Часть 2

— Позвольте представить нашего взломщика — Лунис,— Гэндальф обнял девушку за плечо, и его глаза добродушно сверкнули под седыми бровями. Один за другим гномы выступили вперёд, представляясь: — Фили и Кили,— два брата синхронно шагнули, выровнялись и поклонились с лёгкой ухмылкой. — Дори, Нори и Ори,— трое молча кивнули, сверкая узорчатыми капюшонами. — Оин, Глоин, Двалин, Балин, Бифур, Бофур и Бомбур.— Каждый по очереди вышел, приветствуя её то кивком, то сдержанной улыбкой. И наконец… — А это предводитель нашей компании — Торин Дубощит. Гномий король стоял чуть поодаль, скрестив руки на груди. Его тёмные глаза, будто высеченные из камня, холодно сверлили Лунис. Брови сдвинуты, губы сжаты — в каждом мускуле его лица читалось презрение. Девушка не отвела взгляда. Она привыкла к таким взорам. — Не стоит смотреть на меня, словно на ценник лживого торговца, господин Дубощит,— спокойно проговорила она, направляясь к столу. Налив эль в кружку, она продолжила, не отрывая ледяных глаз от Торина: — Значит, путь ваш лежит к Эребору? — Верно,— отрезал Торин. Между ними повисло напряжённое молчание. Казалось, они сошлись в немой дуэли — но какие разные были эти взгляды! В глазах гномьего короля бушевали ярость, жажда мести и глухое недоверие. В её же — лишь холодная пустота, будто застывшее озеро под зимним небом. — Мы идём вернуть наш дом, украденный у нас по праву рождения. Нам нужен тот, кто откроет путь в гору и добыть то, что вернёт нам власть над ним,— начал Торин, но Лунис перебила: — Аркенстон. Камень Государя. — Да,— прошипел он, — но сомневаюсь, что ты та, кто нам нужен.Гном приподнял подбородок, и в его взгляде вспыхнуло откровенное пренебрежение. — Напомню, что это вы пришли ко мне за помощью, господин король, а не я к вам,— равнодушно отпила она эль. — Торин, она идеально подходит! — вмешался Гэндальф. — Владеет оружием, движется бесшумно, как тень, и к тому же… Маг запнулся, бросив взгляд на Лунис. Та едва заметно покачала головой — "не сейчас" . — И к тому же? — переспросил Ори, любопытство сверкая в глазах. — Она искусный целитель, — быстро закончил волшебник, наблюдая за реакцией Торина. Тот лишь хмыкнул и резко махнул рукой: — Балин, дай ей контракт. Старый гном развернул длинный пергамент, в конце которого чернело место для подписи. Коротко изложив условия — дракон, золото, возможные похороны — он протянул его девушке. Та, не торопясь, пробежала глазами текст, взяла перо и вывела свои инициалы. — Отлично! — Балин улыбнулся.— Добро пожаловать в отряд. - Я знал, что ты не откажешь нам, Лунис, дочь Хардрика! — воскликнул Гэндальф с торжеством. — Хардрика?!— Глоин широко раскрыл глаза. — Я знал его! Великий воин. Не ведал, что у него есть дети. Лунис медленно выдохнула. — Гномы не жалуют смешение кровей. Моя мать была человеком. Возможно, он не желал, чтобы это стало известно… дабы не запятнать свою честь. - голос её оставался ровным, но в последних словах дрогнула едва уловимая горечь. В комнате повисла тишина. И тут грубый голос Торина рубанул воздух: — Контракт подписан. Отдыхайте — на рассвете выступаем. *** Ночь раскинулась над Широм, тихая и безмятежная. Лунис сидела на скамейке у входа в свою нору, устремив взгляд к звёздам. Лёгкий ветерок играл её волосами, а тихое щебетание ночных птиц сливалось с шепотом листвы. Но уединение девушки нарушил Балин, подошедший неслышными шагами. — Что не спится в такой поздний час? — мягко спросил он, опускаясь рядом. — Перед долгим путём сон бежит от меня, — ответила Лунис, и в её голосе, обычно твёрдом, прозвучала неожиданная усталость. — Слишком много мыслей… Слишком много опасностей, что могут поджидать нас. — Будущее — туманная даль, — промолвил гном, — и нет смысла пытаться разглядеть в нём каждый камень на дороге. Лунис усмехнулась: — Быть может, вы правы. Помолчав, она осторожно добавила: — Должно быть, я произвела на вас не самое лучшее впечатление? — Её взгляд, прежде холодный, теперь был спокоен. Балин замялся: — Противоречивое, скажем так. Думаю, Торин был озадачен больше всех. Девушка вздохнула и опустила голову. — Я… просто нервничала. Столько лет ждала этой встречи… — Она подняла глаза к звёздам. — Отец рассказывал мне о подвигах гномов, о вашем мастерстве, о вашем величии. Но я выросла вдали от вашего народа. А после его смерти… я и вовсе потеряла надежду когда-либо стать своей среди вас. — А люди? — спросил Балин. — Ты ведь наполовину человек. — Когда жрецы нашей общины узнали, что я — дичь смешанной крови, нас изгнали. Мать не смогла с этим смириться… — Голос Лунис дрогнул. — Она бросилась со скалы. Потому я и не решалась идти к гномам — боялась, что меня снова отвергнут. Долго скиталась в поисках приюта, нашла друзей… но покой обрела только здесь, в Шире. — Она обвела взглядом тёплые очертания холмов, окутанные ночной дымкой. Балин улыбнулся: — Если мы вернём Эребор, у тебя будет настоящий дом. — Спасибо, мистер Балин, — тихо ответила Лунис, и в её улыбке теплилась надежда. А ночь длилась, окутывая землю своим безмолвным покоем.