Welcome

Тьма ночи давно отступила, но солнце так и не осмелилось по-настоящему появиться над горизонтом — лишь бледный свет пробивался сквозь тяжёлые облака, окрашивая гладь океана в болезненно-серые тона. Корабль, специально модифицированная экспедиционная платформа, рассекал волны с глухим рокотом, как сердце, бьющееся в груди перед прыжком в бездну. На его борту стояла Вивьен. Ветер бил в лицо, морской солёный воздух мешался с запахом топлива и сырого металла. Она не сводила глаз с приближающегося контура острова —Нублар. Раньше — вожделенная мечта, теперь — затонувшая Атлантида, склеп с костями, оставшимися от амбиций её отца. И всё же он был жив. Пышные кроны деревьев поднимались над скалами, словно пытаясь скрыть шрамы, оставленные огнём и бегством. Где-то среди этих деревьев раньше звучал смех. Музыка. Шаги туристов. Теперь там царила тишина, порой прерываемая лишь криками птиц… или кого-то пострашнее. Под водой мелькнула тень. Огромная. Зловещая. Вивьен чуть наклонилась через край корабля и увидела, как под корпусом медленно скользит силуэт — длинное тело, хищные плавники, хвост, оставляющий едва заметную рябь. Один из водных динозавров. Они выжили. Значит, не всё мертво. Навигатор в её руках завибрировал. Вивьен склонилась над экраном. Карта острова прогружалась с помехами, словно сопротивляясь самой идее снова быть нужной. Контур базы отдыха — где когда-то собирались семьи, пили кофе, покупали футболки с логотипом парка — теперь едва различим под слоями леса. — Координаты получены. Мы идём туда, — твёрдо сказала она капитану. Тот кивнул, но с тревогой. — Госпожа Хэммонд… там уже не тот остров. Девушка ничего не ответила. Он не знал, что она чувствовала. Этот остров всегда звал её. Даже когда она убежала от него, он продолжал сниться. Сначала во снах — как место, где растут цветы и гуляет ручной велоцираптор. Потом — как кошмар. Крики. Кровь. Индоминус, растягивающий челюсти, в которых умирали мечты. Вивьен сжала пальцы на перилах, ногти впились в холодный металл. Страх подступал к горлу. Лёгкий мандраж в животе. Пальцы дрожали. Навигатор слегка трясся в руке. Она вспомнила, как пахла кровь на вольере. Как индоминус смотрел ей в глаза и видел… не девушку, а мясо. И всё же она возвращалась. Не как жертва. Не как дочь. А как та, кто выбрала этот путь. — Ты вернёшься ради неё, — сказала себе Вивьен. — Ради того создания, что ты не смогла спасти. Ради того, что ты построишь заново» Она глубоко вдохнула. Резко. Осознанно. Я не боюсь. Я должна быть сильнее. Сильнее, чем парк. Сильнее, чем страх Корабль начал сбавлять скорость. Нублар поднимался перед ней — таинственный, пугающий, как оживший миф. Осталось только сойти на берег. И снова взглянуть в глаза чудовищам. Они медленно подплыли к заброшенной пристани — скрипящей, обветренной, поросшей мхом. Когда-то здесь встречали первых туристов с шампанским и фотографами. Теперь — лишь чайки, ржавые цепи и запах гниения. Вивьен стояла на корме, глядя на покосившиеся доски и проржавевшие указатели. Вздохнула. Это место было ей слишком знакомо. Она нагнулась к кейсу у своих ног. Застёжки щёлкнули — металлический, обшитый чёрной резиной бронежилет, пыльный и тяжёлый, лег на плечи. Казалось, он обнимал её, как последний друг перед боем. Конечно, он не спасёт, если индоминус схватит за шею — но с ним было легче дышать. — Это не защита. Это иллюзия контроля, — однажды сказал ей Оуэн. Но теперь ей нужен был даже обман. Вивьен натянула перчатки, закинула за спину рюкзаки — один с боеприпасами, второй с медицинским оборудованием и образцами. Глухо клацнул затвор, когда она вставила обойму в винтовку. Каждое движение — точное, отработанное, почти машинальное. Флэшбек. — Вот они, — прошептал отец, улыбаясь так, как улыбаются дети в канун Рождества. Маленькая Вивьен стояла рядом с ним — в шляпе с логотипом парка, в белоснежной рубашке и с наивной верой в чудо в глазах. К причалу приближался первый катер. Пассажиры махали, снимали остров на камеры, смеялись. Парк ещё не был открыт, но уже дышал жизнью. — Запомни этот момент, детка, — Хэммонд сжал её ладонь. — Он изменит мир. Она кивнула. И запомнила. Навсегда. Теперь всё было иначе. — Эй, мисс Хэммонд, — окликнул капитан. — У нас тут... эм… минутка? Я, знаете, в туалет. Он указал на склон, где среди листвы проглядывали остатки старой тропы. Вивьен резко повернулась к нему: — Нет. Нельзя отходить. Особенно вглубь. — Да бросьте, — он хмыкнул, отмахнулся. — Там тихо. Я недалеко. — Я сказала — нельзя! — в голосе зазвенела тревога. Но он уже ушёл. За дерево. За зелень. За шум листвы. Пять секунд тишины. Пятнадцать. Тридцать. Потом раздался хруст. Не ветка. Хруст кости. Земля содрогнулась. Воздух звякнул напряжением. И тут… вскрик. Глухой. Отчаянный. Рваный. И звук разрываемой плоти, такой, что пробрал до костей. — Чёрт! — Вивьен развернулась и побежала, винтовка прижата к груди. Её дыхание срывалось, ноги скользили по мху. Она слышала топот — огромный, быстрый. Существо бежало за ней. — Тварь, тварь, тварь… — прошипела сквозь зубы. Девушка обогнула поваленное дерево, проскользнула по песку. Позади — новый звук. Тот, что вызывал окаменение в сердце. Оно рычало. Не просто рычало — оно понимало, кого преследует. — Только не сегодня… — Вивьен свернула к обрыву, ударилась плечом о кору. Капитан мёртв. Она знала это. Знала с той секунды, как услышала первый треск. И всё же это не остановило её. Нельзя было останавливаться. Потому что это был остров, где всё охотится.

***

Тропический лес встретил её душным, вязким воздухом и звоном насекомых, пронзающим уши не хуже пуль. Вивьен пробиралась сквозь заросли, продираясь плечом через лианы, будто через сети, расставленные самой природой. Сапоги увязали в глине, трава шуршала под ногами, а на плече непрерывно вибрировал трекер, который время от времени терял сигнал. Всё здесь будто дышало — угрюмо, исподтишка, как в засаде. Навигатор показывал, что старая база отдыха, построенная на высоких деревьях в центральной части острова, находится примерно в восьми километрах от берега. Восемь километров через ад. Вивьен остановилась у поваленного дерева. Под корнями валялась табличка, когда-то яркая, теперь заросшая мхом: Welcome to Jurassic Paradise! Skyview Lounge – Opening Soon! Тонкие детские рисунки динозавров были почти неразличимы под грязью и временем. — Реклама мечты, — прошептала она, с горечью поднимая табличку и кидая её обратно. Через несколько метров — разбитый джип. Он лежал на боку, обвившийся лианами, будто его съели и выплюнули обратно. Салон был открыт, стекло треснуло, внутри лежали брошенные каски, пожелтевшие бумаги и ржавый шокер. Она прошла мимо, затаив дыхание. Где-то слева послышался хруст ветки. Замерла. В глазах вспыхнуло: пирораптор? Или, хуже, один из новых гибридов? Лес жил своей жизнью, но теперь он жил против человека. Здесь, где прежде играли дети, теперь хищники ходили, как короли. Тишина не была спокойствием — она была предвестием охоты. Девушка шла дальше, осторожно обходя тропу. Наверху начали виднеться конструкции — тонкие мостики, платформа, проржавевший лифт. Вивьен чуть не выдохнула с облегчением, но именно в этот момент увидела его. Тело. Огромное, неподвижное. Травоядный. Скорее всего, паразауролоф — одна из старейших особей. Его бок был разорван, кожа рассечена острыми когтями, ребра пробивались сквозь плоть. Вокруг кишели мухи. Но кровь была свежей. Очень свежей. Вивьен медленно подошла. Сердце бешено билось, но ноги не слушались страха. Она опустилась на колени, коснулась пальцами грубой, толстой шкуры. Мягко провела по ней — как будто извинялась. За то, что человечество сделало с этим миром. За то, что позволила зверю родиться, что поверила в мечту, которая стала кошмаром. — Прости, — прошептала, и в этот момент даже шум джунглей стих.

***

Сумерки пришли, как это бывает в тропиках — не предупреждая. В один миг всё окутала густая, глухая тьма, в которой не было ни неба, ни земли. Только лес — тёмный, затаившийся, живой. Он не спал, он наблюдал. Вивьен прошла ещё пару километров, но каждое движение давалось всё тяжелее. Рюкзак тянул вниз, ноги соскальзывали на влажной глине, а деревья становились всё гуще, как будто сплетались, преграждая путь. — Чёрт... — прошептала она, глядя в навигатор, но тот мигал красным: «СИГНАЛ ПРЕРВАН». Было слишком опасно идти дальше. Она остановилась, вслушалась в ночной лес: шорох, будто кто-то зацепил листву... скрип. И где-то вдалеке — гортанный, отрывистый звук. Кто-то звал. Или охотился. Она резко посмотрела вверх — над ней раскинулась крона одного из высоких деревьев, похожих на капок. Девушка вытащила из рюкзака каммуфляжную сетку, натянутую на эластичную ткань. Она была разработана для разведки — маскировала тепло, преломляла контуры тела. Она ловко вскарабкалась вверх, закрепила специальными жгутами талию и ноги, проверила карабины. Завернулась в сетку — холодную, влажную, с запахом синтетики и сырости. Сердце грохотало в груди. Руки дрожали. Лес, теперь под ней, казался бездонной пастью, которая только ждала, когда она оступится. Она сидела, едва дыша. И вдруг услышала звук. На соседнюю ветку приземлилось нечто. Треск. Листва. Вихрь. И из темноты вынырнул силуэт — аланка. Огромная крылатая тварь, размахом крыльев почти с её рост, с перепончатыми лапами и длинной шеей. Она шевельнула головой, и огромный клюв хрустнул в нескольких сантиметрах от её лица. Вивьен застыла. Она едва не взвизгнула, но зубы сомкнулись крепко. Аланка сделала шаг. И ещё один. Склонила голову, выдохнула, — тёплым, липким воздухом — и, казалось, уставилась в душу. — Пожалуйста... пожалуйста, — выдохнула Вивьен одними губами. — Молилась. Не богам — нет. Себе, этому существу, миру, отцу. Молилась, чтобы не двигаться, не выдать себя, не в панике сорваться вниз. Пульс бился в ушах как барабан. Но аланка молчала.Просто смотрела. И вдруг — резко раскрыла крылья, один звук — и пропала, растворилась в ночи, как призрак. Вивьен сидела ещё долго, вжавшись в древесный ствол, с руками, трясущимися от шока. Её тело дрожало, пальцы не слушались. Ночь обняла её, как одеяло, но в этом объятии не было тепла. Впервые за всё это время она почувствовала страх не за мир, не за животных.Она испугалась за себя. — Я не выживу… — прошептала она. И всё равно сжала оружие. Она должна дожить до утра.

***

Ночь прошла, как в бреду — на грани сна и оцепенения, где каждый шорох превращался в чудовище, каждый вздох — в угрозу. Но страх, как ни странно, убаюкивает: он изматывает до предела. И в какой-то момент, когда дрожь стала похожа на вибрацию земли, Вивьен заснула — прерывисто, чутко, урывками. В руках всё ещё было оружие, ладони прилипли к металлу. Сон был тревожным. В нём аланка снова дышала в её лицо, а где-то далеко кто-то звал её по имени, не переставая — знакомым, надрывным голосом. Вивьен хотела ответить, но не могла: рот был зашит страхом, а сердце забито в клетку. Девушка проснулась от голосов. Сначала ей показалось, что это всё ещё сон. Голову обволакивало мутное сознание, затылок ныл, тело затекло. Но затем — отчётливый звук ботинка по сырой земле. Металл. Радиопомехи. Она наклонилась, медленно, как будто что-то внутри подсказывало: не дыши громко. Осторожно убрала немного сетки, отодвинула листья. И увидела его. Оуэн. Он стоял у края тропы, с винтовкой за плечами, слегка небритый, лицо напряжено, как будто не спал уже несколько суток. Рядом — Клэр, в новой броне, с серьёзным выражением лица. За ними — военные, тяжёлые шаги, броня, оружие. Один проверял следы на земле, другой держал планшет с навигацией. Мир под ней пошатнулся. Сердце Вивьен резко сжалось — и тут же отдало в грудную клетку. Он здесь… он жив… он пришёл… И тут же — …не за ней. Вивьен не моргала. Не дышала. Всё внутри оборвалось. Столько раз она представляла себе встречу. Как он бросится к ней. Как она расскажет всё. Как он простит. Но сейчас — он не искал её. Он уже забыл. Он был с Клэр. С военными. С этим новым миром, в котором для неё больше не было места. Он — предал. Нет… Она предала его, когда ушла, не сказав ни слова. Но теперь он предатель в её глазах. Потому что пришёл сюда, в её ад, не ради неё… а ради кого-то другого. Слёзы подступили к горлу, но Вивьен прикусила губу. Она могла спуститься. Сказать: «Я здесь.» Но не сделала этого. Девушка осталась среди листьев, в своей паутине страха и вины, наблюдая, как они уходят всё дальше. Оуэн оглянулся. Один раз. В её сторону. Ненадолго. Потом отвернулся и пошёл дальше. А Вивьен осталась. В укрытии. Немой тенью среди деревьев. И сердце её билось тише, будто боялось выдать.