*

— Почему бы тебе не поохотиться со мной на мусорщика? Стоя в одиночестве и ожидая появления Маринетт, Кот не понимал, почему он согласился. Было тревожно от мысли, что они могут провести вместе целый день, когда тот едва мог сдержаться, находясь вместе пару раз в неделю в течение нескольких часов ночью. Он всегда больше нервничал рядом с Маринетт. Что-то в ней заставляло наведываться вновь. К его удивлению, Маринетт была чересчур легкомысленной, когда ее не было в школе, или она тусовалась с людьми из школы… или рядом с ней в роли Адриана, но это означало, что он, вероятно, видел в ней ту сторону, которую видели очень немногие. И это заставляло чувствовать себя особенным. Единственная проблема сейчас заключалась в том, что он не знал, появится она или нет. Может быть, он мог бы пойти к ней первым, забрать ее, но была также вероятность того, что что-то пошло не так, и, возможно, она вообще не могла прийти. У Кота не было шанса узнать об этом, потому что у них не было возможности связаться друг с другом. — Кот! — Он мгновенно узнал голос Маринетт и вздохнул с облегчением, Маринетт появилась в конце моста и подошла к нему. Обычно Кот видел ее либо в школьной форме, либо в пижаме, но это было совсем другое. На Маринетт была пышная серая юбка из тюля и большая футболка с рисунком, заправленная за пояс. Ее массивные белые теннисные туфли выглядели так, будто они были вручную расписаны ее фирменными розовыми красками, вероятно, сделанными в последний час или два, судя по пятнам на ее руках, которые она, видимо, не заметила. Маринетт помахала, направляясь в его сторону, и Кот не смог сдержать широкой ухмылки, что расплылась на его лице. Она остановилась, находясь всего в нескольких футах от него, руки болтались перед ней, пока она слабо сжимала ручки своей сумочки пальцами. — Извини, я немного опоздала, — сказала она. — Думаю, я переодевалась раз двадцать, а потом пыталась понять, какие закуски взять с собой. — Ты прощена, — сказал Кот слишком формальным тоном. — Дополнительное прощение, так как ты принесла закуски. — Да, я подумала, может быть, это расслабит нас во время поисков. — Она сделала паузу, поджала губы и на мгновение отвела взгляд. — И тогда, возможно… мы могли бы поужинать вместе сегодня вечером? Мысль об ужине с Маринетт вызвала у него головокружение, тем более что она на самом деле спросила. — Звучит как отличная идея, — произнес Нуар. — чтобы отпраздновать нашу дружбу и безупречную командную работу, поскольку сегодня мы обязательно выиграем этот турнир. Маринетт медленно кивнула. — Да, да, наша дружба. — Она улыбнулась, наконец, вновь встретившись с ним взглядом. — Хотя я думаю, что наша команда получит несправедливое преимущество, если ты будешь на моей стороне. — Ну, я работаю с Маринетт Дюпен-Чен, — вымолвил Кот. — Я думаю, ты даешь мне преимущество. Несмотря на то, что они шутили о победе, через три часа поисков они сильно отставали. Возможно, они должны были знать, что вместе не будут хорошей командой. Ни один из них не мог по-настоящему сосредоточиться, скорее желая провести время, смеясь друг с другом, чем искать подсказки и следовать им. В основном, им просто нравилось гулять по городу друг с другом. День был идеальным, солнечным и не слишком жарким, с легким бризом, из-за которого юбка Маринетт слегка развевалась по ветру. Она заметила, что Кот проводил много времени, наблюдая за ней. Хотя он надеялся, что она этого не увидит. Они были только на пятой подсказке, когда был объявлен победитель. Они оба застонали от смеха, зная, что никак не могли успеть вовремя. Маринетт полезла в свою сумку и передала ему один из пакетов с фруктовыми закусками, взяв один и себе. — Что ж, за удачную пробежку, — сказала Маринетт, стукнув пакетами с закусками друг о друга, словно они были бокалами для шампанского. — Мы бы выиграли, — сказал Кот, кивая. — Нам просто не хватило уверенности. — Я думаю, нам не хватило мозгов, — сказала Маринетт, поднимая последнюю найденную ими подсказку. — Что это вообще значит? Кот еще раз перечитал подсказку и пожал плечами. — Черт, если бы я знал, — сказал он. — Но у нас еще есть ужин, который мы с нетерпением ждем. — Хорошо, по крайней мере, это, — кивнула Маринетт. Кот нахмурился, изучая лицо Маринетт. Несмотря на то, что именно она предложила пообедать, казалось, она почти неохотно соглашалась. Кот ломал голову над тем, в чем может быть проблема. Ему пришло в голову предложить поужинать в другой день. Возможно, если они перенесут встречу, она будет чувствовать себя спокойнее в следующий раз. Но Кот тоже хотел провести с ней время до позднего вечера. Как можно дольше. — Может, прогуляемся еще немного перед ужином? — спросил Кот. Он хотел задать этот вопрос, чтобы дать ей выбор, дать ей понять, что остаток вечера полностью зависит от нее. Кот предложил ей руку почти в шутку, но она смотрела на его локоть так, словно боялась его. Как будто он мог врезать ей в лицо и сломать нос. Кот отозвал предложение руки с небольшим разочарованием. Почему она вдруг стала такой серьезной? Им всегда было комфортно быть друзьями, так что же изменилось сейчас? Они оба пошли, шаркая обувью об асфальт, пока не смогли найти удобный темп друг для друга. Прохожие бросали на них несколько странных взглядов, но, похоже, они оба изо всех сил старались не обращать на это внимания. Маринетт смотрела полностью в землю, ее глаза были прикованы к розовым цветам, нарисованным на ее туфлях. — Мне очень нравятся твои туфли, — сказал Кот, пытаясь завязать разговор. Маринетт хмыкнула и кивнула в ответ, по-прежнему не глядя на него. Кот клялся, что она позеленела. — Ты в порядке? Маринетт продолжала кивать, но через мгновение быстро покачала головой. — Думаю, меня сейчас вырвет. Она метнулась прочь от него, направляясь к ближайшему мусорному баку на тротуаре и практически засунув внутрь всю голову. Кот был рядом с ней в мгновения ока, его руки зависли над ее спиной, поскольку он не знал, что делать. Должен ли он попытаться утешить ее? Его мама в детстве делала ему круги на спине всякий раз, когда он болел. Но до этого Маринетт даже не хотела прикасаться к его руке. Маринетт встала, тяжело дыша, и провела рукой по рту. Она долго и ровно дышала, пытаясь успокоиться. Он сомневался, действительно ли она думала в тот момент, но рука Маринетт внезапно сжала его запястье, пальцы крепко сжали кожу его костюма. Ее брови были нахмурены, она смотрела прямо в землю. Кот положил руку ей на спину. — Давай присядем ненадолго, — сказал он, подводя ее к скамейке в парке, спрятанной в тени. Между ними все было тихо, но остальной город продолжал двигаться вокруг. Кот убедился, что они были где-то, где не было большого скопления людей. Надеясь, что это поможет Маринетт немного успокоиться. Сделав последний глубокий вдох, Маринетт расслабилась, и ее хватка на запястье, наконец, немного ослабла. — Хорошо, теперь я в порядке, — сказала она и повернулась к нему, чтобы улыбнуться. — Спасибо. — Маринетт, — сказал Кот. Он не хотел продолжать свой вопрос и не хотел доставлять ей дискомфорт, но он также был обеспокоен. Больше всего он беспокоился, что сделал что-то не так. — Раньше у нас все было хорошо. Я сделал что-то, что заставило тебя чувствовать себя некомфортно? — Что? — удивилась та, ее глаза расширились. Она начала отчаянно трясти руками. — Нет-нет. Нет-нет-нет. Нет. Ты ничего не сделал, клянусь. Я — это я. Я проблема. Кот изогнул бровь под маской. — Я не припомню, чтобы с тобой когда-нибудь были проблемы. — Еще нет, — усмехнулась Маринетт. Теперь Кот был еще больше сбит с толку, и, вероятно, это было видно по его лицу. Маринетт вздохнула. — Я имею в виду… Я очень нервничала, когда спрашивала, можем ли мы пойти поужинать. Вместе. Это было очень тяжело для меня. Это не то, что мы когда-либо делали раньше, поэтому я боялась, что ты можешь отказать мне. — Почему я должен говорить «нет»? — спросил Кот. — Маринетт, мы друзья. Я бы с удовольствием поужинал с тобой. — Ладно, тогда, возможно, проблема не в том, чтобы пригласить тебя на ужин. - Она отвернулась от него на скамейке, сложив руки на коленях и глядя в землю. Кот изучил ее лицо и понял, что она выглядит почти раздраженной. Говоря, Маринетт продолжала отводить взгляд от него. — Я нервничала из-за того, что собиралась сказать за ужином. — Я не понимаю, — Нуар моргнул. Он долго смотрел на нее, пытаясь понять, в какое русло заходит разговор. — Я не могу сделать это прямо сейчас. — Маринетт в это время встала. — Почему бы и нет? — Я собиралась сделать это за ужином, а не сейчас. — Почему это не может произойти сейчас? — Потому что я не готова, — сказала Маринетт. — Я не готова к тому, что ты посмотришь на меня по-другому. Кот с трудом выносил ее бесконечные двусмысленности. Он тоже встал на ноги, смотрел на нее сверху вниз и не слишком старался выглядеть так, будто требует ответа, но он действительно этого хотел. Он хотел знать причину такого выражения на ее лице, и почему она казалась такой другой, не такой, что раньше. — Я очень хотела, чтобы сегодня вечером ты перестал видеть во мне друга, — сказала Маринетт. На мгновение воцарилась тишина, когда она глубоко вздохнула, и Кот попытался понять, что она имеет в виду. — Я хотела, чтобы ты начал видеть во мне нечто большее, но я так напугана… Так напугана, что ты не увидишь. — Что ж, — сказал Кот, быстро пытаясь собрать воедино кусочки пазла и убедиться, что он правильно ее понял. — Ты хочешь сказать, что у тебя… есть чувства ко мне? Маринетт начала смеяться, на мгновение, отвернувшись от него, затем встала лицом к нему, ее глаза наполнились слезами. — Да, ты дурачок. У меня есть к тебе чувства. Я спросила тебя об этой явно «охоте на друзей-мусорщиков», и я даже не так к тебе отношусь. И меня только что вырвало перед тобой, что было неловко, но вот как сильно ты мне нравишься! Меня от тебя тошнит. Кот долго смотрел на нее, прежде чем шагнуть вперед и заключить Маринетт в свои объятия. Он слегка наклонился, положив подбородок ей на плечо. Было ясно, что Маринетт совершенно не знала, что делать. Теперь сбита с толку она, осознание Кота сбило ее, как грузовик. Он не замечал их близости, но теперь, когда он это заметил, он тоже хотел это почувствовать. Кот держал ее в своих объятиях так крепко, как только мог, закрыв глаза и глубоко вдохнув, не желая какое-то время двигаться — или даже дышать — и просто наслаждаться этим чувством. Тем более, когда руки Маринетт обвили его шею, а ее пальцы легонько скользнули по плечам. — Я вижу в тебе больше, чем просто друга, и все равно останусь твоим лучшим другом, — тихим шепотом сказал Кот. Она, казалось, сжала его крепче, когда он сказал это. Кот слегка отстранился, все еще связанный с ней руками и руками. — Может, сегодня будет праздничный ужин? Что ты мне тоже нравишься? — Ты все еще хочешь пойти поужинать? — спросила Маринетт, на ее лице расплылась улыбка. Кот кивнул. — Абсолютно. — Он взял ее за руку, переплетая их пальцы, и начал уводить ее от скамейки и тени, обратно на солнечную улицу вместе. — Что может быть лучше, чем просто дружеский ужин? Кот широко улыбнулся ей, но Маринетт только покачала головой и рассмеялась, встав на цыпочки, чтобы поцеловать его в щеку. — Придурок.