•••

Я обречён в её фиалковых глазах забыться, И серебром волос сплели мне ту петлю, Что затянула шею в смертной страстной веренице. Но я готов стерпеть всю боль в любви плену. Она вгрызалась в сердце одичалой болью: Не слушая молебны и не видя слез. И посыпала щедро эти раны раз за разом солью, Лишив мальчишку всех любовных тёплых грёз. И шёл за нею следом дальше обречённый, Под дудку песню пели все большим кругом. На ней уже сверкает обруч золоченый и Кнут в руке так ярко говорит лишь об одном. Она драконья всадница — сейчас уже царица, Не смею даже беглым взглядом обласкать. За непригодностью сижу как в клетке птица И юношеский плод греха пришлось мне пожинать. Отдал бы все, чтобы с десяток этих лет назад Не воспылать больной любовью к этой легкой стати. И губ девичьих поцелуй бы не обрёк глупца на ад, Под улюлюканье высокопарной знати. Но лет былых не возродить, и мне осталось лишь смиренно, С тоской в глазах за ней как пёс ходить — Тупить клинки о недругов гневливой королевы.