Часть 1

Если достаточно долго бродить по уснувшему селу Кереть, вглядываясь в окна опустевших построек, обязательно увидишь Ее дом. Он стоит практически на отшибе, и кажется, будто течение времени обошло его стороной, сохранив древесину, узорчатые ставни и покатую крышу в хорошем состоянии. Дом крепок, от него веет теплом и жизнью, а по ночам в нем всегда горит свет. В доме живет Она. Если встретить Ее на тропинке в лесу, увидишь ничем не примечательную старушку с седыми волосами и серыми, словно река в пасмурный день, глазами. Взгляд ее добр и милостлив, в нем нет осуждения и недовольства. Если спросить, как Ее зовут, Она обязательно представится именем твоей любимой бабушки, и в ее лице на несколько секунд ты увидишь черты близкого и родного человека. И в дальнейшем обязательно поверишь Ей всем сердцем, что бы Она ни сказала и какой бы путь ни указала. Если же одному из съезжающихся на лето дачников не посчастливится заблудиться в лесу и проходить там до самого вечера, ноги сами приведут к Ее дому с горящими рыжим светом окнами, выделяющимся на фоне светлой карельской ночи. Она встретит на пороге, сочувственно поохает для приличия и пригласит переночевать. Усадит за добротный деревянный стол, накрытый как раз к ужину, поставит тарелку с печеной картошкой и чашку горячего ароматного чая и будет расспрашивать о жизни, о здоровье, о делах. И незадачливый дачник сам не заметит, как расскажет Ей свою лучшую и самую интересную историю. Она послушает внимательно, и на несколько секунд в Ее глазах что-то переменится, будто бы вспыхнут огоньки. Наутро дачник уйдет, и окажется, что он был совсем рядом со своим домом. Все лето так Она и живет, собирая истории у тех, кто еще вспоминает про село Кереть, кто бродит в его окрестностях, охотясь на ягоды и первые грибы, или приходит посмотреть на дома - свидетелей долгого хода времени. Каждый рассказ она запоминает очень хорошо, будто бы под диктовку записывая в закутках в своей памяти, где хранятся тысячи таких же историй, каждая из них ценна, как глоток воды в жаркий день. Летом Она дышит воздухом, пахнущим солью и водорослями, который ветер приносит с Белого моря, сушит луговые и лесные травы, наливает солнечный свет в старые крынки, а затем ставит их на полки в погребе. Она делает так уже сотни лет. И неспроста. Когда река Кереть темнеет, наливается свинцом, а тучи все сильнее нависают над лесом, Она понимает - пора. Она выходит на порог дома, берет в руки старинный инструмент кантеле и на пробу перебирает струны. Ветер тут же подхватывает сорвавшиеся звуки и разносит их во все стороны света, во все части Карелии, от самого Белого моря до Онежского и Ладожского озер. Лес будто бы вздрагивает, роняет золотые листы и готовится слушать. Слушать свою колыбельную. Она спускается по лестнице, ставит стул возле своего дома и, устроившись поудобнее, начинает играть, напевно рассказывая истории. Она знает, что бодрствующая природа хочет чего-то новенького, поэтому первыми в ход идут рассказы, собранные этим летом, и только затем она переходит к более старым историям, услышанным десятилетия и столетия назад. Тут тебе и походы купцов за новыми товарами, и приметы моряков, уходящих в далекие плавания, и громкие голоса солеваров, и первые советы о том, как правильно следовать лунным календарям. Ее голос причудливо вплетается в тишину осенних дней, река шумит, будто бы подыгрывая кантеле, а лес медленно погружается в полудрему, а затем крепко-крепко засыпает, окончательно убаюканный. Выпадает снег. Поздней осенью, уже в самый канун зимы Она убирает музыкальный инструмент, заходит в дом и заваривает чай из собранных летом сладких трав. Впереди долгие морозные ночи, в которых свет звезд особенно ярок. Она соберет обязательно и его, а пока Она бросает взгляд на крынки с солнечным светом и мысленно начинает считать дни, пока не придется снова потихоньку, капля за каплей, выливать его на небосвод. Так день станет длиннее. Так быстрее наступит весна.