Особая кровь Ци

Минуло несколько томительных часов. Либо, Мао Мао, служебный пес и кучер нашли убежище в сердце густого леса. Тишина давила на уши. Нападавшие, словно тени, растворились в чащобе, уверовав, что взрыв кареты не оставил никому шанса на жизнь.

— В сложившейся ситуации мы имеем определенное преимущество, — невозмутимо заявила травница. — Ты это серьезно? Мы черт знает где, у тебя рассечен лоб, кучер без сознания, и ты называешь это преимуществом? — Либо был на грани отчаяния. «Где же твоя солдатская выдержка?» — укоризненно подумала Мао Мао. — Охота на нас прекратилась, а это уже немало, — спокойно пояснила девушка. — Со мной все в порядке, а вот кучеру нужна помощь. Сейчас промою рану и наложу несколько швов. Хорошо, что рюкзак уцелел. — Ее тон был настолько обыденным, словно подобные происшествия случались с ней ежедневно. — З… зашьешь? — с ужасом пролепетал солдат. — А что такого? — невозмутимо ответила Мао Мао, доставая пузырек со спиртом, иглу и кусок ткани. Она тщательно продезинфицировала инструменты, обработала рану, а затем нанесла вокруг нее какую-то мазь. — Это еще что? — поинтересовался Либо. — Обезболивающее на основе мяты, ментола и капли одного секретного ингредиента. Снизит чувствительность, будет не так больно, — пояснила травница. — Вы позволите? — обратилась юная леди к мужчине, который начал приходить в себя. Он лишь слабо кивнул, полностью доверяя ей, понимая, что другого выхода нет. Мао Мао действовала четко и собранно, с непроницаемым выражением лица, в то время как Либо несколько раз терял сознание и дар речи. Кучер, собрав всю волю в кулак, мужественно перенес болезненную процедуру. — Благодарю, — промолвил он. — Не стоит благодарности. Как доберемся до дворца, обязательно обратитесь к лекарю, — посоветовала девушка, и мужчина кивнул в знак согласия. — Как мы вообще собираемся добираться? — спросил Либо. — Хм… А что, если попросить помощи у нашего четвероногого друга? Я знаю, что собаки обладают отличным обонянием и могут найти нужное место. Может, попробуем? — задумчиво произнесла Мао Мао, поглаживая пса. — Точно! Но чтобы он взял след, ему нужно что-то понюхать. У тебя есть что-нибудь из дворца? — спросил Либо. Девушка задумалась и вспомнила о шпильке для волос, которую ей подарил Женьши еще на первом приеме. Кстати, она так и не добилась объяснений, что она значит, что значит этот жест. Никто толком не смог ей ответить. — Ну и ладно, это не сейчас, — тихо пробормотала травница. — Итак, пес, сможешь взять след? Собака обнюхала шпильку и тотчас рванула куда-то в сторону. Либо, бережно поддерживая кучера под руки, пошел следом, а Мао Мао, взвалив на плечи рюкзак, последовала за ними. Однако все оказалось не так просто. Лес был полон посторонних запахов, некоторые из которых были настолько сильными, что пес то и дело терял след. — Да уж, так мы и через неделю не выберемся. Что будем делать? Уже темнеет, становится не по себе. Хорошо, что сейчас лето, а не зима, хоть не замерзнем. — И то верно… — Мао Мао, обычно невозмутимая, сейчас почувствовала, как подступает страх. А вдруг она не сможет им помочь? Вдруг она больше никого не увидит? Что, если случится что-то ужасное? — Без паники. Знаете, что в этом хорошего? — Ты умудрилась найти что-то хорошее в такой ситуации? — изумился офицер. — Возможно, мы увидим тех самых кроликов, которые делают лунные пряники. Представляете, мы будем первыми, кто их увидит, — совершенно серьезно заявила травница. — Да, было бы здорово! — воодушевился Либо. — Вы тоже в это верите? — улыбнулся кучер. — Конечно! — хором ответили Либо и Мао Мао, а затем рассмеялись. В итоге им пришлось остановиться на более-менее чистой поляне, неподалеку от ручья. Либо развел костер, Мао Мао собрала хворост и грибы, пригодные в пищу. — К сожалению, пока у нас только это… — сказала она. — Ничего, главное, что хоть что-то, — улыбнулся мужчина, который представился Чаном. Местечко было укромным и тихим, потрескивал костер, дул легкий ветерок. Чан, почувствовав себя значительно лучше, соорудил из листьев и мха подобие лежанок. Он не раз бывал в подобных переделках по долгу службы и знал, как выжить в диких условиях. Пока Чан и Либо спали, Мао Мао сидела рядом с псом и смотрела на звездное небо. Оказавшись в столь затруднительном положении, она вдруг почувствовала тоску по дворцу. Хотя, с другой стороны, здесь она ощущала какую-то свободу. Не нужно было ничего бояться, не было сплетен, интриг и тайн, от которых она так устала. — Политика… Зачем меня сюда втянули? Кто просил? — пробормотала травница. — Хотя… Сама виновата, полезла не в свое дело! Теперь бы не расплатиться за это по полной! — усмехнулась она. Она начала вспоминать дом, каргу, приемного отца, сестер… даже дворец. Сяолань, Шисуй, ее новую знакомую, помешанную на насекомых. Мао Мао улыбнулась, ведь они чем-то похожи, скорее, своей одержимостью. Она – травами, ядами и всякими странными штуками, а Шисуй – насекомыми. Она скучала по Айлин, то есть госпоже Гекуё, по своей работе там. Внезапно в памяти всплыл господин Женьши, который не давал ей покоя. Мао Мао задумалась о нем и его тайнах, которыми он так настойчиво хотел поделиться с ней. Он всегда и везде пытался быть рядом. Травница искренне не понимала его раньше и до сих пор. Если он тот, кем она его подозревает, то в ее голове рушится вся логика. Она считает, что ему не стоит с ней сближаться. Но он все равно лезет. Это ее раздражает! Хотя… Иногда с ним даже интересно и приятно общаться. Пока он не начинает вести себя, как павлин. Мао Мао улыбнулась, вспомнив некоторые моменты. — И что, мы больше не увидимся? — вдруг подумала она, после чего ее сморил сон. Во дворце царила паника. Когда Гаошунь, Башань и Женьши вернулись и увидели обеспокоенных придворных, Гаошунь и Женьши сразу же направились в Нефритовый зал, чтобы узнать, что случилось. Госпожа Гекуё рассказала, что лошадь прискакала во дворец без кареты, лишь поводья волочились по земле. — Как это травница не вернулась? — в ужасе воскликнул Женьши. Гаошунь стоял бледный как полотно, ведь это он отправил девушку вместе с офицером во дворец, чтобы оградить ее от нежелательной встречи. — Боже, надеюсь, они живы! — тихо прошептала Инхуа, одна из служанок. — Конечно, с ними все хорошо, даже не смейте думать иначе, — строго произнесла наложница с нефритовыми глазами. — А может, она просто сбежала? — предположил Башань. Он не питал к травнице теплых чувств, скорее, недолюбливал ее, хотя в последнее время относился к ней более-менее нормально, видя, как к ней относится его друг и господин. До него с трудом доходило, что Женьши увлекся этой девицей. Отец прояснил ситуацию, и Башань был в ужасе от намерений своего господина: он всерьез собирался сблизиться с Мао Мао и даже жениться на ней. Казалось, ему больше никто не нужен. В нынешнем положении страны с ее законами и порядками это было непросто, но Женьши, если ему суждено стать во главе империи, намерен многое изменить. Его брат, нынешний император, был не против новшеств, понимая, что стране необходимо двигаться вперед, чтобы крепчать. Однако многие чиновники и противники были против перемен, что грозило заговорами и покушениями. Поэтому необходимо было укрепить позиции и заручиться поддержкой сильных кланов, таких как Ши и Ла, а также наладить дружбу с таинственным народом могущественного клана Ци, в котором течет кровь Божественной девы. Это отдельная раса людей с кровью богов и духов, укрывшаяся от мира в своей стране, чтобы сохранить себя. Они бы точно поддержали политику кронпринца. Женьши уже сто раз отругал Гаошуня за то, что тот отправил Мао Мао одну с офицером. Теперь неизвестно, где они, что с ними случилось. Гекуё предложила обратиться к императору. Все согласились, но решили сохранить это в тайне, чтобы об этом знали только в Нефритовом зале. Хотя, скорее всего, полдворца уже были в курсе, но все хранили молчание. Император, узнав о случившемся, первым делом отправил доверенного человека выяснить, не сбежала ли юная леди по своей воле. В этом случае ее и ее семью ждали бы серьезные последствия. Однако, к его удивлению, гонец доложил, что все, с кем общалась Мао Мао, от главных наложниц и их фрейлин до служанок, аптекарей, лекарей и поваров, отзывались о ней хорошо. Даже те, с кем у нее случались конфликты, признавали ее ответственность и утверждали, что она не могла так поступить. Гекуё гордилась своей подругой, зная, что так и будет. Ее служанки и даже Хуннян были с ней согласны. — Любопытно… — пробормотал император, поглаживая бороду. — Что именно, ваше Величество? — спросила Гекуё. — За год эта молодая леди заслужила такое доверие и уважение у половины дворца, что я поражен. Это почти никому не удавалось. Она действительно особенная. — Эти слова императора удивили всех присутствующих. Башань потерял дар речи, а наложница и Гаошунь гордо улыбнулись. Женьши улыбнулся, но в его улыбке была грусть. Он тянулся к ней, пытался открыть ей душу, а она закрывалась от него, причиняя боль. Но он был рад, что травница пользовалась таким уважением. — Тогда дело еще хуже. Что-то случилось. Как нам их найти? — задумчиво произнес Башань. — Только бы Лакан не узнал… — вдруг сказал Гаошунь. У Женьши по спине пробежали мурашки от упоминания этого хитрого лиса. — Я тебя понимаю, я и сам его побаиваюсь, — признался император, вызвав удивление у присутствующих. — Может, обратимся к Ломэню? — предложил Женьши, доверяя приемному отцу Мао Мао больше, чем родному. — Точно, он сможет ее найти, — кивнула Гекуё. Башань доставил Ломэня во дворец, подробно изложив случившееся. Стойкость и невозмутимость мужчины вызвали в нем искреннее восхищение, зародив глубокое уважение. В переговорной Ломэня уже ожидали Женьши, Император, Гаошунь и Башань. Женщины остались в Нефритовом зале, несмотря на рвение Гекуё, ведь слово Императора – закон. К ним присоединилась Суйрен, чье сердце разрывалось от тревоги за юную леди к которой она успела привязаться всей душой, хотя внешне это и не проявлялось. — Итак… я понял, — произнес Ломень, склонившись в поклоне перед Императором. — Если позволите, мне придется прибегнуть к одному… методу? Император лишь кивнул в знак согласия. Ломень до последнего надеялся избежать этого, но увы… Внезапно комнату залил ослепительный свет. Вокруг лекаря разлилось нежное сияние, и из ниоткуда возник пушистый белоснежный хвост. Все замерли в потрясении. — Дух девятихвостого лиса? — прошептал ошеломленный кронпринц. — Невероятно… — выдохнул Император. Глаза Ломэня вспыхнули золотым огнем, на голове появились белые лисьи ушки, а за спиной гордо взметнулся пушистый хвост. Он излучал мощь, способную озарить целый мир. Маомао, утомленная дорогой, не смогла сопротивляться сну и тихо уснула, а рядом с ней свернулся клубочком верный пёсик. Тем временем, в глубине леса, некий мужчина обнаружил капли крови. Он поднес ладонь, и кровь вспыхнула ярким лазурным светом, а на месте, где она пролилась, расцвел диковинный изумрудный цветок, сияющий, словно драгоценный бриллиант. — Она здесь… — произнес он с трепетом в голосе, мягким и восторженным. — Вы уверены? — спросила стоявшая рядом девушка. — Да, мы нашли ее. Наш старейшина будет вне себя от радости! — воскликнул незнакомец. Они двинулись по волшебному следу, ведущему к нашим "путешественникам". — Позовите Люпена, пусть все разузнает, а потом решим, что делать, — отдал приказ неизвестный. — Слушаюсь, — ответила женщина и растворилась в тумане. — Столько лет, столько времени… и вот, наконец, потомок найден… — счастье звучало в его голосе, глаза сияли, а на губах играла блаженная улыбка.