Часть 1

Это спокойное счастье далось нелегко. Настолько нелегко, что Руми казалось — оно невозможно. Слишком слащавый конец. Она должна быть счастлива. Ведь цель её жизни исполнена. Цель, к которой она так стремилась, ради которой ломала себя и дробила на кусочки. Оставалось только насладиться победой и беззаботной жизнью с подругами. Руми научилась отпускать прошлое. Наверное. С лёгкой подачи девочек и этого ослепительного нового мира. В листве, в стёклах высоток, в лужах керосина огромного города она видела себя. И кого-то ещё. Она думала, что наконец всё наладилось. Но когда заметила мелькнувший синий хвост, поняла — нашла источник странной пустоты. Словно забыла что-то важное. Настолько важное, что игнорировала, лишь бы не разрушить свой идеальный стеклянный замок. В следующий раз она обернулась на шорох крыльев у окна — и на неё уставились три огромных жёлтых глаза. Изящная шляпка нелепо смотрелась на маленьком теле, но безошибочно напоминала о том, о ком она так боялась вспоминать. «Я дарю тебе свою душу. Прости за всё.» Голова раскалывалась. «Забудь. Забудь. Забудь!»— твердил голос, и ему вторили знаки на её теле. — Замолчи. Пожалуйста. И голос стихал, повинуясь её желанию. Но холодные когти всё равно цеплялись за сознание, заползали под кожу. Руми закрыла глаза. Жертва Джину не была напрасной. И как бы ни было больно, она должна идти вперёд. Быть благодарной — но забыть. Кто бы знал, как тяжело забывать того, кто тебе дорог? Руми больше не была одна, но Зои и Мира чувствовали неладное. Это было не затишье перед бурей, а исчезнувшая буря. Логичный финал — и нелогичный покой. Да, он никогда не был её приоритетом. Да, она приняла его жертву. Но слепая злость разъедала сердце, пульсировала под кожей демоническими отметинами. Как он мог просто уйти? Она недостаточно сильна? Не справилась бы? Он мог остаться. Она бы поняла. Простила. Обняла. Джину. Он смотрел на неё с рекламных постеров, улыбался из ряби реки, хмурился в миражах на крышах. В зеркале Руми всё чаще видела не себя, а его. Что значит — подарить душу? Он отдал её Руми-демону? Она поглотила её, как другие демоны, чтобы стать сильнее? Или его душу приняла Руми-человек? Принять себя целой было непросто. Но отрицать разную природу этих частей — ещё сложнее. Где искать его душу? Мысль ударила, как молния: «Надо вернуться туда, где всё началось.» Но времени не было. До концертов — неделя. Изнуряющие тренировки, жёсткий рацион, фан-встречи выматывали. Вечером не оставалось сил даже на мысли. Девочек подводить нельзя. А на расследование нужно больше, чем пятнадцать минут обеденного перерыва. ***— Ну, долго мы будем есть эту капусту? Я хочу чёртовых углеводов! — Мира откровенно бесилась из-за тарелки, которая ее совершенно не насыщала и выглядела пустой. Зои тревожно посмотрела на Руми, ковырявшуюся в тарелке. — Руми, что с тобой? Та поджала губы. Она задумалась так сильно, что девочки заметили. Рассказать? Но что, если они не поймут? Скажут, что это подождёт? Нет. Мира, конечно, отпустит колкость, но не со зла. А Зои, возможно, даже предложит помощь... Но сейчас — не время. Дверь распахнулась — в комнату влетел менеджер Бобби, возбуждённый и слегка пританцовывающий. — Вы не поверите! У меня две новости! Мира вздохнула: «Начинай с плохой.» — В Jamsil Stadium упали прожекторы! Концерт переносится на две недели! — Он сделал паузу для драматизма. — Но нам предложили выступить на той же сцене, где... — он понизил голос, — ...где проходил «Кумир года». Руми резко подняла голову. Бобби совершенно не умел врать. Это шанс. Менеджер сразу же убежал по делам, спешно щебеча что-то про «нервного себя и нетизенов». — Девочки, может, сходим в баню? — невинно предложила Зои, явно намекая на побег с тренировки. — К чёрту, я — за! — Мира решила мгновенно. — Руми, ты с нами? Девушка кивнула и, вероятно, впервые за день улыбнулась. Нужно было отвлечься. Но в окне снова мелькнул знакомый силуэт, и тёмные глаза, которые смотрели на неё невыносимо тепло.