***

Тусклая фигура тихо в комнате сидит, В руках чужие теребя листы. А в голове его проклятие звучит: "Мало... Мало... Сердца отдай мои!" Те очи, что когда-то грели теплотой, Теперь мертвы в разбитых фонарях. Тот голос, что узнавали хрипотцой, Теперь как сталь по нервам бьёт смеясь. Руки медленно теряют плоть, Вдруг стали костяными. Стой! Смотри! В сердце, что когда-то обнимало теплотой, Даже праха нет. Лишь скрип "Умри!" Шаг вперёд – лишь скрежет от стали, Шаг назад? Нет ответа. Молчи! Тех рук, что были опорой когда-то, Теперь даже их силуэт не найти. Все изменилось. Ничего не осталось. Даже скулы стали чуждыми. Сгинь! Тот шепот, что заклинал в голове, И крик в нем замер. Не звучит. Странная фигура звереет в углу, Считая книги, что встают из могил. Шепчет все в уста не свои: "Мало...Мало... Сердца отдай свои!"