг вперёд, чуть наклонился к нему: — Я тот, кто больше не позволит тебе её трогать. Он прищурился… — А, понял… — проговорил он с хриплым смешком. И потом — взорвался: — ЭТО ИЗ-ЗА НЕГО, ДА?! Он повернулся к ней, заорал: — Ты меня бросила из-за ЭТОГО?! Анита сжалась за моей спиной. —Инья, вызови полицию, — бросил я через плечо. —Не надо, я уже вызвала ! -крикнула Сара. Он снова шагнул ко мне, глаза бешеные: — Думаешь, ты сможешь защитить её от меня? Думаешь, она твоя игрушка теперь? Я поднял руку, сдерживая его. — Я ничего не думаю. Я просто больше не позволю тебе её тронуть. Сирены. Я обернулся. Полиция. Слава Богу. Роберто попытался вырваться, но уже было поздно. Два офицера скрутили его. Он всё ещё кричал что-то, проклинал, угрожал, но это уже тонуло в шуме и холодном воздухе улицы. Анита стояла рядом, как статуя. Полицейский задавал ей вопросы, она отвечала тихо, спокойно, хотя руки у неё дрожали. Когда всё закончилось, она вдруг… вся осела. Я подошёл. Осторожно обнял её. И тогда она зарыдала. Тихо, но всем телом, всем своим измождённым сердцем. Я держал её. Моя рука прошла сквозь волны её длинных рыжих волос. Этот запах... её кожа, её горе, её тепло — всё снова было рядом. И я вдруг почувствовал — я не могу уйти. Я не хочу больше быть где-то далеко. Я хочу быть рядом. Хочу, чтобы она больше никогда не плакала вот так. Я ничего не сказал. Просто держал её. Крепко. Молча.