Часть 6

Через пару часов после начала репетиции вы уже выучила половину хореографии для Golden и полностью вошли в режим выступления. Рутина была именно такой, как ты представляла — энергичной, с плавными переходами и нужной долей дерзости, чтобы выйти за пределы зоны комфорта. Это был не милый концепт, как раньше это было уверенно и смело. Мира следила за каждым движением, словно режиссёр на съёмочной площадке. Каждый удар, каждая линия, каждый угол — всё подлежало корректировке на подтанцовке, пока не достигалось почти совершенство. Ты уже представляла, как это станет вирусным в соцсетях: танцевальные челленджи, каверы, фанаты восстанавливают каждый образ из видео. Возможно, это станет самым крупным релизом вашей группы. Парни из Saja в основном держались в стороне: пара взглядов отсюда, пара оттуда, но они были слишком заняты своей хореографией — или хотя бы тем, что могли выдать без Джину. Он был центральной фигурой, и без него танцевальные комбинации выглядели несбалансированными и неровными. Не важно, насколько они талантливы — формации не работали, а разочарование было видно невооружённым взглядом. Оно ощущалось в их движениях, в напряжённых челюстях, в тяжёлой атмосфере — как ритм, через который невозможно двигаться. А напряжение не спадало, потому что Джину вряд ли вернётся сегодня на репетицию. Ты пыталась не зацикливаться, но его раннее поведение казалось странным. Это никак не соответствовало его самоуверенному, дерзкому образу. Он казался каким-то... — Так, кто у нас сделает милое видео для фанатов? — внезапно прервала твои мысли Руми своим привычным ярким тоном. — Потому что всё, что я записала, это какая-то угарная хрень, которая сделает нас вирусными или убьёт карьеру. Ещё не решила, что именно. — Не становись вирусной без меня! — крикнула Зои, всё ещё сидевшая на полу с льдом на щиколотке. К счастью, это не было растяжением, но ей действительно нужно было дать ноге отдохнуть. — Слишком поздно, детка. Я уже звезда, — фыркнула Руми, бросив волосы через плечо. — Не переживай, оставлю тебе место на странице трендов. Мира приподняла бровь, не впечатлённая, но явно развеселилась: — Нам уже вызывать прессу, или пусть твоё эго само устраивает пресс-тур? Щёки Руми порозовели: — Мои видео милые, ладно? Хаотичный шарм — это моя фишка. — Я думала, у нас концепт girl crush? — Пфф, я придумала girl crush. Вы все просто живёте в моей концепции. Ты усмехнулась и повернулась к ней: — Ну что ж, пожалуй, пойду поплачу в гримёрке и полностью пересмотрю свой бренд. — Подожди, мне тоже идти? — засмеялась Зои, поправив лёд. — Будем плакать синхронно и назовём это контентом. — А мы красиво плачем? — Ну да уродливо рыдаем в HD, и фанатам это нравится, — хмыкнула Мира, убирая волосы с лица. — Тогда... — ты встала с театральным вздохом, с телефоном в руке. — Пора мне снова украсть все лучи славы. — Ты послала воздушный поцелуй, развернулась на пятке и направилась к двери. — Только не споткнись о собственную уверенность! — крикнула Мира. Ты услышала, как Зои отпустила какую-то колкую реплику, и спустя секунду комната взорвалась игривым спором — кто лучше оделся, кто чаще в трендах, и громкое «фанаты обожают мою дерзость» прокатилось эхом. Но ты уже не слушала: в голове вертелись идеи для поста может, видео с любимой частью рутины, милый момент с девочками или даже взгляд на грядущие образы. Что-то лёгкое и искреннее, что вызовет улыбку у фанатов. Ты потянулась за ручкой, но дверь внезапно распахнулась, и ты отшатнулась, чуть не уронив телефон. Перед тобой стоял макнэ из Saja Boys — в огромном худи, закатанном до локтей, неровно сидящем, словно он надел его в спешке. Его выражение было непроницаемым — смесь скуки и легкой усмешки, будто ты была неожиданностью, которую он не просил, но, возможно, потерпит. Твой взгляд задержался на нём дольше, чем нужно. Он был... обманчиво мил. Мягкие черты лица, волнистые пряди бирюзовых волос, пухлые губы, светлая кожа — и в резком контрасте с этим его кошачьи глаза. Серебряные пирсинги в ушах ловили свет при каждом движении. Он выглядел как неприятности, завернутые в образ невинности. — О, э-э, прости, — пробормотала ты, сжимая телефон. — Не знала, что кто-то идёт. Почему ты вдруг смутилась? Ладно... возможно, ты ненавидишь не всех из Saja Boys. Это чувство у тебя в основном для Джину. Но в отличие от него, у Baby было то лёгкое очарование — ему не нужно было стараться, чтобы его обожали. Его ледяной взгляд, медленный смех, его рэп, его поведение всё вызывало у фанатов восторг. Он мог разрушить чью-то неделю, и всё равно бы попал в фан-эдиты. Он слегка приподнял бровь, взгляд сверкнул, словно он точно знал, о чём ты думаешь: — Я помешал? Его голос был ниже, чем ты помнила, гладкий, обволакивающий, с хрипотцой, которая задерживалась в голове дольше, чем хотелось бы. Ты выдавила лёгкую улыбку и попыталась пройти мимо, но он сделал шаг вперёд. Ты сменила направление — он тоже. — Ладно, я направо, ты налево? Он не ответил просто наклонил голову и усмехнулся, как кот, нарочно скинувший кружку со стола и теперь безмерно горд собой. Затем, без предупреждения, он протянул руку и аккуратно стряхнул что-то с твоего плеча. Волос? Нитка? А может, и вовсе ничего. — У тебя тут что было. Он удерживал твой взгляд чуть дольше, чем надо — достаточно, чтобы по твоей спине пробежала дрожь. Потом он отступил в сторону, наконец позволяя тебе пройти, но не раньше, чем оказался так близко, что ваши руки слегка задели друг друга. И даже когда ты уже шла прочь, тебе всё ещё казалось, будто его тепло осталось рядом. Бэйби Сажа только что флиртовал с тобой, используя всего пять слов? ~~ Ты шла по лобби отеля, смех девочек эхом разносился по мраморному полу. Руми подкалывала Миру по поводу её упрямства, а Зои выдала какую-то очередную глупую шутку, от которой все засмеялись. Вы уже были на полпути к кафе, спрятанному в углу отеля, когда ты сунула руку в карман и поняла, что он пуст. Ты, должно быть, оставила телефон в гримёрке, когда снимала контент для фанатов. Ты резко остановилась. — Девочки! — крикнула ты, немного торопясь. — Кажется, я забыла телефон. Руми обернулась с озорным блеском в глазах: — Телефон решил сбежать? Нам вызывать подкрепление? — Может, ему просто нужно личное пространство. — В общем, неудивительно. Мира устало вздохнула и поставила руки на бёдра, как будто это именно ей мешали пойти поужинать: — Серьёзно? Мы уже почти дошли до ужина, а ты тут играешь в деву без гаджета? Ты театрально вздохнула и захлопала ресницами, подмигнув ей: — Простите, я вовсе не дева. У нас с телефоном просто сложные и очень эмоциональные отношения. — Мы припрячем тебе пельмешек, если Руми не съест всё первой! — крикнула Зои, хромая, но всё ещё полная энергии, пока ты разворачивалась и направлялась обратно в сторону гримёрки. Пока ты шла по пустому коридору, мысли начали блуждать. Было непривычно тихо. Ни фанатов, ни сотрудников. Ни звука. Хотя это не удивительно — ваше агентство любило выкупать целиком отели, чтобы сохранить конфиденциальность и избежать утечек новых песен. Но сегодня? Было как-то иначе. На уровне инстинкта. Такое ощущение, когда оглядываешься, хотя точно знаешь, что за спиной никого нет. Стараясь не придавать этому значения, ты подошла к двери гримёрки. Она была приоткрыта. Незаметно для посторонних, но ты знала, что закрыла её плотно. Может, персонал зашёл прибираться перед завтрашним фан-сайном? С любопытством ты толкнула дверь и вошла внутрь. Твой телефон был там. Но не там, где ты его оставила. — Ищешь это? Джину небрежно облокотился на стену. Волосы были взъерошены, словно он не удосужился их уложить, а мягкий свет подчёркивал углы его лица. Телефон болтался у него между пальцами, и выражение было самодовольное будто всё происходящее было частью какой-то игры, о которой он забыл тебя предупредить. Сердце сжалось и вспыхнуло одновременно. — Отдай! — выпалила ты и шагнула вперёд. — Вот это? — он приподнял бровь и поднял телефон чуть выше. — Джину! — Скажи «пожалуйста». — Лучше съем твои хореографические заметки. — Кинково. Ты потянулась на носочках, чтобы достать, но он тут же сделал шаг назад, закинув телефон за голову. Каждый раз, когда ты почти касалась его, он отступал игра была слишком весёлой, чтобы закончить. — Ты невыносимый! — Мне уже говорили это. — Он подмигнул. — Но я польщён, что ты это заметила. Ты сделала выпад. Он увернулся. Всё это слишком напоминало то, что произошло с Бэйби чуть раньше. Ты сделала решительный прыжок, но разница в росте сыграла против тебя — он был слишком высоким и до смешного довольным собой. Его взгляд был прикован к твоему лицу, словно ты — самое забавное, что он видел за весь день, и ему это доставляло массу удовольствия. Ты начала кружить вокруг него и, тяжело вздохнув, опустила руку, но по пути она задела обнажённую кожу на его животе. Ты резко отдёрнула её, но заметила, что на его лице исчезла привычная усмешка, а в глазах мелькнуло что-то непонятное любопытство, может? Ты попыталась это проигнорировать. — Если ты не перестанешь быть таким... собой, мне придётся принять меры. Он наклонил голову: — Например? С выражением раздражения на лице ты встала на стоящий рядом стул, снова балансируя на носочках, чтобы дотянуться до телефона — но как только твои пальцы коснулись его края, стул пошатнулся и упал. Джину среагировал молниеносно, поймав тебя за талию. Он потерял равновесие, перехватил тебя и изменил направление падения, так что вы оба оказались на полу — его спина ударилась первой, поглотив весь удар, а ты приземлилась на него сверху. Ты инстинктивно опёрлась руками о его грудь — мягкую, тёплую, а его руки всё ещё держали тебя в защитном, крепком объятии. Он смотрел на тебя, изучая взглядом, хотя ты и не могла понять, что именно он искал. А может, это ты его изучала. — Знаешь, — наконец протянул Джину. — Ты неплохо справляешься с тем, чтобы влюбиться в меня. Ты покраснела от его слов и начала подниматься, но его руки сжали твою талию чуть крепче, будто он не хотел отпускать. Этот лёгкий жест заставил твоё сердце пропустить удар. Повернувшись к нему спиной, ты провела рукой по волосам, делая вид, что их поправляешь, надеясь, что он не заметит смущения на твоём лице. Потому что это уже было слишком. Ты не хотела этих мыслей. Не хотела чувствовать то, что начинала чувствовать. Он должен был замешкаться, когда ты падала, но не стал. Он поймал тебя, не раздумывая, будто твоё благополучие для него было важнее, чем его собственное. Это не имело смысла. — Я собиралась сказать спасибо, но теперь не уверена, что ты этого заслуживаешь. Он снова пожал плечами, как ни в чём не бывало: — Гораздо приятнее слышать это без румянца на твоих щеках, знаешь ли. Ты нахмурилась, почувствовав себя пойманной с поличным, и протянула руку за телефоном. На этот раз он отдал его без сопротивления, а затем откинулся назад одна нога согнута, другая вытянута. Рукава были закатаны до локтей, рубашка смята, будто он даже не заметил или ему было всё равно. Он больше не усмехался. Его лицо стало мягким и отстранённым, словно он вспоминал что-то, о чём не хотел говорить вслух. — Почему ты ушёл с репетиции раньше? — спросила ты немного позже. Он моргнул, явно удивлённый, словно не ожидал, что это вообще кого-то волнует. — Что? — Ты ушёл. Это на тебя не похоже. — Просто не было настроения. — Это не причина. — Всё равно никто бы не заметил. — Я заметила. Он посмотрел на тебя. По-настоящему. Не с привычной усмешкой или быстрым взглядом сверху вниз. А так, будто твои слова задели что-то в нём, к чему он не был готов. Словно он пытался понять, ты ли это на самом деле сказала… или ему просто послышалось. Я заметила. Может быть, никто никогда раньше не замечал. И тогда, почти с сожалением, он тихо пробормотал: — Спасибо. Ты уловила, как его губы дрогнули он будто хотел сказать что-то ещё, но не доверял себе. — За что? — За то, что заметила. Ты моргнула: — Это было несложно. — Но всё же. Большинство не замечает. — Может, тебе стоит просто чаще впускать людей, — пожала ты плечами, бросила на него взгляд и повернулась к двери. Тишина между вами повисла, как вопрос, оставшийся без ответа. Но когда ты потянулась к ручке, его голос остановил тебя тихий, но настойчивый: — Подожди. Сердце ёкнуло, а разум кричал, чтобы ты просто ушла и присоединилась к девочкам в кафе, забыв об этом моменте, но сердце оставило тебя на месте глупое, мягкое и уязвимое во всех тех местах, в которых ты не хотела. Ты приподняла бровь, молча спрашивая: «Что теперь?» Он уже стоял, плечи чуть напряжены, одна рука тёрла другую жест неловкий, как будто он не знал, куда себя деть. — Ничего, — пробормотал он, глядя в пол. И вот он снова тот странный Джину, которого ты не узнавала. Без усмешки, без сарказма, просто... другой. Такой, что пугал тебя больше, чем его наглая уверенность. Он не должен был быть таким. Джину должен был быть раздражающим, самодовольным и невыносимым. А не тихим и непонятным. Не тем, кто заставляет тебя сомневаться во всём, что ты о нём думала. — Тебе не обязательно всё время притворяться, — твой голос прозвучал тише, чем ты планировала. Его челюсть напряглась, будто он действительно собирался сказать то, что держал внутри. Но потом стены снова поднялись. Это произошло так быстро, что казалось отрепетированным словно он просто снова надел маску, которую носил тысячу раз, ту, за которой никогда не видно было настоящего его. — Это не притворство, куколка. Помнишь? Джину резко развернулся на каблуках и зашагал к двери, весь его привычный образ вернулся в полной мере, но перед этим он всё же подмигнул тебе: — Постарайся больше не влюбляться в меня, а то твои фанаты ещё начнут продвигать эту мысль как о врагах, ставших любовниками. Ты уставилась на дверь, которая с щелчком закрылась за ним, глаза расширены, сердце грохотало слишком громко в груди. Что бы это ни было… что бы только что ни произошло, ты не могла это осмыслить. Его присутствие всё ещё ощущалось, словно момент не закончился, несмотря на то, что он уже ушёл. Потребовалось почти пять минут, чтобы взять себя в руки, заставить ноги двигаться и перестать прокручивать в голове, как его голос стал мягче, или взгляд, когда он сказал «спасибо». Когда ты наконец открыла дверь, пустой коридор почти не вызвал у тебя реакции. Ты зашагала в сторону кафе, шаги были быстрыми и неуверенными. Возможно, если выговоришься девочкам, станет легче выплеснешь всю эту путаницу, и она перестанет быть такой тяжёлой. Может, если скажешь это вслух, оно потеряет свою власть над тобой. А может, просто получится снова сделать вид, что он тебе противен. Голоса подруг становились всё громче по мере приближения к лобби лёгкие, знакомые, а аромат кофе вёл тебя к ним. Но как только ты завернула за угол, телефон в руке завибрировал… затем снова… и снова. Ты бросила взгляд вниз и разблокировала экран. Упоминания, теги и скриншоты заполнили уведомления. Они продолжали приходить. Слишком много, слишком быстро ты едва успевала за потоком.