Их любимая лаванда

Позднее весеннее солнце своими яркими и тёплыми лучами освещало всё вокруг. Казалось, каждая травинка, каждый цветочек − всё вокруг оживает с наступлением утра. Джанетт обожала природу в любом её проявлении. Открыв окна в своем доме на дереве, она жадно вдохнула свежий пронзающий воздух. Всё внутри неё трепетало каждый раз как в первый, при мысли о том, что она снова увидится с Саймоном. Хоть они были знакомы достаточно давно, когда их отношения наконец перешли на новый уровень, и они осознанно позволили себе принять, что их привязанность друг к другу это нечто более глубокое и большее, чем казалось до этого, оба стали куда более открытыми в проявлении своих чувств. И, конечно, как в любых отношениях, при самой только влюбленности трепет, страсть и сладкие фантазии также давали о себе знать, пусть и бурундуки всё же оставались в тех рамках скромности, которые соответствовали их характерам. Подойдя последний раз к зеркалу и убедившись, что с внешним видом всё нормально, Джанетт с радостным предвкушением направилась к Саймону через окно. Она никогда не старалась слишком сильно наряжаться, прекрасно зная, что ему на это всё равно, ведь он любит и примет её любой, даже если она в очередной раз забудет застегнуть пуговицу на рубашке, или на её волосах вместо резинки будет прищепка, но всё же она старалась при возможности следить за некоторыми мелочами. Саймону не нравилось, когда его тревожили слишком внезапно, особенно появлениями через окно, которое в свою очередь не всегда было открыто, что было достаточно небезопасно для гостей, но Джанетт была исключением − он никогда не мог злиться на неё слишком долго. Каждая суббота была их личным днём, когда-то они сами договорились об этом, поэтому бурундушка не боялась его побеспокоить своим внезапным появлением. Счастливая, она приземлилась в комнате мальчиков, оглядываясь по сторонам, но к своему удивлению обнаружила, что там был только один Элвин, валявшийся на кровати с задумчивым видом, что означало лишь то, что он снова что-то затеял. Это слегка насторожило Джанетт, ведь обычно в это время никого кроме Саймона там не было, всё было просчитано, а если что-то вдруг менялось, то они всегда договаривались увидеться либо позже, либо в другом месте. — Эм, привет Элвин, — слегка замявшись заговорила она, — А ты…ты не знаешь где Саймон? Кинув на бурундушку пронзительный взгляд, его лицо вдруг смягчилось, и он резко соскочил и подбежал к ней. — Джанетт, Джанетт, как я рад что ты здесь! — воскликнул бурундук, схватив её за руку, что заставило её слегка напугаться. — Саймон, он...— оглядевшись по сторонам и прищурившись уже более серьёзно заговорил Элвин, — Он снова в этой своей мастерской, в подвале, представляешь, с самого вчерашнего вечера оттуда не выходил! — воскликнул он, разведя руками в стороны. — А я, я не могу пройти его какой-то там...этот как его...15-й уровень защиты, он снова её улучшил! Джанетт, помоги, прошу, ты же близка с ним! — А...э…я…с чего ты взял? — слегка заволновалась она. Об их отношениях с Саймоном никто не знал, они не хотели привлекать к себе лишнего внимания, поэтому старались вести себя при других как обычно. — Ну, я о том что он же тебе доверяет куда больше чем мне, тебя то он туда точно впустит, а я…я как шпион проникну за тобой, — решительно заявил Элвин. — Обещаю, я сделаю это так, что он меня даже не заметит! Просто помоги, прошу, — буквально взмолил бурундук, упав на колени. — Ну...возможно Саймон не хочет, чтобы его сейчас беспокоили, но вообще...это немного странно, — слегка расслабившись и отойдя от мыслей, что брат её парня мог о чём-то догадываться, Джанетт задумалась уже над другим. Обычно он всегда предупреждал, если происходит нечто, из-за чего они не могут встретиться, но на этот раз он просто пропал. Всё это казалось слишком странным. — Если Саймон не хочет чтобы его беспокоили, то я бы не советовала тебе его тревожить, но я хочу убедиться, что с ним всё в порядке, поэтому я…я схожу к нему, но... — не успела продолжить она, как Элвин уже радостно её перебил. — Спасибо, спасибо, Джанетт! Идём, быстрее! — подталкивая её вниз, он уже предвкушал, как наконец сможет достичь желаемого. — Но...я сама не знаю код от двери. — Ну, не знаю, попробуй позвони ему, а я...я попробую еще раз угадать, если меня не убьет током, — сделав максимально драматичный акцент на последних словах, бурундук вновь направился к двери, пытаясь угадать набор цифр, пока Джанетт наблюдала со стороны. Тут система вновь выдала громкий сигнал об ошибке и легонько ударила нарушителя электричеством. На деле разряды были достаточно слабыми и привести к смерти явно не могли, просто кое-кто очень любил преувеличивать, и все об этом прекрасно знали. Вдруг, неожиданно двери стали открываться и лицо Элвина озарила широкая улыбка, полная надежды, до тех пор пока он не увидел раздражённого брата, укоризненно смотрящего прямо на него. — Элвин, ты можешь сколько угодно раз ещё пытаться, но я тебя не впущу, даже не надейся, — недовольно огрызнулся Саймон, скрестив руки на груди. Его внешний вид оставлял желать лучшего: растрёпанные каштановые волосы и синяки под глазами явно намекали на то, что либо он не спал всю ночь, либо спал, но слишком мало. Может быть не настолько, конечно, как однажды, когда он не спал несколько дней и у него начались галюцинации, но всё равно это были явно нехорошие признаки. — Эм, Саймон, мы можем поговорить? — взволнованно поинтересовалась бурундушка, неловко обойдя сидящего на полу обиженного Элвина. — Джанетт, я…я сейчас занят, лучше…лучше... — замялся он, отвечая ей куда более мягко и аккуратно, чем своему брату. — Но сегодня суббота, — выдала она, чем заставила его на несколько секунд призадуматься. — Суббота...т-точно, суббота, заходи, мы немного поговорим, — нервно почесал затылок Саймон и жестом пригласил её внутрь. Элвин в ту же секунду вскочил и хитро направился в том же направлении. — Нет и еще раз нет, — Сай резко развернулся, чтобы остановить брата, и закрыл двери прямо перед его носом. — Ну за что? — бурундук отчаянно проскулил, упав на колени и упёршись руками в двери. — Я всё равно однажды попаду туда, слышишь? ***— Элвин...— сколько бы времени ни прошло, он не меняется, — мягко проговорила Джанетт и прикрыла глаза. — Да, и это меня раздражает! Я установил звуковой сигнал, и теперь каждый раз, когда он неудачно пытается открыть дверь... — тут вновь раздался пронзительный звон. — Агх, — огрызнулся бурундук. — Он никогда не успокоится. Я здесь просто... — не успел договорить Саймон, как нечто на его столе взорвалось и он в испуге судорожно подбежал к нему. — Опять я опоздал! — жалобно простонав, зарылся руками в собственные волосы. Взгляд Джанетт случайно упал на некую машину, находившуюся рядом со столом. Подойдя ближе, она аккуратно стала рассматривать её со всех сторон, заинтересованно помахивая хвостом. — Я никому ещё это не показывал, потому что оно…оно не доделано, понимаешь? Если я закончу этот опыт, я смогу улучшить её, однако...я не могу его закончить, постоянно что-то идёт не так, — бурундук начал нервно чесать свои руки, расстроенно смотря в пол. — Но почему ты мне об этом не рассказывал? — подперев свою щёку рукой она подошла к Саймону. — Я могла бы попробовать тебе помочь, а так ты даже не предупредил и просто пропал, — взволнованно с некими нотками заботы и нежности промолвила она. — Я за тебя беспокоилась, — совсем лёгкий румянец окрасил её щёки, а взгляд устремился вниз. — П-прости Джанетт, я…я виноват, — он прикусил губу, продолжая чесать свою руку. — Просто, понимаешь, если я это доделаю и оно будет работать, это…это не то что станет прорывом, оно…оно сможет помочь людям, и даже всему миру, — Сай воодушевленно развел руками в стороны, описывая весь масштаб происходящего. Яркий огонёк, казалось, сверкнул в его уставших, нежно-голубых глазах. Бурундушка с переживанием и грустью взглянула на него. — Н-но да, я должен был оставаться с тобой на связи, я обещал, извини меня, — он вновь расстроенно опустил взгляд. — Всё впорядке, я не злюсь, просто я беспокоюсь за тебя, — подойдя к нему поближе, она мягко взяла его за плечи. — Ты выглядишь так, будто очень плохо спал, и...ты снова работаешь в ущерб себе и своему состоянию, мы ведь говорили об этом… —всё тем же тихим голосом продолжила она. Глаза Саймона нервно забегали по сторонам. — Просто...ну и что с того? Да, я не сплю, мне…мне плевать на своё состояние, — дёрнулся он и пошел в другой конец комнаты. — Когда есть нечто полезное и важное, что я могу сделать, то просто нет времени думать о себе, понимаешь?! — взмахнув руками, раздражённо выпалил Сай. — Да и какой смысл от меня, если я ничего не делаю, если я не несу никакой пользы, я…я постоянно должен что-то делать, иначе моё существование просто...просто бесполезно! — Но как ты будешь чем-то заниматься, когда у тебя не останется никаких сил, и твой организм уже не позволит тебе ничего делать, — скрестив руки на груди и пристально посмотрев на него выдала Джанетт, хотя это всё ещё выглядело не агрессивно или укоризненно, а просто беспокойно. — Саймон, — она вновь подошла к нему вплотную, чем заставила его слегка смутиться и неловко взглянуть ей в глаза. — Ты хорош таким, какой ты есть...ты очень умный и много всего изобретаешь, я восхищаюсь тобой и твоим трудолюбием, но пойми, польза от чьего-либо существования заключается не только в том, чтобы постоянно что-то делать, —бурундушка аккуратно взяла его за щёки, — У тебя есть много прекрасных качеств, ты заботливый, чуткий и всегда готов помочь, тебя собой делают не одни твои изобретения, а все черты характера как личности, неповторимой и особенной. Ты прекрасен, Саймон. Её слова заставили его замереть, лицо охватил легкий румянец, а в уголках глаз, как драгоценные камни, заблестели маленькие капельки слёз. Он прикрыл веки и обмяк. — Н-наверное ты п-права, — его голос слегка задрожал. — Просто мне очень сложно это принять, я не верю, что меня можно любить не за что-то, я...я этого не заслуживаю...ведь у меня нет харизмы как у Элвина, я не силён физически и мне сложно постоять за себя, я не притягиваю к себе людей, да и...у того же Теодора эмпатии куда больше, чем у меня, а я, просто...я просто очень устал, — он осёкся и замолчал. Джанетт была единственной, кому Саймон доверял настолько сильно и мог открыться совершенно свободно, но ему всё ещё было немного неловко, просто потому что он только учился понимать себя, а вернее его девушка помогла ему начать это делать. До отношений с ней он обычно никогда не задумывался об этом всерьёз. — А за что ты меня любишь? — пролепетала она, заставив его в очередной раз засмущаться. — Ну это же очевидно, ты самая добрая, умная и красивая из всех, кого я когда- либо знал, и у тебя никогда нет от меня секретов, я…я это очень ценю. — Хм, а если я, например, стану некрасивой или слишком сильно разозлюсь на тебя, ты перестанешь меня любить? — с ноткой хитрости в голосе поинтересовалась она. — Конечно нет!.. Я буду любить тебя абсолютно любой, — после этих слов Джанетт ласково поцеловала его в щёку. — Вот и я тебя люблю просто потому, что ты есть, — бурундушка крепко обняла его, аккуратно поглаживая по спине. Обняв её в ответ, Саймон нежно уткнулся в её волосы, вдыхая до боли знакомый, но всегда приятный и манящий запах цветов. Особенно хорошо он научился отличать аромат лаванды от всех остальных, ведь это были её любимые цветы, и, вероятно, она вновь использовала этот шампунь. Медленно и будто нехотя выбравшись из объятий, Джанетт бросила на бурундука озорной взгляд и вновь обхватила его плечи руками. — Я хочу показать то, насколько сильно люблю тебя, — она ласково поцеловала его в губы и медленно начала спускаться ниже. — Д-джанетт, т-ты... — немного покраснев, Саймон, казалось, хотел остановить её, понимая, к чему это всё может привести. — Что-то не так? — погладив его щёки, она заставила его тем самым взглянуть в её глаза, мерцающие огоньком решимости исполнить задуманное. — Ты говорил, что мне стоит быть иногда более уверенной и напористой...Позволь я попробую это сделать, я…я хочу этого прямо сейчас. — сделав особый акцент на последнюю фразу, твёрдо выпалила она, не оставив у Саймона никаких сомнений насчёт её непоколебимости. В конце концов, они оба были старше собственных братьев и сестёр, и природа со временем начинала брать своё. Неважно, что они были разумными бурундуками, в первую очередь они всё ещё оставались животными со своими инстинктами и привычками, против которых было очень сложно пойти. Это был не первый раз, но Саймону всё ещё было слегка стыдно. Это не значит, что он не любил Джанетт или сдавал позиции конкретно в этом плане, ведь стоило ему дать волю своим желаниям и чувствам, и он становился не менее страстным и настойчивым партнёром. Джанетт вновь поцеловала его в губы, аккуратно пытаясь проникнуть в рот языком, на что Саймон, не особо сопротивляясь, ответил, аккуратно поглаживая её по спине и медленно спускаясь вниз, при этом всё ещё не переходя границ. Неохотно отстранившись, чтобы отдышаться, она посмотрела ему в глаза и увидела в них более чёткое и яркое желание большего. Разгладив его волосы и нежно поцеловав в нос, она постепенно стала опускаться ниже, оставляя дорожку из поцелуев. Сосредоточив внимание на шее, Джанетт осторожно укусила его, чем вызвала у бурундука непроизвольный глухой стон, что не могло не возбудить её и не заставить двигаться ещё дальше. Посадив его на стул и стянув с него кофту, она скользила по его меху губами все ниже и ниже, стараясь не оставлять без внимания каждый сантиметр, жадно вдыхая его запах, одурманивающий её разум. Однако она хорошо помнила: то, что сведёт их обоих с ума окончательно, находилось чуть ниже. Нечто твердое выпирало в его штанах, так и стремясь вырваться наружу. — Мне позволить ему выйти? — кокетливо хихикнула бурундушка, поглаживая выпуклость сквозь тесную ткань. — Ммгм, -глубоко дыша, промычал Саймон, нежно погладив её по светло-каштановым волосам и слегка подтолкнув ещё ниже. Этого было более чем достаточно. Расстегнув штаны и сняв всё лишнее, Джанетт позволила его члену, наконец, вырваться наружу. Лаская головку своим влажным языком и покрывая мягкими поцелуями, она изредка посматривала на своего парня, который, слегка дрожа и крепко стиснув зубы, пытался изо всех сил сдерживать стоны. Заметив это, бурундушка приподнялась и приблизилась вплотную к его раскрасневшемуся лицу. — Просто расслабься и дай волю своим чувствам, — поцеловав его, она снова опустилась к члену. Вновь облизав его головку и очистив её от предэякулята, одной рукой она схватила его за покрытую мехом мошонку, аккуратно её массируя, при этом полностью проходясь своим ртом по всей длине ствола, что в совокупности заставило Саймона сладко и глубоко постанывать, вызывая у Джанетт эйфорию и заставляя её ещё больше намокнуть. —А-аахх, Д-Джан-нетт, ты как всегда прекрасна, — сняв очки и прикрыв лицо рукой, простонал он. Его похвала возбуждала её как ни что иное, поэтому, не сдержавшись, второй рукой она начала потихоньку ласкать себя внизу. «Похвали меня ещё, пожалуйста», — пронеслось в мыслях Джанетт, она как никто другой желала этого прямо здесь и сейчас, она хотела, чтобы он был громким и открытым с ней, она хотела чувствовать себя особенной и нужной. Бурундушка не останавливалась и наращивала темп, чувствуя, как его член пульсирует прямо у неё во рту и ощущая распространяющийся солоноватый вкус смазки. Словно услышав её мысли, он громко и жалобно застонал. — Прошу, п-пожалуйста, н-не останавливайся, ахх...т-ты великолепна, — Сай откинулся на спинку стула, уперевшись затылком в стену. Джанетт лишь нежно и благодарно простонала в ответ, чувствуя, что ещё немного, и она может кончить первее него. — Я...я-я сейчас...а-ах, — не успев договорить, Саймон лишь сумел осознать мгновенно нахлынувшее чувство неотвратимого оргазма, схватившись одной рукой за стул, а второй удерживая за волосы Джанетт, желая оставаться в ней до конца. К этому моменту она перестала ласкать себя, чтобы как можно дольше растянуть удовольствие, заглотив член максимально, насколько это было возможно, она почувствовала сладковатый привкус его густой, свежей и горячей спермы, нежно растекающейся по её горлу. Постанывая и глубоко дыша после разрядки, продолжая ласкать этими звуками слух Джанетт, он пытался прийти в себя, пока бурундушка очищала его ствол по всей длине своим языком, жадно слизывая и проглатывая каждую каплю оставшегося семени. Его вкус и запах дурманил её с каждой секундой всё больше и больше, и она явно не планировала заканчивать на том, что есть. Опомнившись, Саймон обратно надел очки, оглянув всё вокруг, находясь в замешательстве от того факта, что всё это время его девушка была почти полностью одета, не считая растёгнутой, криво сидящей рубашки и полуснятых джинс. Посмотрев друг на друга, они все поняли без слов. Присев ему на колени, Джанетт снова начала поцелуй, пока он снимал с неё все оставшиеся вещи. Дойдя до белья и почувствовав запах любимой девушки, бурундук вновь возбудился, предвкушая то, как будет пробовать её на вкус, и то, как она будет сладко стонать под его напором и умолять о различных развратных вещах. Он уже собирался опуститься вниз, как Джанетт резко остановила его, тем самым заставив впасть в ещё большее недоумение. Обычно они взаимно делали друг другу приятно, и это не вызывало никаких вопросов. — Я же сказала, что хочу показать, насколько сильно люблю тебя. Сегодня я хочу, чтобы ты полностью наслаждался, — промурлыкала она, погладив большим пальцем по щеке и поцеловав его в лоб. На самом деле именно поцелуи в лоб были для них особым жестом любви и чувственности, в повседневной жизни это было даже чуть ли не интимнее плотских утех, поэтому так они выражали друг к другу огромную привязанность, заботу и нежность. Устроившись поудобнее, бурундушка взглянула на него с той самой добротой и теплотой, которые заставляли Саймона мгновенно расслабиться, одной рукой вновь игриво подразнивая его член. — Эм, а где у тебя... Небрежным жестом Сай указал на ящик рядом со столом, являющийся местонахождением презервативов, которые он сделал сам, после того как начал встречаться с Джанетт, прекрасно понимая, как далеко они могут зайти, а покупать такое было бы проблематично, неловко и довольно неэкономично, учитывая то, что он может создавать многие вещи сам, причём достаточно качественно. По началу Жан была шокирована такой разработкой, но в конце концов она сочла это достаточно логичным и разумным. Недолго раздумывая, она достала резинку и аккуратно обтянула его ствол, позволив себе сесть на него, держа медленный ритм и слегка поморщиваясь с каждым вхождением, которое было все глубже и глубже. Инициатива Джанетт всегда очень сильно возбуждала Саймона, и хоть она только училась, но уже делала огромные успехи, что не могло не радовать его. Даже если происходили достаточно неловкие вещи, он был счастлив, от того что она доверяет ему, он восхищался каждой её странностью, каждым движением, всем, что делало её собой. Слегка подрасслабившись и найдя для себя более удобный ритм, бурундушка нежно постанывала с каждым движением, радуя его слух и сводя с ума своим нежным голоском. — Ах, т-тебе хорошо внутри меня? — жалобно простонала Джанетт, сжимая и двигая бёдрами всё более интенсивно, желая услышать от него всё что угодно, означавшее положительный ответ. Проскулив и зажмурив глаза, он крепко схватил её за бёдра, начиная двигаться ей навстречу. — Ах, вот так, хороший мальчик...я рада что тебе нравится, а-ах, — она выгнулась и наклонила голову назад, пытаясь вдохнуть как можно больше воздуха. Тут Саймон неожиданно поднялся, чем заставил Жан вскрикнуть от неожиданности, при этом продолжая держать её на руках и оставаясь внутри, позволив ей обхватить его как можно крепче. — И всё же позволь мне тоже позаботиться о тебе, — с хитрой ухмылкой он перенёс её на некое мягкое подобие матраса, который притащил когда-то, чтобы ночевать здесь, хотя чаще всего ему всё равно приходилось спать прямо за столом. — Советую приготовиться, потому что это может быть немного резко, — прошептав, он тихонько прикусил её за ухо. Не медля больше ни секунды Сай вошёл в бешеный темп, входя в бурундушку по самые яйца, заставляя Джанетт дрожать и вцепиться в его спину когтями, слегка болезненно царапая её, что скорее заводило, чем доставляло дискомфорт. — С-Саймон, я б-больше так не могууу, ах...прошу кончи в меня, я так с-сильно хочу этого, — всхлипывала она из последних сил. Чувствуя очередную волну приближающегося оргазма, он с глухим рычанием, вцепился в мягкую ткань руками, сжимая её изо всех сил. С последним сильнейшим толчком поток блаженного удовольствия и облегчения прошёлся по всему телу. Глубоко дыша, Джанетт бережно поглаживала его по волосам, пока тот, уткнувшись ей в шею, поскуливал от наслаждения. — Ты мой прелестный мальчик...я так люблю тебя, Саймон. Почти обессилевший, он приподнялся и поцеловал её в щёку. — Н-но ты ведь ещё не кончила...я должен помочь тебе и довести дело до конца. Медленно целуя её тело, он опустился к промежности и, почувствовав манящий запах, осторожно лизнул, заставив Джанетт дёрнуться, когда он коснулся своим влажным и шершавым языком конкретной точки. Осознав, что это её заводит, он жадно начал вылизывать все её соки, при этом не забывая подразнивать клитор. Прикрыв рот рукой, чтобы хоть как-то сдержать слишком громкие вскрики блаженства, она невольно прижимала его голову как можно сильнее. — С-саймон, я...я больше не могууу, а-ах, — из последних сил взвизгнула она, прежде чем сильнейшая волна экстаза окутала и её тело. «Это всё мой Саймон». Довольный и окончательно лишившийся сил, он рухнул на мягкую поверхность рядом с ней, пытаясь восстановить сбившееся дыхание. Счастливая, Джанетт, приблизившись к нему, стала покрывать его мордочку поцелуями. — И я люблю тебя, Джанетт, — он мягко улыбнулся и обнял её. — Теперь ты веришь, что нравишься мне просто так? — положив на него голову, промурлыкала она. — Безусловно.