Под маской баута

«Власть теряет всё своё очарование, если ею не злоупотреблять». Поль Валери       Глава 1. Тайная канцелярия       Тайная канцелярия располагалась в одном из зданий Ордена Первозданного, на тихой улице, недалеко от площади Сан Марко. Строгая симметрия и лаконичная отделка, характерные для архитектуры классицизма, придавали серому каменному зданию сдержанности. Отсутствие каких-либо вывесок не позволяло определить, для каких целей оно используется. Разумеется, обитатели близлежащих домов имели предположения на этот счёт, но понимая, что излишнее любопытство будет неуместно, старались избегать праздных прогулок вблизи этого здания.       Именно туда в это утро уверенным шагом направлялся высокий, стройный мужчина, одетый в сутану священника. Его длинные светлые волосы были сзади собраны в хвост, подчеркивая изящные черты лица. Ледяной взгляд светло-голубых глаз выдавал человека, давно обладающего властью. Это был Дарио Бартоломью.       Колокол на Часовой башне только что пробил 9 раз, и солнце уже заливало улицы Венеции золотистым теплом. Много лет являясь главой Тайной канцелярии, Дарио предпочитал решать рабочие вопросы в первой половине дня. После обеда он заходил в главную городскую резиденцию Ордена Первозданного, так как занимал должность советника Первосвященника Франциска де Неро. Оставшееся время он проводил на службе в Соборе Святого Марка. Таким был его обычный день.       Проходя по отделанным мрамором коридорам Тайной канцелярии, Дарио никого не встретил. В здании стояла абсолютная тишина. Это было неудивительно, так как специфика работы заключалась в том, что все события происходили за закрытыми дверями, и огласка не требовалась. Камеры пыток находились на подземных этажах канцелярии, что также обеспечивало хорошую шумоизоляцию. Открывая ключами массивную дубовую дверь своего рабочего кабинета, Дарио боковым зрением уловил чуть заметное движение у соседней двери. Мимо его личного секретаря ещё никому не удавалось пройти незамеченным.       На столе уже лежали документы, подготовленные секретарем. Как обычно, это были последние протоколы допросов, донесения тайных агентов, распоряжения, которые ему нужно было подписать, список планируемых мероприятий, а также свежие газеты. Дарио предпочитал быть в курсе всего, что происходит в Венеции, поэтому никогда не пренебрегал любыми источниками информации.       В последнее время в городе происходили странные события, связанные с магией, которым он пока не находил объяснения. В Венеции находилась Академия, где обучались будущие ведьмы и ведьмаки. Простым жителям города, Ордену и ведающим всегда было нелегко существовать на одной территории. Перемирие, заключенное на Зимнем Совете, вынуждало инквизиторов действовать более осторожно в отношении ведающих и соблюдать паритет. Но сейчас у Дарио складывалось впечатление, что из-за ритуальных убийств перемирие находится на грани срыва. Донесения агентов указывали на то, что в народе образовалась активная группа противников магии.       Внимательно просматривая донесения, Дарио остановился на одном, увидев имя «Тадеуш Кроу». Из разных источников он слышал, что этот молодой ведьмак, работавший профессором в Академии, недавно трагически погиб при странных обстоятельствах. Однако, в донесении сообщалось, что Тадеуша Кроу видели вполне живым и здоровым, прогуливающимся в обществе супруги дожа Де Сантиса в окрестностях Эуганских терм.       Тадеуш Кроу и раньше попадал в поле зрения Дарио. Ещё будучи студентом, он вел разгульный образ жизни. Его часто можно было встретить в кабаках и в обществе сомнительных женщин. Одной из таких женщин была Лорнеза, не так давно погибшая в ритуальном убийстве.       Информация о том, что Тадеуш Кроу на самом деле жив, наводила на мысли, что инсценировка его смерти понадобилась ведающим для каких-то целей. Возможно, для того, чтобы он мог действовать скрытно. Может быть, он связан с ритуалами? Источник, сообщивший информацию, смог проследить за этой парой. Оказалось, что от Эуганских терм они направились к вилле дожа Реньера, расположенной неподалеку.       Размышляя о «воскрешении» Тадеуша Кроу, а также о причинах, которые могли объединить его, догарессу Де Сантис и дожа Реньера, Дарио вспомнил, что на днях ему попадалась информация об одном интересном разговоре, подслушанном во Дворце дожей.       Он поискал донесение в документах на столе и перечитал. В нем сообщалось, что три влиятельных дожа в приватной беседе обсуждали политическую ситуацию в Венеции. Один участник разговора посетовал, что светская власть в городе постепенно теряет свою значимость, тогда как фактическая власть находится в руках Ордена Первозданного, а Ковен вообще живет по своим законам. Второй сказал, что было бы неплохо организовать противостояние между церковниками и ведающими, спровоцировать беспорядки, настроить простых людей против ведающих. Потом на этой волне ввести чрезвычайное положение и взять власть в свои руки, обвинив стороны в разжигании ненависти. Третий заметил, что как раз сейчас складывается удобная ситуация для этого. Он знает одного высокопоставленного ведающего, который сообщил, что у них назревает внутренний конфликт по поводу магии.              Потом беседующим кто-то помешал, и дальше эту тему не развивали. Источник, подслушивавший разговор, не обладал достаточным пониманием обсуждаемых вопросов, чтобы полностью передать информацию, но даже этого было достаточно, чтобы заинтересовать Дарио. Дело в том, что одним из участников беседы был дож Реньер.       Дарио был прагматичным человеком, который обдумывает свои действия на несколько шагов вперёд и принимает решения исходя из реальной пользы. При расследовании любого дела, он всегда ставил перед собой вопрос: «Cui prodest?» (прим. «Кому это выгодно?», лат.). Ответив на него, можно было легче найти виновника преступления. Если в ритуальных убийствах и столкновениях Ордена с ведающими заинтересованы дожи, то это многое объясняет. Подслушанный разговор мог быть ключом к разгадке сложившейся ситуации. Поэтому нужно незамедлительно организовать слежку за догарессой Де Сантис и дожем Реньером, а также за всеми людьми, с которыми они будут встречаться. Если имеет место сговор, то через них можно будет выйти на остальных участников событий. Учитывая, что здесь были задеты политические интересы Ордена, назрела необходимость обсудить ситуацию с верховным инквизитором.       Кроме того, данная информация вполне заслуживала внесения в картотеку. Картотека Дарио располагалась в отдельном металлическом шкафу, ключи от которого он всегда носил при себе. Она представляла собой несколько деревянных лакированных ящиков с карточками одинакового размера, расставленными в алфавитном порядке. На карточки Дарио записывал информацию, если считал, что она ему может пригодиться в дальнейшем. Это могли быть сведения из допросов, донесений, разговоров, вырезки из газет, устойчивые, но ничем не подтвержденные слухи. Здесь же он хранил особо важные документы. В целях дополнительной защиты картотеки от посторонних глаз, он использовал элементы собственноручно разработанного шифра.       Уже закрывая шкаф, Дарио подумал, что во многом благодаря своей картотеке, умению анализировать и сопоставлять факты, ему удалось увеличить своё благосостояние. Жалованье, которое он получал в качестве главы Тайной канцелярии и советника Первосвященника, безусловно, было значительным, но не позволяло вести роскошный образ жизни, к которому он всегда стремился. Содержать палаццо в престижном районе города, коллекционировать предметы искусства, оружие, редкие книги, все это требовало больших расходов.       Покрывать эти расходы он научился с помощью искусного шантажа. Учитывая, что в Тайную канцелярию стекались сведения из большого количества источников, иногда проскальзывала компрометирующая информация на известных в городе лиц. Чтобы избежать огласки, эти лица были готовы платить большие суммы. Дарио умел вести подобные переговоры, не переходя условные границы приличия. Ловко манипулируя имеющимися сведениями, завуалированными угрозами и методами психологического давления, Дарио использовал полученную информацию для укрепления своего финансового благополучия.       Успешность его стратегии заключалась еще и в том, что он всегда сдерживал обещания, гарантировал конфиденциальность сделок, и понимал пределы, в которых мог злоупотреблять своей властью. Дарио не испытывал угрызений совести. В конце концов, те люди, которые ему платили деньги, не были невинными младенцами, а совершали вполне реальные проступки. Просто, учитывая их положение в обществе, они могли избежать наказания и оправдаться, лишь слегка подпортив репутацию. Поэтому свои действия Дарио считал одним из способов свершения правосудия.       В дверь постучали. Зашел секретарь:       ‒ Доброе утро, святой отец Бартоломью. К Вам посетитель. Ему не назначено, но он говорит, что Вы разрешили прийти в любое время.       ‒ Пригласите, – сказал Дарио.       Вошел темноволосый человек средних лет, неприметной наружности, с умными настороженными глазами. Он замер у входа, не решаясь шагнуть дальше.       ‒ Вы принесли зелье? – спросил Дарио.       ‒ Да, принёс. Всё сделано, как Вы заказывали. Это зелье останавливает у ведающего действие магии примерно на 12 часов. Формула почти такая же, как я делал по официальному заказу Ордена, но с некоторыми дополнениями. Есть побочный эффект, который снимает у человека контролирующие центры мозга. К сожалению, я не успел провести испытание препарата на ком-то из ведающих, но…       ‒ Это не имеет значения, – прервал его Дарио. – У меня скоро будет возможность проверить его действие. Давайте сюда.       Человек подошел к столу, поставил на него небольшую склянку с мутным содержимым, потом неуверенно замялся.       Дарио взглянул на него, выдвинул ящик стола, достал кошелек с монетами, положил рядом со склянкой:       ‒ Берите. Любой труд должен оплачиваться.       ‒ Благодарю Вас, я могу идти?       ‒ Идите. Если будет нужно, Вас найдут.       Дверь за посетителем закрылась. Удачно, что препарат все-таки был изготовлен вовремя, подумал Дарио. Он как раз успеет взять его с собой в Россию и проверить действие на Эстер Кроу, которая тоже туда поедет в составе делегации Ковена. Эта ведьма всё чаще занимала его мысли в последнее время, но сейчас он их решительно отбросил.        Глава 2. Орден Первозданного       К полудню, закончив с текущими делами Тайной канцелярии, Дарио оставил указания секретарю и направился в Орден Первозданного.       Главная резиденция Ордена располагалась с другой стороны площади Сан Марко, возвышаясь над городом своим огромным куполом и монументальными колоннами. Величественная архитектура здания, над строительством которого трудились несколько поколений мастеров, должна была вызывать уважение и религиозный трепет у последователей веры в Первозданного.       Первым делом Дарио решил переговорить с верховным инквизитором Дамиеном Штайном. Во-первых, он имел большое влияние в Ордене, к его мнению прислушивались, во-вторых, Штайн был тем человеком, который около 20 лет назад стал покровителем и наставником Дарио. Инквизитор заметил в молодом человеке аналитический склад ума, честолюбие и желание продвигаться по службе любыми средствами. Такие люди имели ценность для Ордена. Поэтому во многом благодаря Дамиену Штайну карьерный рост Дарио проходил без особых затруднений.       Постучав в дверь, и не дожидаясь ответа, Дарио вошёл. Верховный инквизитор что-то писал за столом. Оторвавшись от письма, он кивнул:       ‒ Проходи, Дарио. Рассказывай, с чем пришёл.       Дарио кратко и по существу изложил факты, которые узнал из последних донесений.       Штайн его внимательно выслушал и сказал:       ‒ Duobus certantibus tertius gaudet (прим. «Когда двое дерутся — третий радуется», лат.). Столкновение Ордена с Ковеном действительно может быть выгодно Совету дожей. Хотя у них и нет явного лидера, способного к решительным действиям, за ними нужно присмотреть. Ты правильно сделал, что организовал слежку. А насчет ведающих мне тоже совсем недавно сообщили информацию о том, что там происходят странные вещи. Будто бы несколько ведающих, с помощью какого-то проклятия и ритуалов хотят уничтожить магию, а другие ведающие им противостоят. Мы в это не будем вмешиваться. Пока не будем. Пусть ведающие сами разбираются, нужна им магия или нет. Посмотрим, как далеко это зайдёт. Для нас главное, не допустить волнений.       ‒ Ритуальные убийства уже вызвали общественный резонанс. В обществе усиливаются агрессивные настроения, – заметил Дарио.       ‒ Praemonitus praemunitus («Предупреждён — значит, вооружён», лат.). Не будем показывать ведающим, что знаем про их дела. Пусть думают, что мы ничем, кроме поиска еретиков не занимаемся. Сейчас, пока действует перемирие, мы не можем открыто действовать против ведающих. Но если они перейдут границы дозволенного, у нас будут развязаны руки. Мы объявим им войну, и игра уже пойдет по нашим правилам. Главное, нужно будет убедить в этом Франциска, а то он в последнее время излишне лоялен к ведающим. Но мы его дожмём, или ему придется расстаться со своей должностью.       Обсудив ещё несколько вопросов, Дарио попрощался и ушёл.       Дальше он планировал встретиться с Первосвященником Ордена Первозданного Франциском де Неро. Должность советника позволяла Дарио относительно свободно бывать у него. Сегодня он должен был сопровождать Франциска на прогулке по саду, расположенному во внутреннем дворе резиденции, надёжно укрытому от посторонних глаз.       Во время таких прогулок Дарио старался избегать острых политических вопросов, мягко направляя беседу в нужном ему направлении. Служебные вопросы он предпочитал обсуждать в рабочем кабинете, оставляя подобные встречи для укрепления личных отношений и неформального общения.       В этот раз Дарио обратил внимание, что Франциск выглядит уставшим и каким-то подавленным. Он спросил:       ‒ Как Ваше самочувствие? Может быть, пригласить доктора?       ‒ Доктор не поможет, ‒ чуть помедлив, ответил Франциск. ‒ На меня оказывают давление, чтобы я принял определенные решения. От этого зависят тысячи жизней людей. Компромиссных вариантов здесь нет. К сожалению, сейчас я не могу сказать тебе больше.       Дарио молча кивнул, хорошо понимая, что имеет в виду собеседник. Будучи Первосвященником, Франциск не являлся полностью самостоятельной фигурой. Именно по этой причине Дарио не хотел занимать его место, предпочитая оставаться в тени. Реальная власть в такой огромной организации, как Орден Первозданного, не может быть сосредоточена в руках одного человека. Сильные политики, такие как Дамиен Штайн, могут влиять на официальные решения Ордена.       Они попрощались, Дарио задумчиво смотрел вслед уходящему Франциску де Неро. В одной руке тот нёс свой неизменный саквояж, с которым не расставался ни при каких обстоятельствах. Люди из близкого окружения знали, что там находится ларец, отделанный драгоценными камнями. Содержимое ларца для всех оставалось загадкой. Дарио уже предпринимал попытки подобраться к ларцу, но безуспешно.              Как-то раз, когда Франциск был тяжело болен и лежал без сознания, у Дарио была возможность поработать с ларцом. Заранее, с огромными предосторожностями была сделана копия с перстня Первосвященника, который по своим размерам и форме походил на ключ от ларца. Когда Дарио попробовал приложить копию перстня к замку ларца, тот не открылся, но начал светиться изнутри. Было похоже на то, что ларец дополнительно защищен магией. Чтобы его открыть, нужен ведающий. Найти ведающего для такого деликатного дела и избежать огласки, безусловно, проблема. Но такой шанс может появиться в России, когда делегация Ордена будет встречаться с императором, и Франциску придется на время расстаться с ларцом. Этот момент предстояло продумать.       Дарио давно знал, что у Первосвященника особое отношение к ведающим. Он не стремился к жёстким мерам, смягчал приговоры, следил за соблюдением перемирия. На это, разумеется, были веские причины. Мысли Дарио невольно перенеслись к событиям далекого прошлого. Он тогда только начинал свой путь в Ордене и старался не задумываться над моральными аспектами указаний, которые должен был выполнять.       Однажды к нему поступил приказ ехать вместе с инквизиторами Дамиеном Штайном, Эдуардо Болонзе и Энрике Фальконе на задержание одной ведьмы, которая, как ему сказали, околдовала Франциска де Неро. Ведьму они застали в доме, где она тайно встречалась с Франциском. Всё произошло очень быстро, ведьме сразу же дали выпить препарат, чтобы она не могла применить магию, и отвезли в камеру. Франциска оставили под домашним арестом. Потом в ускоренном порядке был вынесен приговор, обвинение в государственной измене, применении магии к должностному лицу Ордена, после чего ведьму публично сожгли на костре. Он не помнил её имени. Даже эту информацию он собирал по крупицам. Потому что были некоторые странности в воспоминаниях о событиях того дня. Память периодически подбрасывала ему какие-то элементы мозаики, но цельная картина не складывалась. Он пробовал заводить осторожные разговоры на эту тему с инквизиторами, но те или тоже ничего не помнили, или не хотели обсуждать.       Дарио разными способами пытался разблокировать воспоминания, тренировал память по методу «Римская комната», но ничего не помогало. Приблизиться к решению вопроса он смог, только когда начал ходить на открытые курсы для начинающих ведающих. Там рассказывали о том, какие манипуляции с помощью магических заклинаний можно совершить с памятью, и о сильных проклятиях, которые могут стирать память даже у группы людей. Но самой важной информацией было то, что при определенных обстоятельствах память, которую умышленно стёрли, можно частично восстановить. Для этого требуется мысленно воссоздать обстановку события, которое нужно вспомнить, вернуться на то место, где оно произошло, надеть ту же одежду, представить людей, которые там были, и другие условия.       Поискав в архивах, Дарио нашёл документы, относящиеся к тому времени, несколько раз ходил в дом, где когда-то была задержана ведьма, допрашивал соседей. Было похоже на массовое стирание памяти конкретно об этом событии. Однако, несмотря на сложности расследования, однажды одним из свидетелей было произнесено имя Элеаноры Кроу. Дальше с помощью информаторов удалось узнать про двоих детей-близнецов с фамилией Кроу, у которых нет матери, и их возраст примерно соответствует сроку давности тех событий. Был ли отцом Тадеуша и Эстер Кроу Франциск, достоверно узнать не удалось. Официально их отцом был Александр Кроу – сильный ведьмак, проживающий в Англии. Но в любом случае, частично восстановив память, Дарио теперь понимал истинную природу симпатии Первосвященника к ведающим.        Глава 3. Собор Святого Марка       Собор Святого Марка был главным храмом Ордена Первозданного. Будучи главой собора, Дарио Бартоломью проводил там много времени. Храм ежедневно посещало множество людей, поэтому для обеспечения порядка и безопасности там требовалось постоянное внимание. Сегодня он прибыл на службу около 4 часов после полудня.       Дарио считал себя истинно верующим, но без фанатизма, хотя некоторые газеты преподносили его как яростного фанатика и противника всех ведающих. Впрочем, как служащему Ордена, такая репутация ему была удобна, и он не опровергал слухи, которые про него распространялись.       Отношение к ведающим у Дарио было сложным. С одной стороны, он с уважением относился к возможностям, которые даёт человеку магия. Различные бытовые заклинания облегчали жизнь, лечебная магия позволяла излечить человека, боевая магия могла быть использована как для защиты, так и для нападения. С другой же стороны, ему казалось несправедливым, что магия даётся некоторым просто так, по праву рождения и если магического начала внутри человека нет, то этому невозможно научиться.       Дарио в раннем возрасте потерял мать, она тяжело болела, но он помнил один разговор отца с кем-то из друзей семьи. Говорили о том, что для излечения матери можно было обратиться к ведающим, они могли помочь. Но в семье Бартоломью не было денег даже на самые необходимые вещи, поэтому им нечем было заплатить за услуги ведающих. Дарио не понимал тогда, почему ведающие не занимаются врачеванием бесплатно, ведь они могут помочь выжить огромному количеству людей. Безденежье семьи закончилось тем, что после смерти матери отец отдал Дарио на службу в Орден, с проживанием в дормитории храмовой школы.       Был ещё один неприятный эпизод на открытых курсах для ведающих, куда он ходил скрытно, под чужим именем. Для посещения занятий никто не проверял наличие магии, поэтому было легко затеряться в группе слушателей. Однако, там были и практические занятия, на которых можно было попробовать использование простейших заклинаний. Дарио наблюдал, как ведающие, в которых уже пробудилась сила, делают первые шаги на магическом поприще. На одном из таких занятий, темноволосый молодой мужчина с яркой внешностью испанца, сидевший на последнем ряду аудитории, в перерыве подошёл к нему и спросил:       ‒ Зачем ты ходишь сюда? Я же вижу, что у тебя нет магии.       ‒ Мне интересно на занятиях, а магия может появиться позже, - ответил Дарио.       ‒ Если у тебя в семье никогда не было ведающих, магии не будет. Ты тратишь своё время впустую. Лучше иди и занимайся своим делом. Освободи место для тех, кому это действительно нужно.       Пренебрежение к простым людям, не владеющим магией, сквозило в каждом его слове. Дарио запомнил этот разговор и этого человека. Не исключено, что у них ещё будет возможность встретиться, но уже при других обстоятельствах.       Всё это не способствовало его любви к ведающим, но на курсах он узнал много полезной и важной информации, которую использовал при подготовке устава Ордена и инструкций для работы инквизиторов.       Своё отношение к ведающим Дарио вкладывал в проповеди, которые раз в неделю читал в соборе Святого Марка. Сегодня как раз был такой день, когда он должен был проповедовать.       Музыка и несмолкающий хор голосов мягко звучали в каждом уголке храма. Главный зал постепенно наполнялся людьми, которые съезжались отовсюду, чтобы послушать Дарио Бартоломью. А говорить и удерживать внимание он умел. Мастерски владея голосом, Дарио проповедовал истины, которым должен следовать каждый прихожанин. Аудитория давала ему энергию, которую он пропускал через себя и возвращал обратно, наполненную образами и глубоким смыслом. Лица прихожан озарялись пониманием и принятием религии Первозданного. Дарио понимал, что влияя таким образом на восприятие людей, в их души можно вкладывать любое мировоззрение: от разжигания ненависти, до внушения любви и всеобщего прощения. Пока он видел свою задачу в укреплении религии и изгнании еретических настроений.       После проповеди он обычно удалялся в исповедальни, куда выстраивались очереди из прихожан, страждущих освободиться от своих грехов. Иногда к нему на исповедь заходили даже инквизиторы, потому что только у Дарио была особая привилегия их исповедовать. Выслушивая рассказы о человеческой подлости, личных трагедиях, преступных желаниях, он легко распознавал ложь и подводил людей к желанию говорить правду.       Понятия правильного и неправильного многим кажутся очевидными, но Дарио понимал, что это не так. Всему есть причины, мотивы, объяснения. В жизни самого Дарио было совершено много поступков, которые бы не одобрил Первозданный. За это рано или поздно придётся ответить перед Ним. Поэтому к тем людям, которые приходили к Дарио на исповедь, он относился с пониманием. Сомневающимся он давал опору, оступившимся - надежду. Получив наставления, люди благодарили его. Дарио ценил такие моменты и надеялся, что спасённые им души помогут ему получить прощение за собственные прегрешения.        Глава 4. Палаццо Дарио       Позволить себе иметь палаццо в Венеции могли только очень богатые и влиятельные люди. Дарио, хотя и был достаточно обеспечен, но купить такую недвижимость не мог себе позволить даже он. Помогло стечение обстоятельств.       Палаццо располагалось в престижной части города, где у многих членов Совета дожей были городские резиденции. Десять лет его владельцем был влиятельный дож. У дожа был сын, который вел довольно предосудительный образ жизни, участвовал в каких-то интригах и заговорах, занимался коррупцией и даже стал соучастником убийства одного высокопоставленного человека. Молодого человека несколько раз судили, изгоняли из города, но это его ничему не научило. Отец помогал избегать ему смертной казни. Но когда речь зашла о государственной измене, отец, как должностное лицо, должен был вынести сыну смертный приговор. Он не смог это сделать, ушел в отставку, вскоре после этого внезапно умер, предположительно, от остановки сердца. Сын тоже скончался, почти сразу после отца. Говорили, что у сына дожа было много врагов, и кто-то из них «помог» ему оставить этот мир. Законных наследников у дожа не оказалось. А поскольку территория под зданием принадлежала Ордену, имущество быстро конфисковали.       Дарио употребил всё свое влияние, чтобы получить палаццо. Он понимал, что в силу своего сана никогда не сможет иметь детей. Ему некому будет передать имущество по наследству. Но владение палаццо должно было стать завершающим штрихом в его образе влиятельного политика. После долгих кулуарных обсуждений, по личному указанию Франциска де Неро палаццо было передано Дарио в пожизненное пользование.       Архитектура здания, расположение и внутренне убранство палаццо полностью соответствовали его эстетическим предпочтениям и могли удовлетворить самый взыскательный вкус. Большие высокие арочные окна наполняли каждый уголок дома естественным светом, привнося собой тепло и уют. Когда Дарио принимал гостей, он мог рассказать историю любой картины, скульптуры или фрески из своей коллекции. Для него это были не просто детали интерьера, а то, к чему он всегда стремился, элементы статуса и положения в обществе.       Поэтому Дарио любил свой дом и с удовольствием туда возвращался. Вот и сейчас, было уже около 9 часов вечера, когда лакей открыл перед Дарио входные двери. У порога уже встречал Гектор. Для Дарио оставалось загадкой, откуда пёс узнаёт, что сейчас придет хозяин.       Когда-то Гектор был совсем маленьким щенком породы доберман альбинос. Сейчас это был уже высокий взрослый пёс. Годы службы в Ордене сформировали у Дарио сложный характер. Выслушивая исповеди и расследуя преступления, он постепенно переставал верить в искренние чувства, преданность, любовь. Однако, эти качества он встретил у Гектора. Дарио увидел, что собака может быть преданной своему хозяину без всяких условий, обмана и предательства. Между ними установилась дружба, не требующая лишних слов. Часто, когда Дарио вечерами читал в библиотеке, Гектор просто лежал у его ног, был с ним рядом, ничего не требуя взамен. Чистая верность.       В спальне у Дарио висело огромное роскошное зеркало в резной раме. Раздеваясь перед сном, он критически осмотрел себя. Ему было уже 45 лет, и возраст скоро будет заметен. Но пока ещё нет повода для беспокойства. Комплекс упражнений, найденный в одной из книг, позволял ему поддерживать себя в отличной физической форме.       Сан священнослужителя немного ограничивал его свободу действий при общении с женщинами, но так было даже удобнее. По крайней мере, женщины не строили в отношении него планов о замужестве, и их отношения сводились к получению взаимного удовлетворения. Гипнотический бархатный голос, многообещающий взгляд, дразнящие прикосновения, - всё это не могло оставить равнодушными женщин, к которым Дарио решал проявить интерес. Внутренний огонь, который он скрывал под маской приличий и сутаной священника, разжигал влечение. Он знал, что красив, и пользовался этим.       При близких отношениях Дарио предпочитал доминирование, ему нравилось подчинять себе женщин, подавлять их волю, навязывать свои желания. В его жизни был опыт применения пыток и возможность изучить физиологические реакции человеческого тела. Поэтому он умел чувствовать партнера и с равным успехом мог, как причинять боль, так и доставлять удовольствие.       Когда он лег в постель, его мысли возвратились к Эстер Кроу. На балу у Де Сантис она узнала его под маской баута. Интересно, их предыдущие встречи были игрой с её стороны? В любом случае дальше игра пойдёт по его правилам.       Дарио пытался разобраться в своём отношении к Эстер. Сначала она заинтересовала его, просто, как красивая молодая женщина. Взаимодействия с ней были ему приятны. Когда он узнал, что она ведьма, да к тому же из рода Кроу, его интерес к ней только возрос. Что-то такое необъяснимо манящее было в ведьмах. Он ведь знал, что даже Франциск де Неро не устоял перед ведьмой Элеанорой Кроу. Искушение подчинить ведьму, как мужчина женщину, было непреодолимым. Он долго боролся с хаосом ведающих и теперь появилась возможность доказать себе, что не имея магических способностей, можно заставить ведьму действовать согласно своим желаниям, узнать вкус её слёз.       В своём воображении Дарио представлял Эстер на своих коленях, в постели, на столе, в исповедальне, и даже в пыточной камере, прикованной к кресту. Привязанность к женщине он считал проявлением слабости, так как всегда уважал людей с сильным характером, хорошо владеющих своими эмоциями. Поэтому Эстер не должна догадываться о том, насколько он одержим ею. Нужно сделать так, чтобы она сама увлеклась им, сама захотела развития отношений.       Во время их последней встречи в соборе Святого Марка, Дарио впервые открыто высказал Эстер свои намерения. Её эмоции передавали целый спектр впечатлений – одновременно интерес, страх, удивление и недоверие. Ещё он заметил, что его прикосновения волнуют её. Похоже, что Эстер сама не осознавала, какие испытывает чувства к нему. Нужно ей помочь. Дарио улыбнулся своим мыслям. Теперь, когда маски сброшены, действовать будет намного проще. Как только она позволит ему прикоснуться к ней, а тем более поцеловать, обратного пути не будет. У него уже были такие возможности, будут и другие. Очень скоро он овладеет её разумом и телом. Молиться бесполезно.       Впереди Дарио ждала очередная бессонная ночь.