Гости до утра.

Анита. Моя квартира никогда не казалась мне особенно просторной. Но сегодня — после всего, что произошло — она выглядела как целая крепость. Безопасная. Живая. Наполненная голосами. Я положила сумки с вещами на пол и, повернувшись к ребятам, с улыбкой сказала: — Проходите, чувствуйте себя как дома. Хотя... вы здесь впервые. Так что просто не ломайте ничего. — Поздно, — отозвался Иньяцио, ставя рюкзак на стул. — Я уже уронил свой уровень грации где-то у порога. Сара фыркнула, а Эшли едва сдержала смех. Джанлука, войдя следом, вежливо кивнул: — У тебя очень уютно. Немного винтажно, но с характером. — Это комплимент? — прищурилась я. — Абсолютно, — усмехнулся он. Пьеро прошёл молча, но с каким-то спокойствием оглядел квартиру. Он остановился рядом, и я почувствовала, как он чуть касается моей спины, будто невзначай. И этого было достаточно, чтобы внутри стало тепло. — У меня есть вино, — сказала я — Кто откроет? — Я, конечно, — поднял руку Пьеро. — Не доверяю Иньяцио острые предметы. — Ой, да ладно тебе, Бароне, — Иньяцио уже плюхнулся на диван, раскинув руки. — Один раз в Австрии чуть не срезал себе палец штопором — и всё, репутация разрушена. — Один раз? — переспросил Джанлука. — Ну, два. Хорошо, три. Но вино тогда было проклятое, я клянусь! Смех прокатился по комнате, и я почувствовала, как с меня уходит напряжение. — Кто голодный? — Иньяцио уже набирал что-то в телефоне. — Что едим? Пицца, паста, суши, табуле, креветки, эм... тараканов кто-нибудь будет? — Только если на десерт, — сказала Сара, смеясь. Мы расположились кто где: Эшли села на подушку на полу рядом с Джанлукой, Сара заняла кресло, Иньяцио развалился на диване как король, я рядом с ним, а Пьеро устроился на полу, подперев спину о стену. Когда принесли пиццу, началось настоящее веселье. — Кто заказал четыре сыра? — спросил Джанлука, рассматривая коробки. — Я, — призналась я. — Это моя слабость. — Признаю — отличный выбор, — кивнул он. — Нам с тобой по пути. — А мне что досталось? — завопил Иньяцио. — Где моя пепперони? Это заговор! Они специально оставили мне грибную! — Ты заказывал грибную, — сказала Эшли. — Эшли, не рушь мою драму. Мы смеялись, ели, пили вино. Я смотрела на всех этих почти незнакомых людей и удивлялась, как быстро они стали мне... близкими. Или, может быть, я просто слишком устала. А потом, когда смех немного стих и все уже начинали клевать носом, я встала и сказала: — Ребят, а останьтесь у меня на ночь. Честно. Мне будет спокойнее. И вы такие классные... я не хочу, чтобы этот вечер заканчивался. Иньяцио поднял руку: — Я за. Но я сплю у окна. Мне там светло и я чувствую себя как кот. — Только не мурлыкай, — сказала Сара. — Муррр, — тут же отозвался он. — Если не помешаем, то почему бы и нет, — кивнул Джанлука. Эшли добавила: — Ты нас даже не уговаривай. Мы бы и так не оставили тебя одну . Я посмотрела на Пьеро. Он просто сказал: — Я не собирался уходить. И в этой фразе было всё. Спокойствие. Поддержка. Защита. И, может быть, то, что я боялась услышать, но ещё сильнее — хотела.