Часть 1

— И тем не менее, — вздохнул он, — хотелось бы знать, где мы? — Мне тоже, — сказала Йеннифэр, тихо и не сразу. Ещё долго они молча лежали рядом, не говоря ни слова. Дул лёгкий ветерок, и ветви деревьев медленно колыхались. Одно из яблок, отяжелявших их, сорвалось и упало неподалёку. Геральт тихо вздохнул. По его телу прокатилась всепоглощающая волна лени, и он подумал, что мог бы лежать так вечно. Рядом с любимой, просто смотря на колыхающиеся ветви деревьев. — Знаешь, Йен, а я ведь знал, что так будет, — наконец сказал он. — Я тебе не рассказывал, но... это было незадолго до того, как я нашёл Цири. Крестьянин, что её приютил, вёз меня мимо Содденского холма. Я там потерял сознание, и мне привиделась... Смерть. Глаза Йеннифэр еле заметно расширились, но она ничего не ответила. — Она сказала, что всегда следовала за мной по пятам, и что тогда я впервые оглянулся. И пообещала, что, когда момент настанет, она проведёт меня через туман на другую сторону. Похоже, приблизительно так и вышло. Учитывая, что говорила Цири... что она будто и есть сама Смерть. Что все, с кем связана её судьба, умирают. Видимо, мы тоже этого не избежали. Геральт замолчал. Через несколько мгновений он ощутил, как пальцы Йеннифэр сжали его руку. — Я тоже знала, — тихо проговорила она. — Почти с самого детства. Тиссая тогда только начинала учить меня, и я допустила ошибку. Вложила в заклинание слишком много силы, и чуть не погибла. Тогда мне показалось, будто я куда-то провалилась. В густой, липкий туман. С тех пор я всегда старалась быть осторожнее. Когда учила Цири, я несколько раз повторяла, что использование чар в отсутствие магической энергии начинает высасывать жизненную. Но в глубине души словно... всегда чувствовала, что умру именно от этого. Снова повисло молчание. Наконец Геральт слабо хмыкнул, слегка поморщившись: — Можно посмотреть на это с положительной стороны. Мы наконец сможем отдохнуть. Это место выглядит более чем подходящим На этот раз на лице чародейки отразилось искреннее удивление. — Не помню, чтобы ты когда-нибудь был так оптимистичен. Геральт пожал плечами: — Худшее с нами уже случилось. Будь я оптимистом, я бы заявил, что может быть ещё хуже. Йеннифэр тихо засмеялась. *** Прошло ещё немало времени, прежде чем они наконец поднялись. Вставая, Геральт поморщился, взявшись за живот. — Болит? — Немного. Выйдя из-под сени деревьев, они оказались на берегу. Водная гладь простиралась до горизонта; волны лениво накатывались на золотой песок. Геральт принюхался, а потом наклонился, окунул палец в воду и провёл им по губам. — Странная вода. Совсем не солёная, но пахнет как морская. Йеннифэр тоже наклонилась и опустила в воду руку: — И температура любопытная. Я не чувствую ни тепла, ни холода. Словно идеально подстроено под температуру тела. Они пошли вдоль берега. Несколько раз на пути им попались небольшие заливы. В некоторых местах песок на берегу сменялся галькой. — Почему здесь столько яблонь? — через какое-то время спросил Геральт, кивая в сторону редкого леса, продолжавшего тянуться справа от них. Йеннифэр повела плечами: — Яблоки традиционно считаются самыми волшебными из фруктов. Чему ещё расти в волшебном месте, как не им. — Я подумал, что, если нам теперь здесь жить, они в качестве еды быстро наскучат. — Посмотрим. *** Как оказалось, находились они на острове. Тот был не слишком большим: его можно было обойти по кругу за несколько часов. Время в этом месте определять было трудно. На небе не было солнца. Вместо этого весь небосвод сиял тёплым бело-золотистым светом. Время от времени он тускнел, и опускались сумерки. Полноценных дня и ночи, похоже, не было, — только утро и вечер, плавно перетекавшие друг в друга. Закончив обходить остров, Геральт и Йеннифэр уселись прямо на берегу, смотря на водную гладь. Довольно долго ни один из них не произносил ни слова. Атмосфера острова удивительно располагала к умиротворённому молчанию. — Как хорошо, — наконец тихо произнесла Йеннифэр. — Да, — так же тихо ответил Геральт. Снова повисло молчание, нарушаемое лишь плеском волн и шелестом ветра. Наконец Геральт продолжил: — Знаешь, мне сейчас стоило бы задаваться множеством вопросов. Например, действительно ли это посмертие, или мы на самом деле не умерли, а просто оказались в необычном мире? Встретим ли мы здесь ещё кого-то? Вернётся ли Цири? Почему здесь нет солнца? Есть ли там, — он указал в сторону водного горизонта, — что-то ещё? Заслужили ли мы вообще находиться здесь? Что нас ждёт в будущем? Но, честно говоря... мне не хочется. Мне просто хорошо, Йен. На губах Йеннифэр появилась лёгкая улыбка — Я знаю. Мне тоже. А что до вопросов... не стоит ломать себе голову, — она прижалась к нему чуть крепче. — Можешь называть меня оптимисткой, но я почему-то чувствую, что все они разрешатся. И всё у нас будет замечательно...