Жених

      Выдернуть Гошу с его курорта оказалось делом непростым. Напрасно Пятигорск уговаривал Вику подольше остаться у него. Сулакова была непреклонна. Дела не ждали, надо было возвращаться. Однако перед отъездом девушка сделала довольно заманчивое предложение:       — А приезжай ко мне.       Георгий задумался. С одной стороны, он был бы безумно рад провести побольше времени с вечно занятой Викой. Но с другой, он не хотел бросать свой дом в период, когда число туристов растёт. Бештау почему-то свято был уверен, что без него тут пропадут. Ну в самом деле, кто лучше всех расскажет про основание Пятигорска, если не сам Пятигорск?       Об этой дилемме Гоша, сидя в баре, рассказал Нальчику, на что тот с усмешкой ответил:       — Послушай, такие девушки как Ставрополь — чистое золото! Бери его, пока другие не отняли.       — Ты ещё предложи ему устроить похищение невесты, — с нескрываемым сарказмом ответила за Пятигорск Дагиза. — За такие слова взять бы тебе и скалкой по башке дать, — на это Нальчик лишь презрительно хмыкнул, мол, женщины, что с ними поделаешь, — но в этом он прав, Гоша. Виктория — золотце. Курортный сезон открывается каждый год, а у Вики ты бываешь не так часто. Сделай ей приятное.       Владикавказ была права. В последнее время Гоша действительно редко бывал у Ставрополь. И дело было не в том, что Пятигорск не хотел видеть Вику. Он просто-напросто терялся в этом большом городе. Один раз он вообще сел не на тот автобус и уехал непонятно куда. Вике тогда пришлось его искать. Бештау до сих пор с крайней неловкостью вспоминает этот случай. Поэтому всё их совместное времяпровождение Гоша старался устраивать на своей территории. Вика тогда пошутила:       — Ты боишься потеряться в городе, но при этом нисколько не боишься затеряться среди гор.       — Да как тут можно потеряться? — весело отвечал Гоша. — Они ж мне как родные!       — Да, сделай ей приятное, пока тебя не опередили, — выдернув Гошу из его размышлений, хохотнул Нальчик, наливая себе ещё коньяка.       — Ты это на что намекаешь? — с подозрением спросил Пятигорск.       — На то, что мало ли, вдруг Краснодар захочет приехать к твоей Виктории. Соседи, считай.       — Я тебя умоляю, — тут же фыркнула Дагиза. — Дарен в жизни не оставит свои курорты в разгар туризма. Гоша, вот ты нашёл, к кому за советом обратиться! — Владикавказ смерила Нальчик строгим взглядом и, придвинувшись ближе к Пятигорску, сказала уже более ласково: — Слушай меня, Бештау. Покупаешь Вике цветы, билет в один конец и дуешь к ней. Не пропадёт без тебя твой курорт. Если что, мы с Нальчиком присмотрим здесь за всем.       — Делать мне нечего, — цокнул языком тот, — у меня будто своих туристов нет.       — Присмотрим, я сказала, — в голосе женщины вновь зазвенела сталь. — Так что поезжай, Гошенька, не волнуйся ни о чём.       К слову, Пятигорск так и поступил. Надев свою самую красивую летнюю рубашку и купив билеты, он направился в Ставрополь. Добравшись до места, Георгий купил большой букет и, воодушевлённый, направился к офису, где обычно Виктория проводила большую часть дня. Дойдя до этого офиса, Пятигорск к большому неудовольствию заметил, что у кабинета Вики стоит очередь. По-хорошему, надо было набраться терпения и подождать, но, видимо, в Бештау кавказская бурная кровь заиграла, а потому, игнорируя людей, он вошёл в кабинет под их возмущённые возгласы.       — Что вы себе позволяете?! — крикнула женщина из очереди.       — Я жених Виктории, приехал её увидеть, — с важным видом заявил Пятигорск. Да, безусловно, есть вероятность получить за такое по первое число от самой «невесты», но должен же быть какой-то веский довод.       Виктория, ни о чём не подозревая, тем временем спокойно выслушивала жалобу водителей.       — Не волнуйтесь, — ровным приятным тоном ответила Сулакова, — мы обязательно решим проблему, которая возникла на дороге. Такого больше не…       — Всем работникам пламенный Салам! — в дверях выросла фигура Пятигорска с огромным букетом в руках.       — Гоша?.. — Вика крайне удивилась. — Подождите минутку.       Ставрополь встала со своего рабочего места и, взяв Георгия за свободную руку, отвела его в сторону.       — Бештау, ты что тут делаешь? — спросила Вика, стараясь придать голосу максимально строгую окраску. Не получалось. Глаза, которые сияли радостью, выдавали её с головой.       — А мне тут птички нашептали, что с неба звёздочка упала, приехал на неё посмотреть, — улыбаясь, ответил Георгий, протягивая девушке букет. — Тебе!       — Спасибо, — с доброй усмешкой ответила Вика. — Подожди меня, я закончу с работой, и вечером мы погуляем.       — А где мне посидеть?       — В моём кабинете. Только чтоб тише воды и ниже травы.       — Вас понял!       Вика вновь взяла Георгия за руку и потянула его за собой, обратно в кабинет. Гоше был крайне приятен этот тактильный контакт. Рука Виктории была такой… Мягкой и нежной. Но при этом держала крепко, будто боясь, что Пятигорск вновь потеряется.       — Виктория, угомоните своего жениха! — не унималась та же женщина из толпы.       Ставрополь, вспыхнув, бросила грозный взгляд на Георгия. Тот скромно пожал плечами. А что ещё было делать?       — Прошу простить его, — виновато сказала Вика. — Он просто с Пятигорска.       — Эй, в таком ключе это прозвучало оскорбительно! — обиделся Бештау, на что Ставрополь сильнее сжала руку на его ладони, впиваясь острыми ногтями в его кожу. Пятигорск умолк.       Мучительное ожидание заняло пять часов. Георгий успел рассмотреть в кабинете Виктории буквально всё: шкаф с книгами, их совместную фотографию на фоне Машука, висящую на стене, посетителей, вечно чем-то недовольных. Но прекраснее всего в кабинете была, конечно же, сама Ставрополь. Гоша открыло любовался её деловым видом и каждый раз отворачивался, когда взгляд Сулаковой падал на него.       В семь вечера Вика наконец освободилась. Пятигорск в полной готовности встал со стула, на котором порядком устал сидеть, и выпрямился перед Викторией. Ставрополь была немного выше Пятигорска, а потому Гоша всегда старался держаться прямо перед девушкой.       — Ну, пойдём? — с энтузиазмом спросил Гоша.       — Тут недавно одно место открылось. Хочу тебе его показать. Но для начала заедем ко мне домой, мне нужно переодеться. Хорошо? — Вика улыбнулась.       — Как скажете, мисс, — Пятигорск отвесил шуточный поклон.       Ставрополь закатила глаза. Гоша был просто неисправим.

***

      — Этот парк построили совсем недавно, — сказала Вика, ведя Георгия вдоль деревьев. — Эта своего рода музей всех природных зон России. Каждая часть парка — воплощение определённой зоны. Смотри, — Вика указала на рельефную статую лося, который был окружён зелёной травой, — это зона тайги. А вот там, — Ставрополь махнула рукой в сторону, где выстроились кустарники, — зона тундры.       Пятигорск осмотрелся вокруг. Это зрелище действительно захватывало дух. Казалось, будто и в самом деле здесь, в Ставрополе, сосредоточились частички каждого уголка России. Погода была просто замечательной: дневная жара спала, а вечерняя прохлада дарила свежесть. Единственным минусом были комары, которые не давали спокойно посидеть на лавках и специальных лежанках. Впрочем, Вика и Гоша не обращали на них внимания, так как останавливаться они не собирались — впереди было много всего интересного.       — А это что? — спросил Гоша, когда они шли мимо песков. — Зона пустынь?       — Она самая, — с улыбкой ответила Виктория. — Кстати, те цветочки музыкальные.       — Правда?       Глаза Бештау загорелись детским неподдельным интересом. Он подошёл к металлическим цветочками, лепестки которых было раскрашены в разные цвета. Постучав по одному из них, Гоша услышал что-то похожее на мелодию ксилофона. Войдя во вкус, он стал постукивать по другим лепесткам, создавая незатейливую мелодию.       — Офигенно придумано, — оценил Гоша. — Дети точно будут в восторге!       — В таком же восторге, как и ты, — хихикнув, сказала Ставрополь.       — Ой, прости, — щёки Бештау порозовели. — Я немного забылся…       — Всё в порядке. В конце концов, нам всем иногда стоит побыть детьми. Ну-с, Георгий Иосифович, если вы вдоволь наигрались с цветками, то предлагаю пойти взглянуть на озеро Байкал, — поддразнив, предложила Виктория.       — Байкал? Как это? — борясь со смущением, спросил Пятигорск.       — Сейчас увидишь.       Они дошли до водоёма. Его очертания в точности повторяли оригинал, а вода в нём была такой же хрустально чистой и прозрачной. Сквозь неё можно было увидеть каменистое дно. Единственное, что не повторяло озеро — глубину настоящего Байкала. Впрочем, это нисколько не портило впечатления.       — Надо же… — с восхищением сказал Гоша. — Если этот парк станет больше, то он может затмить парк в Краснодаре.       — Кто знает, кто знает, — Виктория загадочно улыбнулась, но Бештау видел, что эти слова ей очень льстили.       — Но курортом номер один на Северном Кавказе всё равно буду я! — вдруг уверенно заявил Георгий, наблюдая за реакцией Ставрополь.       — Ой-ой-ой, не зазнавайся, — хмыкнула девушка в ответ. — Сначала в своём округе ориентироваться научись.       — Какие вы, женщины, жестокие! — театрально закатив глаза, сказал Пятигорск. — Не замёрзла? — заботливо спросил он потом, чувствуя, что у этой имитация озера стало холоднее.       — Есть немного, — призналась Вика, поёжившись. — Но несмертельно. Пойдём, мы ещё не были у поющего фонтана.       Поющий фонтан — место, где всегда было много людей. Особенно по выходным. Каждые выходные с восьми и до десяти часов вечера устраивалось шоу, где под музыку фонтан выдавал разные эффекты с использованием не только воды, но и огня с лазерными рисунками. Чем ближе пара подходила к фонтану, тем громче звучала в ушах музыка. Когда они пришли, на всю площадь раздавались звуки лезгинки.       — Удачно мы пришли! — обрадовался Пятигорск, приметив свободное место на площади.       — Только не говори мне, что собрался танцевать лезгинку…       — Именно это я и хочу сказать. Давай же, Вик, как раз согреешься! — и, ухватив девушку за руку, вывел её в самый центр.       Лезгинку Пятигорск танцевать умел. Причём делал это профессионально — годы опыта не прошли даром, а среда, в которой он вырос, привила ему раскованность движений и отняла лишнюю скромность. Ставрополь тоже умела танцевать этот танец. Однако сейчас она чувствовала себя слишком скованно. На неё смотрело слишком много людей. Причём многие из них привыкли видеть Викторию в строгом виде. Она не могла позволить себе расслабиться.       Гошу, наоборот, не смущал никто и никогда во время танцев. Не стесняясь никого, он взглядом и жестами старался подбадривать Ставрополь. Немного, но это помогло. В середине танца движения Вики стали более свободными. Люди постепенно окружали их, наблюдая за этим ярким зрелищем. Некоторые тоже включались в танец и выходили в центр образованного круга.       Когда лезгинка стихла, люди разразились аплодисментами. Все танцоры улыбнулись публике и вновь отправились по своим делам. Ставрополь вышла самая первая. Георгий направился за ней.       — Принёс свой горный дух сюда, — проворчала Виктория, успокаивая дыхание.       — Да ладно, зато ты согрелась, — парировал Гоша.       Что правда, то правда. Вика, которая до этого ощущала небольшой холодок по коже, теперь было даже жарко. Шутливо толкнув Бештау, девушка направилась в сторону амфитеатра. Оттуда было удобнее всего наблюдать за фонтаном, шоу которого ещё продолжалось и не думало заканчиваться.       Они расположились на третьем ряду. Другие места просто были заняты. Не мудрено — суббота всё-таки.       Ставрополь, уставшая от столь насыщенного дня, положила голову на плечо Бештау. Пятигорск приобнял девушку за плечо, стараясь согреть, так как вновь подул холодный ветер.       Ровно в десять они направились домой к Ставрополь.

***

      Утро ещё даже не успело начаться, как телефон Гоши и Вики начали разрывать звонки. Мысленно ругая всё на свете, Пятигорск взял трубку, пытаясь сфокусироваться на дисплее и понять, кто звонит в столь ранний час. Это был Нальчик. Помилуйте, что ему нужно в такую рань… Вздохнув, Георгий взял трубку.       — Ало, брат, слушай, ну ты молодец, я не думал, что ты так далеко зайдёшь! Слушай, на свадьбу же пригласишь? Я хочу быть тамадой!       — А ну подвинься, тамада недоделанный! — на экране появилось лицо Дагизы. — Гоша, горжусь! Я знала, что ты только с виду такой нерешительный. Умница!       — Вы о чём вообще? — всё ещё не проснувшись и потирая сонные глаза, спросил Пятигорск.       — Ой, мне Москва звонит, — Вика взяла трубку. Оттуда послышался громкий недовольный голос.       — Ставрополь, где этот, чёрт его возьми, центр СКФО? Я его вот этими руками придушу! Вы там с ума сошли без моего ведома жениться?! Что у вас там на Кавказе происходит?       — О, это Москва там? — спросила Владикавказ с гошиного телефона. — Я его голос отсюда слышу! Чем он опять недоволен?       — В смысле «опять»? У меня под носом территориальные изменения намечаются, а я должен сидеть и молчать? — вещал Москва с телефона Вики. — Вечно с вашим Кавказом…       — Ну что с нашим Кавказом? — с вызовом спросил Нальчик. — Ты давай, договаривай!       — Тихо! — воскликнула Ставрополь, прерывая их странный спор. — Может, для начала объясните нам, в чём дело?       — Как в чём? Люди вчера выложили ваше замечательное времяпровождение и написали, какой весёлый жених у Вики, — серьёзно сказал Московский.       — Да, и ни капли не соврали! — бурно поддержала Дагиза.       Вика и Гоша переглянулись. Обоих вдруг прорвало на смех. Объяснив всю ситуацию, они успокоили и друзей, которые уже искали им подходящий ресторан, и Москву, который под конец даже извинился за ранний звонок.       Ставрополь посмотрела на часы. Было только восемь утра.       — Что скажешь на это? — спросил Георгий, ластясь к Вике, как кот.       — Скажу лишь одно: когда-нибудь я убью тебя, Бештау, — усмехнулась Виктория в ответ, чувствуя лёгкую щекотку на шее от кудрей Гоши.       — Приму за честь. Но перед этим я же могу сделать нам кофе?       Ставрополь покачала головой. И всё-таки Пятигорск неисправим…