Часть 1

Сириус Блэк сидел на Астрономической башне и смотрел вдаль. Ещё пять минут назад он бесцельно шатался по Хогвартсу, размышляя о своей непростой жизни. За последний месяц — два он часто стал просто бродить по Хогвартсу. Почему-то эти прогулки всегла заканчивались на Астрономической башне. Его жизнь действительно казалась ему чертовски сложной. Он угодил в тяжелую ситуацию. И с одной стороны, в самой этой ситуации было много хорошего, а с другой перспектива очень пугающих событий. Сириус Блэк — настоящий гриффиндорец, душа компании, верный друг и отличник — он носил в своём сердце тайну, которой ни с кем не мог поделиться. И это сильно угнетает его. Сидя и прислушиваясь к своему мятущемуся сердцу, он не заметил приближающиеся со спины шаги. — Привет, — произнес нежный женский голос. Сириус обернулся. — Привет, Лили. — Можно присесть с тобой рядом? — Да, конечно. Лили села рядом с ним. Они молчали. — Как ты? — спросила она. — Хорошо, а почему ты спрашиваешь? — Ты в последнее время странный... — ее фраза зависла в воздухе, так и не обретя своего конца, а сама Лили изменилась в лице и сказала не то, что собиралась сказать вначале: — Я знаю твою тайну. — Какую ещё тайну? — со смехом спросил Сириус, но внутри у него все сжалось. — Я знаю, — твердо сказала Лили, — но я никому не скажу, даю слово. — Не понимаю о чем ты, — он непринужденно пожал плечами, хотя сердце его зашлось в тревоге. — Сириус, — Лили дотронулась до его плеча в успокаивающем жесте, — я пришла сюда не чтобы выведывать или судить. Я хочу помочь. Я представляю, как тебе сейчас тяжело. И ты можешь отрицать, если хочешь, но я... — она вздохнула, — я правда хочу помочь. — Спасибо, но мне нечего скрывать. У меня нет никаких тайн. — Хорошо, — вздохнула Лили. — Тогда позволь я расскажу тебе о своём старом — престаром друге, которого я знала ещё в начальной школе, до того, как приехала в Хогвартс. — Валяй. — У меня есть очень дорогой мне друг. Так вот однажды он влюбился в девушку, которая, на первый взгляд, ему не подходила. Он боялся того, что ее не одобрят его друзья, а особенно не одобрит самый близкий друг. Даже не друг, а брат. Но я бы ее одобрила. И я не могу сказать ему сейчас прямо о том, что хочу поддержать его и о том, что все нормально, я рада если он счастлив, но я бы очень хотела ему это сказать. Я чувствую, что моему другу нужна поддержка, — проговорила Лили на одном дыхании. Сириус внимательно смотрел на нее. — Занятная история, — странным голосом сказал он. — А главное, немного печальная. — Знаешь, мой друг стал много бродить в одиночестве, как думаешь, он это делает, потому что ему одиноко? — Все, хватит! — замотал головой Сириус. — Это какие-то приёмчики моей семьи! Прекращай! Его голос не звучал осуждающе или раздражительно. Лили тут же приобрела его за плечи в желании поддержать. Они молчали какое-то время. — Спасибо. — Выдохнул Сириус. — Как ты?.. — Я замечаю некоторые мелочи, — улыбаясь ответила Лили. — Надеюсь, больше ни у кого в Хогвартсе нет таких способностей. И знаешь, я понятия не имею, как так вышло. И я... я пытался в это не ввязываться. Лили рассмеялась. — Любовь она такая. Не спрашивает, просто приходит и все, — с улыбкой сказала она, а затем внимательно посмотрела ему в глаза. — Иногда мы влюбляемся в тех, в кого не имеем намерения влюбиться. Но это происходит. И самое интересное, что в итоге это никакая не трагедия, а наоборот счастье. — Почему именно она? — задумчиво спросил сам себя Сириус. — Мелания. — Тише! — шикнул он на Лили, стоило ей только произнести ее имя. — Да ладно! Думаешь, у этих стен есть уши? — и Лили обернулась, будто бы убеждаясь, что их не подслушивают. — Я называю её моей Тёмной Звёздочкой. Лили рассмеялась. Старший наследник известной и влиятельной семьи Блэк никогда не был склонен к сентементальности, но это прозвучало чертовски сентементально. Тёмная Звёздочка — ну надо же! — Почему я не удивлена? Сириус Блэк называет возлюбленную Звёздочкой. Сириус пожал плечами. — Но она действительно для меня как звезда. Лили кивнула. — Я старался, Лили. Я старался не любить её. Я старался забыть, игнорировать, я не хотел, но я не смог. А теперь я тону в этом и в те скудные минуты, что мы вместе, я счастлив. Так, как никогда не был. — Я рада, — искренне сказала Лили. — Никогда не думал, что полюблю кого-то вроде неё. Я всегла считал, что влюблюсь в кого-то единомысленного мне, понимаешь? Я думал, что свяжу свою жизнь с маглорожденной или хотя бы с полукровкой, назло семье. А в итоге влюбился в представителя чёртовых Священных Двадцати восьми. Ну где Вселенская Справедливость? И знаешь, я до чёртиков завидую вам с Джеймсом! Вы можете любить друг друга открыто, ни от кого не таясь, а я вынужден скрывать и свои чувства, и свою любимую, — произнеся последние слова, Сириус обречённо закрыл руками лицо. — А она?.. — Лили не знала как лучше спросить, но Сириус понял её. — Она не поддерживает расизм её семьи, но она и не то, чтобы наша в плане идеологии. — Да. Но для меня это не важно, если ты счастлив. Главное, что она не считает, что всех маглорожденых нужно сжечь на костре. — Джеймс все равно не поймёт, — обречённо сказал Сириус. — Я потеряю его. Ты права, он не просто близкий друг, он мой брат. Он... — голос Сириуса оборвался, а сердце сжало сильной болью. — Он не поймёт и не примет. Никогда. — Может, поймёт, — Лили ответила на его слова, сама не веря в то, что говорит. Она отлично знала своего парня. — Нет, не поймёт. Для него все эти семьи в текущей ситуации, все Священные Двадцать восемь — враги. И как ты себе это представляешь? Я такой прихожу и говорю: "Сохатый, я тут влюбился, а моя возлюбленная, она, ты знаешь, Мелания Розье". Какая думаешь у него будет реакция? — Но ты не можешь отказаться от любви из-за друга. Не делай этого. — Я и не делаю. Я уже пытался и не смог. Так что... Я не знаю как мне быть, — обречённо сказал Сириус. От одной только мысли о том, как отреагирует его друг на роман с девушкой из семьи Розье, его сердце разрывалось от боли. Если они оба выберутся живыми из назревающей страшной ситуации, грозящей войной; то рано или поздно ему все равно нужно будет открыться друзьям. И вот тогда самое страшное и случится. Но ещё больше он боялся, что ждёт их обоих в будущем. Сириус почти не сомневался, что гражданской войне быть. И как уберечь любимую он не знал. — Я предложил ей вступить в Орден, хотя бы ради защиты, но она наотрез отказалась. — Почему? — Она не верит в Орден и наше дело. — О! — только и смогла выговорить Лили. — Представляю какой это удар по твоему самолюбию. — Да-а, — поотянул Сириус. — Удар знатный, но не это сейчас главное. Главное то, что я не знаю, как защитить её. — Я уверена, ты найдёшь способ. И помни, Сириус, я поддержу тебя. Ты мой друг, и я буду с тобой. А как не потерять Джеймса мы придумаем. — Спасибо. Мне повезло, что в этом году ты стала нашим другом, ты самый сочувствующий человек, которого я знаю. И мне стало легче, когда я поделится этим с тобой. — Не за что, Бродяга. Мне ведь можно тебя так называть? — Конечно! Лили крепко обняла его. — Спасибо ещё раз. А затем они поднялись и молча отправились к башне Гриффиндора. И пока они спускались, смеясь и отпуская разные шутки, то не заметили, как две пары тёмных глаз пристально и зло наблюдали за ними из-за укрытия.